Наталья Соболевская Заноза для нового босса

Глава 1

– Да, Марьяна Валерьевна, разумеется, со мной никаких проблем не возникнет, – сильно сжимая рукой телефонную трубку, я буквально выдавила обещание, а после, хоть голова и кружилась от злости, еще и вежливо попрощалась.

Когда на том конце провода послышались короткие гудки, я дошла до двери кабинета и закрылась на ключ. Огляделась, поймала взглядом стеклянную статуэтку на полке в шкафу, взяла ни в чем не повинную вещь и, замахнувшись, со всей силы запустила ее в стену.

– Какая же ты стерва, Марьяна Валерьевна! – выкрикнула я то, что надо было на самом деле сказать новой владелице фирмы, в которой я отпахала без малого пять лет как папа Карло.

Какой же надо быть глупой ощипанной курицей, чтобы отстранить от руководства человека, который за последний год увеличил оборот агентства вдвое? Что вообще творится у этой придурковатой бабенки в мозгах, если она с барского плеча бросает мое потом и кровью заработанное кресло директора к ногам типа, который рекламное дело даже не нюхал? А он точно не нюхал! Потому как имя Сергей Вацлавич Коварж мне ровным счетом ни о чем не говорит, а я каждую собачонку знаю в мире рекламы.

Я упала в кресло и уставилась в потолок.

Моя борьба за место под солнцем, видимо, никогда не закончится. Переступив пять лет тому назад порог этой фирмы, я сначала усердно доказывала, что даже студентка вполне может полноценно работать. Потом боролась с шовинизмом, показывая на деле, что молодая девушка способна управлять отделом, наполовину состоящим из мужчин. Далее началась гонка за должность директора, и лишь потому, что на мне юбка и я блондинка, мне пришлось бежать в два раза быстрее конкурентов, чтобы не выбыть из состязания.

И вот оно счастье! Наконец-то я занимаю свой стол и тружусь над тем, что умею и, что немаловажно, люблю, как меня нагло пнули по пятой точке и спихнули в заместители.

Плюнуть на все! Уволиться – и дело с концом! Пусть Марьяна Валерьевна вместе со своим протеже рулят кораблем, на который они забрались. Без меня они его с вероятностью девяносто процентов утопят. Да и пусть…

Хотя нет… С чего я должна уходить с насиженного места? Пусть убирается тот, кто явился вторым, то есть этот Сергей с чешской фамилией, будь он неладен. А я, чтобы он не задерживался и поторопился, чуток помогу.

– Рано, Аленушка, ты загрустила, пусть битва проиграна, но не война же, и это главное. Тьфу, довели, уже вслух начала разговаривать, – заворчала я сама на себя, сползла с кресла, гордо вздернула подбородок и потопала в подсобку за веником и совком. Сама разбила – сама осколки от статуэтки и уберу.

Проходя мимо стеклянной стены главного «цеха» нашего агентства – большого кабинета со множеством столов, отделенных друг от друга низкими перегородками, где трудились основные силы, то есть менеджеры по работе с клиентами, – остановилась и призадумалась. Интересно, а коллектив поддержит меня или примет новое начальство с распростертыми объятиями?

Пока я размышляла и наблюдала за людьми, мое присутствие заметил глава отдела Олег Витальевич Громов. Мужчина поздоровался кивком головы и вновь уткнулся в монитор. Этот точно возрадуется, когда весть о моем свержении разнесется по фирме. В агентство мы с Громовым устроились практически одновременно, только он чуть раньше, а я позже. Поначалу у нас с Олегом сложились дружеские отношения, он даже пытался за мной ухаживать, но все кардинально изменилось, когда мы стали соперниками, и оба претендовали на роль руководителя.

В самом начале гонки Олег не воспринимал меня всерьез как соперника, даже снисходил до советов. В итоге место директора выиграла я, и теперь парень молча, где-то даже вежливо, но ненавидел меня.

– Ален, ты чего тут в углу стоишь как привидение?

Я чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда за спиной послышался голос Марины, нашего офис-менеджера и по совместительству моей подруги, причем единственной. Остальные подруги остались в моем родном городке, а новыми в столице я обзавестись не сумела, потому как, начиная с приезда и по сей момент, крутилась белкой в колесе и на себя и личную жизнь времени просто не было.

Я обернулась к подруге, и на душе мгновенно потеплело. Марина относилась к тем редким людям, которые всегда и везде, независимо от ситуации, поднимали другим настроение своим неиссякаемым оптимизмом и верой в светлое будущее. Вот и сейчас Марина цвела, как душистый луг в разгар лета.

– Как хорошо, что ты вернулась, – выдохнула я. – Мне тут Марьяна Валерьевна звонила, новостью по башке стукнула. Я вышла в приемную в свою любимую жилетку поплакать и лишь потом вспомнила, что ты на почту ушла.

– Да что случилось-то? – обеспокоенно поинтересовалась девушка и предложила: – Пойдем к тебе в кабинет, там все расскажешь.

Конечно, до кабинета я не дотерпела и к тому моменту, когда уселась в свое кресло, а Марина устроилась напротив на стуле посетителя, она уже была в курсе о моем понижении в должности до заместителя директора.

– Ну как так? – эмоционально размахивая руками, возмущалась подруга. – Марьяна Валерьевна же тебе обещала, что с должности ты не полетишь, как и любой другой работник агентства. Выходит, она нагло врала! Алена, а об этом разговоре ты ей напоминала? Что она сказала?

– Мало ли кто кому что обещал на словах, – хмыкнула я. – Те договоренности, что на бумаге не записаны и подписями не скреплены, пустой звук и не более. Толку ее в обещание лицом тыкать. Она скажет, что если кому-то что-то не нравится, то с вещами на выход, незаменимых людей нет.

– Ну, да… ну да, – согласилась с доводами Марина. – Знаешь, а может, не все так плохо, как кажется. Будешь теперь заместителем, работы поубавится, как и ответственности, а?

– Марина, – раздраженно протянула я. – Да мне прямо сегодня не сказали убраться из здания с коробкой личных вещей в руках лишь из-за подстраховки. Чтобы ввела нового директора в курс дела. А когда он въедет и разберется в процессе, попросят написать заявление по собственному желанию.

– Думаешь?

– Уверена.

– И что планируешь делать, на самотек ситуацию не отпустишь?

– Конечно, нет. Я не знаю, что за человек к нам завтра придет, может, и неплохой, но он явился и занял мое место. Мое! Поэтому я его прогоню, – сказала я, и на лице Марины заиграла коварная улыбка.

– Ага, а я тебе помогу. Выгоним пришлого. Только как? Стратегия уже есть?

Пожала плечами.

– Пока что нет. Сначала надо посмотреть, что за фрукт явится, от этого и плясать. А еще проблема в том, как его подставить, но фирме при этом не навредить. Нам еще здесь работать.

Марина призадумалась над моими словами, для лучшего потока мыслей постучала по столу красными коротенькими ноготками, а потом отрицательно замотала рыжей головой из стороны в сторону и авторитетно заявила:

– Подложить директору фирмы свинью и при этом не подставить саму фирму – нереально. Это как рыбку съесть и сама знаешь на что присесть. Не-а, не получится.

– Должно получиться, – твердо сказала я, давая установку как себе, так и подруге, а заодно и Вселенной сигнал отправила. – Будем шевелить мозгами хоть до полной потери сил, но хитроумный план надо разработать. Иначе обе работы лишимся.

– Почему это обе? – с явным возмущением поинтересовалась Марина.

– А ты думаешь, новый директор через какое-то время не захочет привести на место личного секретаря своего человека? – ответила я вопросом на вопрос.

– Точно! Чтоб ему провалиться! Возьмет какую-нибудь длинноногую фифу с годом рождения в паспорте меньше моего, – запричитала Марина. – А мне мое теплое место ой как дорого, и зарплата отличная, и обязанностей не так много, – жалобно проворчала подруга, но потом взяла себя в руки и воинственно произнесла: – Давай думать, что делать!

– Рано, Мариша, рано. Мы ничегошеньки об этом Сергее Вацкла… Вацлас… Тьфу, какое отчество-то у него не выговариваемое. В общем, когда новый директор придет, мы на него поглядим, пообщаемся, попробуем, так сказать, на зуб новую личность, а потом соберем военный совет и все решим. Договорились? – через стол протянула я руку Марине.

– Договорились, – подруга для скрепления договора не только в ответ пожала мою руку, но и встала с кресла. – А сейчас, может, снимем напряжение? У меня как раз бутылка шампусика припрятана в шкафу.

Я невольно поморщилась, вспоминая похмелье после последней попойки с Маришей. Тот день просто вылетел из моей жизни. Я тогда думала, что сдохну. Марина и в прошлый раз тоже предложила распить лишь одну бутылку, но когда та закончилась, выяснилось, что у подруги есть еще одна и еще одна… Она, как фокусник, доставала из ниоткуда наш любимый брют, и когда я заплетающимся языком говорила, что пить не буду, потому как уже просто не лезло, Марина все же умудрялась меня уговорить на новую порцию.

– Не-а, завтра надо быть в форме, а не искать такое положение головы, в котором она не раскалывается. Да, к тому же, мне еще коллектив надо известить о смене руководителя, – сказала я и от греха подальше поменяла тему разговора, дав Марине задание. – Соберешь мне всех у рекламщиков через час.

– Ладно, – не скрывая разочарования, Мариша встала и отправилась к выходу, но, уже стоя в дверях, спросила: – Алена, а где теперь будет твое рабочее место? Заместителя директора у нас в фирме отродясь не водилось, поэтому и отдельного кабинета нет, а этот наверняка себе заберет пришлый.

С вытянутым лицом я застыла на месте. Мне даже в голову не пришло, что из кабинета придется съезжать.

Кабинет для меня – это особое место, близкое сердцу. Хоть он и небольшой, но состоит из двух комнат: одна для работы, а другая для отдыха – с удобным диваном, с телевизором, с душевой кабиной и туалетом. Я целых два месяца клянчила у бывшего хозяина агентства средства на ремонт, и каждая мелочь здесь выбрана мной. А теперь меня выселяют?

Через час позвонила Марина и сообщила, что, как я ее и просила, она собрала работников в рекламном отделе, и все меня ждут.

Наступил момент истины. Сейчас по реакции людей на новость о новом боссе я и выясню, как ко мне относился коллектив, которым руководила целый год и искренне считала, что нахожусь, по крайней мере у большинства, на хорошем счету. Я никогда особо не зверствовала. Я всегда отпускала по личным делам без вопросов, если человек отгулами не злоупотреблял. Во внеочередном авансе, если сильно просили, никогда не отказывала. Премию за промахи не урезала. Так, могла покричать на работника для порядка, да и пусть себе идет с миром, ошибки исправляет.

В отделе рекламы не протолкнуться. Наш коллектив, согласно штатному расписанию, по численности приближается к сотне. Шум стоял невероятный. Люди сидели везде где можно, даже на столах, причем какими-то кучками. Бухгалтерия у окна расположилась, хозработники у входной двери встали, единственный кадровик, как всегда, стоит одна и, как обычно витает, в другом мире, мечтая о чем-то. Судя по выражениям лиц сотрудников, все расслабились и довольны неожиданной передышкой. Впрочем, нет, наш системный администратор Витек трудился в поте лица. Его от компьютера оторвать, то же самое, что каменную глыбу на гору затащить, поэтому рекламщики вовсю пользовались его присутствием и решали проблемы, возникшие с техникой.

Как только люди меня заметили, разговоры поутихли, правда, шептаться не перестали. Коллектив был заинтригован и ждал объяснений. Я поздоровалась со всеми, и по комнате пробежался гул ответных приветствий.

Театральную паузу для накала страстей не стала выдерживать, я не садист, а сразу вывалила всю информацию, правда, не полностью. Я промолчала и не рассказала о том, что остаюсь в фирме в качестве второго лица.

Сотрудники, открыв рты, застыли в полном недоумении. Видно, я их сильно озадачила. Когда первый шок прошел, люди оживились, начали переглядываться и тихо переговариваться. Я не вмешивалась, молча следила за выражениями их лиц и пыталась прочесть эмоции.

Все-таки я не ошиблась, основная часть сотрудников была явно недовольна сменой руководителя. Электрик вообще выразил протест непечатным выражением. Хотя, конечно, нашлись и те, что едва сдерживали улыбку и поглядывали на меня со злорадством.

– Алена Анатольевна, – послышался откуда-то с галерки голос начальника отдела по работе с клиентами. Люди расступились, и Громов, мой вечный соперник и несостоявшийся кавалер, выйдя в центр комнаты, поинтересовался: – А другие кадровые перестановки планируются?

Олег держался нейтрально, по крайней мере, внешне. Я заглянула в его глаза и ничего в них не увидела, даже желания услышать ответ на свой вопрос. Тем более было непонятно, что он думает по поводу моей отставки.

– Олег Витальевич, я более не уполномочена отвечать на подобные вопросы, – спокойно сказала я и добавила: – Всем спасибо, что пришли и выслушали, а сейчас прошу меня извинить.

Загрузка...