Я чувствую, как корабль дёргается, а сама продолжаю бездумно сидеть на своей койке. Глаза маршала всё ещё будто передо мной. И я не знаю, что думать, но сэр Ворн прав.
Нужно заняться делом.
Рация в отсеке оживает через секунду.
— Проблема устранена, мы продолжаем путь на Нордек, — это не коммандер.
Это, видимо, пилот. Хочется выйти из отсека, проверить где все. Но я не хочу попадаться на глаза обоим маршалам.
Элиас был готов допустить то же самое, что и Дариус. Да что там Элиас, я сама, чёрт возьми, готова была отдаться второму брату.
Это полный провал.
Зарываю лицо в ладонях, чтобы скрыть собственный стыд. А перед глазами все ещё картинки того, как горячо маршал целовал, как доводил до исступления и как неистово ласкал каждый участок кожи.
Я горела от его прикосновений. И более того… Я бы не отказалась от такого, если бы меня спросили ещё раз. Хотя мозг и холодный разум просеивается, наполняя меня ужасом. И я прекрасно осознаю, что Дариус Ворн для меня — невозможный мужчина.
Один только взгляд на него…
Боже.
Поджимаю губы и прикрываю глаза.
Голод становится почти невыносимым, по мере того, как мы отдаляемся в космосе. Желудок сходит с ума всё громче и громче. Решаю, что влажные волосы после душа можно просто завернуть в гульку и выхожу из отсека, стараясь не привлекать внимания к своей персоне.
Тело немного поднывает, но эта боль, она даже приятная. Натягиваю рукава своей олимпийки и двигаюсь в сторону общей столовой, надеясь, что там нет никого.
Прежде чем пройтись рукой по панели и открыть отсек столовой, глубоко вдыхаю воздух. Внутри настоящий коллапс из эмоций, мыслей и ощущений. Как его унять, ума не приложу, сейчас бы съесть чего-нибудь сладенького. Там на Элизиуме точно бы помогло.
Когда дверь отъезжает, наблюдаю, что здесь почти никого. Выдыхаю с облегчением и подхожу к выдаче. Выбираю, что взять, замечаю какое-то то ли пирожное, то ли торт в виде розовой таблетки. Глаз мозолит, поэтому выбираю её, и беру ещё что-нибудь более сытное.
Спокойно составляю на поднос и разворачиваюсь, чтобы сесть.
Только в этот момент в столовой появляются мисс Белар, блондинка-медик и Аурелия.
Последняя с улыбкой мне машет. Поджав губы, киваю, но стараюсь на остальных не смотреть. Однако взгляд одной из этой компании я ощущаю очень ярко.
— Я сейчас, — озвучивает Лиана остальным девушкам, и я почему-то уже чувствую, к кому она направляется.
Не обращая внимания, сажусь за стол.
— Киара, да? — садится она напротив, откидывая свои идеальные локоны назад.
Её улыбка отнюдь не веет вежливостью, но я стараюсь не реагировать на это.
— Да.
— Я медик отряда, — киваю, потому что и без того это знаю: — Лиана.
Улыбается широко, но глаза буквально сканируют меня. Я и сама не понимаю на предмет чего.
— Как ты к нам попала? — тянет она, разглядывая содержимое моего подноса, замечает это пирожное.
Её красные ногти бесцеремонно лезут в блюдце, забирая мой десерт. Прикрываю глаза, стараясь не пылить, да и вызывать конфликт мне не хочется. Особенно после всего, что было.
— Я полагаю, это можно узнать у одного из маршалов, — озвучиваю вежливо, с наигранной улыбкой.
Только хочу взять вилку, как она, откусывая моё пирожное, снова спрашивает.
— А ты, я смотрю, уже стала с ними близка… — прищуривается её взгляд.
Прикрываю глаза и шумно выдыхаю.
— К чему это? — посылаю в неё прямой взгляд: — Боишься? — мне не хотелось нарываться.
Но я ведь не кукла для битья, чёрт возьми. И если она сомневается в себе, это её сложности. Я вообще сейчас не понимаю, что происходит.
Она театрально вытирает уголок губ и, запрокинув голову назад, смеётся.
— Ты, деточка, явно слишком в себя поверила, — заявляет она, вновь откусывая моё пирожное: — Дариус…
Договорить она не успевает, потому что в эту секунду раздаётся громогласный голос того самого Дариуса.
— Лиана! — она мгновенно подбирается, но я вижу, как проходится языком по своим зубам, а затем кинув пирожное обратно в мою тарелку, резко встаёт и уходит.
— Коммандер, мы всего лишь познакомились поближе, — томно тянет она.
Ответа Ворна я не слышу. Как и, если честно, боюсь поворачиваться. Вокруг всё будто застыло, а они наверняка сейчас беседуют где-то в стороне.
В собственной спине словно застрял стальной штырь, который держит осанку и не даёт двигаться. Но в следующий момент я чувствую…
Кажется, теперь я практически каждой струной своей души ощущаю его внимание. Виновата ли в этом Фаэлия, с которой мы недавно взлетели, или то, что между нами было? Или то, что внутри по-особенному тепло только от имени главного коммандера?
Украдкой всё же бросаю взгляд в сторону маршала. Он стоит уже у выдачи, а я разглядываю мощную фигуру, буквально ощущая кончиками пальцев его мышцы. Это фантомно со мной, не отступает и не щадит моё и без того свихнувшееся сознание.
Он бросает в меня равнодушный, абсолютно нечитаемый взгляд, а я прячу его в своей тарелке. Почему-то я боюсь того, что увижу там…
Да, мы оба должны признать, что всё это ошибка. Он коммандер, он главный, у него безупречная репутация, он воин, а я…
Есть резко перехотелось, и я встаю, стремительно покидая столовую. Когда прохожу мимо маршала, он даже не обращает внимания.
Вылетаю из отсека и только сейчас начинаю дышать. Нет, это всё слишком.
Я должна заставить себя абстрагироваться.
Важен Нордек, нужно вникнуть в суть миссии… но тогда придётся обращаться… к одному из двух братьев. Прикрываю глаза и усмехаюсь сама себе. Не думала, что подумаю об этом когда-нибудь, но пусть уж лучше это будет — Элиас Ворн.
Возвращаюсь к себе, правда, прежде чем открыть свой отсек, то на полу наблюдаю какую-то коробку. Хмурюсь, оглядываясь по сторонам, что это… Очередной розыгрыш?
Мне только этого не хватало.
Опускаюсь на корточки, аккуратно беря её в руки, никаких записок, ничего нет. Трясу, не понимая, что там. Что-то явно перекатывается из стороны в сторону, но не тяжёлое. А ещё запах…
Открываю свой отсек, ещё раз глянув по сторонам. А когда оказываюсь внутри, всё-таки решаюсь вскрыть неизвестный презент.
Но когда я вижу несколько розовых пирожных в виде таблеток, то глупая улыбка тянется на моём лице. Оглядываюсь на дверь, и уверена, что своим блеском глаз сейчас бы осветила тёмное помещение. Закусываю губу, садясь на свою койку, и смотрю на эти десерты, как на нечто невероятное.
Но это и есть невероятное, потому что я точно догадываюсь о том, кто об этом позаботился.