Какая же я все-таки овца… Нет, так-то я понимаю, что виновата в моем идиотизме та самая женская гордость. Которая вроде и должна быть как будто, но при этом отдает какой-то мещанской драмой.
Да, я постоянно слышу что женская гордость – это качество, достойное уважения! Только толку с нее? В данный момент я выстрелила себе не просто в ногу. Я выстрелила в обе ноги!
Это надо было так поругаться с Андреем! Теперь-то я ничего не приобрету! А потеряю многое. Андрей мог быть вполне себе хорошим отцом! Вон, пришел же с пакетом еды! Старался…
А я…
Только обратно не отмотаешь. Тем более что мама уже вышла на тропу войны. А это самое страшное. Мало не покажется никому. Когда мама не в духе, это чистая стихия разрушения. Просыпаются дочки, и мне удается хотя бы на какое-то время отвлечься. Я переодеваю каждую, потом кормлю, потом решаю что самое время погулять с ними по двору. На улицу идти малость страшно. Потому что там я точно встречу соседей, у которых накопилась ко мне куча вопросов…
Поэтому я выталкиваю коляску в огород, и с наслаждением прогуливаюсь туда-сюда, поглядывая сквозь забор на дорогу.
Я жду возвращения матери с ужасом. После того как она расскажет всей деревне, как меня обманули, как Андрей украл мою девичью честь, оставив меня в интересном положении, моя спокойная жизнь закончится окончательно. Я пытаюсь предугадать кто первый и что мне скажет… Тетя Галя, соседка напротив наверно… Явится и начнет стыдить. Или Ирка побежит всем рассказывать что я проститутка? И что сочувствовать мне не обязательно?
Но ситуация разворачивается совсем не так как я ожидаю. Потому что где-то через полчаса возле калитки появляется… Егор! А это настоящий сюрприз. Девочки как раз заснули, и я планировала оставить коляску около крыльца, а самой пойти что-нибудь приготовить.
Стучит в калитку так громко, что я боюсь он разбудит близняшек! Так-то я б и открывать конечно не стала. Так этот олень еще и орет на всю улицу, видимо догадывается, что я видеть его не горю желанием.
– Лиля! Лиля! – мне кажется Егора слышно в радиусе пяти километров. Таня начинает хныкать, а я покачиваю коляску, приговаривая:
– Тише, тише! Вроде помогает. Дочка снова засыпает, а я бегу к Егору чтобы открыть. Хотя видит бог, мне с ним общаться совсем не хочется.
– Ты чего явился? – даже не пытаюсь симулировать дружелюбие. Увидев меня, Егор широко улыбается, и… Протягивает букет каких-то ромашек. Кстати купленных, а не надерганных за коровником в поле. Я смотрю то на него, то на цветы. Понимаю что соседи уже выглядывают из-за своих заборов, потому что сюжет на редкость интересный разворачивается.
– На, это тебе! Бери! Бери давай! – делает шаг, а я назад.
– Егор! Что ты явился?! Будь добр, объясни пожалуйста! – ситуация начинает злить. К тому же я прислушиваюсь, не проснулись ли мои малышки.
– Я подумал… – делает максимально грустное лицо, правда переигрывает. Актер из моего бывшего так себе, – В общем ты девушка красивая, работящая, умная… Я думаю мы могли бы быть вместе.
– Егор! – я поднимаю ладонь и вожу ею перед лицом бывшего, – Егор! Очнись! Ты что несешь?
– Лиля, говорю же тебе, я согласен снова сойтись! – и в глазах прям огонь!
– Дети не твои, – негромко объясняю. Может Егор и правда решил что я родила дочек от него? Только как он мог сделать такой вывод, если у нас близости ни разу в жизни не было! Даже если он решил что я его напоила и соблазнила, опять не сходится! Не была я в это время в деревне! Так что все мимо.
– Я знаю что не мои! Но я буду любить их как своих. Им отец нужен, понимаешь? – и говорит так проникновенно, как будто не он накануне орал что я хочу на него навешать чужих младенцев.
– Егор, скажи честно, что такого случилось, что ты в воздухе переобулся? – скрещиваю руки на груди. – Я знаю тебя. Ничего ты просто так не делаешь!
– Ты слишком цинична. Кстати ты дашь мне войти? Не хочу чтобы наш разговор слышала вся улица, – Егор делает попытку отодвинуть меня, но я не собираюсь его пускать внутрь.
– А ну стоять! Говори тут! Нечего лезть в мой дом! Ты мне никто!
– Лиля! – вздыхает и закатывает глаза так, что я чувствую нарастающую волну гнева, – Ты пойми. Твой Андрей никогда на тебе не женится. И зря ты рассчитываешь что станешь женой олигарха. Тебе надо думать! И искать ровню себе. А такая ровня – это я!
– Ты ж последний парень на планете, – киваю, – Егор, проспись!
– Это ты проспись! Ты не понимаешь что детям нужен отец! Тот кто будет их воспитывать твердой мужской рукой!
– А кормить детей кто будет? Ты хоть работаешь? – этот разговор заходит куда-то не туда, но я его зачем-то продолжаю.
– Я не работаю! Но детей есть кому кормить! И это буду не я. Хватит того что я буду им отцом, – кажется я начинаю понимать ход мыслей Егора.
– Погоди-ка… А кто будет кормить детей?
– Так Андрей же. Кто еще?
Теперь все становится ясно. Этот прохвост прискакал как только понял что сможет хорошо устроиться за чужой счет! Решил что Андрей будет обеспечивать девочек, а заодно и этого лося. Эта мысль вызывает у меня такую злость, что у меня буквально темнеет перед глазами. Зря Егор думает что все идиоты, а он один умный!
– Если ты сейчас не уйдешь отсюда, я тебя побью на глазах у всей улицы!
А улиц у нас четыре, если что. На одной побью, через минуту и все остальные об этом узнают. Я иду на Егора, сжав руки в кулаки… Ну сволочь! Еще нажиться на мне хочет! – Лиля, ну ты чего? Да ладно тебе!
Бубнит под нос мой бывший, а я, топнув ногой, рявкаю:
– Вон отсюда!