Всего хорошего

Глава 3 Пиковая дама

– Никакой Пиковой дамы не существует, – тихо сказала Рита.

Красная помада оставляла на круглом зеркальце в виде ракушки темные липкие следы: Женя старательно рисовала ступеньки, глядя в отражение, и с замиранием сердца прислушивалась к каждому шороху. Темнота стирала углы комнаты, и воображение населяло их чудовищами.

Рядом, прижавшись друг к другу, сидели Рита и Сава. Всем троим было страшно, но никто из них не решился бы признаться в этой слабости – нужно идти до конца, даже если из портала вырвутся злые духи.

Огонек свечи, которую держала Рита, дрожал и рассыпался искорками. Женя продолжала выводить на зеркале ступеньки. Еще не известно, кто был опаснее: Пиковая дама или бабушка, чьей помадой она прямо сейчас пыталась вызвать дух.

– А если она и правда придет? – встревоженно спросила Рита.

– Ее же не существует, – ответил Сава ее же словами.

Женя повернула голову на звук. Рита жалась к Саве и завороженно смотрела на зеркало, будто могла одним взглядом вернуть Пиковую даму в зазеркалье, если та осмелится явиться. Рита и Сава выглядели как кофе с молоком и дополняли друг друга. Рита – мягкая, с бледной кожей и светлыми пушистыми волосами. Сава – вечно загорелый, с темными кучеряшками и черными выразительными глазами. По отдельности Жене не нравились ни молоко, ни кофе, но, если их соединить, получалось идеально. Сама же Женя – как огонек свечи, но в тусклых и приглушенных цветах.

– Конечно, придет, – с уверенностью заявила Женя, глянув на собственное отражение, расчерченное красными ступеньками. – Мы ее для этого и вызываем.

В темноте Женины глаза лихорадочно блестели – азарт смешивался с адреналином. Они дождались полночи, притворившись спящими, и на всякий случай подоткнули дверь в бабушкину спальню простыней, чтобы ее не разбудил свет свечи. Иногда друзьям Жени было разрешено оставаться на ночевку у ее бабушки – они стягивали два матраса в зал, прямо на пол, и устраивали себе логово из подушек и пледов. Главное – не шуметь. Женя любила вырываться из-под маминого опекающего крыла: у бабушки можно было пить растворимый кофе в больших кружках с тремя ложками сахара, гулять целыми днями, играть в карты (даже на деньги), устраивать спектакли и модные показы, наряжаясь в бабушкину одежду, и смотреть телик до ночи. Больше всего Женя ждала времени перед сном, когда первые сумерки ложились на город. Бабушка и Женя переодевались в сорочки – Женя надевала бабушкину, длинную и белую, чтобы быть похожей на призрак – и выключали свет. У бабушки в запасе хранилась тысяча историй: она рассказывала страшилки, уверяя, что это все действительно случилось с ней, и Женя верила. Потом не могла заснуть, представляя, как дух дедушки идет за ней по пятам по заснеженной улице, а на снегу появляются следы от больших подошв. Хрусть-хрусть-хрусть. «Это он меня так провожал, – говорила бабушка, – потому что в то время было особенно опасно ходить по ночам». От мурашек на коже хотелось передернуть плечами, чтобы стряхнуть их…

– И что тогда?

– Что?

Женя отвлеклась на огонек свечи и слишком глубоко погрузилась в мысли. У ног лежала игральная карта – пиковая дама.

– Ну что будет, если она придет.

– Спросим у нее что-нибудь. Что ты хочешь знать?

– Ну…

Самой Жене хотелось знать все. Как появились люди, живет ли во Вселенной еще кто-то, кроме них, что происходит с человеком после смерти… Возможность получить ответы на эти вопросы заставляла Женю волноваться.

– Или она нас задушит, – с сомнением предположил Сава.

Рита вздрогнула, и белесая капля воска скатилась по свече ей на руку.

– Ее не существует, – с вызовом бросила Рита.

– Тш-ш-ш. – Женя приложила палец к губам, как только закончила рисовать последнюю ступеньку. – Я все.

Теперь на зеркале темнела изогнутая красная линия в виде лестницы из тринадцати ступенек. Женя закрутила колпачок помады и прислушалась – в бабушкиной спальне стояла тишина.

– Кто будет вызывать? – Сава осторожно пододвинулся к Жене и заглянул в зеркало, а Женя – в его глаза в отражении. Они вбирали огонек свечи, черные, как и густая темнота вокруг них, и Женя видела в широких зрачках себя. – Могу я.

Когда локтя коснулись теплые пальцы, Женя едва не выронила зеркальце, решив, что Пиковая дама уже пришла за ней. Хорошо, что они не пошли вызывать Пиковую даму в баню, как собирались: по словам бабушки, там обитали духи, и иногда, закрыв глаза, чтобы сполоснуть волосы в тазу, она даже слышала их плач. Жениной храбрости хватило только на то, чтобы стащить бабушкину помаду, взять зеркало и зажечь свечу.

– Пусть Женя, – шепотом отозвалась Рита.

– Тогда давай ты, – возразил Сава, – раз все равно в нее не веришь.

Сквозь неплотно зашторенные окна пробивался свет фонаря. Ветви деревьев, беспокойные от ветра, касались стен искривленными тенями. Они шевелились, и потому казалось, что нечто страшное уже просочилось из потустороннего мира и теперь скреблось по стенам. Если свеча потухнет, лишив их островка безопасности, духи набросятся на них и сожрут вместе с косточками. Утром бабушка найдет кучку одежды, зеркало и испорченную помаду. Минус – они, возможно, умрут. Плюс – им не придется ходить в школу и видеть надоевшие лица одноклассников.

– Я сама, – едва слышно сказала Женя, ощущая громкий стук сердца как будто во всем теле, и даже приложила руку к груди: сердце билось в середину ладони. – Все, помолчите.

Они устроились у зеркала, которое Женя положила на пол. Их лица, выхваченные из темноты желтым светом, застыли над нарисованной лестницей.

– Пиковая дама, приди. Пиковая дама, приди. Пиковая дама, приди.

Взгляды приклеились к красной линии. Женин шепот заполнил комнату. Они ждали, когда Пиковая дама появится и начнет спускаться по ступенькам. Женя держала Саву за руку – Риту тоже – и продолжала шептать.

– Она не придет. Ее не существует, – буркнула Рита.

– А вот и существует. Пиковая дама, приди.

Как только Женя перестала звать ее, что-то в комнате изменилось. Обернувшись, Женя разглядела в темноте белый силуэт – тонкая ткань струилась по ногам до пола, скрывая ступни. Она закричала. Подхватив Женин испуг, Сава и Рита вскрикнули. Значит, они видели то же, что и она, – Пиковая дама действительно пришла. Огонек свечи потух. Комната погрузилась во тьму – Женя вновь схватила Саву за руку, стискивая его ладонь. От страха немели кончики пальцев.

Раздался щелчок выключателя, вырывая их из лап темноты. Возле стены стояла бабушка в сорочке. Длинные волосы, обычно убранные в косу или кичку, были распущены. Она строго смотрела на Женю, но в ее глазах блестели искорки веселья – бабушка наверняка была довольна произведенным эффектом.

– Бабушка! – возмутилась Женя, когда к ней вернулась способность говорить, и припрятала за спиной бабушкину помаду. – Ты все испортила. У нас почти получилось!

– Я от страха чуть не сдохла, – выдохнула Рита, обмякая, и тут же всполошилась. – Ой, извините, умерла!

Ритм Жениного сердца все еще не вернулся к нормальному. Тук-тук-тук – быстро стучало под ребрами. Сава молчал, чуть щурясь от яркого света, и кусал ноготь большого пальца. К Саве у бабушки было особое отношение: ему пришлось доказывать, что он не глупый мальчишка, который может обидеть Женю, и все, что привело их к дружбе, всего лишь маленькое недоразумение.

– Что мы говорили о Пиковых дамах? – невозмутимо спросила бабушка, оглядывая комнату.

– Никаких Пиковых дам в этом доме.

– Правильно, – согласилась бабушка. – А по поводу огня?

Они сидели на ковре, который занимал почти половину зала. Под ножкой стола, отодвинутого к окну, ковер сморщился складками. Рита положила потухшую свечу рядом с игральной картой – это были три тонкие свечки, скрученные в одну. Капельки воска застыли белыми бородавками на пальцах Риты.

– Нельзя играть с огнем.

– Правильно. А теперь спать. Живо!

Они послушно забрались на матрасы и укрылись одеялами, дожидаясь, пока бабушка выключит свет и вернется в спальню. На этот раз дверь она оставила чуть приоткрытой.

– Может, твоя бабушка – это и есть Пиковая дама? – спросила Рита.

– Точно, – кивнула Женя. – Ну или ее родственница. По-моему, они похожи.

– Скорее ведьма, – не удержался Сава. – Которая по ночам летает на метле и ест детей.

– Я вообще не испугалась, – сказала Рита.

– Я тоже.

– Ты кричал громче всех, Сава.

Когда страх окончательно отступил, Женя рассмеялась: она была уверена, что этой ночью погибнет от рук Пиковой дамы, которые сожмутся вокруг ее шеи смертельным ожерельем.

– Спать! – крикнула бабушка через стенку.

Женя зажмурилась, словно бабушка могла обратиться в облачко и подсмотреть за ней, и все-таки тихонько хихикнула. Сейчас, слыша рядом с собой дыхание Риты и Савы, она была счастлива.

В их маленький мир не могли проникнуть ни чудовища из темноты, ни люди, которые на самом деле только притворялись людьми: ходили в школу, отвечали на уроках и уплетали булочки в столовой, а на переменах выпускали невидимые когти и больно ранили.

Женя хотела бы узнать у Пиковой дамы, как навсегда избавиться от монстров. Ведь нельзя просто стереть красные ступеньки на зеркале и оборвать им путь – они повсюду.