Будь моей беременной

Глава 42

Тамила

— Миссис Донеган? Миссис Донеган, вы меня слышите? — спокойный женский голос зазвучал совсем близко. — Как вы себя чувствуете?

Что? Миссис Донеган? К кому она обращается? И почему голова будто заполнена киселем, а сознание уплывает и покачивается? Что вообще произошло? Где я?

По телу прокатилась волна ноющей боли, сковала поясницу, выбивая воздух из легких, а после и низ живота. Несколько ударов сердца и боль начала отступать.

Боги! Ужасная догадка прошила сознание — схватки! Только не это! Ведь Слишком рано…Этого не может быть!

Я порывисто втянула в себя воздух, словно вынырнула из ледяной воды, и распахнула глаза. Яркий белый свет выбивал слезы, а на языке появился смутно знакомый привкус… симилль? В памяти начали мелькать обрывки воспоминаний.

— Миссис Донеган, добрый день, — надо мной склонилась темноволосая женщина в белом чепце и просторном белом платье, по всей видимости, целитель. — Как вы себя чувствуете?

Она вопросительно уставилась на меня. И сомнений не было, миссис Донеган она называла именно меня. С чего бы?

Обвела взглядом помещение, в котором находилась. Стандартная одноместная палата с окошком, кроватью и небольшим шкафчиком. Я сотни подобных обошла на практике в академии. Значит, я в госпитале?

— Где я? — подскочила на кровати, ощущая как мир вокруг пошатнулся, а собственный голос звучал глухо. — Что произошло?

— Вы в частном госпитале, не волнуйтесь, — успокаивающим тоном заговорила целительница. — Ваш супруг привез вас сразу после… происшествия. Но не волнуйтесь, вы в надежных руках.

— Что? Супруг? — и снова эта накатывающая волной боль. Я сцепила зубы, чтобы не закричать, но все же спросила, даже не будучи уверена, что меня кто-то услышит: — Эрик здесь?

— Эрик? — сквозь шум в ушах донесся до меня голос целительницы. — Вы что-то путаете. Ваш супруг Крэйг Донеган, миссис Донеган. Вам не стоило так увлекаться употреблением симилля… — женщина укоризненно покачала головой. — После родов вы должны остаться здесь, чтобы пройти принудительное лечение от вашей пагубной зависимости.

Зависимости? О чем она говорит? Мой супруг… Крэйг? Мысли смешались, и голова вновь раскалывалась. Я старалась дышать ртом — часто и глубоко, как нам рассказывали на занятиях и как часто советовали целители роженицам на практике в госпитале.

— Я не употребляю настойки симилля! И я в разводе с Крэйгом…

— Вы не нервничайте, прилягте. Вам нужно набраться сил перед родами!

Целительница разговаривала со мной мягко, вкрадчиво, как с умалишённой.

— Мне нужен артефакт связи… И Ох… — внутри опять все болезненно сжалось, выбивая дух.

Боги, если бы сейчас принять нужное лекарство…

— Позовите нормального… целителя, — процедила я сквозь зубы. — Роды необходимо… остановить, иначе… мой ребенок не выживет, — голос сорвался от одной такой закономерной мысли.

Подскочила на кровати, прислушиваясь к будто замершему внутри сыну. По животу словно пробегали судороги, ноги стали ватными, словно чужими, и отказывались меня держать. Но хуже всего был страх. От которого на глаза наворачивались слезы и хотелось биться в истерике.

Мила! Прекрати! Возьми себя в руки. От этого зависит жизнь твоего сына! Замерла, прислушиваясь к своим ощущениям, и облегченно выдохнула — я явственно чувствовала его сердцебиение.

Целительница осторожно приблизилась ко мне и мягко прикоснулась к плечу, прибегая к успокаивающей магии. И от этого по коже прокатилось умиротворение.

— Не беспокойтесь, я смогу принять роды и на таком сроке, — женщина уложила меня в постель. — Прилягте. Я зайду к вам позже, а пока приглашу вашего супруга.

Супруга — Крэйга?! Он все же до нас добрался. Зря я поверила в то, что смогу нормально жить.

Целительница развернулась и скрылась за белоснежной дверью.

Туман из сознания вмиг улетучился. Горькая правда обрушилась внезапно, заставляя ощутить себя полной дурой. Звонок от отца, повозка, платочек, пропитанный отравой… Крэйг сыграл на моем желании помочь отцу, на любви дочери, которой все это время не хватало единственного родного человека! А расплачиваться за эту глупость и доверчивость теперь буду не только я.

Поднялась на ноги и медленно приблизилась к окошку. Перед глазами появился зеленый парк, залитый лучами закатного солнца. А прямо под окошком виднелся широкий парапет. Распахнула створки, ощущая, как новая волна боли сковывает тело, и все же не смогла сдержать крик.

Что я творю?! Даже если мне, о чудо, удастся выбраться, то здесь у сына больше шансов выжить… Моего потенциала попросту не хватит, чтобы поддержать в нем жизнь.

— И не пытайся прыгать, — дверь за спиной хлопнула, заставляя меня вздрогнуть. — Ты же не хочешь навредить нашему сыну, правда, Мила?

— Ты похитил меня, — развернулась, опершись на подоконник, чтобы не упасть от слабости после очередной схватки, и заговорила сквозь зубы. — Это преступление… карается по закону.

Крэйг остановился как раз напротив и, скрестив руки на груди, презрительно меня разглядывал.

— Отнюдь! — бывший муж фыркнул. — Я лишь вернул свою супругу, сбежавшую с моим сыном.

— По-моему, это… ты сивилля надышался! — пытаясь выровнять дыхание, заговорила я и сделала шаг в сторону кровати, чтобы между нами был хоть какой-то призрачный барьер в виде тумбы. Хоть что ему тумба? — Мы в разводе! А я уже месяц… как миссис Рейверс! Ты думаешь, Эрик… не будет меня искать?

— Ваш брак с Эриком Рейверсом — пустышка. И у меня есть свидетели, которые докажут мои слова, — рявкнул Крэйг и приблизился ко мне слишком резко, выплевывая слова со злостью. — Сговор. Чтобы твой фиктивный алчный муженек получил наследство. Впрочем, он не далеко ушел от всех своих предков. Такой же надменный выскочка, которому кроме денег ничего не нужно.

— Ты сядешь, Крэйг, — вцепилась в спинку кровати и согнулась пополам от нахлынувшей боли. И только когда приступ прошел, продолжила, — И очень скоро… Мой сын — Рейверс. И проверка это доказала!

— Конечно, Рейверс, Мила, — на лице бывшего супруга появилась хищная улыбка, а затем он сделал выпад и прикоснулся к моему животу. — Потому что и я — потомок рода Рейверс.

И в этот момент моя ладонь сама взметнулась вверх, но Крэйг ее перехватил в сантиметре от своего лица.

— Осмелела, значит?

— Что за чушь… ты несешь?! Совсем… с ума сошел?! Отпусти меня! Слышишь?

— Отчего же чушь? — ухмыльнулся мой бывший супруг, пропустив мимо ушей мое требование. — Любой магический слепок подтвердит мои слова. Рейверсы скрывали свое грязное прошлое, свое проклятие, которое убивало всех мужчин их рода за корыстность и за алчность. Неужели Эрик не рассказал тебе одну интересную историю о том, как его предок Хэролд сначала надругался над бедной служанкой, обещая ей бесконечную любовь, а затем выкинул из дома, узнав, что та беременна от него? Занятная история!

— Амалия… — я проговорила одними губами, но Крэйг услышал.

От осознания правдивости слов бывшего супруга голова закружилась. А ноги подкосились.

— Амалия Стюарт. Погибла в родах в полной нищете… — проговорил Крэйг со злостью, будто я была в этом виновата. — А ее сына забрали на воспитание в семью Донеган. И именно поэтому наш сын не имеет ни капли дара от Донеганов. Что? Неожиданно, правда? Я наследник старшей ветви Рейверсов, Мила! А твой дорогой Эрик не имеет права ни на грош из наследства. Которое очень скоро перейдет тому, кто по праву должен им владеть. Леди Амадея Рейверс, к несчастью, отправится к праотцам из-за несчастного случая на юбилее, а я, как старший наследник с супругой и ребенком согласно завещанию, унаследую поместье Рейверс и фабрику. Восстановлю справедливость.

Он не может быть Рейверсом, просто не может!

— Это… фарс… Я не верю…

— Будто кто-то будет спрашивать, во что там верит моя сошедшая с ума супруга, которая постоянно употребляла дурманящие травы, чем и вызвала роды на столь раннем сроке! Увы, тебе необходимо длительное лечение. Но я могу себе это позволить. Теперь уж точно могу…

И в этот самый момент за дверью раздался грохот, крики возгласы…

— Стража города Кенверталь! Всем оставаться на своих местах! — зазвучал мужской голос, усиленный магией, а лицо Крэйга исказилось будто от зубной боли.

А следом дверь распахнулась и на пороге появился Эрик.

Бледный, всклоченный, пышущий яростью, но… родной, любимый. Наверное, я никогда никого не была так рада видеть, как его сейчас.

Единственный раз мы встретились взглядами, и все завертелось.

Искрящиеся магические потоки. Заклинание, от которого Крейга отбросило от меня, и новая волна боли. Я закусила губу, чтобы не закричать, но все равно. Собственный крик показался нереальным. Как и все что происходило вокруг.

— …Вы задержаны за похищение миссис Рейверс, и по подозрению в изготовлении незаконных магических накопителей… — сквозь оглушительный грохот собственного сердца слышала я голос стражника.

Если бы я не была так парализована болью и оглушена страхом за жизнь своего сына, то обязательно провела бы параллель между этим фактом и тем, как он регулярно высасывал из меня магию, а может не только из меня. Ведь стоимость таких артефактов в высших кругах — просто баснословная.

Но в тот момент мне было плевать.

— Мила! — Эрик бережно помог мне подняться на ноги. — Боги, что происходит?! Чем тебе помочь?

— Целителя! Найди целителя… Пока не поздно!

Но его крики о помощи, призыв целителя утонули в очередной волне разрывающей боли. А после что-то теплое потекло по внутренней стороне бедра, лишая меня последней призрачной надежды на помощь целителей. Воды отошли. И теперь…

Из глаз брызнули слезы. Не боли, а страха, ужаса.

— Все будет хорошо! — голос Эрика, его руки, его поддержка — наверное, это единственное, что удержало меня от истерики. — Мы справимся. Он сильный, слышишь! И ты умница. Все будет хорошо!

Мне казалось, что время застыло или потекло по только ему известному руслу. Голоса целителей, боль, мой собственный крик — все это казалось сном. И только его голос, его уверенные простые слова, его рука, за которую я продолжала хвататься, стали теми нитями, что продолжали связывать меня с реальностью.

— Ну… Вот… Почти все, миссис Рейверс! — едва я, обессилев, откинулась на жесткой кушетке.

Магия целителей наполнила помещение. Я чувствовала ее кожей. И внезапно осознала — я не слышу ребенка.

— Что?! — хриплым, сорванным голосом начала я, но поняла, что еще не могу говорить.

— Что с нашим сыном? — озвучил Эрик мой вопрос, продолжая держать мою руку.

И сердце, казалось, остановилось. Оборвалось. Я не могла вдохнуть, ощущая, как горло сжало спазмом.

— Наглотался воды! — улыбнувшись, уведомил меня седоватый старичок, чем-то мне знакомый. Соврал. Скорее всего, понадобилась срочная помощь, но он сделал шаг в сторону, и я увидела крохотного красного малыша, нелепо размахивающего руками на небольшом столике. И над ним хлопотала невысокая светловолосая целительница. Жив. Точно жив. — Поздравляю, ваш мальчик вырастет сильным мужчиной.

Мгновение, и весь страх, вся боль, все отчаянье пролилось слезами. Безудержным потоком.

— Тссс… Все хорошо! Все прекрасно! — повторял Эрик, целуя мое мокрое от пота лицо.

— Поздравляю, мистер Рейверс! — проговорила целительница и протянула ему крошечный сверток, окутанный золотистым свечением, которое поддерживало комфортную для малыша температуру. — У вас чудесный сын! Очень сильный мальчик!

— Как и его мать! — улыбнулся Эрик, взяв на руки моего сына.

Или… Все же нашего сына?