- Тебя мне только не хватало! - спокойно говорю Демьяненко, который скалясь приближается.
- Не зря я тебя заприметил. Вкус у меня все таки есть, - обошел вокруг, плотоядно облизываясь, - Как с тобой наиграются - себе заберу.
Я и с утра была немного "не в себе", а теперь совсем понесло. Влепила самодовольному нахалу, сначала по-девчачьи пощечину.
- Ты охренела? - брюнет кинулся на меня.
Сработали рефлексы и подготовка. Если бы в аудиторию не забежали другие студенты - не знаю, чем все закончилось. Лицо парня было все разбито, он держался за ребра и тяжело дышал.
- Ну, Зимина, ты и зверь! - слышу голос Сашки.
Меня еще потряхивает. Смотрю на свои руки в крови. Хватаю рюкзак и бегу в туалет. Смываю с рук чужую кровь. Умываю лицо. Щеки горят. Глаза шальные. Что ты творишь, Вера? - говорю своему отражению. Контроль над собой был нарушен. Что-то внутри надломилось и выпустило альтернативную версию Веры. Страх ушел.
Окружение меня не принимало. Теперь и я не принимала это окружение. Внутри рос протест, достигший своего пика. Я вышла, улыбаясь себе другой. Той, которой стало все равно на чужое мнение. Ведь эти люди для меня ничего не значили. На занятиях ловила на себе взгляды. Спокойная. Собранная. Иная. Говорят - безразличие убивает. Меня оно сделало сильнее за сутки.
Любимым местом в моей съемной квартире стал подоконник. Можно было забраться, с ногами и пить горячий чай, наблюдая, как зажигаются уличные фонари. К подъезду подъехало несколько затонированных машин. Это за мной - фиксирует спокойно мозг. Еще до того, как заднюю дверь авто, услужливо открыл водитель, знала, кто это. Почувствовала. Душа рванула навстречу. Ангел поднял глаза на окна. Мы смотрели друг на друга, не мигая и казалось, я забыла, как дышать. Звонок в дверь скинул морок. Поставив чашку на подоконник, пошла открывать.
Их было двое. Крупные. Матерые. Отодвинув в сторону прошли в мое жилище, проверив каждый угол, заглянув даже под крышку унитаза. А потом зашел ОН. Я не сделала даже шага назад. Не закричала. Не оттолкнула, когда рванул на мне рубашку и пуговицы разлетелись в разные стороны. Долго смотрел на татуировку. От его дыхания кожа покрывалась инеем. Я смотрела на него во все глаза, не в силах издать и звука.
- Взять! - короткий приказ.
От тембра его голоса вздрагиваю. Придя в себя, пытаюсь сказать, но чувствую на лице что-то жутко пахучее и проваливаюсь в темноту.