Глава 4.

Станислав.

– Добро пожаловать на борт самолета, совершающего рейс Афины—Москва… – ударил по ушам неприятный голос пилота самолета из динамиков салона первого класса.

Поморщился от нестерпимой боли в висках, которая с каждой минутой становилась все сильнее, и нажал на кнопку вызова бортпроводника, чтобы попросить обезболивающее.

– Чем могу быть вам полезна? – пропела стройная рыжеволосая девушка в безупречно белой рубашке с логотипом известной авиакомпании.

– Обезболивающее, – процедил сквозь зубы, отводя глаза в сторону, чтобы не смотреть на ее огненные волосы.

Рыжие. Отныне девицы с таким цветом волос для меня – табу. Одного взгляда на них хватало, чтобы я приходил в неописуемое раздражение. Терпеть рыжих не мог и всячески пытался минимизировать общение с подобными субъектами, встречающимися у меня на пути. А всему виной была моя бывшая, которую больше пяти лет называл своей женой, пока не узнал, что все это время она водила меня за нос.

– Да, конечно, одну минуту, – откровенно строя мне глазки, проворковала одна из обладательниц огненной копны на макушке.

Бесшумно выдохнув, откинул назад голову, отчаянно желая подохнуть.

Какого… я вообще там забыл? В этой златоглавой?

У меня был свой успешный бизнес в Греции… все работало, как швейцарские часы, никаких проблем, а тут…

Черт! Разве мог отказать деду в просьбе? Если он обратился с ней ко мне, а не к отцу, значит, на то была веская причина. И, конечно же, я согласился, потому что именно дед, когда—то заменил мне родителей.

В последнее время его здоровье сильно подкосила старая болячка, да и силы были уже не те. Из последнего с ним разговора выяснилось, что автосалоны уже год как функционировали без его руководства, и это грозило ему в скором времени огромными проблемами и убытками. Поэтому мне ничего другого не оставалось, как сорваться на родину, где не появлялся с тех самых пор, как развелся с этой стервой Алисой.

Через три с небольшим часа, щурясь от яркого солнца, я спускался по трапу самолета, проклиная свою мигрень.

– С приездом, Станислав Юрьевич, – как только вошел в зал ожидания, подскочил ко мне водитель деда, который внешне отличался от тех остальных, которые у него ранее работали, – Долго ж вы добирались. Видимо, рейс задержали? Я даже запарился ждать, – глаголил грузный, обливающийся потом мужчина средних лет.

Молча кинув дорожную сумку на заднее сиденье черного джипа, я закатал рукава рубашки и повернулся к нему:

– Запарился, говоришь? – оскалился я, находясь в ярости от его бесцеремонности. Разговаривать в подобной манере со мной не позволялось даже самому близкому моему окружению, – Ключи! – протянул вперед свою ладонь, собираясь отправить его к чертям…

– Чего? – не понял толстяк, – Зачем это? – ошарашенно посмотрел на меня, на глазах покрываясь обильной испариной на лбу. Видимо, он еще не понял, что сейчас произойдет. Что ж…

– Ты уволен. Пойди, отдохни, – забрал ключи из его рук и прыгнул за руль авто, заводя мотор двигателя, – И химчистка салона в счет твоего выходного пособия, – захлопнул дверь у его носа и надавил на педаль газа, резко выруливая с парковки столичного аэропорта.

Похоже, все еще хуже, чем я изначально предполагал, и придется хорошенько проредить кадры деда, прежде чем удастся навести идеальный порядок.

Я начал планировать с самого убыточного салона на юге Москвы, куда собирался отправиться немедленно, чтобы успеть на собрание сотрудников по случаю смены руководства.

Пробки… Как я от них уже отвык. Сколько себя помню, они всегда меня страшно вымораживали. Машины плелись в час по чайной ложке, и я едва не рычал, нажимая поочередно педали то газа, то тормоза, проклиная все вокруг.

– Алло! – рявкнул чересчур громко в трубку своего телефона, отвечая на неизвестный номер.

– Ста—а—асик… – пропела ведьма своим приторным голосом, который я узнал бы из тысячи.

Вот… собачья мать… Откуда только мой номер умудрилась достать?..

– Почему не предупредил о своем прибытии, я бы тебя встретила. Квартиру нашу с тобой подготовила, – с придыханием проговорила она, как ни в чем не бывало.

– Не припоминаю, чтобы мы с тобой расстались на дружеской ноте, – охренев от ее наглости, ответил.

Столько помоев было вылито друг на друга, прежде чем удалось расторгнуть наш с ней брак. И тут – на тебе… Опять эти сладкие речи, словно и не было всего того дерьма два года назад.

– Ну, полно тебе. Что было, то было… – захохотала Алиса, включая дурочку, как это обычно бывало, когда ей это было выгодно, – Я предпочитаю не держать камень за пазухой. Тем более, мы с тобой очень скоро снова породнимся…

– Что? – ударив по тормозам, проревел я, – Основательно с ботоксом перегнула, и теперь он твой мозг заменил? – проорал, находясь в шоке от услышанного.

Что она опять выдумала? На какие уловки ради денег решила пойти?

С шумом втянул через нос воздух, пытаясь успокоиться, помня, как эта тварь всего парой фраз могла привести меня в бешенство.

– Ста—а—асик. Ты все так же несдержан и горяч. Захочешь знать все подробности, будем рады с Юрочкой видеть тебя сегодня за ужином. В твоем родном доме, – смеясь, пролепетала бывшая и быстро отключила звонок, чтобы не слышать мой отборный мат, который через секунду раздался на весь салон джипа.

Юрочка! Твою ж… Мой отец для нее уже Юрочка?

Когда они успели снюхаться? Что у моего папаши с мозгами? Совсем рехнулся или в этом городе все бабы вымерли?

В эту же секунду почувствовал резкий удар сзади и быстро посмотрел в зеркало заднего вида.

– Вот дьявол! Да что ж за день такой?!

Открыв дверь, выпрыгнул из машины, чтобы оценить ущерб.

Вмятина на бампере. Внушительного размера. И она никак не украшала машину, стоящую баснословных денег.

Ну, и кто этот смертник, решивший, что некоторые органы ему стали уже лишние?

Рядом стояла крошечная, кукольная машина до неприличия ярко-синего цвета.

Смельчаком оказалась какая—то девица, сидящая за рулем.

– Курица! Ты права что, ртом зарабатывала? – едва сдержал себя, чтобы не нагрубить и не сказать словечки покрепче.

Бывшая меня вывела из себя, но отдуваться, похоже, сегодня будут другие.

– Остынь! – из окна авто прилетел мне поток какой—то зеленой жижи.

– Твою ж… – заорал, вытираясь и попутно вспоминая, что я вроде бы как цивилизованный человек, умеющий держать эмоции под контролем. Но, видимо, сегодня не тот день… Протянул в окно свою руку, чтобы встряхнуть хулиганку как следует и вправить мозги.

– Помоги—и—ите! – заорала дурным голосом эта ненормальная, – Убивают! Насилуют! – во всю глотку завизжала, выпучив свои огромные глазищи.

Ошалело посмотрел на нее и решил больше не трогать, так как там у нее, кажется, были не все дома…

– Чокнутая… – отошел от ее окна, – Только попробуй смыться! – собрался вернуться в джип за своим телефоном и вызвать тех, кому полагается присутствовать при ДТП.

– Стой! – подорвалась девица и выскочила из авто, – Нельзя! Мне нельзя ждать… не сегодня! – догнав меня, схватила за рукав рубашки и стала колошматить, словно душу пыталась вытрясти.

Ведьма! Еще одна! Рыжая! У меня аж в голове поплохело, потому что на сегодня это был явный перебор.

– Ну, зачем вам страховая, полиция? – била по моим барабанным перепонкам своим ультразвуком, – У вас денег вон сколько, а это всего лишь царапина. Пустяки. А у меня жизнь решается. Нельзя мне сейчас, – под конец заныла эта чумная, дергая руками, как в припадке.

Одежда, словно с психушки сдернула. А ее душевное состояние полностью подтверждало мои догадки о том, что она невменяемая.

– Рожаю! Может, все же отпустишь? – сделала шаг ко мне и снова уцепилась за рукав.

Вот черт! А если еще кусаться кинется? Ну ее к дьяволу, пусть валит. Потом ее пробью по своим каналам и взыщу убытки.

– Проваливай, – шарахнулся от нее, отходя на более безопасное расстояние от греха подальше, – Ненормальная. Я тебя найду. Все отработаешь! – и почти бегом пошел к двери своей машины.

Выдохнув, сел за руль и продолжил свой путь, все еще надеясь успеть на то собрание, где планировал разобраться с некоторыми проблемами.

Через двадцать минут прибыл к крупному бизнес—центру, где располагался офис салона. Без труда нашел руководителя филиала и представился, поведав причину своего визита.

Старик так разнервничался, узнав, что я – внук владельца салонов, что тут же выложил, как на духу, все имеющиеся проблемы.

Удивления не испытал, все было ожидаемо, и мне предстояло много работы, поэтому было принято решение, что кресло руководителя этого самого филиала займу именно я. Объявив это старику, сразу же отправился с ним в конференц—зал.

Пока Вениамин Эликсович распалялся о грядущих переменах, я быстро окинул взглядом присутствующих. В их глазах читалось недоумение и непонимание от моего присутствия на этом сборище. Ну, ничего! Это явление временное, и очень скоро они будут иметь четкую картину происходящего.

– Прошу любить и жаловать – Вавилов Станислав Юрьевич. Ваш новый руководитель, – наконец изрек старик, и по залу стали разлетаться удивленные возгласы, обрывки фраз. А кто—то и вовсе, обнаглев, вскочил со своего места и проорал:

– Что?

Вот те на… Кого—кого, а эту ненормальную, что устроила сегодняшнее ДТП на дороге, я ожидал увидеть сейчас меньше всего.

Больные на голову – и в моем офисе? Это, конечно, трэш!

Запустил дед свой бизнес. Ой, как запустил!

– Да! – ошалело посмотрел на рыжую ведьму, стискивая пальцы в кулак, – Я, конечно, наслышан, что у вас тут имеются некоторые сложности, но чтобы сотрудников из психушек набирать?! Отдел кадров на увольнение. Остальные пока свободны! – поднялся с места, не желая больше участвовать в этом цирке, и направился к выходу.

Уже завтра здесь произойдет полная перестановка кадров, и офис начнет работать так, как должен, а уже после этого я займусь и другими филиалами.

Загрузка...