Заложница авторитета. Я тебя сломаю

Глава 4

– Я вижу, ты так и не усвоила сегодняшний урок.

В его голосе сталь. Она медленно разрезает мои нервы.

– Вы животное! Еще более унизительно вы не могли меня наказать.

– Мог и накажу, сейчас. Если продолжишь молчать.

Он наступает тихо, как пантера, и я начинаю паниковать. Мне некуда бежать. Он везде меня найдет, поймает и сожрет.

–Уйдите, прошу. Не приближайтесь!

– Нет, девочка, пора долг отрабатывать.

Мой голос сбивается от волнения. Громко сглатываю, пытаясь смочить горло. Кажется, я не выпила сегодня ни глотка воды. Мне никто не предлагал, а я сама постеснялась у Лизы попросить, видя ее тухлый настрой ко мне.

– Моя собственность должна встречать меня голой, стоя на коленях. Подойди.

Маюсь всего лишь мгновение, но подхожу к мужчине сама. Знаю, мне не поздоровится, если ослушаюсь. Когда оказываюсь совсем рядом, снова отмечаю, насколько же Руслан высокий. С моим ростом Дюймовочки я ниже его минимум на две головы. В плечах палач раза в три так точно шире.

Сердце пропускает пару ударов. В нос бьет уже знакомый запах мускуса и табака, неповторимый и сильный. Слишком близко. Неправильно. Опасно. От Руслана веет могильным холодом и суровостью, а еще… безразличием. В глазах стоит лед, и кажется, для него пачка сигарет стоит дороже, чем вся моя жизнь.

– Что вы… чего вы хотите?

– Расстегни мой ремень. – Смотрит нахально, прямо в упор.

– З-зачем?

– Я хочу минет, игрушка, чего не понятно. Делай, что сказано.

Стою истуканом. Дышу громко только. Понимаю, что не могу я прикоснуться к нему сама. Руки налились свинцом и не двигаются. Медлю, тяну время, и это быстро выводит мужчину из себя. Он теряет терпение.

– Будешь так продолжать, ебать до утра буду.

– Нет, пожалуйста… сейчас, – голос сбивается, я жутко волнуюсь, но все же пересиливаю себя и прикасаюсь к его ремню, расстегивая. Волна паники и страха захлестывает меня, когда я отчетливо вижу, что мой палач возбужден. Стараюсь не смотреть туда. Куда угодно, только не туда.

С замиранием наблюдаю, как Руслан вынимает ремень из петель и ловко обхватывает им мою шею, словно делает это каждый день. Жесткая кожа прикасается ко мне, и я невольно сглатываю. Он может задушить меня этим ремнем прямо тут и пойти спать как ни в чем не бывало.

Палач смотрит прямо на меня как удав на кролика, и я понимаю: он пришел за правдой. Вот только где она теперь, правда эта…

– Я спрашиваю, ты отвечаешь, ясно?

– Ясно.

– Как давно знаешь Арсена?

Маюсь, как давно я его знаю? Выдаю первое, что приходит в голову:

– Год.

– Сколько тебе лет?

– Девятнадцать, – пожалуй, это единственная правда, которую я могу сейчас рассказать.

– Поведай мне, кукла, как тебя трахал мой брат?

От его грубости у меня спирает дыхание. Ремень на шее затягивается больше, и я начинаю паниковать.

– Отпустите! Хватит!

– Говори, как он тебя драл!

– Никак, никак!

– Не смеши меня, Арсен ни одной юбки не пропускал, чего ты мне тут чешешь?

– Мне больно, пожалуйста… Чего вы хотите?

Ремень затягивается все сильнее, отчего я вынужденно упираюсь рукой в широкую и сильную грудь Руслана. Пальцы скользят по белоснежной рубашке. Кажется, еще немного – и он задушит меня.

– Правду, игрушка. Скажи мне правду, и все закончится.

– Я не вру. Не вру!

Ухмыляется, но это больше похоже на звериный оскал.

– Ты хорошая актриса, вот только я не верю тебе. Где вы познакомились?

– В ресторане.

– И что же он заказывал? Что любил?

– Все! Мясо, рыбу, салаты…

На жестком лице палача проскальзывает едкий смешок.

– Не сходится что-то, кукла. Ты знакома с ним год и не знаешь, что Арсен законченный аллергик и не ест рыбу?

Замолкаю и корю себя за глупость.

Тяжелый взгляд мужчины заставляет мои коленки подогнуться. Он не пощадит меня, не пощадит.

– Кому ты сдала моих парней? Их расстреляли, как собак безродных, в упор. Из автомата, по наводке. Твоей. На кого ты работаешь, кому сосешь?

– Никому, правда! Я ни на кого не работаю.

Глаза Руслана опасно загораются, и он резко хватает меня рукой за шею, заставляя вжаться в стену. Мне больно, и я со всей силы старалась оттолкнуть его, но это больше похоже на попытку сдвинуть бульдозер с места. Трудозатратно и совершенно бессмысленно.

– Говори, сука, иначе я не ручаюсь за себя!

– Отпустите, пожалуйста, мне больно… – хриплю, в глазах темнеет.

Ремень мужчины все сильнее сжимается на моем горле, и я понимаю: еще немного – и все закончится, но в какой-то миг он убавляет хватку. Наверное, тогда, когда я уже начинаю терять сознание.

– На колени.

– Нет, прошу…

Тяжелая рука мужчина заставляет меня упасть на колени перед ним. Вздрагиваю. На пол падают предательские слезы, он снова добился этого. Мне снова хочется умереть рядом с ним.

Слова мужчины стучат в моих висках как приговор:

– Рот открыла.

– Пожалуйста…

Я отчаянно сопротивляюсь, но мужчина в тысячу раз сильнее. Одной своей рукой он нажимает мне на челюсть, отчего я вынужденно открываю рот.

– Только попробуй дернуться, выебу так, что мало не покажется.

Всхлипываю, но все же, киваю. Руслан расстегивает брюки и достает оттуда эрегированный огромный член. По телу проходит дрожь. Господи, как же он поместится в меня, а главное – что с ним делать?

– Хорошая девочка. Давай, ты ж профи.

Закрываю глаза и прикасаюсь губами к члену. На удивление, он не вызывает у меня брезгливости, наоборот, что-то странное разливается в моем животе всего лишь на миг. Целую его осторожно, боясь сделать хоть одно неверное движение.

– Блядь, ну кто так сосет? Кого ты играешь, мать твою? Словно не делала минет никогда.

Руслан ударяет членом по моим губам, заставляя приоткрыть рот шире, а после делает один глубокий толчок в мой рот, после которого я издаю истошный дикий крик. Слезы градом льются из глаз от боли. Моя щека вспыхивает, как пламя от зажженной свечи. Я буквально чувствую, когда рвутся нитки шва от того, как резко растянулась кожа.

Палач вынимает член из моего рта. Он жутко зол.

Моя повязка становится мокрой, и я понимаю: шов разошелся совсем, и снова пошла кровь. Всхлипываю и прикладываю руку к щеке, пытаясь хоть как-то заглушить боль.

– Пошла вон, живо!

Поднимаюсь с колен и пулей вылетаю из комнаты. Забегаю в ванную и запираюсь там на защелку. Осторожно снимаю повязку. Рана жутко болит и пульсирует. Шов и правда разошелся, а это значит, придется зашивать снова.

Несколько минут выжидаю. Прислушиваюсь к любому шороху за дверью. Мне трудно дышать, я не знаю, сможет ли зверь остановиться, ведь если он продолжит начатое – до утра я вряд ли доживу.