Глава 4

Шейн помог ей забраться в джип и, усевшись за руль, рванул с места. Незаметно от него Макана поглядывала в зеркальце заднего вида, но их никто не преследовал, и она успокоилась.

Вскоре они уже сидели в дальнем уголке неизвестного Макане кафе. Она с рождения жила в Честертауне, а он проехал всего миль пятнадцать и привез ее в кабачок, о существовании которого она и не подозревала. И подъехал прямо к нему, значит, точно о нем знал.

– Здешние хозяева явно экономят на электричестве. – Она прищурилась. В кафе витали аппетитные запахи жареного картофеля и расплавленного в гриле сыра. Если еда на самом деле окажется вкусной, она обязательно сюда вернется.

– В твоем сейфе оказались только какие-то бумаги. – Забыв о своем гамбургере, Шейн оперся локтями на стол. – Это из-за них ты так нервничала?

Значит, он решил сразу выведать ее секреты. Нет уж, спасибо!

Она взяла свой сэндвич.

– Смотри-ка, в гамбургере действительно расплавленный сыр!

Он слегка стукнул по столу:

– Пытаешься меня отвлечь? И не надейся!

Судя по его решительному виду и пристальному взгляду, он не собирался отступать от своей цели.

Макана сдалась и положила сэндвич на тарелку.

– Ты не находишь, что эта ночь была чересчур тяжелой?

– Ну, не без того.

Макана подалась к нему и, понизив голос, сказала:

– А как тебе понравилось, что этот парень испустил дух прямо у меня в комнате?

– Не вижу в этом ничего из ряда вон выходящего.

И он не преувеличивал. Любая благоразумная девушка без оглядки сбежала бы от него. Макана честно пыталась забыть Шейна. Нарочно встречалась с другими парнями и старалась не замечать, как радостно колотится ее сердце от одного взгляда на него. Но из этого ничего не получилось.

Этот красивый и сильный парень с крутым характером понравился ей с первого взгляда и навсегда лишил покоя. Время шло, и ее восхищение Шейном не только не проходило, а становилось все сильнее. Сейчас к ее радости побыть вместе с ним примешивалось желание как-то отвлечь его от своих тайных дел, но вместе с тем удержать рядом на тот случай, если ее действительно кто-то преследует.

Она откинулась на спинку диванчика.

– Честно говоря, иногда мне страшно даже представить твою работу.

– А ты не представляй. И давай вернемся к нашим баранам. Мы же договорились. Думаю, тебе есть что рассказать.

Раздумывая, как бы все-таки отвлечь его от предстоящего серьезного разговора, она повела взглядом вокруг и обмерла. Из затянутого дымом сумрака возник человек и тяжелым, уверенным шагом направился прямо к их столику. Джеф! Вот он уже за спиной Шейна. Боже, какое злобное у него лицо!

Она перепугалась и подсунула под себя руки, чтобы скрыть их дрожь.

– За нами могли проследить, как думаешь?

Шейн уже доедал свой гамбургер.

– Вижу, ты насмотрелась телевизора.

Не в силах отвести взгляд от страшного лица, она судорожно соображала. Этот тип мог быть вооружен… нужно предостеречь Шейна.

– Ты не понимаешь…

– Что ты хочешь… – Вдруг Шейн беспокойно заерзал и быстро обернулся.

Незваный гость остановился у их столика и уставился на Макану:

– Слышал, сегодня ночью у вас дома была суматоха.

Он не скрывал своего удовлетворения и даже ткнул себя в грудь, как бы указывая главного участника нападения.

– Как вы об этом узнали? – Шейн встал из-за стола и загородил вход в их кабинку. – Кто вы такой?

– А ты что, встречаешься с ней? – Джеф хрипло заржал. – Ну и дурак! Это такая штучка…

– Хватит! – с тихой угрозой сказал Шейн.

Джеф отступил на шаг.

– Хочешь подраться?

– Вряд ли тебе это понравится, – покачал головой Шейн и смерил Джефа взглядом. – Можешь мне поверить.

Атмосфера в кафе резко изменилась. Посетители настороженно уставились на них, официантка испуганно попятилась. В воздухе явно запахло опасностью, и это почувствовали все, кроме Джефа. Он был тяжелее Шейна фунтов на тридцать, но Шейн весь состоял из мускулов и был опытным бойцом.

Схватка могла кончиться кровопролитием, и, хотя Джефа стоило размазать по полу, Макане не хотелось этого видеть.

– Шейн, прекрати!

– Послушай женщину, Шейн.

– Еще раз спрашиваю, кто ты такой? – настаивал Шейн.

– Всего лишь один из тех, кого она подло подставила! – Джеф рванулся вперед и ударил бы Макану, если бы она не отпрянула.

– Нечего винить меня в своих бедах! Ты сам – злостный обманщик!

Макана буквально кипела от злости. Этот парень выследил ее и уже не раз показывался у ее дома. Он совершил подлость, а сейчас притворялся невинной овечкой. Она глубоко презирала его и таких же, как он, подлых лжецов.

Джеф побагровел и угрожающе протянул к ней руки. Но Шейн мгновенно оказался перед ним и оттолкнул его. Не обращая внимания на возражения Джефа и проклятия, он прижал его к стене и удерживал там одной рукой, схватив за горло.

Шейн даже не шевельнулся, когда Джеф ударил его по руке и попытался вырваться. Когда они оказались у другого столика, Шейн угрожающе поднял свободную руку. Он не сказал ни слова, но одного этого жеста было достаточно, чтобы парень утихомирился и уселся вместе с Шейном за стол.

У Маканы комок стоял в горле. Она хотела остановить их, но все произошло так стремительно, что она не успела и слова сказать.

– Похоже, у нас тут произошло недоразумение, – холодно и спокойно произнес Шейн. – Объясняю еще раз: не приближайся к ней, не разговаривай и не трогай ее никогда, понял?

Джеф безуспешно попытался оторвать руку Шейна.

– Она сама на это напрашивается.

– Так говорит каждый преступник. – Шейн крепче сжал его горло. – Значит, она тебя бросила. Что дальше?

– Дело вовсе не в этом! – возмутилась Макана, оскорбленная его предположением, что у нее могла быть интрижка с Джефом.

Тот глумливо осклабился:

– Чтобы я встречался с этой… – Он поперхнулся словами, глаза его выкатились, когда Шейн напряг руку.

– Это последнее предупреждение. – Шейн подался к Джефу. – Если ты думаешь, что я побоюсь при свидетелях разорвать тебя, то очень ошибаешься.

– Жесткий разговор для парня, который даже не знает, в чем тут дело.

Джеф словно напрашивался, чтобы Шейн убил его. Неужели он не видит, что Шейн сдерживается из последних сил?

Выждав минуту, Шейн ослабил хватку, но прежде стукнул Джефа головой о стенку.

– Ну а теперь объясни мне, чего я не понимаю.

Джеф согнулся от приступа кашля и еле пришел в себя.

– Спроси у своей девчонки. От нее все проблемы. – Он перевел тяжелый взгляд на Макану. – Этого парня ты тоже собираешься подставить, да?

Как ни странно, Макану удивило, что Джеф и не думает признавать свою вину.

– С какой стати? Шейн никого не обманывает.

Джеф тяжело поднялся и, покачиваясь и задевая столы, направился к выходу, не обращая внимания на испуганные взгляды и на официантку, приросшую к полу со своим подносом. Шум в кафе утих. До Маканы словно издали доносились поскрипывание стульев и звяканье столовых приборов.

Шейн опустился на стул и выжидающе посмотрел на нее:

– Ну…

– Я с этим парнем не встречалась, – сразу заявила Макана. – Мне и в голову бы не пришло принимать ухаживания такого человека!

У столика возникла официантка и снова наполнила их бокалы. Дождавшись, когда она уйдет, Шейн сказал:

– Как его зовут? И не увиливай, говори мне все. Но Макана уже и сама рада была все ему выложить.

– Это Джеф Хорват.

Шейн вздохнул:

– И кто для тебя этот Джеф Хорват?

– Это долго рассказывать.

Он отодвинул тарелку и подпер лицо рукой.

– Тебе повезло. У меня в распоряжении вся ночь и весь завтрашний день. Так что давай рассказывай.

– Он выдавал себя за спецназовца, – торопливо заговорила она. – Не все же, как ты, служили в армии. Так вот, люди вроде Джефа ни разу не нюхали пороха, а говорили, что участвовали в особо опасных военных операциях. Выдавали себя за бойцов Сил специального назначения. Они лгали всю жизнь, приписывали себе подвиги настоящих военных героев, которые погибали, выполняя свой долг, представляешь?

Она боялась, что, выдав всю информацию, почувствует себя опустошенной и раздосадованной, но неожиданно испытала огромное облегчение. Почти целый год она таила в душе негодование на этих подлых лгунов.

Шейн внимательно смотрел на нее.

– И Джеф точно из этих парней?

– Да.

– Гм… Тогда, конечно, стоило его прибить. – Он положил руки на стол. – А какое это имеет отношение к тебе?

Она вся напряглась в ожидании вспышки его раздражения.

– Ну, понимаешь, есть такой веб-сайт «Стена позора». Он разоблачает людей, которые выдают себя за героев войны. – Шейн нахмурился, и она торопливо продолжила: – Я работаю на этот сайт. Веду поиск, просматриваю сайт «Свобода информации», запрашиваю о прохождении службы.

– Разве ты не говорила, что работаешь в колледже? – Его лицо стало строгим и замкнутым.

Макана чувствовала, как в нем разгорается гнев.

– Да, но…

– Но что, Макана?

– Видишь ли, я занимаюсь этим побочно.

– Значит, ты выискиваешь людей, которые лгут о своей службе в армии. Людей, которые рискуют потерять все, что имеют, если ты их разоблачишь. Хорошенькое дело! – Каждое свое слово он сопровождал постукиванием пальцами по столу.

– Они заслуживали того, чтобы их вывели на чистую воду! – убежденно заявила она.

Макана выросла в семье военного. Ее отец отдавал военной службе больше времени, чем своей семье. Вначале он служил на Гавайях, где нашел идеальную для офицера жену, которая отказалась от всего ради его карьеры. Рождение Холта, а позднее Маканы еще больше укрепило семью.

Отец был строгим и властным, во всем требовал совершенства, но ей редко удавалось заслужить его одобрение. Холт пошел характером в отца, а она – в мать, более мягкую и нерешительную. Макана вечно металась в поисках своего пути в жизни, родители уже не ожидали от нее ничего путного. А Холт обрадовал отца, выбрав службу в армии.

Может, Макана и была далека от совершенства, зато отлично знала отношение военных к служению на благо своей страны, их готовность принести себя в жертву. И когда люди, ни дня не служившие в армии, хвастались своими мнимыми подвигами, она воспринимала это почти как личное оскорбление и вот уже почти год в свободное от основной работы время выискивала проходимцев.

– Ну, здесь я с тобой не буду спорить. Эти парни заслуживают серьезного осуждения, – кивнул Шейн.

– Так в чем же дело?

– А ты… Ты… – Он провел рукой по лицу. – А Холт об этом знает?

– Нет.

Она не могла посвятить в свою тайну старшего брата, он строго-настрого запретил бы ей работу на сайте из соображений ее безопасности.

Макана ценила его братскую заботу, но он уж слишком опекал ее, считая наивной и безответственной. Он укреплялся в этом мнении, наблюдая, как она металась из колледжа в колледж, прежде чем нашла подходящий, а потом несколько раз переходила с одной работы на другую. Но ведь не всем удается сразу найти дело по душе. Зато теперь у нее была интересная работа, она сама оплатила покупку дома и обрела смысл жизни.

– Ты не сказала ему, потому что знала, что он запретит тебе этим заниматься.

Она разозлилась.

– Я уже не ребенок! – вспыхнула она. – И сама в состоянии решать, чем мне заниматься, не спрашивая на это согласие брата.

Шейн стукнул кулаком по столу.

– Да пойми ты, он за тебя беспокоится!

Но одно дело беспокойство, а другое – стремление оградить от жизни. Хотя что толку объяснять эту разницу Холту и Шейну.

– Я понимаю, но он не может решать за меня.

Шейн скрипнул зубами.

– Я тоже за тебя беспокоюсь.

«Вот как!»

– Мне кажется, мы говорили о Холте.

– Мы говорим о твоей безопасности. – Шейн с трудом сдерживался. – Выходит, Джефу известно, где ты живешь. А потом он оказывается в кафе, в котором, по твоим же словам, ты никогда не бывала.

– Вот поэтому я и спросила, не следили ли за нами. – Страшно было подумать, что он ухитрился остаться незамеченным.

– Ты что, считаешь, что это я виноват в том, что он нас выследил?! – изумился Шейн.

Макана совсем не то хотела сказать.

– Я же призналась, что занимаюсь этой работой!

– И втайне от всех.

– Потому что иначе невозможно. Эти проходимцы тщательно шифруются.

Он взял ее руку в свою.

– Нет уж, пусть этим занимается кто-нибудь другой.

Она только улыбнулась:

– И это говоришь ты, который каждый день подвергается всяким опасностям, но почему-то не просит, чтобы его заменил кто-то другой.

– Я опытный боец, обучен справляться с опасностями, а ты – нет.

Шейн перевернул ее руку ладонью вверх и провел по ней большим пальцем. У нее все задрожало внутри от этой невинной ласки. Она с трудом заставила себя думать о деле.

– Моя работа сводится к сидению за компьютером и поиску данных. Так что ничего опасного в ней нет.

– Тогда откуда Джеф Хорват знает, кто ты такая и где ты живешь?

Макана тяжело вздохнула. Она так старалась стать самостоятельной, но одна глупая встреча несколько месяцев назад – и все ее мечты рухнули.

– Потому что я натворила глупостей. – Она осторожно высвободила свою руку. – Джеф был одним из первых, кем я занималась, и я…

– Да?

– …я открыто обвинила его во лжи.

– Что ты сделала?!

Она отвела взгляд – слишком хорошо помнила этот момент. Исполненная возмущения, она подошла к Джефу, когда тот с невестой выходил из церкви, и сказала ему прямо в лицо, что его ложь разоблачена и что все об этом узнают. Все – его деловые партнеры, родственники, словом, все, кого он обманывал многие годы.

Он утверждал, что был мобилизован в армию, а сам проживал в Европе как гражданское лицо. Еще глупее была его выдумка о том, что его демобилизовали раньше срока за какие-то героические заслуги. И она выложила все это в присутствии свидетелей вместо того, чтобы разоблачить его в Интернете, а самой оставаться в тени. Больше она не повторяла этой страшной ошибки, но и этой оказалось достаточно, чтобы подвергнуть опасности ее жизнь.

Она робко взглянула на Шейна и поняла, что он кипит от ярости.

– Только, прошу тебя, не читай мне нотации.

– Да у меня просто слов нет!

– Не стоит все преувеличивать.

– Ты хоть представляешь, что я сделаю с тем, кто посягнет на твою жизнь?!

Она всю жизнь ждала от него какого-то признания, и вот он высказался в порыве ярости.

– Но ты ведь никогда не говорил о своем отношении ко мне. Откуда мне было знать, что ты ко мне неравнодушен?

– Вот именно, неравнодушен. – Он кивнул на ее тарелку. – Подкрепись, потому что разговор у нас будет долгий и серьезный.

– Нужно было пойти с Кэмом, – прошептала она, принимаясь за сэндвич.

– Надо было раньше думать, а теперь уж ты от меня не отделаешься, можешь поверить мне на слово!

Как ни странно, это ее не расстроило.

Загрузка...