Ты меня зацепила

12 глава

Дина

Как пелось когда-то в знаменитой песне: «Я убью тебя лодочник!», так вот, у меня появились на этот счёт свои слова: «Я убью тебя Андрюха, заловлю и стукну в ухо!». Да, да, вот именно такие эмоции сейчас бушевали у меня внутри. Ну, ведь он, никто другой, дядька на счёт таких вопросов не пробиваем. Вот теперь братца ждёт моя кровная месть, балабол.

Я всегда подозревала, что мужики ещё те сплетники, но чтобы настолько? И этот, Рубцов, возомнил из себя следопыта и теперь сидит, сияет своей мордашкой, как новый гривенник.

Я просчиталась, когда думала в прошлый раз, что Алексея попустит. Так нет же, понимаю, что слова его брата могут оказаться истиной. Вот только этот герой-любовник не понимает той тоски, которая творится в моей душе. Просто покувыркаться в постели сейчас не для меня: нет ни желания, ни вдохновения.

Непривычно, когда меня вот так открыто, пожирают взглядом, я не единожды ловлю Рубцова за тем, что он пялится на мои сиськи. Ну что за манеры?! Ну, а если бы, девчонки постоянно пялились им в область ширинки?

Так бы и придушила его тем галстуком, но держу себя в руках. Ага, боится, соскочил с кресла и утащил предполагаемый инструмент пыток подальше от моих шаловливых ручек. Правильно, Рубцов, должен понимать, что не тряпка перед тобой, а дамочка, которая может ответить за свои слова.

Так напористо меня ещё ни разу в жизни никуда не приглашали. Неужели он из тех людей, которые дальше своего носа не видят? Ну не работают со мной его уловки! Да, я признаю, он действительно харизматичный, стильный и эффектный представитель мужской половины. Но для того, чтобы у меня что-то где-то ёкнуло, нужно, чтобы я сама приняла этого человека в зону своего доверия. Но сейчас этого не достоин никто из противоположного пола.

Интересно, если всё до сих пор у него в формате «покорю-трахну-забуду», что должно произойти, чтобы он отлип? Думай, Динка, думай, не прикольно видеть, как кто-то пускает слюни при виде тебя. Нет, я не против, пусть мужики пускают, но тихонечко, где-то там, но на рабочем месте, тут такое меня не устраивает.

Моё настроение меняется, эта словесная перепалка начинает меня веселить. Окей, Алексей… Романович, поговорить я умею. И мы ведь говорим, да договариваемся до такого, что мне уже так смешно, что предлагаю ему себя уже здесь, на столе.

— У меня впечатление, что мне легче тебе дать, чем объяснить, почему я не хочу этого делать. Так выходит? — он не теряется, и я слышу ответ, который заставляет меня и дальше вытворять разные фокусы, да его, похоже, только больше веселят мои выкрутасы. Смеёмся искренно и стреляем друг в друга взглядами, вот только его взгляд наполнен особым мужским интересом к моей персоне.

— Тебе лучше согласиться на ресторан, — опять за старое, даже неприкольно уже. Неужели мне действительно нужно удовлетворить его желание с рестораном? Если даже придётся, тогда нужно его так замучить, что и сам больше не захотел меня трогать.

А галстук таки не дает ему спокойствия, все треплет его в руке, а потом зашвыривает подальше.

— Что, не пригодится?

— Боюсь, второго садо-мазо могу не пережить.

Да, ладно, неужели в прошлый раз, Алексей Романович, вам пришелся не по вкусу мой приёмчик. Ох, милый, ты даже себе не представляешь, что ещё я могу нехорошего сделать, если меня обидят.

— Старик! — слетает с моих губ, а ему словно всё по барабану.

Болтаю ногами, но понимаю, что засиделась. Бездельничать — всегда приятно, но хорошего понемногу.

Я не успеваю сползти со стола, как этот экземпляр в очередной раз пытается меня поцеловать. Не скажу, что его поцелуи противны мне, но не люблю такую наглость и напор. Он слишком самоуверен и думает видимо, что я тут же расставлю перед ним ноги. О, мужчины, как же вы ничтожны!

Я не шевелюсь, позволяю ему удовлетворить желание и прижаться к моей шее, даже волосы разрешаю растрепать. Ммм, а он знает толк в соблазнении, возможно в другой ситуации мне бы польстило такое внимание, но сейчас в моей жизни столько дерьма, что хочется зарыться с головой в одеяло и выставить табличку «я в домике».

— О да, да, да, — видимо переигрываю, потому что Рубцов напрягается и сильнее стискивает мои волосы в своей ладони, но я продолжаю, — ты это хотел сейчас услышать?

Алексей моментально меняется в лице, и куда только подевался тот красивый, страстный мужчина, что только что хотел в своём же кабинете расстелить меня на столе.

— Увы, прости, но не получится, — пожимаю плечами и ехидно улыбаюсь, потому что он едва сдерживает… нет, не злость… ярость.

— Стерва! — почти что отскакивает от меня и шумно выдыхает, пальцами зарывшись в свои волосы.

Я же спрыгиваю со стола и спокойно выхожу из кабинета, тихонечко прикрыв за собой дверь. Ух как на качелях, давно я не испытывала такой приток адреналина. Надеюсь, кабинет останется в прежнем состоянии, и да, надеюсь, мне показалось, что в комнате что-то грохнуло. Это ведь не его челюсть? Ну, или еще что-то… твердое?

Меня давит смех, пока топаю к себе за стол. Чёрт, ну в самом то деле, что за муть творится между нами. По ходу у меня всё в жизни не как у людей. Я притягиваю нездоровые ситуации к себе. Мрак.

— Привет, Динка, — вырисовывается из своего кабинета братец-кролик, и едва успевает спрятаться, когда в его сторону летит степлер.

— Скройся, змей, или приду убивать! — рычу я и потираю ехидненько ручки.

Андрей прячется, ведь прекрасно знает, какая я безбашенная в гневе. Но сейчас я не то что в гневе, я просто на него зла. Ведь он своими руками создал мне проблемы! И не знал бы этот мачо, что я не сестра Туманову, держал бы себя в руках, штанах, в сознании. А так мой милый гадёныш Андрейка не меня подставил, он подставил своего коллегу, товарища, друга или кем они за столько лет приходятся друг другу.

Из кабинета Андрея показывается белый платок, я звонко смеюсь и встаю из-за стола, беру яблоко и на ходу его грызу. Окей, посмотрим, как ты будешь меня умолять тебя простить, чудище снежное.

Не успеваю подойти к двери, как из своего кабинета вылетает Рубцов и притормаживает, увидев меня. Сверлит меня недовольным взглядом и шагает мимо к лифтам. Хм, стою, грызу яблоко и провожаю его веселым взглядом. Надеюсь, теперь вам, Алексей Романович, больше не приспичит лапать все то, что шевелится.

— И кто тут хочет, чтобы ему натрескали? — толкаю дверь и вижу, как Андрюха опять сидит под столом, я смеюсь, — вылезай, сегодня уже драться не буду, с меня крови на сегодня достаточно, мой милый друг.

— Не ржи, — кряхтит Туманов и на стол левой рукой вываливает два колёсика, — у меня ЧП.

— Ахаха, похоже, твой транспорт отбросил копыта, — меня не остановить, даже дядя влетает в кабинет и смотрит на нас двоих полудурков.

— Вас двоих оставить нельзя на одном квадратном метре, — смеется мой родственник и тоже смотрит, как сын, в дорогущем костюме ползает под столом.

— Купи ты ему уже нового коня, этот издох, а то как же Прынц и на инвалиде.

Андрей рычит и швыряет в меня скомканной бумажкой, я же целюсь в него огрызком.

— Смирись, простись и отпусти своего любимца в лучший мир, — поддакивает дядька и прижимает меня к себе, целуя в макушку, люблю его.

Стоим и смотрим, как Андрюха куксится и выбрасывает колёсики в урну.

— Ты был настоящим другом, — говорит прощальные слова и вытаскивает кресло на средину кабинета, — скажу Татьяне, пусть уберет его в подсобку.

— Давно пора, — констатирует факт его отец, я поддакиваю.

— Тогда у нас шопинг! — довольно хлопаю в ладошки, — мы идём покупать тебе нового друга! Дядь Вась, ты же непротив?

— Дабы сохранить в равновесии психическое состояние сына после потери лучшего боевого друга, отказать вам в просьбе, милая дама, не могу, — во как закрутил Туманов-старший, Андрей же только сильнее поджал губы.

— Ладно, уболтала, заноза, но только без рук, а то я знаю тебя.

Мы сбежали-таки из офиса и перво-наперво заскочили в кафе напротив. Решили перекусить и только потом до конца рабочего дня шариться по торговому центру. Вошли в здание кафе, отыскали свободные места и сели. Пока брат с интересом пялился в меню, я рассматривала посетителей и… наткнулась на Рубцова, который седел в обществе симпатичной коротко стриженой брюнетки в деловом костюме, с идеальным макияжем. Женщина любовно улыбалась моему недавнему воздыхателю и указательным пальцем поглаживала его руку.

— Я сейчас, — брякнула брату и сорвалась с места.

Вот ведь гад, поди конвейер у него из баб.

— Привет, — сажусь напротив Рубцова и улыбаюсь, — я соскучилась, ты сегодня придёшь ко мне, котик? — бесит, жутко меня бесит его наглая рожа, которая смотрит на меня, как кот на сало.

Брюнетка меняется в лице и ехидно улыбается, изогнув идеально нарисованную широкую бровь, откидывается на спинку дивана и сплетает руки на груди.

— Так, так, Рубцов, вижу всё намного печальнее, чем я могла предположить.

— Ой, женщина, простите, надеюсь, вы не его жена? — хлопаю ресницами и выгляжу недалёкой дурой. — Потому что с женатиками я не сплю.

Смущаюсь театрально и перевожу взгляд на моего пылкого недолюбовника, который только ехидно улыбается и… он просто напросто начинает со своей спутницей ржать.