Глава 1

Мы с Мораном стояли перед темной цитаделью принца-некроманта. Кажется, с того дня, когда я увидела эти стены впервые, прошла целая жизнь, столько всего случилось. Но по-прежнему это место внушало мне страх и неуверенность. Я волновалась и крутила кольцо на пальце.

Моран взял меня под руку, словно говоря «я рядом». Его поддержка меня приободрила.

Позади нас, как неприступная гора, возвышался Хок. Временами карман его куртки дергался, и оттуда показывался клюв галки. Каким образом великану удалось приручить эту живую игрушку, я не знала, но больше она не пыталась от него улететь.

Двери замка распахнулись сами собой, вспугнув птиц с девичьими лицами. Они поднялись с карнизов, громко хлопая крыльями. Теперь эти странные твари кружили над нами, беспрестанно что-то бормоча.

– Нас приглашают, Магда, – мягко сказал Моран. – Не будем медлить.

Потом он повернулся к великану:

– Подожди здесь, Хок. За тобой придут.

Тот кивнул и с философским видом уселся на сундук.

Стоило переступить порог, как двери резко захлопнулись, отрезая нас от остального мира. Я вздрогнула, но Моран вел себя совершенно свободно.

Мы не встретили ни слуг, ни живых мертвецов, ни придворных, ни охраны: замок словно вымер. Нигде ни шороха, ни звука.

Миновав несколько нарядных залов, мы поднялись по лестнице и оказались в жилом крыле. В отличие от прочего убранства тут не было костей и черепов, а стены удивляли солнечно-желтой краской, что придавало покоям игривый и даже легкомысленный вид. Такая странная жизнерадостность совершенно не вязалась с образом принца Гиса.

Сам же некромант сидел в глубоком кресле и читал. На плечи был небрежно наброшен лиловый халат, а ноги в домашних кожаных туфлях лежали на низенькой скамеечке, обтянутой розовым шелком в мелкий цветочек.

– Повелитель.

Мы с Мораном почтительно поклонились.

Принц Гис нарочито громко захлопнул фолиант о заклятиях.

– А, друг мой Моран. Рад тебя видеть. Магда, смотрю, ты стала похожа на благородную придворную даму. Темную.

Я промолчала, не зная, как на это реагировать, но принц не ждал ответа и снова обратился к Мо-рану:

– Как я и думал, твой трофей более покладистый и послушный, – он воздел взгляд к потолку, – ее даже усмирять не надо. Но вот принцесса…

Моран спросил с вежливым любопытством:

– И вы решили вступить с ней в брак, повелитель?

– Да, Моран, это же прекрасная идея, – беззаботно рассмеялся Гис. – Садись, друг мой, не стой. Ну и ты, трофей, тоже присядь. Тебе предстоит поговорить с принцессой.

Принц ногой подтолкнул мне скамеечку, обитую розовым шелком.

Моран расположился в кресле напротив Гиса.

– Я знаю, Моран, сейчас ты задаешься вопросом, чем же так хороша идея женитьбы? И почему вдруг светлая, когда уже несколько лет отец в попытках навязать мне брак и сделать из меня нормального принца, присылает в этот замок самых красивых темных невест.

Да уж, должно быть, родителю принца непросто. Нормальным его точно не назовешь. Он словно забыл, как легко предлагал Морану забрать Клеа себе. А теперь думает жениться на ней сам. Нет ничего хуже непредсказуемости персоны, наделенной столь огромной магической силой и властью.

– Во-первых, – продолжал разглагольствовать принц, – она настоящая принцесса. А значит, в какой-то степени мы с ней равны по положению. Во-вторых, союз со светлой разозлит моего отца до потемнения в глазах. Возможно, он проклянет меня, а может, даже отречется. Так что я буду совершенно свободен. Ну и в‐третьих, у принцессы широкие бедра и крепкая грудь. По всем признакам она будет доброй производительницей и родит мне наследников.

Я вцепилась в край скамеечки. Он рассуждает о Клеа не лучше, чем о племенной корове. Что темные, что светлые мужчины одинаковы.

– Скажи-ка, Магда, что ты думаешь о войне света и тьмы? – неожиданно обратился ко мне принц.

– Н-ничего…

– Как и Клеа, считаешь, что таков естественный порядок вещей?

Я едва заметно покачала головой, но некромант уловил смысл.

– Вот и я не думаю, что бесконечная война имеет смысл, – сказал принц Гис. – Я уже говорил тебе, Моран, как устал. Думаю, брак с Клеа может дать начало новому миру, в котором будет жить новый народ тьмы и света. Неясно, что произойдет с магией, но не попробуешь – не узнаешь…

Он улыбнулся жутковатой, безумной улыбкой.

– Что вы хотите сделать? – прошептала я.

– Что я уже сделал, если быть точным. Назначил дату свадьбы, дабы своим примером вдохновить подданных. Но не только. Ты, Магда, натолкнула меня на мысль, так что я устроил одну шутку.

Я напряглась. Уверена, у особенного принца – особенное чувство юмора. Скорее всего то, что он вкладывал в это понятие, было совершенно не смешным. Да и улыбка не сулила ничего хорошего.

– У вас, светлых, есть весьма забавная традиция собирать молодых девушек в так называемых «пансионах». Странно, что это долго оставалось без нашего темного внимания и участия. И надо сказать, защита подобных мест не так чтобы сильна.

Он посмотрел на меня с укором, словно это я отвечала за установку чар.

Но пансион с его толстыми и высокими стенами всегда казался мне самым безопасным местом в светлых землях. Из него не выбраться, но и не проникнуть внутрь, так что принц скорее всего рисовался. Возможно, для него – чудовищного некроманта – светлая защита не являлась преградой, но для всех остальных магов она была почти непреодолимой.

Я не знала, что он скажет дальше, но начинала догадываться. Внутри похолодело. А принц нарочно сделал паузу, наслаждаясь нашим с Мораном вниманием.

– Я отобрал сотню молодых и горячих воинов, как магов, так и не одаренных, – наконец-то продолжил принц. – Главное, неженатых. Ты бывал в замке Локр, Моран?

– Нет, повелитель, – откликнулся Моран.

– Это очень древний замок, но у него есть одна особенность: он состоит из двух зеркальных частей. По сути это два замка, разделенные стеной, которая проходит по центру двора. Зато наверху есть мост, соединяющий северную и южную башни. Со стеной и мостом связана забавная древняя легенда. Якобы умер король темных земель и оставил двум своим сыновьям корону. Они поделили земли и замок, но до того возненавидели друг друга, что пришлось поставить стену, чтобы не встречаться. Однако у одного из братьев была красавица-жена… Ну, неважно, бездна с этими братьями! Вернемся к делам насущным.

Принц усмехнулся.

– Это одна из лучших моих шуток, поэтому желательно показать, как все было.

Он дунул на открытую ладонь, и оттуда поднялось легкое облачко, которое устремилось ко мне. Я не успела понять, что это за магия, как комната качнулась, перед глазами все поплыло. И я увидела темную громаду замка, а точнее – два одинаковых замка, разделенных стеной во дворе, но соединенных мостом между башнями. Принц Гис расхаживал между рядами своих воинов. Все они были молоды и казались братьями из-за одинаковой темной формы и коротко стриженных волос. Магов можно было отличить по боевым посохам и жезлам. Парни украдкой озирались.

Из ворот вышли два морт’аэна. Лица, скрытые тьмой, пугающие доспехи. У одного на груди пластина, разделенная трещиной. Кажется, в ней пылает и пульсирует красное сердце. У второго очень простой доспех, без всяких украшений. Он просто весь словно облит смолой. По строю воинов проходит взволнованный шепот, который немедленно стихает, стоит двоим морт’аэнам повернуть головы.

Принц Гис доволен произведенным эффектом.

– На вас, мои отважные воины, возложена весьма непростая миссия, – сказал принц и улыбнулся. – Но для начала вам предстоит разместиться в этом крыле. Знаю, условия довольно тяжелые, так что придется потрудиться. Но этот замок имеет для меня важное стратегическое значение. Ваши командиры распределят обязанности. А Солдан и Анхель проследят за неукоснительным соблюдением правил.

Все собравшиеся почтительно слушали.

– Вам запрещено заходить в соседнее крыло без приглашения тех, кто там живет.

Морт’аэн с пылающим сердцем в доспехе сказал низким голосом, от которого у меня по спине побежали мурашки:

– Наказание – смерть.

– Спасибо, Солдан. – Принц улыбнулся еще шире. – Верно. Смерть. И помните: смерть не освободит вас от службы.

Некромант поднял руку, и кончики его пальцев начали светиться синим огнем. Раздались сдержанные смешки.

– Правило второе. Если обитатели южного крыла попросят вас о помощи – помогайте. Правило третье. Не позволять себе оскорблять или каким-то образом принуждать ваших соседей. Не обижать и не пугать.

– Наказание – смерть, – добавил Солдан.

Принц задумался, вспоминая, что упустил в своей речи.

– А! Конечно, сказанное распространяется как на замок, так и на его окрестности.

– Покинув замок, как мы поймем, что повстречали именно соседей? – прошипел один из магов.

Но принц не пожелал ничего объяснять. Он просто развернулся и ушел, хотя прекрасно расслышал вопрос.

Вместо принца ответил морт’аэн Анхель:

– Вы легко поймете.

– У наших соседей, что, на лбу написано, что они живут в замке? – уже громче спросил дерзкий маг.

– Лучше, – ответил морт’аэн.

– Разойдись! – раздалась зычная команда.

Парни разбредались по двору, один крикнул магу:

– Эй, Люк! Просто это такая дыра, что если ты встретишь кого-то, хоть немного похожего на человека, то он точно живет в замке. Здесь же одни монстры вокруг да непроходимые топи.

На мосту мелькнула тень. Кто-то метнулся в сторону южной башни. Это произошло быстро, но я могла поклясться, что видела светло-серый подол платья с красной лентой по краю. Такие носят ученицы-целительницы.

Принц сделал несколько магических пассов, и время передо мной закружилось, ускоряясь. Вот маги и воины устраиваются в замке, они явно не в силах совладать с любопытством. Многие стараются заглянуть за стену, но двор с той стороны выглядит пустынным. Вторая половина замка вообще кажется необитаемой. День сменяется ночью. Перед глазами проносится калейдоскоп.

Маги сидят вокруг очага в караульной башне (мне откуда-то известно, что это место называется именно так). Я почти чувствую запах горящих дров, пота и похлебки.

– Может, ту половину населяют призраки? – предположил один, темноволосый, с очень светлыми голубыми глазами.

– Вряд ли, – замечает второй.

У него, напротив, светлый ежик волос и темные глаза.

– Тогда кто? Лен из третьего десятка говорил, что слышал, как кто-то тихо плакал. Призраки. Но они не спешат показываться.

В крайнем волнении в комнату входит тот дерзкий маг, который не побоялся задать вопрос принцу.

– Я только что видел девушку в окне замка! Светлую! Клянусь Темнейшим!

Недоверчивые возгласы и весьма нелестные замечания, но парни все равно высыпали на стену и застыли, вглядываясь в окна замка с завидным упорством.

А потом я оказываюсь на болоте. День, но солнце затянуто сероватой дымкой. Из воды торчат чахлые кривые деревца. Две светлые целительницы, прислушиваясь к каждому шороху, выкапывают какие-то корешки.

– Быстрее, Каро, что-то у меня недоброе предчувствие.

– Успокойся, Жанна, здесь никого нет. – Голос второй девушки заметно дрожит, как и руки.

Резкий хруст ветки. Девушки вскидывают головы, словно испуганные лани. К ним приближается темный маг. У него на поясе сумка для сбора трав, в руках – корзина с ягодами. Он удивлен не меньше девушек. Та, которая терзалась предчувствиями, быстро вскакивает на ноги и бежит, забыв и собранные травы, и подругу.

Вторая тоже поднимается, но медлит.

– Не убегай, подожди! – говорит маг на ломаном светлом наречии, у него очень смешной акцент. – Я видел тебя во дворе. Тебя зовут Каро?

– Да. А я тебя помню. Ты висел на стене, едва не свалился, – улыбается она.

– Вы собираете травы. У вас кто-то болен? Я могу помочь, – говорит маг, осторожно приближаясь к девушке.

Она смотрит на него с вызовом. Каро сильно уступает магу в росте, но при этом умудряется смотреть на него сверху вниз. Я замечаю, как она красива. Нежный овал лица, длинные лукавые ресницы, губы, как лепестки роз. А маг уже совсем близко. Корзина падает, ягоды рассыпаются на мху красными каплями, а свободные руки мага осторожно ложатся на талию девушки. На ее губах мелькает смутная улыбка.

Я выныриваю из видений, навеянных магией некроманта. Мы с Мораном по-прежнему находимся в солнечно-желтой комнате. Нет никакого болота.

– В общем, ненависть не так сильна, как принято думать, – сказал принц Гис. – А сейчас, Магда, тебя проводят к Клеа. Оставайся с ней, сколько нужно, но помоги принять неизбежность нашей свадьбы.

Принц хлопнул в ладоши, и скоро в покоях появился карлик. Тот самый, который забирал меня из темницы. Не самые приятные воспоминания о пребывании в этом замке.

Карлик низко поклонился принцу.

– Проводи Магду к принцессе. И думаю, дамам понадобится много горячей воды.

На уродливом лице слуги показалась хищная улыбка. Он кивнул мне и махнул рукой, призывая следовать за ним.

– Да, Магда, – окликнул меня принц.

Я обернулась, и он сказал:

– Когда я сделал принцессе Клеа предложение, она повела себя резко.

Неужели?..

Некромант выглядел смущенным.

– Я несколько вспылил, так как не мог оставить ее поведение безнаказанным.

Светлейшая! Надеюсь, Клеа цела.

Я старалась идти быстрее, но карлик, как нарочно, не спешил. Стоило отойти достаточно далеко от покоев принца, так, чтобы нас не могли услышать, как он принялся посмеиваться:

– Принцесса! Тоже мне – принцесса. Корона-то на голове не удержалась!

Всю дорогу он гадко хихикал.

Как я и подозревала, мы вошли в подземную темницу. Она была наполнена монотонным металлическим гулом и скрежетом. Карлик скривился, поджал губы и принялся бормотать проклятия «мерзким светлым девицам».

Мы спустились еще на несколько ярусов.

– Клеа!

Я бросилась к железной клетке.

Принцесса, в одной тонкой длинной рубашке, водила по решетке закованными в кандалы руками. Когда железо встречалось с железом, получался скрежещущий звук. Она похудела. От детской округлости щек не осталось и следа. Глаза стали казаться еще больше.

Сначала Клеа не узнала меня, прищурилась и посмотрела с подозрением, но потом удивленно выдохнула:

– Магда!

– Быстро освободи принцессу! – приказала я карлику, хотя тот и так уже гремел ключами.

Решетка отворилась с противным скрипом.

– Идем, Клеа, – не дала я подруге опомниться, – тебе не помешает ванна.

А сама лихорадочно соображала. Неужели принц Гис думает, что мои слова могут как-то повлиять на Клеа после того, как он посадил свою «невесту» в холодную темницу, заковав в кандалы? Что я могу ей сказать?

Пока в сопровождении карлика мы поднимались к покоям Клеа, она не проронила ни слова. Но я чувствовала ее испытующий взгляд. От внимания принцессы не укрылась ни одна деталь: шитье на моем платье, серьги и кольцо – подарки Морана, шелковая лента в моих волосах. Губы ее сжимались все плотнее. Да, мой облик не соответствовал представлению об униженной и угнетенной пленнице, в отличие от самой принцессы, с которой недавно сняли кандалы.

Она молчала и пока живые мертвецы наполняли медную ванну в ее покоях.

Когда мы остались одни, Клеа резко сдернула рубашку и погрузилась в ароматную, обжигающе-горячую воду. Она остервенело терла кожу мочалкой, не заботясь о том, что пена и брызги выплескиваются на пол.

Кажется, сейчас будет взрыв.

– Магда, – сказала принцесса. Глаза ее метали молнии.

– Да, Клеа, я не умерла, – произнесла как можно смиреннее.

– Вижу. Ты стала шлюхой темного, – презрительно заметила принцесса. – И что? Тебя подослали, чтобы продемонстрировать, как это прекрасно?

Она была зла, растерянна. За язвительностью скрывалось отчаяние.

– Ты выглядишь довольной жизнью. Тебе нравится ублажать этого монстра? Хотя вы подходите друг другу – некрасавица и чудовище. Лучше и быть не может.

Слова лились из Клеа грязным потоком, не прекращающимся ни на секунду. Я опустилась на край кресла и не перебивала ее, давая выговориться.

– Тебе не тошно от самой себя, Магда? Предать свет и все, что он олицетворяет. Ты даже не пыталась бороться, да. Мой отец…

Молча поднявшись, я подошла к ванне. Пока принцесса не успела ничего сообразить, положила руку ей на макушку и с силой надавила. Не ожидая такого, Клеа ушла под воду. Я держала крепко, моя хватка не посрамила бы и злобного духа, который недавно старался утопить меня. Я не злилась на принцессу. Разум был пугающе холоден и спокоен.

Клеа забилась, бестолково заколотила руками, но скользкая ванна не позволяла вывернуться. Мой подол быстро промок от выливающейся воды.

Решив, что этого достаточно, я наконец отпустила принцессу, и она вынырнула, хватая ртом воздух, отплевываясь и фыркая. Естественно, ей сразу стало не до слов. Я же почувствовала себя настоящей темной ведьмой, которая мучает хорошенькую светлую принцессу.

– Видишь, Клеа, в желании жить нет ничего плохого. – Она открыла и закрыла рот. Поток оскорблений прервался. – И все, что мы можем сделать сейчас, это выжить, – отрезала я.

– Как ты посмела… – Зубы принцессы стучали.

– Клеа, очнись, игры кончились. Принц Гис вспыльчивый, непредсказуемый некромант. Если ты умрешь, то просто пополнишь его коллекцию живых мертвецов. Навечно. Он назначил свадьбу через два месяца. Это большой срок. Возможно, твой отец возьмет штурмом этот замок и освободит тебя. Нужно продержаться и выиграть немного времени.

Естественно, я не имела ни малейшего представления о планах правителя. Может, по Клеа уже сгорели поминальные свечи в обителях Светлейшей и, погоревав, ее отец занялся более важными государственными делами.

По выражению лица принцессы я пыталась понять, какие мысли бродят в ее голове.

– Принц Гис больше не ведет переговоры о твоем обмене. Он решил оставить тебя в темных землях. Себе. И пока, как я понимаю, вел себя с тобой благородно.

Тут Клеа вспылила:

– Ничего себе – благородно! – Щеки ее заалели, на груди проступили красные пятна. – Он отправил меня в темницу! Заковал в кандалы!

Я смотрела на нее, склонив голову и сложив руки на груди.

– Потому что… – подтолкнула я.

Уголок ее рта нервно дернулся.

– …я украла с ужина нож и… Ты не поверишь, Магда! Я вонзила клинок по самую рукоятку, так, как меня учили. Удар был смертельный – это точно. Но он просто вынул нож и отбросил в сторону!

Клеа всхлипнула.

Я опустилась рядом на колени, невзирая на мокрый пол.

– Я не покорюсь, не покорюсь. Не сдамся, – шептала Клеа.

– И не сдавайся. Будь сильной. Тебе понадобится все твое мужество, – тихо сказала я. – Но просто представь, что мог сделать принц Гис. А если бы он отдал тебя одному из своих магов?

– Я бы умерла…

– Нет, Клеа, тебе бы не позволили, – мягко возразила я. – Если ты продолжишь отказывать принцу, он разъярится и сделает тебя своей наложницей.

Ее глаза расширились.

– Он не посмеет!

– Ты не верила, что он может меня подарить. Вспомни, как все получилось.

Принцесса обдумывала мои слова.

Я взяла баночку с мылом и нанесла немного ей на волосы. Она не сопротивлялась. Легкими массирующими движениями я взбивала пену.

– Принц сегодня говорил, что ваш брак может прекратить войну, – сказала я.

– Война закончится, когда все темные погибнут, – возразила Клеа, впрочем, не слишком уверенно. – Ты думаешь, отец придет сюда с войсками?

Сложный вопрос.

– Я думаю, что все его мысли о тебе.

Клеа приободрилась.

– Но я не могу просто ждать.

– Придется. Ждать тяжелее, чем действовать.

– Два месяца… – задумчиво протянула Клеа. – Скажи, Магда, ты пользуешься достаточной свободой? Может, мы можем отправить весточку отцу, пока будем водить принца Гиса за нос? Ты права, два месяца – это большой срок. Нас освободят, мы вернемся в светлые земли и навсегда забудем об этом кошмаре.

Только не я. Мне некуда возвращаться.

– Конечно, Клеа. Подумаю, что можно сделать.

– Прости меня, Магда, – сдержанно сказала принцесса. – Я не хотела тебя обижать.

Я вылила ей на голову воду, смывая пену, а потом еще и еще.

Она быстро вытерла глаза.

– Пожалуйста, не думай обо мне плохо. Я на самом деле очень не хочу умирать.

Клеа неожиданно бурно разрыдалась.

Я лила воду, и этот поток смешивался с потоком слез.

– Тебя обязательно спасут, Клеа. Тут даже думать нечего, – повторяла я, изо всех сил стараясь в это поверить. – У советника есть свои войска. Они придут, Клеа. Обязательно.

Но на самом деле мне вспомнился бедняга Эдмунд. Он так любил Клеа… Интересно, смирился ли он с утратой истинно любимой?

Пожалуй, нескладный заикающийся маг был чуть ли не единственным человеком во дворце, о ком я вспоминала с теплотой.

* * *

Понадобилось несколько дней метаний и сомнений, чтобы Клеа приняла решение. Мы сидели в ее покоях и лакомились свежими ягодами. Тогда-то она и объявила:

– Я дам принцу свое согласие, Магда. Понятно, что я не хочу за него замуж. Но если я скажу «да», это сулит некоторые преимущества, пока мы дожидаемся спасения.

– Хорошо, – обрадовалась я, – это мудрое решение.

– Да, и мы составим компанию принцу Гису за ужином. – Клеа слабо улыбнулась. – Ты сможешь исполнить обязанности моей фрейлины и помочь с нарядом. Сегодня я хочу выглядеть подобающе.

Она открыла шкаф, где висело несколько платьев.

– Они все такие темные, – сказала Клеа, наморщив хорошенький носик.

Я же испытала глухое раздражение. Оставалось молиться всем существующим богам, чтобы принцесса не выкинула ничего неожиданного.

– Магда, – Клеа понизила голос до шепота, – весточка.

Да, это поддерживало и грело принцессу. Она верила: как только отец получит весточку, за ней немедленно придут и спасут. Клеа гораздо больше полагалась на силу магии и оружие, чем на дипломатию. «Конечно, не стоило вести переговоры с этим чудовищем. Отец только потерял драгоценное время, поэтому я здесь столько торчу». И срок в два месяца казался ей удивительно длинным, достаточным для решения любой проблемы. Пока что.

Я зажгла высокую свечу в одном из канделябров.

– Нужно несколько капель твоей крови.

С этим было сложно. Из покоев Клеа заботливо и предусмотрительно удалили все острое, опасное и режущееся. Видно, несмотря на редкостную невосприимчивость к лезвиям, принц Гис не желал, чтобы острые предметы оказывались у него между ребрами, и проявлял разумную предосторожность, когда дело касалось принцессы.

– Хотя волосы тоже подойдут. – Я сняла несколько длинных волосков с расчески. – Встань рядом, – скомандовала принцессе.

Она послушно заняла место напротив.

– Думай о тех, кто тебя любит: об отце, матери, об Эдмунде.

Клеа закрыла глаза и нахмурила брови. Она думала так усердно, что я почти слышала ее мысли. Принцесса старалась докричаться: я здесь, я жива, спасите меня.

Я бросила ее волосы в пламя свечи. Они вспыхнули, по комнате поплыл серебристый дымок, который моя магия превратила в маленькую прозрачную птичку. Клеа открыла глаза, чтобы увидеть, как птичка садится на подоконник, а потом вылетает в окно. Весточка спешила прочь от некромантского замка. С карнизов поднялись местные птицы с человеческими лицами. Громко крича, они бросились в погоню.

В отличие от меня Клеа не могла их видеть. Наша полупрозрачная птичка неслась и металась, петляя в воздухе, а ее преследовала целая стая. Я смотрела до тех пор, пока они не скрылись из виду. Ну что ж, во всяком случае ее не перехватили у нас на глазах.

Клеа ожила.

– У нас получилось, Магда!

Она закружилась по комнате, схватила меня за руки, и мы пустились в пляс.

– Теперь все будет хорошо, – повторяла принцесса.

Ее уверенность передалась и мне. Я испытала радость. Как настоящая лгунья я поверила в то, что обещала Клеа. Нет ничего невероятного в освобождении принцессы из плена темного колдуна. Так происходит во всех сказках. Тьма обязательно будет повержена, а свет восторжествует.

Вечером я сопровождала принцессу на ужин. Она выбрала наряд цвета бычьей крови. Лиф соблазнительно подчеркивал грудь, небольшой шлейф скользил по каменным плитам. Клеа шла с достоинством, присущим королевской особе, глядя прямо перед собой. Я в своем темном платье следовала на почтительном расстоянии, словно тень.

Моран и принц Гис уже сидели за большим столом. Отражения магических светильников дрожали в отполированной до зеркального блеска столешнице. Я почти перестала обращать внимание на черепа и кости, которыми было украшено все вокруг. Деревянные, и ладно. Будь они настоящими, я бы не смогла проглотить ни кусочка.

Повинуясь неслышимой команде, умертвия внесли изысканные блюда.

Принц поднялся.

– Принцесса Клеа! Как я рад, что вы нашли время присоединиться к нашей скромной трапезе!

Сейчас он демонстрировал манеры настоящего аристократа.

Клеа заняла место напротив принца, во главе стола. Их разделяла длиннющая столешница. Если Клеа захочет метнуть бокал или вилку в принца, то докинуть до цели свой снаряд ей будет весьма затруднительно.

Я села напротив Морана. Мы оказались значительно ближе. Я даже могла коснуться его ноги кончиком своей туфли. Рядом с мужем я чувствовала себя увереннее, потому что две взбалмошные и вспыльчивые королевские особы – это слишком серьезное испытание.

Ужин проходил в молчании. Иногда слышался легкий звон ножа о фарфор тарелки да кости умертвий слегка поскрипывали, когда они с ловкостью и сноровкой, присущей лучшим слугам, меняли приборы или ставили очередное блюдо.

Когда мы насытились, принц резко отбросил салфетку.

– Итак? – обратился он к Клеа.

– Я согласна, – тихо ответила принцесса.

– Чуть громче, а то я не расслышал, – улыбнулся принц.

– Да!

– Что «да»? – невинно поинтересовался Гис, испытывая терпение Клеа на прочность.

– Я согласна стать вашей женой! – ясно и четко ответила она.

Гис хлопнул в ладоши и поднялся.

– Отлично. Признаться, я рассчитывал на этот ответ. И хочу сразу сделать два свадебных подарка вам, моя дорогая невеста. Так сказать, внести аванс для укрепления нашего союза.

Клеа вскинула голову.

– Начну с малого. Я видел, как вы сегодня отправили весточку в светлые земли. Без моего разрешения. Я не стану наказывать вас обеих, но больше никакого колдовства без моего на то дозволения.

Так, значит, она улетела! Первый радостный порыв сменился ужасом. Конечно же, наша проделка не осталась незамеченной.

Я боялась смотреть на Морана. Он нахмурился и с силой сжал кубок с водой. Еще немного – и тот лопнул бы в его руке. А принц отпил глоток вина, такого красного и густого, что мне показалось – это был глоток крови.

– И второй подарок.

Умертвия ввели в зал шесть светлых магов. У всех мужчин на глазах были плотные повязки, а руки скованы кандалами, лишающими возможности творить магию.

Пленников заставили опуститься на колени.

– Это недавно захваченные боевые маги. Они довольно сильно успели навредить, но видишь, моя дорогая Клеа, все еще живы.

Умертвия сорвали повязки, и мужчины смогли увидеть всех нас, сидящих за столом.

– Поприветствуйте вашу принцессу, – приказал им Гис.

В глазах мужчин легко можно было прочесть сначала недоверие, потом узнавание.

– Ваше светлейшество? Это действительно вы? – спросил самый старший.

Клеа чуть склонила голову.

– Трое могут вернуться в светлые земли, – сказал Гис. – А еще трое останутся и станут свидетелями на нашей свадьбе, дорогая.

Один из магов вздрогнул, словно его ударили, попытался вскочить на ноги.

– Нечестивый некромант! Ты не смеешь прикасаться к принцессе! Мужайтесь, ваше светлейшество. Вас спасут.

– Хватит.

Принц махнул рукой, и маг замолчал. Он силился что-то сказать, но не мог проронить ни звука. Губы были так плотно сжаты, что побелели.

– Так… Вот этого яростного мы отправим в светлые земли в первую очередь, – сказал принц, указывая на пленника. – А то я за себя не ручаюсь. Но как вы уже знаете, ваше светлейшество, свое слово я не нарушаю. Раз обещал им жизнь, значит, пусть живут. Дорогая, выбери еще двоих, кто отправится домой, а остальные останутся, чтобы присутствовать на нашем празднике. А то нехорошо получается: со стороны невесты совсем мало гостей.

Принц нарочито громко вздохнул, как будто искренне сожалел о подобном стечении обстоятельств.

Клеа поднялась и растерянно посмотрела на магов. Наконец указала на самого старшего, который узнал ее первым, и на самого молодого.

Их немедленно увели.

– А эти, – принц Гис окинул взглядом оставшихся, – продолжат пользоваться моим гостеприимством два месяца. Их проводят в самые теплые и уютные камеры, которые только есть в моей темнице.

Загрузка...