Бракованная: Жизнь после... (СИ)

Глава 3

— Джейсон Найт, — представляется мужчина, который всего несколько часов назад затрахал Малену до полусмерти. — Наверное вы, Доктор Роджерс? — в его глазах лукавые искры, его все это забавляет.

Малена пожимает протянутую руку с ощущением, будто подписывает себе рабский контракт до конца жизни, и старается не думать о том, когда в последний раз она чувствовала прикосновение руки Ясона к своей коже, когда тот скользил по ее боку, оглаживая ребра и лаская живот, пока он собирался с силами и входил глубоко внутрь её текущего тела, мокрый, разгоряченный и чертовски твердый.

— Директор. Рада познакомиться. — Её тон подразумевал: Чтоб ты провалился, или век тебя не видеть.

Он не заметил ее злобной интонации, или сделал вид.

— Джейсон, — поправляет он, обещающе улыбаясь.

Малена молча стискивает зубы до скрипа.

— Джейсон, — послушно повторяет, не удержавшись от злобного шипения на букве с.

Она смутно осознаёт, что Сабина переводит взгляд с одного на другого, словно зритель на непонятном спектакле, пытаясь вычленить подоплеку их непростого взаимодействия. Она не успокоиться и Малена заранее смиряется с тем, что после работы ее ждёт безжалостный и бескомпромиссный допрос.

— Не волнуйтесь так, доктор Роджерс, — говорит Джейсон, слегка приподняв уголки губ в полуулыбке, а его проницательные глаза смотрят прямо в душу, намекая, что он говорит Милане именно о том, что было ночью. — Я просто знакомлюсь с новыми людьми в свой первый день. Не нужно нервничать.

— Конечно, — слабо произносит Малена, желая провалиться сквозь землю. Она приняла душ после вчерашнего вечера, но клянется, что до сих пор чувствует запах бара и помнит, как прижималась к Ясону на танцполе. А этот самодовольный ублюдок выглядит с иголочки, черт бы его побрал. Его глаза весело блестят за безупречными очками, в тонкой оправе, а синий галстук идеально повязан и оттеняет колдовские глаза. Черт все побери!

О боже, Малена переспал со своим новым боссом! Тушите свет, бросайте тапки! Кошмар!

Хочется удавиться в очередной раз, а нельзя.

До неё всё это доходит только сейчас, и она слегка теряется, тушуясь, не представляя как себя вести.

— Думаю, мне лучше вас не задерживать, док, — говорит Джейсон и Малена заставляет себя сосредоточиться. — Да, и, доктор, загляните ко мне в кабинет перед тем, как соберётесь домой, хорошо?

А, вот и оно, второй ботинок. Малена с трудом сглатывает и выдавливает из себя слабую улыбку.

— Конечно, мистер Найт.

Она полностью и безоговорочно вляпалась и явно не лучшим образом.

*****

Малена весь день ходит смурная как туча, и это не прибавляет ей обаяния, когда двое её пациентов начинают шарахатся от нее. Она даёт одному из них, десятилетнему мальчику с простудой, конфету, пытается успокоить возмущённых родителей и беспомощно смотрит на другого, семнадцатилетнюю девушку, которая не знала, что противозачаточные таблетки должна принимать до первого секса, если не хотела забеременеть.

— Все будет хорошо, детка, — говорит она в конце концов и тут же морщится от собственных неубедительным слов.

— Родители меня убьют, когда узнают, — в ужасе шепчет девушка, размазывая слезы, и Малена отправляет ее восвояси с неуклюжей стопкой брошюр и номерами горячих линий.

А потом наступает конец длинного рабочего дня, сейчас она бы не отказалась, чтобы он был ещё длиннее. Это трусость, Малена понимает. И оказывается внезапно перед внушительной дверью кабинета начальства, уставившись на золотые буквы, выгравированные на железной табличке с именем на уровне глаз.

Джейсон Найт, — читает она, и ее настроение падает ещё ниже. Хотя куда уж. Ясон, мать его за ногу. Но она точно не Медея.

Не помогает и то, что Малена до сих пор считает, что секс прошлой ночью был лучшим в её жизни, а помнит она все и в подробностях, досконально и отчетливо.