Глава 8

Лукас надел выгоревший пляжный костюм, сохранившийся с подросткового уровня, и мы отправились в парк. Мы затеяли водяной бой на краю озера, оба промокли, и я забыла о Мортоне. Затем мы лежали на траве, наслаждаясь теплом парковых солнц, и Лукас дразнил меня, заполняя разум озорными фантазиями о том, чем бы хотел заняться дальше.

Позже мы дохлюпали до квартиры и, улегшись на спальное поле, воплотили часть фантазий в реальность. Следующие несколько часов я крепко спала, но неугомонный разум разбудил меня, вновь встревоженный беседой с Мортоном.

В комнате горел минимум света, но на стене рядом со мной сияла одна из фресок Софии, изображавшая стайку разноцветных птиц в нашем парке. Я повернулась и взглянула на Лукаса, парившего рядом на спальном поле. Он был тремя годами старше меня, но глядя на каштановые вьющиеся волосы и расслабленное во сне лицо, вы могли бы счесть его подростком.

В утиль! Если жена Мортона умерла порядка сорока лет назад, то их пара не могла быть намного старше нас с Лукасом. Что с ними случилось? Как умерла Селандина? Что бы тогда ни произошло, Мортон чувствовал, что именно его действия привели к ее смерти, и продолжал себя казнить.

Он винил себя зря, или его поведение действительно сыграло ключевую роль в смерти Селандины? Существует ли опасность, что нечто похожее произойдет со мной и Лукасом?

Я смотрела на сонное лицо Лукаса и не представляла, как переживу его потерю при любых обстоятельствах. Но если бы я знала, что сама вызвала его смерть… Нет, представлять такое слишком больно.

Мне требовалась более определенная информация о тех давних событиях, а импринтинг Лукаса в качестве командира-тактика, конечно, включает детали. Но я не могу просто прочитать ответы в его разуме, поскольку лишена доступа к вложенным фактам и личным воспоминаниям. Я способна видеть лишь то, о чем люди думают в данный момент, а у Лукаса нет причин вспоминать о трагедии, случившейся около сорока лет назад.

Спроси я о смерти Селандины, Лукас подумал бы о вложенных фактах, но при этом поинтересовался, откуда я о ней знаю. Другим людям я могла легко ответить, что увидела это в чьих-то мыслях, но Лукас – эксперт по языку тела и особенно моего тела.

Гораздо безопаснее было бы получить информацию от Адики. Он семь лет проработал в отряде Мортона и, конечно, слышал обо всем, что произошло с Селандиной.

Да, завтра утром я найду предлог поговорить с Адикой, небрежно спрошу о жене Мортона и узнаю все необходимое. Приняв это решение, я смогла снова заснуть, но проснувшись, обнаружила, что Лукаса нет. На секунду я глупо запаниковала, а затем увидела, что он сидит за столом в углу нашей просторной спальни и завтракает, деловито постукивая по инфовизору.

Я скатилась со спального поля и задела ногой что-то мягкое. Взглянув вниз, увидела на полу сине-зеленое пляжное платье, рассмеялась, натянула его и уселась в кресло напротив Лукаса. Я глотнула дынного сока, а потом проверила содержимое стоявшего передо мной блюда с крышкой.

– Боюсь, через полчаса мы с моей тактической группой должны принять участие в общей конференции тактиков, – сказал Лукас.

Я неодобрительно нахмурилась.

– Ты не должен работать, пока наш отдел закрыт на обязательный восстановительный период после чрезвычайного рейда.

Лукас пожал плечами.

– Очевидно, общая встреча тактиков – исключение из правил. В любой момент по крайней мере один из пяти отделов телепатов находится в восстановительном периоде. Нам и так сложно найти время, когда никто из телепатов не участвует в срочном или проверочном рейде.

Я уже съела половину завтрака, когда инфовизор издал особый, хотя и приглушенный звонок, принимая входящее сообщение.

Я рассеянно огляделась, не нашла прибора и пошла проверить, нет ли его в кипе одежды на полу.

– Думаю, звук идет из кладовки в спальне, – подсказал Лукас.

– Я же не могла оставить инфовизор в… – Я открыла кладовку и увидела его на полке с нижним бельем. – Ой.

Взяв инфовизор, я снова присела и проверила сообщение.

– Меган спрашивает, удобно ли, если хирург Илая зайдет к нам через час.

Лукас широко улыбнулся и повторил ранее сказанные мной слова:

– Ты не должна работать, пока наш отдел закрыт на обязательный восстановительный период после чрезвычайного рейда.

– Помощь Илаю – это не работа. – Я хмуро посмотрела на экран. – Смешно, но перед встречей с хирургом я волнуюсь почти так же, как Илай.

– Ты могла бы дать Меган список вопросов и попросить ее поговорить с врачом.

– Я обещала Илаю, что сделаю это сама. – Я стукнула по инфовизору, подтверждая встречу. – Все. Готово.

Лукас встал.

– Мне пора идти, но ты можешь попросить Базз побыть рядом во время разговора с хирургом.

Я покачала головой.

– Все будет в порядке.

Лукас наклонился, поцеловал меня и выскочил из комнаты.

Я еще раз набила полный рот еды, проглотила, решила, что сыта, и отправилась изучать одежду в шкафу спальни. Что бы вы надели на встречу с хирургом? Вроде, повод формальный, и обычно я надевала официальный комбинезон, но всегда чувствовала себя в нем страшно неудобно.

В утиль! Зачем я стою тут и дрожу над одеждой? На эту встречу незачем наряжаться. Хирургу Илая все равно, что на мне надето.

Я быстро приняла душ, натянула первый попавшийся костюм и в задумчивости остановилась. Посетители отдела проходили проверки безопасности, прежде чем попасть в один из выделенных нам лифтов, но Адика все равно сам встречал чужаков, чтобы дважды проверить их личность и удостовериться, что при них нет оружия, способного убить телепата.

Мне представлялась идеальная возможность затеять с Адикой вроде бы случайный разговор о прошлом Мортона 1c7738. Я вышла из квартиры и прошлась по коридору. Да, лидер ударников уже ждал у третьего лифта и удивился при виде меня.

– Эмбер, ты рано.

– Я заставила хирурга Илая проделать весь путь до отдела, чтобы поговорить со мной. Не хотелось опаздывать.

Я помолчала несколько секунд, а затем продолжила тщательно спланированную речь.

– Когда вчера мы принимали цель у ударной группы Мортона, в одном из разумов я уловила нечто, смутившее меня. И подумала, что ты сможешь это объяснить.

Адика принял мое утверждение без вопросов.

– Да? Что это было?

– Что-то о смерти жены Мортона.

Адика посмотрел на меня с недоумением.

– Эмбер, понятно, почему тебя это смутило. Мортон никогда не был женат.

– Ой, – пробормотала я.

– Должно быть, член ударной группы думал о друге или члене семьи, которого случайно тоже зовут Мортоном, – предположил Адика.

– Да, это бы все объяснило.

Нахмурившись, я посмотрела на дверцы третьего лифта. Жена Мортона умерла около сорока лет назад, но все же странно, что Адика о ней не знал. Селандина – необычное имя. Мортон придумал жену, чтобы убедить меня в важности правильного поведения? Трудно поверить, что он мог дойти до такого.

Более вероятно, что Адика не знал о Селандине, поскольку Мортон хотел сохранить ее жизнь и смерть в секрете от новых людей, вступающих в отряд. Понятно, почему он хотел о ней забыть, но зачем тогда рассказал об этом мне?

И вновь я столкнулась с фактом, что вся наша беседа с Мортона лишена смысла. Ну, может, кроме одного-двух моментов. Я могла понять, почему в ответ на упоминание Сапфир Мортон назвал ее неподходящим примером для подражания нового телепата. яцччьх Если он считал мои отношения с Лукасом незаконными, то явно осуждал и любовников Сапфир. Но зачем он рассказывал мне о своих чувствах после тренировок в Футуре? Зачем так много рассуждал об охотнике за душами?

Я поняла, что двери третьего лифта открываются, и поспешила переключить внимание на выходящего оттуда человека. Хирург Илая был очень молод, с непослушными темными волосами и серьезным выражением поразительно знакомого лица.

Адика рванулся вперед, чтобы осмотреть вновь прибывшего, а я так и осталась на месте, открыв рот. Но, наконец, смогла заговорить.

– Аттикус!

Загрузка...