Цена момента

Возмущение

Порой в нашей жизни нет места жалости и состраданию, особенно по отношению к самому себе. Нас учат быть сильными, заставляя скрывать и не показывать свои слабости на людях. И хоть в отличие от мужчин, у женщин есть некоторые привилегии в этом вопросе, с годами можно увидеть, как и эти границы неминуемо стираются под воздействием пороков, пагубных привычек, и всевозможных неврозов на почве душевных переживаний.

Придя в себя, Генри принялся возвращать все вещи по своим местам. Сложнее всего оказалась разгребать завалы на столе, ведь там и до эмоционального всплеска было столько всего понакидано, что вопрос уборки возникал от каждого неловко брошенного взгляда. Усевшись поудобнее в кресло, Генри принялся просматривать кучу макулатуры, выкидывая все ненужные листы на пол. И в тот момент, когда он уже предвкушал сладость окончания работы, вдруг обнаружил в своих руках безымянный конверт, которому просто неоткуда было взяться. Недолго думая, Генри вскрыл находку: внутри оказалось письмо, в котором с первого взгляда можно было узнать женский почерк и романтичное признание в любви. Дочитав его до конца, он состроил на своём конопатом лице ироничную улыбку, сминая клочок бумаги, который уже через несколько секунду летел в сторону остального мусора...

Очнувшись после ночи полной слёз и отчаянных криков, Элизабет ещё не знала, как поступил возлюбленный с её творением, но в глубине души верный ответ уже начинал тлеть огоньком правды. Само собой утренний, пусть и контрастный, душ не смог смыть следы прошедшей ночи, поэтому Элизабет пришлось отправиться завтракать так, как есть: томный взгляд покрасневших глаз, мятая сорочка и влажные волосы, собранные в жиденький хвостик. Забрав свежеиспечённый омлет, юная особа предпочла сесть за столик возле окна, чтобы наслаждаться едой, наблюдая за городским пейзажем.

ー Я присяду? – прервал её уединение Чарли.

ー Да, конечно. – равнодушно ответила девушка.

ー Не в моих правилах мешать людям совершать ошибки, но в этот раз даже я не могу промолчать. Сегодня я хочу рассказать тебе историю о том, что я тоже когда–то любил, страдал, ночами рыдал в подушку и молил небеса об одной-единственном. И знаешь, что я получил в качестве ответа на такую простую просьбу?! Ровным счётом – ни-че-го! Если не считать лёгкие отёки под глазами после бессонных ночей, конечно. Возможно, я сейчас открою главную тайну всех мужчин, но большинство из нас холодные и бесчувственные животные, которые ставят секс превыше всего в этом мире. Впрочем, винить нас за такой вот недостаток я бы тоже не стал, ведь каждый просто стремиться хоть что–то оставить после себя в этом мире, как завещала нам небеспричастная ко всему этому матушка-природа. Генри, может быть, и не настолько уродлив в душе, однако и с тобой он не будет: слишком своевольная, мужчины таких обычно стороной обходят. Бывают, конечно, исключения, но я бы ещё немного подумал о том, кто на самом деле должен стать героем твоего романа.

ー Что ж, давай подумаем, кто же это герой моего романа? Быть может, это старик, который заходит к нам каждый день ровно в 3:15? Или случайный прохожий, который вчера едва не снёс меня с ног? Нет, всё гораздо проще – это ты, а я просто дура и не замечаю чего–то очевидного! – на этой кульминации Элизабет остановилась, чтобы глотнуть немного изрядно остывшего кофе.

ー Забавная, ты …

ー Забавная?! Говоришь так, будто знаешь меня… Но ты не знаешь какая я! Не знаешь, на что способна и уж тем более, не тебе решать, кто мне нужен! Запомни одно: если я чего–то захотела, то это всего лишь вопрос времени, насколько быстро я это получу.

ー Хорошо, – посмеялся Чарли. – мисс самоуверенность. Надеюсь, сейчас ты безумно хочешь натереть всю посуду в баре. – сказал он, кидая ей полотенце сплеча. – И это не сарказм – сегодня твоё дежурство.

Хоть Элизабет и не располагала силами, а тем более желанием заниматься подобными вещами, упрямиться сегодня ей тоже не особо хотелось. Протирая стаканы и фужеры, она периодически задумывалась о том, почему же у Генри была такая бурная реакция на вполне обыденный поступок: “Подумаешь, зашла без спроса в его кабинет – ерунда какая! Сами виноваты, что так долго обсуждали свои мужские вопросы на импровизированном перерыве”.

Стоит отметить, что после разговора с Чарли, Элизабет уже не ждала ничего хорошего от этого дня: теперь она мечтала, чтобы он поскорее закончился. А потому, внезапное появление Генри заставило её испытать не только небывалое удивление. С другой стороны, можно было заметить, что и сам мистер Фирсон заметно нервничает, а быть может, и вовсе испытывает мандраж от переполняющего его чувства вины. Как бы то ни было, он однозначно шёл в направлении Элизабет, что было гораздо важнее всех остальных смыслов происходящего.

ー Доброе утро, мисс Джонс. Как ваше самочувствие?