Глава 6

Кейт расстелила на земле старое одеяло и села. Последние два дня стали временем прохладного перемирия, иногда немного неловкого, и, по сути, они просто учились держаться подальше друг от друга. Она уже выдала этим женщинам больше информации, чем когда-либо собиралась, даже поделилась с ними чаем и едой. Этого вполне достаточно.

Но вряд ли один только нежный плеск волн, набегающих на травянистый берег, мог утешить ее в тот день. Она бы предпочла оказаться в своем рабочем кабинете, где ковер такой же плюшевый, как зеленая трава вокруг одеяла. Как только все это закончится, она вернется домой, оставив прошлое в прошлом, и ей больше никогда не придется иметь дело с этими двумя грубиянками.

Легкий ветерок донес хихиканье Грейси – девочки с душой ангела и улыбкой чертенка. Разве что каменное сердце могло остаться равнодушным к очарованию мисс Грейси. Малышка носилась со скакалкой вдоль берега озера, бегала взад-вперед по лужайке, где на садовых стульях, которые Джейми принесла из старого лодочного сарая, расположились Хэтти и Виктор.

Кейт улыбнулась ребенку, и на какое-то мгновение тяжесть ушла с души.

Джейми сидела на краю причала, свесив босые ноги в воду. Аманда устроилась на террасе, закинув распухшие ноги на шезлонг. Если Кейт поворачивала голову вправо, до нее доносилась музыка кантри из старого бумбокса, который стоял в этом доме еще четырнадцать лет назад. По крайней мере, ей нравилась та же музыка, что и Кейт, а не какой-то хард-рок.

Внезапно волоски на загривке встали дыбом, а по спине пробежал холодок, несмотря на жару. Кейт подняла взгляд и увидела Вэйлона, который шел ей навстречу, спускаясь с пригорка. В руке у него болтались солнцезащитные очки, а поля ковбойской шляпы скрывали его глаза. Может быть, он собирался сказать ей, что дело наконец раскрыто?

– Значит, вы все еще здесь? – Он без приглашения уселся на ее одеяло и вытянул свои длинные ноги. Рубашка с коротким рукавом и перламутровыми пуговицами облегала его торс и бицепсы, словно сшитая на заказ. – Я полагал, что кто-то из вас или все вы продержитесь не больше суток, а потом разбежитесь по своим домам.

– Я не имею привычки сбегать. – Улыбка Кейт на ужимки Грейси погасла, забирая с собой ощущение счастья.

– Но вы пока еще не лучшие подруги?

– Конечно, подруги. Даже ближе, чем сестры. Так бывает, когда вместе замышляешь убийство, – саркастически заметила она. – Надеюсь, вы пришли сказать мне, что нашли того, кто убил Конрада, и поэтому больше здесь не появитесь.

– Ваши желания и надежды вряд ли сбудутся на этой неделе.

Она и сама не знала, что заставило ее сердце биться чуть быстрее – физическое влечение, вызванное этой развязной уверенностью, или злость из-за его идиотского предположения, будто она замешана в преступлении.

Он пристроил соломенную ковбойскую шляпу на одеяле и швырнул внутрь темные очки.

– Когда я уезжал из Далласа, еще ярко светило солнце, – сказал он. – Так вы всегда работали в нефтяном бизнесе своей семьи?

– Я уверена, вы уже навели справки о моей работе, проверили мое алиби, поговорили с моей матерью и знаете, где я получила образование, как и то, что у меня нет детей и домашних питомцев, – ответила она.

– Вы сегодня немного колючая, да?

– А вы бы не были таким, если бы кто-то обвинял вас в убийстве?

– Возможно.

Темный конский хвост Грейси мотался взад-вперед, а ее пестрые шорты и рубашка сверкнули в лунном свете, когда она помчалась к пристани. Пробегая мимо одеяла Кейт, она остановилась.

– Кейт, знаешь что? Я сунула пальцы ног в воду, и мама сказала, что, если завтра не будет холодно, мы сможем искупаться. – Она плюхнулась на подстилку, едва не задев шляпу и солнечные очки Вэйлона. – И угадай, что еще? Хэтти говорит, что нам надо порыбачить. Ты знала, что скоро фестиваль? Там будет карнавал, будут аттракционы и чертово колесо, потом всякие пирожные, и все это связано с рыбалкой, так что нам нужно попрактиковаться. – Она перевела дух и продолжила: – В этом году я собираюсь поймать самую большую рыбу для маленьких детей и получить приз. Хэтти говорит, что это четыре билета в «Шесть флагов»[11], и я хочу пойти. Папа сказал, что когда-нибудь поведет меня туда, но теперь его нет, и придется маме идти со мной, зато у нас будет несколько лишних билетов, так что ты можешь пойти с нами, если хочешь.

– Ну, разве это не здорово? – Кейт улыбнулась ей, прерывая занимательный монолог.

– Грейси! – крикнула Джейми с пристани.

– Мне пора. Пока. – Грейси бежала так быстро, как только позволяли ее маленькие ножки.

– Милый ребенок.

– Да.

– Вы когда-нибудь мечтали о паре детишек?

Он понятия не имел, как сильно задел ее этим вопросом. Она всегда хотела иметь детей, особенно дочь. Но выкидыш, случившийся через полгода после свадьбы, оборвал эту мечту. Доктор сказал, что шанс снова забеременеть – один на миллион, а вероятность вынашивания ребенка и того меньше.

– А вы? – выстрелила она в ответ.

– Я женился на своей карьере и из-за этого потерял двух жен. Детей нет. И я слишком стар, чтобы начинать все сначала, – сказал он.

– Слишком стар – это сколько?

– Сорок пять. К тому времени, как ребенок окончит школу, мне уже будет под семьдесят. – Он показал на небо над озером. – Взгляните на эту луну и ее отражение в воде. Красотища, не правда ли?

Озеро действительно походило на зеркало, но луна ее совершенно не волновала. Она хотела, чтобы он либо сказал ей, что она больше не подозреваемая, либо оторвал свою задницу и пошел искать настоящего убийцу.

– Вы не ответили на мой вопрос, – произнес Вэйлон.

– Я и не собираюсь отвечать, – сказала она. – А что вы делаете в Бутлеге в середине недели?

– Я уже говорил вам, что у меня есть небольшое ранчо в Мабелль. Мои родители владели им. Отец умер несколько лет назад, а мать – в прошлом году. Так что я провожу большинство выходных здесь и довольно часто приезжаю в течение недели, когда бывает возможность вырваться из кабинета. Это не так уж далеко от Далласа.

– Так вы выросли в этих краях? – спросила Кейт.

– Ходил в школу здесь, в Бутлеге. Знаю всех в этом городке и кое-кого в Сеймуре.

– Хэтти и Виктора?

– Да, и с Айрис тоже был знаком. Так что я давно наслышан о Конраде Стиле. И, опережая ваш вопрос, скажу, что тогда не нашлось ни клочка доказательств, указывающих на то, что именно из-за него у Айрис случился сердечный приступ.

– Я и не собиралась спрашивать. Конрад был гораздо умнее. Если бы он имел какое-то отношение к ее смерти, вам бы все равно не удалось это доказать. Вы когда-нибудь встречались с ним?

– Нет, но моя мать рассказывала мне о скромном свадебном банкете в этом бунгало, когда они поженились.

Конрад обманул ее, пленив своими комплиментами и смазливой мордашкой. Она не могла себе позволить попасть под обаяние теперь еще и Вэйлона.

– Как долго вы пробудете в Бутлеге? – спросила она.

– На этот раз пару дней, но я буду появляться здесь довольно часто. А вы надолго?

– Пока вы не скажете мне, что я больше не подозреваемая.

– Вполне справедливо, – согласился Вэйлон.

Справедливо?

Если бы существовала справедливость, Конрад Стил никогда бы не вошел в ее жизнь.

* * *

Аманда промокнула глаза салфеткой. Она справлялась гораздо лучше. За весь день только раз накатили слезы – просто закат напомнил ей о том, как она лежала на террасе в объятиях Конрада в последний вечер их медового месяца. Вот и сейчас Конрад должен был сидеть рядом с ней, положив руку на ее округлый живот, улыбаясь всякий раз, когда их сын брыкался. Единственное, что ее радовало – это решение, которое она приняла, выбирая имя для малыша. Когда мальчик родится, он будет Конрадом Джонатаном Стилом-младшим, и она будет звать его Джонатаном или, может быть, Джонни.

Она будет воспитывать сына так, чтобы он знал отца как героя, который пытался остановить грабителей, и никогда не расскажет ему о других двух женах или об Айрис. Ему придется расти без мужского образца для подражания. В жизни Аманды тоже не было фигуры отца, только тетя Элли, но она как-то выжила. У этого ребенка будет любящая мать, которая так ждала его появления на свет.

Она смахнула с лица слезы и положила руку на живот.

– Я хотела большего для тебя, мой мальчик. Я хотела, чтобы у тебя был сказочный папочка, который играл бы с тобой в догонялки и учил отбивать футбольный мяч.

Рингтон тети Элли вывел ее из задумчивости. Ей не хотелось ни с кем разговаривать, но она ответила на звонок. Тетя Элли столько раз выручала ее, так что она не могла проявить неучтивость.

– Я еду с работы и подумала, что мы могли бы поболтать, пока я за рулем, – сказала она. – У нас был замечательный день. Мы с Вандой зашли в пиццерию по дороге домой, чтобы отметить это событие.

– Я смотрю на закат с террасы. Не говори мне про пиццу. Я мечтаю о ней, а все, что у меня было на ужин – это омлет и гренки.

– У тебя такой подавленный голос. Ты в порядке? Если это место и те женщины расстраивают тебя, это плохо для ребенка. Возвращайся тогда домой. Ванда сказала, что будет помогать мне в магазине до конца лета, так что тебе не придется ходить на работу каждый день, но все-таки ты будешь ближе к доктору и рядом с теми, кто тебя любит.

Аманда выдавила из себя слабую улыбку.

– Я всего в часе езды от тебя и моего доктора, и я прекрасно себя чувствую здесь, где мы с Конрадом провели самое счастливое время нашего брака.

– А те двое?

– По большей части мы держимся подальше друг от друга. Джейми и Грейси много времени проводят у озера. Терраса в моем полном распоряжении, если только Грейси не решит поиграть здесь, но она хороший ребенок и меня совсем не беспокоит. А переднее крыльцо принадлежит Кейт.

– Ну, я надеюсь, ты найдешь хоть какой-то покой, – сказала тетя Элли. – Я заезжаю в гараж. Поговорим позже. Люблю тебя, малышка.

Аманда пролистала на телефоне свои фотографии с Конрадом, бережно прикасаясь к его лицу на каждой из них. Он говорил, что «сестра» Кейт называла его Конрадом, но сам он терпеть не мог это имя. Он всегда хотел, чтобы их мать, Тереза, называла его вторым именем – Джонатан, но его отца звали Джонатан Джеймс Стил, поэтому ему пришлось стать Конрадом.

Она дошла до их последней совместной фотографии. Тетя Элли сфотографировала их в магазине перед самым его уходом, и тогда она видела его в последний раз. Он улыбался так искренне, и глаза сверкали весельем. Да, Конрад любил ее. Возможно, он и не развелся с теми двумя женщинами, но она никогда не поверит этим историям об Айрис или о том, что он привозил в бунгало других женщин. Айрис, вероятно, любила его только как сына. Будь Конрад здесь, он смог бы объяснить все про тех женщин, которых Хэтти якобы видела в бунгало. Скорее всего, это были хозяйки магазинов одежды, и он просто пытался расположить их к себе и уговорить продать ему товар в конце сезона.

Ты что, совсем идиотка? – закричал голос в голове. Странно, но он звучал совсем как голос ее лучшей подруги Бейли, подружки невесты на свадьбе Аманды. – Ты должна шипеть от злости на этого ублюдка, а не страдать по нему.

Она слегка выпрямила спину. Бейли жила в Германии, где служил ее муж, военный, и Аманда не рассказывала ей о сложившейся ситуации. И все же именно такие слова сказала бы Бейли, если бы узнала.

Просто чтобы удостовериться, она отправила Бейли сообщение: «Позвони, как сможешь. Многое нужно тебе рассказать».

Телефон зазвонил, прежде чем она успела положить его обратно на столик. Аманда коснулась экрана и ответила:

– Бейли, почему ты не спишь в такой час? У тебя там, должно быть, четыре утра.

– Да, но у меня опять бессонница. Давай выкладывай, что там стряслось.

– Конрад убит.

И Аманда выложила остальную часть истории.

– Этот парень всегда казался мне подозрительным. Я ничего не говорила тебе только потому, что ты была так влюблена в него. Эти бегающие глазки, блуждающие руки. Я старалась держаться от него подальше. Черт, ну и бардак.

– Я думал, ты меня поддержишь. – Аманда надулась.

– Я поддерживаю тебя, да. Но слушать, как ты защищаешь такого сукина сына, – нет уж, мэм. Тебе нужно проснуться и почувствовать запах кофе или роз, или что ты там еще чувствуешь, когда просыпаешься. Учись у тех двух других, о которых ты мне рассказала. Вырабатывай отношение типа «мне плевать» или «я бы убила его еще раз», но перестань жалеть себя и постарайся увидеть его таким, каким он был на самом деле, а именно – мошенником, – сказала Бейли.

– Он любил меня, – заявила Аманда.

– Нет. Он не любил ничего, кроме игры, – выпалила Бейли. – Я сейчас положу трубку, а ты поразмысли над той сказкой, что ты себе рассказываешь, а потом подумай о реальности. Позвони мне через денек-другой, когда поймешь, что из этого настоящее. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – сказала Аманда, даже не пытаясь скрыть свое огорчение.

Она с трудом поднялась с шезлонга и потопала босиком в дом, направляясь в свою спальню. Она улеглась на кровать и свернулась калачиком вокруг подушки, притворяясь, будто это спина Конрада и он лежит рядом с ней. Десятки картинок промелькнули в ее сознании одна за другой – первая неделя их знакомства, бурный роман, скромная, но красивая свадьба в церкви, медовый месяц в этой самой комнате, а потом… блестящий черный гроб и траурная служба у могилы.

Внезапно все красивые сцены улетучились, и она увидела лишь шеренгу женщин – безликих, с цифрами в руках, – протянувшуюся от двери спальни через весь дом, вниз по ступенькам и до самого озера. Невозможно было пересчитать всех женщин, с которыми Конрад спал на этой кровати. Глаза распахнулись, когда реальность ударила ее прямо в лицо. Она швырнула подушку через всю комнату. В груди вспыхнул гнев. Ей захотелось что-нибудь сломать, пробить дыры в стенах, сжечь дотла это бунгало – что угодно, лишь бы вырвать из сердца печаль.

– Будь он проклят за то, что сделал со мной.

Чувствуя себя такой грязной, как будто ее изнасиловали, она поспешила в ванную, где долго стояла под прохладным душем, а потом два раза вымыла волосы длиной до плеч и трижды намылила живот. «Я не стану называть тебя именем этого человека, сынок. Ты будешь носить гордое ирландское имя, вроде Лиама или, может, Десмонда, и я придумаю, что рассказать тебе о твоем отце. Он уже не будет героем. И в тебе не будет ничего от его внешности или манер. Я – твоя мать».

Она почувствовала себя лучше, когда приняла душ и надела мешковатую футболку, доходившую до середины колен. Но, вернувшись в спальню, она не смогла заставить себя даже присесть на кровать. Она несколько раз обошла супружеское ложе и наконец повернулась к нему спиной, закрыла дверь и прошла в гостиную, где сняла подушки с дивана. Она отбросила их в сторону и разложила спальное место. Может, и не слишком удобное, но зато им никогда не пользовался Конрад. А его действительно звали Конрад? Может, это имя даже и не записано в его свидетельстве о рождении.

Откуда ты знаешь, что он здесь не спал? – Голос Бейли снова звучал у нее в голове. – Он мог пользоваться всеми кроватями, включая диван.

– Потому что единственное, во что я могу поверить из всего, что он мне говорил, это то, что он терпеть не мог спать на диванах. Ему это напоминало его детство, – ответила Аманда вслух, когда вышла на террасу, схватила свой телефон и обнаружила сообщение от тети Элли.

Вместо того чтобы отправить сообщение, Аманда позвонила тетушке и полчаса разорялась по поводу кровати. Когда она закончила, тетя Элли смеялась так, что у нее началась икота.

– А вот и рыжий огненный шар моей племянницы, которую я вырастила. Я все думала, когда же будет изгнана та хныкающая слабачка, что вселилась в ее тело. С возвращением, настоящая Аманда Хилтон. – Элли усмехнулась. – Завтра я привезу тебе кровать. У меня в гараже хранится лишняя двуспальная. Буду часам к шести, так что жди меня.

– Спасибо, тетя Элли. На кровати, конечно, удобнее, чем на диване. И захвати с собой канистру бензина.

Элли ахнула:

– Ты же не станешь поджигать матрас. Эти чертовы штуки горят вечно и дымят просто ужасно. К тому же после всех тех женщин, которых он имел на этом матрасе, испарения могут быть ядовитыми. Мы поговорим об этом, когда я приеду.

– Спасибо, но я намерена сжечь его или отправить на свалку. Я не потерплю этой гадости в моем бунгало, – твердо сказала Аманда.

– Увидимся завтра. Привезти что-нибудь еще?

– Большой сэндвич «субмарина» с мясным ассорти и двойным итальянским соусом, – попросила она.

– Заметано, – сказала тетя Элли.

Она отложила телефон в сторону, взяла пульт и включила телевизор, но прежде чем успела пробежаться по каналам, со скрипом открылись раздвижные двери на террасу. Грейси, не обращая внимания на Аманду, направилась прямиком в ванную, а следом за ней шла Джейми.

Джейми остановилась как вкопанная и подняла бровь.

Аманда прищурилась и покачала головой:

– Я не хочу говорить об этом. Я больше не стану спать в той постели. Тетя Элли привезет мне кровать завтра, когда закроет магазин. Спокойной ночи. – Джейми хихикнула. – Что тут смешного? – спросила Аманда.

Джейми оглянулась.

– Долго же до тебя доходило.

Кейт улыбнулась, заходя в гостиную:

– Молодая еще, потому и тормозит.

Аманда погрозила Кейт пальцем.

– То, что ты старая, еще не означает, что ты такая умная. Ты ведь тоже вышла за него замуж.

– Да, это верно. Но я не провела ни одной ночи в той постели.

– Я тоже! – крикнула Джейми из коридора.

– И я больше не проведу ни одной, – заявила Аманда.

Загрузка...