Глава 3

Прекрасная невеста являлась ему во сне с тех пор, как он помог Никки убежать со свадьбы. Это были чудесные сны, отнюдь не кошмары. А кошмары окружали его наяву: во всех газетах были его фотографии с невестой на руках и домыслами о том, какие отношения могли быть между свидетелем жениха и невестой. Газетные статьи обличали его во всевозможных грехах. «Свидетель-предатель» – это был один из самых безобидных заголовков. Журналисты раскопали и вытащили на свет божий подробности его предыдущих романов и изо дня в день напоминали о Максе своим читателям. Когда-нибудь они оставят его в покое?

Он стал своего рода знаменитостью. Журналисты проявили к нему интерес, когда он был еще подростком и выиграл Открытый чемпионат Австралии, причем его соперниками были более опытные взрослые спортсмены. Затем интерес публики вызвал роман Макса с восходящей звездой тенниса, значительно превосходившей его по возрасту. Под тем же пристальным вниманием публики их роман подошел к концу, поскольку они оба, раздираемые внутренними амбициями, не были командными игроками. И с тех пор повелось, что его романы или их временное отсутствие всегда вызывали искренний интерес.

Но он и предположить не мог, что и Никки, дочь состоятельного владельца строительной компании и сама успешный предприниматель, была хорошо известна публике. Несостоявшаяся свадьба вызвала интерес во всей стране и непрекращающиеся кошмары наяву в течение нескольких недель.

Мысли Макса о Никки не были кошмарными, но они тоже не оставляли его в покое. Они всегда начинались с одного и того же события: Макс был на репетиции свадьбы в церкви накануне того самого дня. Он занял свое место рядом с Аланом у алтаря. Никки шла по проходу, медленно и грациозно. На ней было короткое синее платье без рукавов и серебристые босоножки. Волосы она завязала в высокий хвост. В руках она держала букет цветов, искусственных, потому что ей нужно было научиться в нужный момент элегантно передавать его своей сестре, которая тоже была свидетельницей на свадьбе.

Однако в своих мечтах она шла не к Алану. Ее улыбка и любящий взгляд были обращены к нему. Он был женихом. Когда она подошла к нему, Макс протянул к ней обе руки и привлек ее к себе. Она была его, только его! Никки подняла на него глаза и потянулась к нему губами для поцелуя. Он склонил к ней голову и…

И в этот момент его сон наяву всегда заканчивался. Макс приходил в себя. Смущенный, раздосадованный, безутешный. Во-первых, он не собирался связывать себя узами брака. Уж точно не сейчас, когда спортивная травма поставила под вопрос всю его дальнейшую карьеру.

Ни о чем таком не может быть и речи, пока он не разберется со своими проблемами. Пока он не убедится в том, что хочет всегда быть вместе со своей избранницей. Макс хотел быть счастлив в семейной жизни, как были счастливы его родители. Но он знал, что семейное счастье профессионального спортсмена часто оказывается под угрозой. В жизни спортсмена нет места спокойствию и стабильности.

Кроме того, Никки Лукас не была для него желанной невестой. Не могла быть. Она была, бесспорно, привлекательна. Если бы они встретились при иных обстоятельствах, Макс не смог бы противостоять ее чарам. Но он видел, как в порыве чувств она бросила своего жениха, оставив его одного перед алтарем.

Ее поведение было для него загадочно. Более того, Макс не мог понять, почему и он пренебрег всеми правилами приличия и решился помочь невесте сбежать с собственной свадьбы. И в резуль тате поплатился за это своей репутацией. Он мог противостоять враждебной прессе, которая не переставала полоскать его имя в скандальных статейках, только зная, что ему нечего скрывать. Он мог с чистой совестью поклясться, что у него не было интрижки с Никки и он не планировал вступать с ней в романтическую связь. Только эти постоянные мечты о ней! Но он был не властен над ними.

И вот сейчас Никки смотрела прямо на него, но не любящим нежным взглядом. Напротив, ее глаза подозрительно сощурились.

– Странно, что я не в курсе, что ты остановился в «Биг Блу», – сказала она. – Я иногда помогаю при регистрации гостей. Но я не видела в списках твоего имени.

– Я зарегистрировался под именем Максвелла Джеймса. Джеймс – это мое второе имя.

Никки недоверчиво взглянула не него. Он заметил, что она совсем не накрашена.

– Почему именно «Биг Блу»? Почему остров Лембонган? Разве это не странное совпадение, что мы встретились здесь?

– Это именно совпадение. Я до недавних пор не знал об этом острове. Гостиницу забронировал для меня мой агент. Он просто нашел именно то место, которое мне нужно в этот момент.

Она сдвинула брови.

– Ты на самом деле не знал, что я здесь живу?

– Совершенно не знал. Если бы знал, то ни за что бы сюда не приехал.

Его слова неприятно резанули ее слух, и она не смогла скрыть чувство обиды. Макс мысленно стукнул себя кулаком по лбу за свою словесную неуклюжесть.

– Пожалуйста, не обижайся! Я не хотел тебе нагрубить! Но пойми, мне не хотелось встречаться с тобой снова, после всех скандальных статей в газетах. Это был сущий ад.

– Да, тебе, видимо, трудно пришлось, – сказала она, немного помолчав. – Я смогла этого избежать, поскольку сразу уехала. Но знаю, что там все газетчики с ума посходили, так как не могли меня найти, а взять у меня интервью им очень хотелось. Я перестала читать газеты после того, как прочла интервью с каким-то очевидцем, который обнаружил меня и тебя в нашем «любовном гнездышке» на Фиджи.

Произнеся «любовное гнездышко», она вспыхнула. Макс усилием воли заставил себя не думать про это самое уединенное место.

Он откашлялся.

– Да, я тоже в какой-то момент перестал читать прессу. Затем, слава богу, случился очередной светский скандал. Поэтому я не хочу подбрасывать дрова в затухающий камин.

– Согласна! – с жаром поддержала его Никки.

– Я перееду в другую гостиницу. Может, ты можешь мне что-нибудь посоветовать?

Никки покачала головой:

– Не надо! «Биг Блу» – это отличное место. В совершенном уединении, на краю пляжа. Мои друзья только недавно выкупили этот отель. Не стоит отменять свою двухнедельную бронь. Прежде всего, из-за меня.

Макс хотел обсудить с ней вопрос, как они будут избегать друг друга, находясь в одной гостинице, но не знал, какие слова подобрать, чтобы не обидеть девушку. Он вспомнил, как чувствовал себя, когда увидел ее слезы в день свадьбы. Он не хотел, чтобы она снова расстроилась. Ведь тогда ему пришлось бы утешать ее, а Макс не хотел никаких отношений с женщиной, благодаря которой его имя не сходило с первых страниц бульварной прессы.

– Нам придется избегать друг друга, – сказал он наконец.

Но в ее ответе не прозвучала обида. Напротив, ему показалось, что она была бы счастлива не встречаться с ним.

– Мы можем это устроить. Прежде всего, я сотрудник гостиницы, хотя и не официальный, а ты – гость. У нас мало возможностей для встреч. В каком номере ты живешь? В лумбунге на пляже?

– В лумбунге?

– Да, это традиционный двухэтажный дом с крышей из тростника, потолком из бамбука и ванной с панорамным видом.

– Нет, я в одном из тех двух новых бунгало, которые находятся в зарослях, а не на пляже. Во втором номере. У меня есть собственный бассейн. Я решил, что там будет потише, чем на пляже.

– О, – пробормотала она, и румянец на ее щеках усилился. – Это… тогда… Дело в том, что я живу в соседней вилле.

Не просто на том же острове! Нет, в соседнем доме! Их разделяла всего лишь пара стен. Во что теперь превратятся его навязчивые мечты? Макс выругался про себя и сказал:

– Представь себе, что произойдет, если об этом узнают журналисты? Они все примчатся сюда. Я должен переехать в другую гостиницу.

Никки выставила руку вперед, выражая протест:

– Нет! Не делай этого. Я перееду в дом для сотрудников. Там есть комната в подвале, но…

– Я не могу позволить тебе переехать в подвал!

Она нахмурилась.

– Это не твое дело – позволять мне что-то или нет! И это только на две недели. Я не принцесса из Сиднея, я смогу прожить эти две недели в подвальном помещении.

Ее голос задрожал. Значит, она все-таки читала те газетные статейки. Да, журналисты не пожалели и ее. Макс знал, что все, написанное про Никки, неправда. Он хотел тогда связаться с ней и постараться утешить ее, но принял решение не делать этого. Он не мог позволить себе еще раз связаться с ней. Кроме того, никто не знал тогда, где она находится. Но теперь Макс знал.

– А через две недели? Что будет тогда? – спросил он.

– Я вернусь в свое бунгало, – ответила Никки.

– Я имею в виду, что ты планируешь делать?

– Я буду помогать моей подруге Майе. Буду строить планы на будущее. Ты знаешь, что я продала свой бизнес?

– Да, читал об этом.

В тот день, когда на репетиции он впервые увидел Никки, он нашел про нее информацию в Интернете и прочел историю ее успеха. Узнал о том, что у ее сестры была очень чувствительная кожа, и она не могла пользоваться обычными кремами. И Никки начала разрабатывать кремы для своей сестры. Затем открыла интернет-магазин для продажи своей продукции. Умные маркетинговые решения и «сарафанное радио» помогли ей добиться отличных финансовых результатов. И всего несколько дней спустя после несостоявшейся свадьбы Макс с удивлением прочел, что Никки продала свое дело большому международному концерну.

– Прими мои поздравления. Ты продала его из-за Алана?

Никки покачала головой.

– Процесс продажи был запущен еще до свадьбы. Я думала, что, продав бизнес, я смогу все свое время посвятить… семье.

Ее голос задрожал.

– Прости, – сказал Макс, не зная, что еще он может сказать ей.

Никки пожала плечами.

– Как оказалось впоследствии, я все сделала вовремя. У меня действительно появилось много времени, чтобы подумать, собраться с силами. Ведь все мои планы разбились вдребезги. Мне было тяжело справиться с последствиями.

– Прекрасно тебя понимаю, – осторожно ответил Макс.

Она посмотрела на него.

– Ты знаешь, я на самом деле думала, что люблю Алана. Я хотела выйти за него замуж, я хотела семью. Тем ужаснее было узнать, что он обманывал меня. Что он не был тем человеком, с которым я жила все это время. Я не сбежала со свадьбы под влиянием чувств.

Никки пнула ногой песок и отвела глаза в сторону.

– Я знаю, что это не было внезапным решением с твоей стороны, – сказал Макс.

– В тот момент, когда я приехала к церкви, я думала, что соглашусь на церемонию. Что я помогу Алану измениться и не стану одной из тех женщин, которых он бессовестно обманул. Хотя в душе я пони мала, что я напрасно обнадеживаю себя. Мой отец и слушать не хотел о том, чтобы отменить свадьбу. Это плохо бы отразилось на его делах. Но потом я увидела тебя у церкви и…

– Продолжение истории я знаю, – сухо произнес Макс. – Я не сожалею, что помог тебе. Я бы сделал это снова.

Она взглянула на него широко раскрытыми от удивления глазами.

– Несмотря на последствия?

– Да, – ответил он.

Было два решающих момента, которые убедили его в правильности принятого тогда у церкви решения. Первый момент наступил, когда она поцеловала его. Это был поцелуй из благодарности, но все же те несколько секунд, пока ее губы касались его щеки, а он вдыхал ее запах, заставили его вспомнить о том, чего он не чувствовал уже долгое время. Радость, но в то же время смущение из-за того, что его чувство к этой женщине противоречило всем нормам и правилам. Он не мог рассказать ей о своих чувствах. Однако он мог поведать ей о втором событии.

– Когда Алан потом нашел меня, его глаза были как будто мертвы. Весь его шарм и очарование испарились. На лице отразились жестокость и беспощадность, которые свойственны ему, как я понимаю теперь. Я был счастлив, что помог тебе избежать брака с этим человеком.

Никки судорожно вздохнула и приложила руку к сердцу.

– Так ты увидел это? Его первая бывшая жена намекнула мне о том, что он бил ее. А затем она уже прямо рассказала мне об этом, когда я отправила ей букет цветов в знак благодарности.

– Ты чудом избежала той же судьбы, – сказал Макс, отгоняя от себя мысли о том, что Алан мог бы ударить Никки.

– Да, благодаря людям, которые помогли мне.

У Макса в голове не укладывалось, как женщина могла отправить цветы в знак благодарности бывшей жене своего жениха. Однако эта Никки Лукас не такой простой человек!

– Почему я сама не смогла понять, что он собой представляет? Почему я была настолько слепа? – произнесла она.

– Могу тебя уверить, что я был также очарован им, – ответил Макс. – Почему же еще я согласился быть свидетелем у человека, которого едва знал? Он был очень убедителен. Я поверил, что мы давние друзья. Дело в том, что я вернулся в Сидней после длительного отсутствия и хотел обзавестись знакомыми.

– Я согласилась выйти за него замуж всего пару месяцев спустя после знакомства. Он прекрасно мог манипулировать мною, – сказала она, поджав губы. – Он заставил меня поверить в то, что был мужчиной моей мечты.

Мужчина мечты? Макс понял, как мало он в действительности знал о ней. И как заманчиво было бы узнать о ней больше…


Никки не собиралась посвящать его во все детали своих отношений с Аланом Омерзительным, как прозвала его Майя. Но ей стало легче на душе, ко гда она поняла, что Алану удалось одурачить не только ее, но и своего свидетеля. Видимо, ее бывший жених строил какие-то свои планы в отношении Макса. Макс был очень состоятельный человек. Мультимиллионер. Журналисты не упускали возможности упомянуть об этом факте каждый раз, когда писали о Максе. Скорее всего, именно состояние Макса привлекло Алана.

Она не решалась спросить. Макс произвел на нее впечатление сдержанного человека, несмотря на все сплетни о его многочисленных связях. Но он ни разу не был вовлечен в скандалы, связанные с рукоприкладством, злоупотреблением алкоголем и наркотиками. Публика любила его за хорошие манеры на теннисном корте, где он с лучезарной улыбкой одерживал одну победу за другой. Когда Никки впервые увидела его в непосредственной близости на репетиции свадебной церемонии и немного пришла в себя, осознав, что свидетелем ее жениха будет всемирно известный теннисист, она внимательно пригляделась к Максу и нашла его достаточно замкнутым и необщительным. Встретив его на острове, она вспомнила о нанесенной ей полгода назад обиде и о несостоявшемся семейном счастье. Меньше всего ей хотелось бередить старые раны. А для этого ей нужно будет избегать любых встреч с ним.

– Нам действительно не стоит стоять тут у всех на виду, – сказала она. – Сомневаюсь, что кто-нибудь на пляже узнает меня. Но ты – другое дело. Конечно, сейчас ты выглядишь иначе, чем полгода назад. Ты отрастил волосы и бороду. Тебе это очень идет, но тебя все равно можно легко узнать. Если тебя увидит хоть один твой фанат, то это закончится…

– Катастрофой, – произнес Макс, отступая на шаг назад.

– Может, в качестве маскировки ты будешь носить шляпу? – предложила Никки. – Шляпа, так или иначе, понадобится тебе на жаре. С каждым днем становится все жарче.

– На открытых теннисных кортах бывает так жарко, что у спортсменов начинаются галлюцинации, они даже падают в обморок, – сказал Макс.

– Все, кроме тебя. – Никки иронично склонила голову набок.

– Все, кроме меня, – повторил за ней Макс, и в уголках его губ промелькнула улыбка.

– Разве это смешно?

Вместо ответа, она получила возможность полюбоваться его широкой расслабленной улыбкой победителя, за которую его так любила публика. Ее сердце нервно забилось. Он был очень привлека телен…

– Я бы так не сказал. Но я вырос в жарком климате Нового Южного Уэльса. Если бы я не стал теннисистом, то продолжал бы помогать отцу на ферме.

Да, он был известен как деревенский парень, добившийся успеха. Никки было интересно, как ему это удалось. Но узнать это она сможет, скорее всего, из Интернета, а не из задушевных бесед с Максом о его успешной карьере.

– Здесь совсем другая жара, – возразила она. – Мне пришлось какое-то время акклиматизиро ваться.

Казалось, чем дольше она стоит рядом с ним, тем жарче ей становится.

– Хорошо, я последую твоему совету и куплю себе шляпу, – сказал Макс.

Никки хотела было сказать, что готова помочь ему с выбором подходящей модели, но вовремя сдержалась. «Это неудачная идея», – подумала она.

Вместо этого она дала ему вполне нейтральный совет.

– На главной улице есть несколько магазинов, где продают шляпы. На самом деле это одна-единственная здесь улица!

– Я видел магазин, где продают все, что угодно, включая шляпы. Это рядом с местным кафе, где я планирую пообедать.

– Ты хочешь здесь пообедать? Я тоже собиралась поесть в деревне. Для разнообразия.

Внезапно между ними наступила неловкая тишина. Никки посмотрела в его голубые, как безоблачное небо, глаза. Она слышала краем уха шум прибоя, слышала, как перекрикиваются рыбаки. Слышала затихающий смех удаляющихся в сторону деревни туристов.

В воздухе повисла непроизнесенная фраза: «Почему бы нам не пообедать вместе?»

Когда она наконец заговорила, то произнесла эти слова слишком быстро.

– Очевидно, что мне придется отказаться от своих планов. Поеду обратно в «Биг Блу» и перекушу там. Но у меня есть здесь любимое кафе. Отличная кухня! Ты должен туда сходить. Я скажу тебе, как оно называется.

Макс нахмурился.

– Почему ты хочешь отказаться от нормального обеда? Иди в свое кафе. Если то заведение, куда я хотел сходить, слишком близко к твоему кафе, я еще что-нибудь найду. Я уверен, это не единствен ное место, где готовят местную кухню.

Никки нервно хихикнула и тут же мысленно отругала себя за это. Да что с ней происходит?

Загрузка...