Взлом проклятья, или Любовь без повода (СИ)

Глава 10

Соображала я этим вечером слишком медленно, я бы даже сказала заторможено. Танцевать? Со Стражем? Сейчас? Здесь, на крыше?

— А музыка? — сорвалось с губ.

— Я напою.

— Хм, а я не умею. Наверное.

Страж смотрел на меня удивленно, он все также держал руку, предлагая мне вложить в нее свою ладонь. И я вложила.

Мужчина потянул меня за руку, помогая встать. Тело слишком расслабленное, не хотело слушаться хозяйку. Но маг быстро привел меня в тонус. Крутанув вокруг своей оси, он ловко поймал меня за талию одной рукой и скользнул горячей ладонью к лопатке. Вторая его рука ловко провернула мою кисть в удобное положение и немного отвела в сторону. Классическая поза для танца.

Он легко покачивался, управляя моим телом и ожидая, когда я соображу и приму правила игры. Подчинюсь его неслышному ритму, посылам его тела.

— Я думал, все девушки от рождения грациозны, изящно двигаются и всегда готовы танцевать, — заговорил он негромко.

— Девушки бывают разные — откуда-то бодро напела я. — Я бываю весьма неуклюжая, особенно когда нужно быть уклюжей.

— Нет такого слова.

— Зато я есть, и порой именно такая.

Слова ни о чем, а настроение поднялось, напряжение от недавнего происшествия куда-то растворилось. И вот я уже улыбаюсь своему кавалеру, мягко, но уверенно направляющего меня в странном танце. Мы то покачивались, то совершали какие-то па, то Страж кружил меня.

Он что-то негромко напевал, на неведомом мне языке, а я слушала его голос, наслаждаясь, ведущими движениями мужчины. Его силой, жаром тела и ветерком, что оглаживал, вдруг ставшую чувствительной кожу. Мне было очень-очень хорошо в его руках. Спокойно, тепло и уютно.

А еще он будоражил мою женскую суть. Я неожиданно почувствовала себя красивой и желанной. Но не в пошлом смысле этого слова, а в каком-то ином, возвышающим, что ли. Я не могла точно сформулировать весь клубок собственных чувств, но мне нравилось то, что происходит.

Несколько смущал, да что там смущал, повергал в шок, тот факт, что я прикасаюсь к существу бесконечно древнему. Полторы тысячи лет мне осознать сложно, а он прожил столько. И, во-первых, не разваливается на кусочки, а во-вторых, говорит на одном со мной уровне. Я имею в виду не только язык (с этим здесь просто, магия помогает), но и лексикон, обороты речи, принятые в моем мире и времени, понятия и многое другое.

Я танцевала и не верила, что вот этому молодому мужчине больше сорока. Хотя если присмотреться, то можно заметить, что в его спокойном взгляде красных глаз, в самой их глубине таится бесконечная печаль веков и смирение.

Но вот танец закончился, и мы, не сговариваясь, подошли к парапету и оперлись, молча вглядываясь вдаль. Сколько простояли так, я не знаю, но переступая с ноги на ногу, я почувствовала боль в щиколотке, неловко подвернув ее, и поморщилась.

Неожиданно всплыло воспоминание, как я спотыкаюсь. Больно подворачивается нога на колдобине, а мой парень, высокий блондин по имени… не помню, ловит меня, поддерживая под локоток, и вдруг выдает:

— У тебя что, ноги кривые?

Я ужасно удивилась его словам. Совсем недавно наши отношения дошли до интима, и целый один мы раз переспали. И тогда он тоже удивил меня нестандартно:

— А почему у тебя пупок такой формы?

Я рассмеялась, посчитав вопрос шуткой, и предвкушая приятные ощущения. Но ничего вкусного в тот вечер мне не перепало. Невнятная возня в темноте, парень выключил свет, сопение, длящееся пару минут и сытый выдох, отвалившегося любовника.

— Эм, это все?

— Да. А что, ты не кончила?

— Нет.

— У девчонок такое бывает. Не переживай, со временем научишься, — он отвечал уверенно, покровительственным тоном.

Что ответить на такое я не нашлась, но я не спешила расставаться. Он мне очень нравился. Однако и смиряться с происходящим не желала.

Помню, что мой предыдущий опыт мне понравился больше, несмотря на первый раз. Тогда парень сначала ласками довел меня до пика, а потом неспешно перешел к основному блюду. Больновато, но терпимо. И в целом мне все весьма понравилось, и я готова была повторить опыт, но однокурсник вынужден был переехать в другой город посреди учебного года.

И вот мой нынешний парень принялся придирчиво рассматривать мои ноги. Щиколотка ныла, но было терпимо. А еще от боли отвлекли слова:

— Вроде ровные. Я сегодня еще с уровнем проверю.

Помню, как до меня дошло, что парень говорит это на полном серьёзе, хотя ранее подобные высказывания я всегда воспринимала, как шутки с его стороны. Я застыла, картинка вышла более чем комичной, но смешно не было. Ярко вспомнился его вопрос, сказанный во время прелюдии, пока он меня раздевал:

— А ты силикон не хотела бы накачать?

В контексте разговора это выглядело двояко: вроде и шутка, а вроде и нет. Я, верящая в хорошее, восприняла, как комплимент стройности и аккуратности моим формам. У меня обычная двоечка, смотрится при моей фигуре вполне гармонично.

И вот тогда-то, когда ногу подвернула, я и поняла, что моему парню, Жени, вспомнила его имя, нравятся девушки с выдающимися достоинствами. И решила проверить свои догадки:

— Милый, — начала я елейно, — а давай мне грудь нарастим. Тебе какой больше размер нравится троечка или четверка?

— Четверка.

Парень произнес это благоговейно, не задумываясь ни на миг. Глаза загорелись, рот слегка приоткрылся, но он быстро сам себя приземлил и подозрительно посмотрел на меня:

— А разве у тебя деньги на это есть? — меркантильно поинтересовалась эта наивная душа.

Я его обломала:

— Нет, Женя, денег на силиконовые дойки у меня нет. Поэтому мы расстаемся. Прощай. И как любовник — ты полный отстой.

Высказалась и почувствовала облегчение, даже лодыжка перестала болеть.

Горькое воспоминание пронеслось в голове за считаные секунды. Порадовавшись, что память постепенно приоткрывает спрятанное, я решила подумать об этом позже. Не хотелось портить вечер, поэтому я улыбнулась Стражу, который как раз повернул ко мне голову и произнесла:

— Спасибо большое за танец. Это было необычно и очень здорово.

— Я рад, что тебе понравилось.

Он проводил меня до ближайшей арки перехода и, настроив ее на мою комнату, подождал, когда я войду в нее.

Оборачиваться не стала, неожиданно засмущавшись.

Утро встретило меня солнечным, теплым днем и неясным шумом на нашем с Камирой этаже. Как выяснилось, это соседка пыталась выгнать мышек, те ночью, сожрали всю провизию, погрызли мебель и балдахин и, конечно, нагадили везде и всюду.

— А еще у них брачный период начался, многие мышки беременные. Самцы агрессивные и шумные. В общем, бардак полный, — жаловалась соседка. — И ведь не избавиться от них. Я которую ночь сплю в коридоре.

На мышах приключения соседки не закончились. На выходе из арки-перехода нас ожидал орк. Однокурсник широко улыбался и влюбленным взглядом смотрел на Камиру. В руках он держал огромный букет полевых трав и цветов. Красивая композиция получилась, только объемная очень. Девушке держать такую неудобно.

Камира, все еще не отошедшая от борьбы с домашними животными, воинственно подлетела к зеленому гиганту:

— Это мне?

Собственно, перепутать было сложно.

Тонкий пальчик девушки ткнул в букет, на что Вахен показал еще больше зубов. Крепких, белоснежных, размером подстать хозяину. Я бы, впечатлившись клыками, бежала без оглядки от такого ухажера. А соседка ничего, дождалась счастливого: “да”, и, вырвав из охапки примерно треть, потребовала:

— Остальное держи крепче.

Орк, ничего не понимая, сжал обеими руками-лопатами цветы, пока зазноба лупила по щекам его же букетом.

— Не смей дарить мне эти веники и не ходи за мной, и не карауль. Понял?

Не дожидаясь ответа, разъяренная фурия бросила потрепанные растения под ноги растерянному гиганту. Лицо в этот момент у Вахена было такое несчастное и потерянное, как у ребенка. Он провожал воительницу восторженным, но грустным взглядом. Камира, схватив мою ладонь, спешно тащила меня к аудитории. За спиной мы услышали:

— Не понял? Ничего не понял, — вопросительное, а потом с придыханием. — Какая женщина!

На что Камира зашипела, словно рассерженная кошка, но при этом чуть расслабилась, сбавив темп.

А на лекциях она не сводила взгляда с демона, который демонстративно игнорировал девчонку. Орк не ослабил напора ухаживаний. Сидел рядом, помогал присесть, поднять ручку, убрать локон с лица, сказать комплимент…

Эх, что-то будет. Казалось, вся группа и даже магистры наблюдали за троицей, затаив дыхание.