Давай поверим

16

Виктория

На следующий день произошло такое, что Вике и в кошмарном сне не могло присниться. В салон ворвалась разъяренная Светлана, прическа которой выглядела совершенно иначе, чем вчера. Она обвиняла Вику в порче ее волос и требовала большой компенсации от нее и увольнения ее же от владельца салона.

Всё это было очень унизительно и обидно. Вика расплакалась. Она совершенно не понимала, что ей делать. Светлана оставила свой номер телефона, чтобы Вика связалась с ней для решения конфликта.

— Ну вы же сами вчера видели, что всё было хорошо, — негодовала Вика, еле сдерживая эмоции, чтобы снова не расплакаться.

— Я тоже ничего не поняла, — сказала Даша. — всё было более чем хорошо. Сейчас подъедет Инга Викторовна. Надеюсь, она не пойдет на поводу у этой истерички. Может позвонишь этой Светлане пока, спросишь напрямую, что она хочет? — предложила она.

Вика воспользовалась советом и, приведя дыхание в норму, зашла в подсобное помещение и набрала ее номер. После нескольких гудков Вика услышала надменное "Алло".

— Это Виктория, — Вика постаралась держать себя в руках услышав неприятный смешок.

— Ты испортила мне волосы, — едко выплюнула она. — Прожгла краской, обкромсала ножницами. Ты знаешь вообще сколько я в них вкладывала?

— Не имею понятия. Вчера с волосами всё было хорошо, — Вика старалась говорить ровным тоном, но руки предательски подрагивали.

— Хочешь сказать это я их испортила? — возмутилась она.

— Я не понимаю, чего Вы хотите от меня. Я могу Вам вернуть стоимость оказанной услуги...

— Услуги? — взвилась Светлана. — Ты вернёшь мне гораздо больше! Компенсируешь мне нанесенный физический и моральный ущерб. Плюс услуги адвоката, экспертизы и так далее. Так что готовься, милочка, — и сбросила вызов.

Вика на негнущихся ногах вышла из подсобки.

— Ну что там? Ты такая бледная! — охали возле нее девочки, — О, Инга Викторовна, здравствуйте.

— Здравствуйте, — ответила сухо владелица салона, — Вика, пойдем, поговорим.

Вика, еле передвигая ногами, пошла вслед за Игной Викторовной в ее маленький кабинетик.

— Я не знаю, кому ты перешла дорогу, но эта хамка явно имеет хорошие связи, — Вика подняла удивленный взгляд. — Да, мне уже сообщили, что нас будут трусить различные инстанции. Но это ладно, я справлюсь. А вот ты, — она бросила на нее строгий взгляд из-под узких окуляров очков, — В очень хреновом положении. Эта стерва хочет, чтобы ты осталась без работы. И без денег. Или же, — Инга постучала по столу ноготками, — она предложила другой вариант.

— К-какой? — еле слышно спросила Вика.

— Она хочет, чтобы ты уехала из города. В ближайшие дни.

Вика непонимающе уставилась стеклянным взглядом на начальницу.

— Не смотри так на меня! Я сама ничего не понимаю, — Инга начала мерить шагами маленькое помещение. — Вспоминай, кому ты так насолила. В то, что ты испортила ей волосы, я конечно же не верю. Но суд поверит тем, у кого деньги. Сама понимаешь. Она подкупит экспертизу, найдёт каких-то свидетелей, наверняка наймет дорогущего адвоката, и они раскатают тебя! Даже если ты надумашь пойти ей наперекор, тебе понадобится столько денег на это всё, что придется продать и машину, и почку...

В кабинете повисла гнятущая тишина. Вика не выдержала и всё-таки расплакалась. Инга Викторовна обняла ее и похлопав по спине сказала:

— Уезжай, Вик. Не на всегда. На время. Эта стерва успокоится и забудет. Понять бы только, что ею движет...

— Но как я уеду? — всхлипывала Вика, — А дети? У Лизы школа, у Ники детский сад. Да и куда ехать?

— Нужно подумать. Езжай к матери, поговорите с ней, может найдется вариант. И я что-нибудь постараюсь придумать до вечера.

Вика ни жива, ни мертва, приехала к матери, как и советовала Инга Викторовна. Всё ей рассказала и снова лила слезы, обнимая руками горячую чашку травяного чая, приготовленную заботливыми руками матери.

— Викуля, кому ты могла так перейти дорогу? — всплеснула руками Лидия Алексеевна.

— Не знаю я, мам... и что делать тоже не знаю, — грустно вздохнула она.

— Давай я сестре своей Люське в Самару позвоню, может к ней на время поедешь? Что там салонов красоты нет? Найдешь работку.

— А дети, мам?

— Дети... У Лизы школа, ее конечно дергать нельзя, пусть доучится. Тут осталось то полтора месяца. А Нику забирай. Люська посидит с ней. Никуда не денется.

— А если я работу сразу не найду? Или заработок будет низкий совсем?

— Тогда квартиру твою сдадим. Что-нибудь придумаем, — успокаивала Вику мама. — Главное уехать тебе. Мало ли на что еще способна эта девка.

Пока Лидия Алексеевна звонила сестре, Вика достала свой телефон. Влад. Как ему это всё преподнести? Просить у него денег она даже не думала. Это бессмысленно. Права начальница. Если эта Светлана удумала недоброе дело, то так просто не отстанет. А копаться в истинных причинах, не было ни времени, ни возможностей.

Вика сухо ответила Владу на его сообщения и убрала телефон.

— Я договорилась. Бери ближайшие билеты на себя и Нику и езжайте.

Только сейчас Вика поняла. Не только из-за детей она не хотела уезжать. Влад. Как же ей не хотелось расставаться с ним. В сердце словно вонзили кол и прокручивали его там, причиняя невыносимую боль.

— Дочка, не плачь ты так. Глядишь, к осени и вернёшься, — неправильно истолковала реакцию Вики Лидия Алексеевна. — Клиенты твои никуда не денутся. Они же тебя обожают. Лиза летом тоже может к тебе приехать. У Люськи квартира большая, трёхкомнатная, а живет она в ней одна. Все поместитесь. Не навсегда же.

И тут Вика не выдержала и рассказала матери о том, что влюбилась без памяти и расставаться с Владом совсем не хочет.

— Если правда любовь такая, пусть поможет тебе решить эту проблему.

— Нет!!! Исключено, — отрезала Вика. — Не нужно его втягивать в это.

— Ну тогда дождется. Раньше люди с войны годами любимых ждали... И то не всегда дожидались живых. А тут какие-то несколько месяцев. Тем более есть телефоны.

— Ты права, мам, — вытирала Вика слезы. — Спасибо тебе за всё.

Они крепко обнялись и, посидев еще немного, Вика поехала домой, собирать вещи и готовиться к отъезду.

Вечером состоялся тяжелый разговор с детьми. Ника приняла новость позитивно.

— Ура! Мы снова поедем на поезде! Мне так нравится ездить на поезде! А я видела когда-нибудь бабушку Люсю?

— Видела, но ты была совсем маленькой.

— Мам, зачем это нужно вообще? Чем тебе тут не нравится? Это из-за папы? — негодовала Лиза.

— Нет, зайка, я пока не могу тебе всего объяснить. Но я не могу поступить иначе, — Вика знала, что Лиза злится, потому что не хочет расставаться с мамой. Ей самой очень не хотелось этого. Но ситуация вынуждала.

— Спасибо, что хоть с бабушкой меня оставляешь, а не в детдом сдаёшь, — насупилась Лиза.

— Доченька, что ты такое говоришь?- ахнула Вика, а глаза ее наполнились влагой.

— А что я не права? Ты меня бросаешь! — воскликнула Лиза, не всилах совладать со своими эмоциями.

— Нет. Это не так, — Вика порывисто обняла дочь, и они обе заплакали. — Прости меня, моя хорошая. Я тебя очень люблю. И меньше всего на свете я хотела бы расставаться с тобой.

— Вот и не расставайся, — настаивала она.

— Не могу, — прошептала Вика и прижала дочь крепче.

Позже от Влада пришло сообщение, что он никак не может приехать, потому что у него дома будут проводить экспертизу из-за потопа. Ночь тянулась невероятно долго, измучив Вику кошмарами, когда она наплакавшись проваливалась в сон.

На следующий день Вика поехала в салон, чтобы забрать своё оборудование и косметические средства.

Инга Викторовна ждала ее и сразу утянула за собой в кабинет.

— Ну как ты? Что-то придумали? — взволнованно спросила она.

— Плохо, — с нескрываемой грустью сказала Вика. — Я уеду к тётке в Самару. Пока на время, а там видно будет.

— Вот и хорошо, — расслабившись, выдохнула начальница. — Будем с тобой на связи. Девочкам не говори, куда едешь, они слишком болтливы. Мало ли что у этой Светланы на уме. А я постараюсь узнать, кто она и что ей нужно на самом деле. Надеюсь, ты скоро вернешься, а то твои клиенты разнесут нашу богодельню в пух и прах, — пыталась шутить Инга Викторовна.

— Спасибо Вам, — Вика вымученно улыбнулась.

— Ах да, вот возьми, — Инга протянула ей конверт, — Этого на первое время тебе должно хватить. А там уже и сама раскрутишься. У тебя ручки золотые, да и человек ты хороший, люди всегда к тебе тянутся.

— Спасибо, но не нужно... — попыталась Вика вернуть конверт, но та не взяла.

— Возьми, — настояла Инга.

Этим вечером Влад опять не приехал, ссылаясь на экспертизы. Вика не хотела говорить, что уезжает по телефону, поэтому ждала и одновременно не хотела этой встречи. Словно, пока она ему этого не сказала, они и не расстанутся. Самообман.

В пятницу Вика решила, что если Влад не сможет приехать, она сама к нему заедет хоть на полчасика и объяснится. Ведь на субботу уже были куплены билеты, а в воскресенье она уже будет за сотни километров отсюда.

Но Влад обещал этим вечером приехать обязательно. Весь день Вика перевозила вещи Лизы к маме и договорилась с ней, что девочки сегодня обе останутся у нее, чтобы как можно дольше побыть с Владом. За эти дни она очень соскучилось по нему.

Но время близилось к восьми вечера, а его так и не было. Вика уже начала накручивать себя. Всё-таки червячок сомнения поселился в ее сознании. Ведь они так и не виделись, после той ночи, проведённой вместе. И даже по телефону в эти дни они общались совсем не так, как раньше. Сначала Вика не придала этому значения, потонув в своих проблемах. А сейчас воображение рисовало грустные картинки о том, что Владу она уже не нужна. Она то и не знала о нём почти ничего. Но глупое сердце тянулось к нему, как цветок к солнцу, отвергая все подозрения разума.

Вика стояла у окна на кухне, всматриваясь в заезжающие во двор автомобили, и надеялась, что вот-вот увидит его. Но Влад так и не приехал.

В девять Вика написала ему:

Вика: Мне нужно сказать тебе кое-что очень важное. Если у тебя не получается, можно я приеду не надолго?

Влад: Приезжай. Я жду тебя.

"Станно, ведь он сам собирался приехать" — подумала Вика, но быстро оделась и поехала к нему.

Адрес Влада Вика запомнила хорошо. Он словно магическим образом отпечатался в ее памяти. Да и дорогу она на удивление хорошо запомнила. Ехала к нему, а в голове набатом била тревога. Что-то было не так. Она это чувствовала.

Огни вечернего города приветливо манили взгляд, но Вика сосредоточено всматривалась в дорогу, прогоняя от себя дурные мысли.

Стоя у подъезда Влада, Вика вдруг занервничала сильнее. Ноги словно приросли к земле и отказывались сделать и шага. От волнения она не могла даже сделать полноценный вдох, потому что горло сдавливало спазмом. Простояв на улице минут пять, Вика всё-таки вошла в подъезд и поднялась на нужный этаж. А у нужной двери вновь замерла, не рашаясь нажать кнопку звонка. Словно неведомая сила пыталась ее остановить от прыжка в пропасть, ужерживая Вику на месте невидымыми цепями.

Мысль о том, что завтра ей придётся уехать очень далеко отсюда, отрезвила ее и дрожащий палец коротко коснулся заветной кнопки. Сердце забилось в груди, словно в преддверии конца света.

Дверь открылась, явив взору Вики невероятной красоты блондинку. Несчастное сердце ухнуло куда-то в пятки, выбив из легких весь воздух. Блондинка смотрела на нее надменным взглядом, оглаживая круглый животик, явно заметный под тонким шелковым халатиком.

"Те самые волосы. Тот самый запах" — мигом пронеслась в голове мысль, царапая душу в кровь.

Девушка чувствовала себя, как дома, по хозяйски облокотившись о дверной приём. Окинула Вику оценивающим взглядом и с пренебрежением спросила:

— Вам кого?

— А Влад... — со скрипом выдавила из себя Вика, но не смогла продолжить, уставившись немигающим взглядом на блондинку.

Понимание ситуации обрушилось на Вику, как цунами. У Влада есть женщина. Жена, судя по наличию обручального кольца на ее пальце, которое она словно нарочно демонстрировала незванной гостье. На Вику словно ушат помоев вывернули. К горлу подступила тошнота, а тело забило мелкой дрожью.

— Влад принимает душ, — пропела она елейным голоском, непрекращая оглаживать живот. — Но если у Вас что-то срочное, можете подождать. Вы же по работе?

— Я не... Пожалуй, я пойду. Извините, — сказала Вика не своим голосом, едва сдерживая наступающую на пятки истерику.

— Как знаете, — усмехнулась блондинка, закрывая дверь перед носом шокированной Вики.

От хлопка двери она взрогнула, и первая слеза скатилась по щеке. Вика, закрывая рот рукой, чтобы не закричать в голос, рванула вниз по ступенькам. Словно в бреду она добралась до машины, закрылась в ней и дала волю чувствам, рвущимся наружу.

Влад ее обманул. Предал. А она, глупая, поверила. Ведь не знала о нем ничего. Даже того, что он не развелся со своей женой. Что у них скоро родится ребенок. Эта новость ее убила, сожгла, уничтожила. Как долго он скрывал бы от нее правду? Получается, что он врал и жене. Ведь она явно даже не усомнилась в его верности, когда на пороге их дома оказалась чужая женщина. Как он мог? И как она могла влюбиться в такого подлого человека? Но сердцу не прикажешь. Даже то, что от него осталось, рвалось к нему навстречу, желало оказаться рядом. Как теперь снова собрать и склеить осколки разбитой души?

Теперь уезд в Самару не казался Вике такой ужасной идеей. Только на расстоянии от Влада у нее был шанс вернуться к жизни. Здесь она не смогла бы.

Как только взгляд и сознание более ли менее прояснились, Вика завела мотор и умчалась домой. А утром поезд увез ее далеко от этого города и любимого мужчины, который ее предал и растоптал по крупицам собранное сердце.