12

Её несли сильные руки Галена. Она услышала стук его сапог с каблуками по камням лестницы.

– Не дай… – страшно болело горло, когда она пыталась выдавить из себя слова, – мне умереть.

– Тише, Тесс. – Голос Галена сорвался. – Не разговаривай.

Она открыла глаза и взглянула на его бледное лицо. Понимает ли он? Она пытается ему сказать, как это важно, что она жива и что они вместе.

– Это важно.

Дуновение холодного воздуха на лице, ослепительный свет сотни факелов в руках всадников из Эль-Залана, ожидавших снаружи башни.

– Ты не умрешь, – хрипло произнес Гален. Она почувствовала еще чьи-то руки, когда Гален садился на лошадь.

Руки Алекса, узнала она, взглянула в родные голубые глаза.

– Скажи ему…

– Не упрямься, бесенок, – прервал ее нетерпеливо Алекс. – Ты и так доставила нам массу хлопот, чтобы еще травить наши души голосом, похожим на кваканье лягушки.

Тесс почувствовала облегчение. Даже Алекс не стал бы называть ее лягушкой, если бы она умирала.

– Я не виновата, – сказала она со всем возмущением, на которое сейчас оказалась способна. – Я… ничего не могла сделать.

Алекс, улыбаясь, склонился над ней.

– Но ты уж постаралась. Усыпила всех головорезов Тамира, послала сообщение с Александром. Нам достались лишь жалкие крохи, чтобы проявить свой героизм. Думаю, мы еще должны быть тебе благодарны, что ты оставила нам Тамира.

– Не успела дотянуться до кувшина.

– Передай ее мне, – сказал Гален. Она вновь очутилась на руках Галена, ее завернули в плащ и крепко прижали.

– Я все сделала хорошо.

– Великолепно. – Гален поудобнее устроил ее в седле впереди себя. – А теперь спи и позволь нам доделать все остальное.

– Тамир?

Она почувствовала, как напряглись мускулы Галена.

– Мертв.

Разбитое зеркало… Нет, это неправда. Она должна сказать Галену, что он ошибается насчет себя.

– Кривое… Не похож на тебя.

– Тихо. – Он прижал ее к своему плечу, затем развернул Селика и подал знак остальным следовать за собой. – Ты можешь сказать об этом позже.

Мгновение спустя от мерного ритма бега Селика ее стало укачивать, дремота охватила ее. Ее дыхание улавливало запах влажной травы, кожи и лимона.

– Мы должны… поговорить. Так много надо сказать.

– Позже.

Да, это может подождать. Теперь, когда она увидела его лицо в тот страшный момент, она вполне могла подождать.

Она теснее прижалась к нему.

– Позже.

Залитые солнечным светом покои дворца. Тишина. Виана не сводила любящих глаз с лица спящей Тесс. Как спокойно дышит эта хрупкая, отважная женщина. Как прекрасно ее юное лицо, оттененное длинными ресницами. Тесс очнулась несколько часов спустя. Рядом с ней в кресле сидела Виана.

Заметив, что Тесс открыла глаза, Виана накрыла ее сжатую руку своей.

– Постарайся не разговаривать, – сказала она; выражение ее лица показалось Тесс напряженным.

Рука Тесс невольно потянулась к горлу.

– Больно.

– Там жуткие синяки, – прошептала Виана. – Извини. Это моя вина…

– Глупости. – Тесс села и откинула простыню. Святые небеса, она говорила, как квакающая лягушка. – Как это может быть твоей виной? Меня душил Тамир. Где Гален?

– Только что ушел от тебя. Он. просидел с тобой всю ночь.

Это был хороший знак для Тесс, дополнявший то, что она прочитала в его глазах прошлой ночью.

– Я хочу видеть его. – Она поднялась, покачиваясь. – Поможешь мне одеться.

– Тебе лучше отдохнуть. – Виана нахмурилась. – Кроме того, он не сможет быть сейчас с тобой. Он только что получил известие, что делегация Тамровии в миле от городских ворот.

Ее отец! Святая Мария, как она могла забыть об этой новой беде. И все же, к своему удивлению, она обнаружила, что новость не вызвала в ней того ужаса, как в первый раз. После Тамира ее уже ничто не страшило.

– Гален у себя? Виана кивнула.

– Почему ты не можешь подождать? Калим все еще сидит в холле. Ты можешь послать с ним записку…

– Терпеть не могу ждать. Я хочу сама пойти. – От удивления брови Тесс поползли вверх. – Калим тоже просидел всю ночь там?

Виана покраснела и кивнула.

– Он очень добр, но думает, что совершил что-то непростительное.

“Я готов умереть за нее”, – сказал тогда Калим.

– Я уверена, что Алекс тоже был бы… Тесс оборвала себя и с сомнением покачала головой. Она должна подумать об этом позже.

– Гален не простил Калима. Он очень зол на него за то, что ты попала в руки Тамира.

– Калим не виноват. Я позже скажу об этом Галену. – Но не сейчас. Сейчас для нее самое главное – привести в порядок свою жизнь. – Идем, мне надо повидать его до прибытия моего отца. – Она направилась к гардеробной. – Я надену ожерелье из изумрудов. Пока я умываюсь и одеваюсь, не выберешь ли мне красивый шарф, чтобы скрыть эти синяки?

Ей надо попытаться говорить нормально. Гален не должен чувствовать к ней жалость. Какое бы решение он ни принял, что бы ни сказал, это должно идти от сердца.

* * *

– Вернись в свои покои, – нахмурился Гален, едва она вошла к нему. – Тебе нужен отдых.

– Почему? Мое место здесь. – Тесс закрыла за собой дверь и взглянула на него. – К тому же лежать в постели очень скучно, когда вокруг происходит столько интересного.

Мгновенная улыбка прогнала хмурое выражение с его лица.

– Я заметил, что когда интересные вещи происходят в постели, ты не пытаешься Тбороться со скукой. – Улыбка его погасла. – Я не хочу, чтобы ты оказалась здесь, когда прибудет твой отец. С тебя уже довольно сражений.

– Но это тоже мое. Где отец?

– Он скоро должен быть здесь. Алекс поехал ему навстречу и привезет его во дворец.

– Тогда мы подождем его вместе. – Она улыбнулась ему. – Я должна быть здесь, чтобы защитить себя. В конце концов, я всего лишь беспомощная женщина. Откуда я знаю, может, ты собираешься передать меня в его руки.

– Беспомощная? Ты шутишь. Весь Эль-Залан твердит о тебе, о том, как ты управилась с Тамиром. – Он нахмурился. – Я уже говорил тебе, что я бы ни… Чему ты смеешься?

– Потому что я счастлива. – Она прошла по комнате и подошла к нему. – Скажи, Гален, теперь, когда мертв Тамир, все тревоги по поводу союза скоро будут позади?

–Да.

– И я больше не нужна тебе для его заключения?

Он напрягся.

– Я этого не говорил.

– Тогда, Гален, скажи правду. Он сжал челюсти.

–Да.

– Значит, я свободна, – сказала она, улыбаясь. – После того, как уедет отец, я могу ехать во Францию. Ты ведь дашь мне сопровождающих?

– Нет! – Гален схватил ее за плечи, яростно глядя на нее. – Ты обещала мне…

– Ребенка? Но теперь тебе не нужен ребенок.

– Мне нужен ребенок.

– Но не для союза.

– Нет, но… мне нужен этот ребенок.

– Но ты ведь говорил мне, что освободишь меня сразу, как только я не буду тебе нужна для заключения союза. Ты нарушишь свое обещание?

– Я же сказал тебе… ты мне нужна.

– Только настоящий варвар может вот так нарушить слово, – нежно сказала Тесс. – Ты не собираешься стать цивилизованным в этом вопросе, Гален?

Выражение муки исказило его лицо, он сильнее сжал ее плечи.

– Нет! Мне все равно, если даже… Ты останешься!

– Как долго?

– Навсегда! – Слово вырвалось у него с такой силой, что, казалось, завибрировал сам воздух. Она прижалась к нему.

– Замечательно! – Она уютно свернулась в его руках. – Я боялась, ты заставишь меня просить у тебя позволения остаться, что выглядело бы не очень достойно.

Он застыл в полном изумлении и затем отстранил ее от себя.

– Ты хочешь остаться? Великий Боже, надеюсь, ты понимаешь, что говоришь. – Его большие руки дрожали, когда он взял в них ее лицо и запрокинул ее голову, заглядывая в глаза. – Я ведь не в состоянии отпустить тебя, – сказал он хрипло. – Даже если бы мне пришлось держать тебя здесь силой, как это сделал отец с моей матерью. – Он закрыл глаза. – Боже мой, чем я стал!

– Человеком, которого я люблю, – сказала она просто. – И если Бог милостив ко мне, то человеком, который любит меня.

Его глаза сверкнули.

– Да, – сказал он сдавленно. – Думаю, я полюбил тебя с того самого момента, когда увидел, как ты сжимаешь в руках Аполлона в этом чертовом болоте.

– Что более чем обнадеживает, учитывая, что в тот момент я вся была покрыта зеленой тиной и отвратительно пахла. – Она извернулась в его руках и спрятала лицо на его груди. – Думаю, тот случай – мой самый худший момент. После того, как ты видел меня в таком виде, в любой другой ситуации успех мне был гарантирован.

– Прошлая ночь оказалась не лучше. – Он крепче прижал ее к себе. – Белая и застывшая… и твое горло… – Он погрузил лицо в ее волосы. – Я поклялся, если Бог позволит тебе выжить, я отпущу тебя, но когда ты сейчас зашла ко мне в покои… – Он прошептал: – Я готов был рискнуть своим спасением, чтобы удержать тебя. Все же я варвар, как и мой отец.

– Нет. – Она откинулась, чтобы взглянуть на него. – Ты не твой отец, и ты не Тамир. Ты, может быть, и варвар, но даже если и так, я люблю в тебе это так же, как и все остальное. – Она нахмурила брови, подыскивая слова. – Ты понимаешь меня? Мы то, что мы есть. Я слишком импульсивна и резка, и я люблю все делать по-своему. Но разве ты меньше меня любишь из-за этого?

– Нет. – Легкая улыбка тронула его губы. – Хотя я искренне надеюсь, что со временем мы справимся с твоей импульсивностью.

– Вряд ли это когда-нибудь произойдет. Да и ты до смерти останешься немножко варваром. Но мы будем стремиться стать лучше, мы пойдем по жизни, помогая в этом друг другу. – Она обняла его. – Надеюсь, нам это не скоро надоест.

– Даже если я не смогу обещать тебе здесь, в Седикхане, той свободы, о которой ты мечтала?

– Ты дашь мне все, что сможешь, а остальное – это уже моя забота, – заявила она уверенно. – И это тоже будет очень интересно. Как ты думаешь?

Он изобразил шутливый ужас.

– Боже милостивый, что за битва нас всех ждет! Бедный Хаким!

– Он заслужил это. – Она помахала рукой в воздухе. – Так же, как и все остальные.

Он откинул голову и рассмеялся, при этом выражение его лица стало совсем мальчишеским.

– О, бедный Гален!

– Нет. – Она встала на цыпочки и нежно поцеловала его в губы. – Я буду защищать и любить тебя вечно и бесконечно. У тебя нет причин жалеть себя.

– Вечно и бесконечно, – повторил он, глядя ей в глаза.

Это их клятва. Она почувствовала, как от радости готова рассыпаться на миллионы сверкающих солнечных зайчиков счастья.

– Я почти благодарна Тамиру за то, что он помог тебе понять, что ты любишь меня.

– Я понял это еще раньше, когда ты упала с Павды во время состязания и я подумал, что ты погибла.

– Я не падала с Павды. Ты знаешь, что я нарочно… – Она нахмурилась: – Почему же ты не признался мне?

– А почему ты не сказала мне, что не собираешься оставлять меня?

– Сделка. Я боялась, что…

– И я тоже. – Увидев, что ее глаза раскрылись от изумления, он тихо сказал: – Я никогда в жизни так не боялся. Я думал, ты собираешься покинуть меня, и только силой я могу заставить тебя остаться со мной.

Как когда-то его бросила его мать.

– Я никогда не оставлю тебя. – Она нежно поцеловала его и отошла. – Это все, что я хотела сказать тебе. А теперь я очень тихо и кротко посижу в этом кресле и послушаю, как вы с моим отцом… Перестань смеяться. – Но в следующую минуту она тоже весело засмеялась. – Ну правда, я постараюсь сидеть молча.

Их прервал Алекс, без стука ворвавшийся в комнату.

– Что за дьявольщина, Алекс?

Тесс повернулась к своему кузену и сразу поняла, что вызвало такой вопрос Галена. На смертельно бледном лице Алекса читалось невыразимое изумление. Она быстро спросила:

– Что он сказал? Он очень сердился на тебя?

– Кто?

Она озадаченно взглянула на него.

– Мой отец.

– Аксель? – Алекс покачал головой. – Я не знаю, где он. Здесь его нет.

– Нет? Так, значит, он прислал своего представителя?

– Да, представителя. Аксель не может сейчас покинуть Тамровию.

– Алекс, что, к дьяволу, с тобой произошло? – спросил Гален.

Его грубость вывела Алекса из состояния отрешенности.

– Они мертвы. Они оба умерли.

– Кто?

– Мой отец и брат. Они утонули. Их лодка перевернулась на реке Зандар, они попали на стремнину и утонули прежде, чем до них смогли добраться. Это случилось два дня спустя после того, как я выехал из Тамровии. Аксель остался там регентом. – Он поднял голову и посмотрел прямо на них. – Моим регентом, в мое отсутствие. Я – король Тамровии. – Внезапно он прыснул со смеху. – Боже милосердный, ну разве это не смешно? Я!

– Ты уверен? – спросил Гален.

– Граф Мазлек заверил меня, что все дворянство и народ с нетерпением ожидают моего прибытия в Белайхо. – Он горько усмехнулся. – Кажется, впервые кто-то выказывает нетерпение видеть меня при дворе. – Он помолчал. – Полагаю, мне следовало бы горевать по поводу их смерти, не так ли? Но я не могу. – Он пожал плечами. – Я отказываюсь притворяться. Я никогда не уважал, не любил их при жизни, и я не стану лить слезы о них после их смерти.

– И что теперь? – спросила Тесс.

– Полагаю, я должен сейчас же вернуться в Тамровию. – Он встал и направился к двери. –Пойду распоряжусь, чтобы складывали мои вещи. – И, не глядя на Тесс, добавил уже от двери: – Я также прикажу служанке укладывать твой дорожный сундук. Тесс. Я жду тебя во дворе перед дворцом через четыре часа.

Она застыла.

– Меня?

Он строго оглянулся на нее.

– Ну, как король Тамровии считаю своим долгом устроить твою свадьбу с тамровианским аристократом.

Она раскрыла от изумления глаза.

– Алекс!

Бросив на Тесс высокомерный взгляд, он сказал ледяным тоном:

– Прости, но смерть в королевской семье обязывает позаботиться о будущем потомстве. Этот брак будет расторгнут, и через год ты выйдешь замуж за блестящего дворянина.

– Что? – Тесс почувствовала, как рука Га-лена крепче сжала ее талию.

– Ну, мы же не можем допустить, чтобы единственная принцесса королевской крови состояла в браке с каким-то диким шейхом вроде… – Алекс, не выдержав напыщенного тона, весело расхохотался. – Святые небеса, ну и лицо у тебя, бесенок. – Он привалился к двери, весь трясясь от смеха. – Вы поверили мне!

– Негодник! – Она неохотно улыбнулась. – Ты застал меня врасплох.

– Думаю, что хорошо передал интонацию твоего отца. – Алекс пожал плечами. – Какая гадкая мысль. – Он хитро усмехнулся. – И я почти заставил Галена схватиться за свой кинжал, чтобы убить злодея и оставить тебя при себе.

– Меня это нисколько не позабавило, – заявил Гален, все еще прижимая к себе Тесс. – Твои первые действия в качестве монарха чуть не вовлекли Тамровию в войну.

Глаза Алекса раскрылись от изумления.

– Черт возьми, я забыл, что должен начинать думать обо всех этих надоедливых последствиях. Что за отвратительная мысль. – Он тяжело повел плечами, поворачиваясь к двери. – Никогда не представлял себе подобного занятия. Я совершенно не гожусь в правители.

* * *

Четыре часа спустя Тесс стояла на ступеньках вместе с Галеном и наблюдала за Алексом, выехавшим во двор перед дворцом на своем жеребце.

– Я буду скучать о нем, – пробормотала она.

– Он уезжает не навсегда, – отозвался Гален. Но они оба понимали, что теперь судьба Алекса изменится бесповоротно и уведет его от них. Несмотря на его уверения. Тесс уже заметила в его манере держаться признаки властности, когда он обращался к графу Мазлеку, нетерпеливо приказывая тому поспешить.

– Он уже начинает меняться.

– Так же, как и мы все. – Гален нежно прижал губы к ее виску. – Жизнь была бы очень скучной и неинтересной, если бы мы с тобой не менялись вместе со временем. Тебе бы это тоже не понравилось, любовь моя. – Он оставил ее и чуть подтолкнул вперед. – Ну, а теперь иди, попрощайся с ним.

Она взглянула вниз.

–А ты?

– Я заходил к нему раньше, чтобы пожелать счастливого пути. Я не люблю долгих прощаний. Алекс улыбнулся, увидев Тесс, идущую к нему через двор.

– Не надо глядеть так грустно, бесенок. Заландан не на другом конце мира от Белайхо, и я хорошо помню дорогу назад.

– Ты попрощался с Вианой?

– Да. – Его улыбка погасла. – Насколько смог в присутствии Калима в соседней комнате. Она была очень… вежлива. – Он вздохнул. – Это ввергло меня в уныние.

– Глупости.

Он удивленно посмотрел на нее.

– Я считал, ты мне сочувствуешь.

– Вначале я думала, что ты должен получить Виану просто потому, что ты хочешь ее. – Тесс встретила его взгляд. – Но теперь я поняла, что она совсем тебе не подходит. У нас с тобой много общего, Алекс. Ты хочешь ее просто потому, что она олицетворяет собой безопасность и убежище, которых мы оба никогда с тобой не имели. Она сведет тебя с ума через три месяца. Ей будет лучше с Калимом. Он сказал мне, что готов отдать за нее жизнь.

– Я тоже не лишен доблести, – нахмурившись, ответил Алекс.

– Доблесть здесь ничего не решает. – Она нетерпеливо махнула. – Она просто не подходит тебе. Ты бы поначалу наслаждался с Вианой, рискуя своей жизнью ради нее. Однако тебе бы вскоре наскучило это однообразие, и ты бы отправился искать новые приключения. Скажи мне, почему ты так покорно покидаешь Седикхан после всех прожитых здесь лет?

– Наверное, потому, что мне никогда раньше не предлагали трон, – сухо предположил Алекс. Она покачала головой.

– Нет? – удивился он. – Тогда, я уверен, ты собираешься сказать мне об этом?

– У тебя нет желания стать королем. Ты уезжаешь без сожаления потому, что, хотя борьба здесь еще продолжается, смута и опасность теперь позади, когда заключен союз. Ты понимаешь? Тебе нужно не убежище, а интересная, полная непредсказуемости жизнь. Виана – не твое большое приключение, Алекс.

Его взгляд смягчился, в ее глазах светилась искренняя забота о нем и любовь.

– А Гален, он твое большое приключение, бесенок?

– О да, – сказала она с улыбкой.

– И ты больше не собираешься идти путем Марко Поло?

– Может быть, когда-нибудь. – Она усмехнулась. – Но будь уверен, я возьму Галена с собой. В Седикхане, на мой взгляд, широко укоренилось правило посещать прелестных кадин. – Она потянулась и порывисто сжала его руку, затем отступила назад. – Поезжай с Богом, Алекс, и возвращайся, когда сможешь.

– Я приеду. – Он улыбнулся ей. – А ты навести Белайхо через год или два, и, может быть, найдешь кое-какие перемены при дворе. Я всегда думал, что жизнь там надо немного расшевелить. – Он развернул лошадь и поехал вперед, чтобы присоединиться к графу Мазлеку и его эскорту.

Она с улыбкой наблюдала, как он выезжает со двора, по-прежнему беззаботный, солнечный свет играет в его рыжих волосах. Внезапно она представила себе Алекса на королевском троне, в украшенной алмазами короне, сдвинутой чуть набок на его кудрявой огненной голове, с бесенятами, скачущими в голубых глазах.

– Помоги ему Бог, – прошептала она.

– Тесс? – окликнул ее Гален.

Она повернулась и увидела Галена, ждущего ее на лестнице. Его темные волосы растрепались на ветру, а выражение лица чуть нетерпеливое, но бесконечно любящее. Гален человек сложный, сложнее она никогда не встречала, и он будет меняться с каждым прошедшим днем. Она едва ли предугадает, каким станет следующий вызов, который он, любя, бросит ей.

Она улыбнулась ему.

–Иду!

И направилась через двор навстречу своему самому главному и долгому в жизни приключению.

Загрузка...