Сабрина Джеффрис В плену твоих желаний

Пролог

Лондон

Май 1822 года


Дорогая Шарлотта!

Я слышал, что ваша бывшая воспитанница, леди Венеция, снова отказала весьма достойному претенденту на ее руку. Как незаинтересованный наблюдатель, могу предположить, что эта леди слишком буквально восприняла ваши наставления и правила поведения девушек из благородных семей. Если она не перестроится, то в конечном счете добьется только одного – пополнит ряды старых дев.

Ваш кузен Майкл.


«Дочери – какая-то кара небесная, посылаемая Господом на головы мужчин», – с грустью думал о своей участи Квентин Кемпбелл, граф Дунканнон. Его двадцатичетырехлетняя дочь постоянно доводила отца до белого каления. Он надеялся, что пребывание в Пансионе благородных девиц миссис Шарлотты Харрис пойдет Венеции на пользу и она будет более покорной и сдержанной, но вместо этого девушка стала еще более дерзкой. Видно, она унаследовала от своей матери не только красивую внешность, но и ее упрямый характер. А он уже сыт этим по горло.

Граф застал дочь на кухне их лондонского особняка за приготовлением мерзкого лечебного зелья, которое предназначалось только ему. Венеция очень верила в целебные свойства этого напитка.

– Как ты посмела отказать виконту, после того как я дал согласие на помолвку? – грозно ревел он.

Спокойная, словно высокогорное озеро, Венеция продолжала растирать высушенный багровый цветок в порошок.

– Если бы ты прежде посоветовался со мной…

– Советоваться с тобой?! Чтобы ты отвергла еще одного отличного парня? – Граф еле сдерживался. – Что не устроило тебя на сей раз? Его изысканные манеры? Открытое лицо и широкая улыбка? Его элегантная внешность?

– Он мне вообще не нравится, – спокойно ответила Венеция со своей обычной, сводившей его с ума полуулыбкой.

– Он ей не нравится! Элегантный, красивый, с большими деньгами…

– В точности как мой ридикюль. – Девушка высыпала багровый порошок в стакан с водой. – К сожалению, он какой-то безликий – ни рыба ни мясо. Да и умом не блещет.

Беда в том, что его дочь слишком умна и поэтому отталкивает мужчин.

– Милорд? – Это был голос дворецкого.

Граф недовольно взглянул на него, переминавшегося у порога:

– В чем дело?

– Мистер Сайкстон и еще несколько джентльменов просят вас принять их.

Дунканнон напрягся. Сайкстон и его люди здесь, в Лондоне? Должно быть, случилось нечто ужасное.

– Проводите их в мой кабинет.

Когда дворецкий удалился, Квентин сердито посмотрел на дочь:

– Тебе повезло, милочка. Мы продолжим наш разговор позже, за обедом.

В ее глазах отразилось беспокойство.

– Эти люди появились здесь из-за Шотландского Мстителя, папа? Ты ведь помнишь, что сказал врач, – тебе нельзя волноваться.

– Ха! Врачи! Все они сплошь дураки. Много они знают!

– Они знают достаточно. – Венеция протянула отцу стакан с целебным напитком: – Ты должен принять лекарство, прежде чем отправишься на встречу.

– Не желаю пить это зелье, будь оно проклято!

Она всегда нянчится с ним, словно с больным! Надо бы быть с ней построже, хотя по отношению к ее покойной матери он никогда этого себе не позволял. Но в такие дни, как сегодня, когда она так напомнила ему Сюзанну, это было чертовски трудно.

– Я сам разберусь с этими людьми, хорошо? И не забивай всякой ерундой свою юную головку.

Девушка заупрямилась:

– Дай я хотя бы помогу тебе подняться по лестнице.

Она попыталась взять отца под руку, но он грубо оттолкнул ее, испытывая ужас при одной мысли о том, что его красавица дочь приблизится к ожидавшим его головорезам.

– Это совершенно не твое дело, так что не суйся, когда не просят!

Его яростная вспышка заставила изумленную девушку издрогнуть.

– Прекрасно, поступай как знаешь.

Он начал было извиняться, но тут же спохватился и замолчал. Все слишком серьезно. Нельзя допускать, чтобы она совала нос в его дела.

Останавливаясь каждые две ступеньки, чтобы отдышаться, граф начал медленно подниматься по лестнице. Будь проклят чертов Лахлан Росс и его притязания! Почему этот дьявол никак не оставит его в покое?

Ему следовало понять, что он попал в беду, как только Росс объявился в Лондоне. Тогда молодой баронет потребовал вернуть ему то, что, по его мнению, принадлежало его семье и клану Россов. Но Квентин без всяких объяснений отверг притязания лэрда, твердо решив для себя, что никогда не откроет тайну своего прошлого ни Россу, ни кому-либо другому.

И граф дорого заплатил за свое молчание. Лахлан Росс начал ему мстить и своими дерзкими выходками всячески пытался спровоцировать Квентина на ответные действия. Он, Лахлан Росс, был главой клана, но, ступив на тропу войны, превратился в Шотландского Мстителя, настоящего разбойника. Например, мог грабить друзей графа, которым случалось оказаться в Шотландии, а для компенсации нанесенного ущерба посоветовать обратиться к лорду, Дунканнону. И хотя граф всегда возмещал пострадавшим их потери, объяснить, почему этот человек ограбил их, он не мог. Потому что тогда возникли бы вопросы, на которые он не желал отвечать.

Такая мука продолжалась целых пять лет, и Квентин надеялся, что Россу в конце концов надоест эта игра. Но мстительный лэрд не унимался и нагло ограбил управляющего Квентина, когда тот отвозил в банк собранную в шотландском поместье арендную плату. Силы небесные, эти деньги составляли половину дохода графа! При таких темпах разбойник мог полностью разорить его. Вот тогда-то он и решил нанять Сайкстона, о чем, правда, впоследствии горько пожалел.

Войдя и кабинет, Квентин с раздражением оглядел мрачные лица собравшихся там мужчин:

– Я ведь просил вас никогда не появляться в моем доме!

– У нас не было выбора, – пояснил Сайкстон. – Мы рисковали жизнью и хотели где-то укрыться.

Графа поразили эти слова.

– От кого?

– От представителей клана сэра Лахлана. Они преследовали нас с той минуты, как мы покинули Росскрейг.

Поместье Росса. Дьявольщина!

– Предполагалось, что вы схватите его на месте преступления и по-мужски объясните, что пора образумиться и прекратить это безобразие. А вы устроили засаду в его собственном поместье.

– Мы пытались, черт побери! – воскликнул Сайкстон. – Но он не клюнул на наживку, хотя мы изрядно потратились и сменили немало гостиниц. При этом везде рассказывали, что мы ваши друзья и приехали отдохнуть.

– Мы думаем, у него есть сообщник в Лондоне, – вмешался другой, – который знает ваших друзей и сообщает ему, когда и на кого следует нападать.

– Или же он достаточно умен, чтобы не клюнуть на наживку придурков, пытающихся притворяться джентльменами, – раздраженно огрызнулся Квентин.

Ему следовало нанять более опытных и сообразительных людей, но где же их найти? И этих-то с трудом удалось отыскать.

– В Росскрейге нам тоже пришлось нелегко. Люди его клана, видимо, понятия не имеют, что их предводитель и есть тот самый Шотландский Мститель, – заметил. Сайкстон. – Он постоянно в окружении своих людей… Они боготворят этого человека и готовы за него жизнь отдать. Нам не удалось узнать, где он проводит ночи, хотя точно не в поместье. Он словно призрак – внезапно появляется и незаметно исчезает.

– Поэтому-то я и не обращаюсь к властям. Его клан всегда будет защищать его интересы.

Не важно, насколько Квентин убежден в том, что Шотландский Мститель и есть Росс, доказать это будет очень нелегко. Поскольку Росс и Дунканнон соседи, власти сочтут, что причина конфликта – имущественные споры. Но если кто-нибудь предпримет расследование и откроется правда…

Граф содрогнулся.

– Значит, вам так и не удалось его заманить.

– Мы старались, – вмешался Сайкстон. – С помощью подкупа у одного из местных выведали, где его искать. Но как только нам удалось его догнать, все покатилось к черту.

Квентин гневно посмотрел на Сайкстона:

– Он что, натравил на вас свой клан?

– Нет. Мы задали ему хорошую трепку, так что вы нам не зря заплатили. – Сайкстон как-то нервно переглянулся со своими людьми. – Но… хм… но…

– Ну говори же, – рявкнул Квентин.

– Мы убили его, милорд. Сэр Лахлан Росс мертв.

Потребовалась минута, чтобы смысл этих слов дошел до графа. Затем он почувствовал, как все вокруг него закружилось. Должно быть, он что-то не так понял.

– Вы его убили?!

– Это получилось случайно, – вмешался другой человек. – Мы его настигли на мосту, у него был кинжал. И если бы Джонни не огрел его дубиной по голове…

– Дубиной! – Квентин возмущенно повернулся к Сайкстону: – Я хотел, чтобы вы только припугнули его!

Сайкстон сердито посмотрел на графа:

– Конечно, мы пытались действовать именно так, милорд, но вас-то там не было. Росс был силен как бык и дрался отчаянно. К тому же, как выяснилось, раньше он был гвардейцем, о чем вы забыли упомянуть, когда нас нанимали.

Квентин действительно боялся, что они откажут ему, если он им об этом скажет. С трудом сдержав проклятие, он обратился к Сайкстону:

– Значит, вы его прикончили, не так ли?

– После того как мы ударили его дубиной, он упал в озеро. – Уголки губ Сайкстона уныло опустились. – И утонул.

Холодок пробежал по спине графа.

– А его тело?

– Люди из его клана были поблизости, поэтому нам пришлось быстро исчезнуть. Но он не мог выжить. Ведь он был без сознания, когда упал в воду.

Квентин без сил опустился в кресло. Он был потрясен. Его необдуманные действия привели к ужасным последствиям. Мерзавцы совершили убийство. В угоду ему. Боже милостивый, у Росса осталась мать, которая от него зависела, и клан, который в нем нуждался…

– Я думаю, что его люди сразу поняли, что именно вы убили их лэрда, – хрипло произнес он. – И теперь вы привели их прямо ко мне.

– Нет, милорд. Мы позаботились о том, чтобы нас не выследили. Но нам нужно как можно скорее покинуть Лондон. Поэтому мы рассчитывали сразу получить то, что вы нам обещали.

Квентин нахмурился. Ему совсем не хотелось платить негодяям, совершившим убийство, но у него не было выбора. Стоит лишь намекнуть людям из клана Росса о том, кто стоит за убийством их лэрда, и ему конец.

Но утешает то, что изнурительная вражда наконец закончилась. Квентину удалось скрыть свою семейную тайну, а все, что знал Росс, он унес с собой в могилу. Так что теперь Шотландский Мститель его больше не побеспокоит.

Загрузка...