Добродетель злодейки. Том 1

Глава 2. Контратака проигравшего

Когда я села в карету, чтобы отправиться на бал, дверца экипажа резко отворилась. Никто не должен меня сопровождать, верно?

Я с изумлением глядела на юношу, который буквально впихивал себя в карету.

– Кишон Микельсен?

– Ха-ха, Джинджер. Сегодня ты выглядишь особенно красивой.

Человеком, выдавшим банальную фразу, был именно он – Кишон Микельсен. И теперь он осмелился сесть напротив меня! Совсем недавно я любила жениха, а теперь он стал человеком, на которого я не могла смотреть без отвращения.

– Почему ты зде…

Едва я собралась спросить, зачем он пришел, как он быстро приложил палец к моим губам.

– Тсс.

Что он делает? Сжав палец Кики с такой силой, будто собиралась его сломать, я грозно взглянула на наглеца.

– Ай, Джинджер! Ты чего, мне же больно! Я все объясню, только отпусти!

– Что ты делаешь в моей карете? Я велела тебе сопровождать Лераджию.

Кишон смущенно улыбнулся и виновато заморгал. В ответ я еще сильнее сжала его палец. Улыбка мгновенно угасла.

– Ай! Ай! Джинджер, хорошо, я все скажу честно!

– Вот так бы с самого начала.

Я отпустила его палец, и Кишон неуверенно пролепетал:

– Ну, знаешь… я действительно пошел к Лераджии, но она сказала, чтобы я вернулся к тебе. Из уважения к тебе и к твоему статусу, Джинджер! Если кто-нибудь увидит меня вместе с Лераджией, это может повредить твоей репутации. А я все делаю ради тебя.

– То есть ты, мой жених, опять защищаешь Лераджию? Как ты вообще можешь быть таким… – Пораженная его словами, я не смогла закончить фразу и тяжело вздохнула.

Лераджия утверждала, что мой вкус на мужчин ужасен, хотя у нее были такие же пристрастия. Я задумалась. Что я могла найти в этом красивом снаружи и пустом внутри человеке, чтобы захотеть провести с ним всю жизнь? Это же самая абсурдная и тщетная надежда. Ожидать чего-то хорошего от ловеласа Кишона было ужасающим безрассудством и легкомыслием.

Я едва не совершила роковую ошибку!

– Как ты вообще мог?.. Ладно, оставим это. Значит, Лераджия по своей доброте решила вернуть тебя мне? И ты, как пес, сорвавшийся с цепи, явился сюда?

– Эй, Джинджер. Пес, сорвавшийся с цепи… звучит жестко, ты не находишь? Я и в самом деле хотел прийти к тебе. Я ведь твой жених, – с гордостью произнес Кишон.

Я лишилась дара речи. О чем он думает? Возможно, он даже не считает измену грехом. Для такого повесы, как он, иметь романы, вероятно, столь же естественно, как для меня дышать. И осознав это, я наконец поняла: он ничем не лучше отбросов общества.

– Кишон Микельсен, ты и впрямь рехнулся? Твои мысли совершенно непостижимы. Не смей больше со мной разговаривать. – Сложив руки на груди и закрыв глаза, я решила, что общаться с ним – пустая трата времени.

Несмотря на его ворчание, я проигнорировала Кики, и в итоге он действительно умолк.

Хм, кажется, мне пора разорвать помолвку. Надо навестить его отца, герцога Микельсена.

Если Кишон боится его и трусит, я лично выступлю перед герцогом, не запятнаю себя и не упаду лицом в грязь.

Тем не менее внезапное появление Кишона принесло мне головную боль. Я начала тревожиться по поводу Лераджии. Если верить его словам, Кики отправился к ней, а затем вернулся ко мне. Бесспорно, он видел ее бальный наряд и украшения.

Надела ли Лераджия подвеску с алым кулоном? Наверное, нет, поэтому Кишон так спокоен?

Получается, что независимо от того, подлинный ли у меня кулон или фальшивый, на шее Лераджии сейчас точно нет никаких подвесок – ни настоящих, ни поддельных? Отлично. Такой расклад меня вполне устраивает и придает уверенности.

Мое настроение улучшилось, и я принялась мурлыкать какую-то мелодию себе под нос. Кишон, подхватив мое настроение, присоединился ко мне. Вот глупец!

В бальном зале уже собралось довольно много людей. Атмосфера была радостной – праздник в честь коронации монарха. Не знаю, как Изана за последние две недели убедил аристократов, но, как и сказала мать, все были очарованы Его Величеством. Странные слухи давно утихли.

Главный герой всегда опаздывает. Праздник начался, но Изана пока не появился. В зале звучала прекрасная музыка, и, невзирая на отсутствие коронованной особы, гости веселились и танцевали.

Больше всех наслаждался Кишон Микельсен. Он вовсю отплясывал в центре зала: юноша был изящен и неутомим, а на его лице было столь серьезное выражение, что окружающие могли бы подумать, что главный герой на празднике именно он.

Я лишь покачала головой.

– Действительно, впечатляет до слез.

Мое замечание было иронично, однако юные аристократки восхищенно поглядывали на Кики. Ну еще бы, ведь его танцевальные способности известны во всем королевстве. Хотя раньше я тоже была очарована его умением, теперь это не вызывало во мне никаких эмоций.

Просто танцует – и все.

Но почему-то мне не давала покоя ситуация с Лераджией, которой до сих пор не было в зале. Кстати, втайне я надеялась, что она не явится вовсе.

Кроме того, сюжет книги вновь вклинился в реальность. В дальнем конце галереи, опоясывающей зал, показались мужчины. Среди людей в униформе был один одетый скромнее других. Он носил простую одежду без каких-либо украшений, но именно он выделялся. Никто не сказал мне, кто он, но я с первого взгляда поняла – это Изана.

Тем временем мужчины уже спускались по лестнице. Когда они подошли ближе, я смогла разглядеть Изану еще лучше. Высокий, возможно… выше среднего роста. И очень стройный. Кожа его была бледной, поскольку он давно не видел солнечного света. Густые черные волосы касались лба, он с легкостью привычно проводил по ним рукой, отчего челка мягко падала назад, обнажая глубокие черные глаза.

Эти глаза казались бездонными.

Когда он наконец остановился, вокруг повисла тишина. Я задержала дыхание и завороженно наблюдала за Изаной. Он же чересчур красив, разве нет?

– Благодарю всех, что пришли на бал. – Голос короля разорвал тишину и эхом отразился от стен. – Прошу прощения за опоздание. Как вы, вероятно, знаете, мое имя Изана. – Он не сказал ничего лишнего и был краток, однако его речь потрясла присутствующих.

Похоже, даже лаконичный комментарий Изаны мог повлиять на окружающих.

Изана улыбнулся одними уголками губ и развернулся в другую сторону, после чего занял почетное место в бальном зале, глядя на знать сверху вниз.

Как только он сел, музыка заиграла вновь.

Я, будто околдованная, двинулась к нему. Я смотрела на Изану во все глаза, а в моей груди разливалось тепло. Вскоре оно превратилось в настоящий жар, который становился все сильнее. Щеки начало щипать. А это не к добру! Я поняла, что покраснела. В голове зазвучал тревожный звоночек. Тепло предвещало опасность и одновременно сулило что-то новое. Любовь? Любовь с первого взгляда? Да, ощущения загадочные. Почему я чувствую себя так? Сердце учащенно забилось, словно я упала с высоты. Сердце, которое так долго отдыхало после предательства Кики, старалось нагнать упущенное.

Я положила руку на грудь, но продолжала смотреть на Изану, не в силах отвести взгляд. Как странно. Возможно, я и правда влюбилась в него с первого взгляда? Мое сердце будто мне не принадлежало. Интересно, Джинджер Торт из книги тоже влюбилась в Изану, увидев его впервые на балу…

Я вздрогнула.

Реальность четко повторяла сюжет романа. Изана сидел на почетном месте и взирал на всех аристократов, оценивая каждого. Возможно, он хотел прочесть их мысли. Неужели он способен на это? И вот его взгляд скользнул и остановился на мне. Когда я встретилась глазами с Изаной, я уверенно улыбнулась. На мне была подвеска Лераджии, что придало мне смелости. Я улыбалась, глядя на Изану в упор. И чем дольше я смотрела на него, тем больше думала об одном и том же.

«Этот подлец… так хорош собой».

Пока я улыбалась, его глаза широко распахнулись, а ресницы дрогнули. Все происходило точь-в-точь как и в романе, когда Изана увидел Лераджию.

Широко раскрытые глаза. Вот знак тела, который нельзя утаить. Волнение. Изана пристально смотрел на меня, не скрывая беспокойства, еще несколько секунд, прежде чем отвел взгляд в сторону.

Он что, действительно не смог прочитать мои мысли и растерялся?

Изана… ты ведь и правда способен читать мысли, как в романе? Раньше мне такая гипотеза казалась абсурдной, но со временем я все сильнее склонялась к этому мнению. Да, теперь я начинаю верить, будто реальность движется вслед за сюжетом книги. Когда я думала об этом, я не могла не почувствовать, как мои плечи покрываются мурашками.

Я ликовала. Причиной моего счастья была всего одна деталь: реальность начала расходиться с книгой.

Чертов кулон Лераджии размером с кулак, который находился в моем нижнем белье, причинял мне некоторые неудобства, но оно того стоило.

Боже, какое многообещающее начало. Может, теперь я стану главной героиней в истории страстной любви Изаны и Лераджии?

Кажется, стоит перечитать роман?

Я вспомнила, что несколько недель назад так и не дочитала книгу до конца. Прекратила, не желая вдаваться в подробности романа Лераджии и Изаны, но в связи с обстоятельствами я должна узнать финал истории. Что ж, теперь я обязательно дочитаю.

Я наблюдала за Изаной, но его взгляд больше меня не искал. Неужто Изана перенервничал?

– Хм.

Надо сказать, что в книге Изана смотрел на Лераджию, пытаясь понять, почему ее мысли недоступны для него. Случайность ли это или что-то необычное? Поскольку в романе Изана продолжал смотреть ей в глаза, Лераджия решила, что он заинтересован в ней. Умелая манипуляторша, она одарила его игривой улыбкой.

Хотя это было частью ее игры, для Изаны уловка Лераджии стала поводом задаться вопросом: «Этой девушке… что-то известно?»

Он запутался. Да… именно так все и описывалось.

Но почему Изана на меня теперь не смотрит? Я сплоховала?

Внезапно я услышала знакомый голос:

– Джинджер, вот ты где!

Меня окликнула мама. Обернувшись, я увидела ее.

Мама сияла.

– Мама? Когда вы пришли?

– Я была здесь с самого начала, а ты даже не заметила меня. Кстати, Джинджер, как тебе Изана? Ведь я была права?

– Он красивее, чем я ожидала. По слухам, он долго был в башне, и я думала… что он будет выглядеть… немного болезненно.

– Логично. До встречи с Его Величеством я думала примерно так же, как и ты. Но раз мы об этом говорим, ты должна подойти к нему. Я рассказывала ему о тебе, он заинтригован. Если бы не твоя помолвка…

– Чертова помолвка разрушает все планы?

– Да, та самая проклятая помолвка! Кики, кажется, поглощен танцами. Очевидно, на него нельзя положиться. Если бы не твое упрямое желание выйти за него, я бы давно отвергла такого кандидата.

«Мама… почему вы не настояли?»

Но я сдержалась. Беспокоить маму из-за поступков Кики мне совершенно не хотелось.

– Давайте подойдем к Изане, мама.

Она кивнула и направилась вперед.

Чем ближе я подходила, тем чаще билось мое сердце. Кровь приливала к лицу, несомненно, я вновь покраснела. Я дважды прокашлялась с надеждой унять сердцебиение, но, увы, пока ничего не помогало.

Сердце колотилось сильнее, а ладони стали влажными от пота.

Я приблизилась к Изане и невольно задержала дыхание.

В глубине души я надеялась, что в глазах Изаны появится тот самый блеск, которой возник, когда он впервые посмотрел на меня.

– Ваше Величество, это моя дочь, Джинджер Торте, – мама представила меня Изане.

Я постаралась улыбнуться как можно учтивее и сделала шажок. Затем склонила голову в знак приветствия.

– Ваше Величество, рада вас видеть. Меня зовут Джинджер Торте.

Спустя несколько секунд я подняла голову и встретилась взглядом с Изаной.

Наверняка он смотрел на меня, когда я держала голову опущенной. От его взгляда я почувствовала себя неловко, будто он действительно читал мои мысли и видел меня насквозь. И тут я невольно вспомнила слова мамы, сказанные несколько дней назад.

А на днях мама упомянула, что в глазах взрослого Изаны была мягкость.

Но лично я ничего подобного в нем не почувствовала. То, что я ощутила, можно скорее описать как напряжение. Мне вдруг подумалось, что я переживаю тот же непривычный опыт, что и мама в прошлом, когда она встретилась с маленьким Изаной.

Изана молча смотрел на меня несколько секунд. И вот его губы дрогнули. Что он сейчас скажет? Я даже не могла предположить.

– Имбирь?

«Имбирь»? Я правильно расслышала? Это слово совсем не сочеталось с напряжением, которое от него исходило, да и с красивым лицом Его Величества оно не вязалось. Не сдержавшись, я невольно хмыкнула.

– Хорошее имя. Звучит здорово, – произнес Изана совершенно искренне.

Однако был ли это сарказм или он говорил на полном серьезе, я так и не поняла.

Но почему именно «имбирь»?

«Имбирь» – словечко, которое я больше всего ненавижу.

Не знаю, о чем думали мои родители, назвав меня Джинджер, но как раз поэтому в детстве меня часто дразнили. Я терпеть не могу любое сравнение себя с этим корявым и созвучным с моим именем растением! Я даже не притрагиваюсь к блюдам с имбирем.

Когда же слово прозвучало из уст Изаны, мое бешено колотящееся сердце вдруг затихло. Я почувствовала, как мои пылающие щеки начали остывать, однако отвращение к имбирю резко возросло.

– Не «имбирь», а Джинджер Торте, Ваше Величество, – уточнила я.

Но Изана опять взялся за свое:

– Леди, разве имя Джинджер и «имбирь» – не одно и то же?

Он что, серьезно? Он точно издевается надо мной. Моя улыбка медленно угасла, кровь вновь быстро побежала по телу, но на сей раз не от любви, а от гнева.

«Спокойствие, Джинджер, глубоко вдохни и выдохни».

Я посмотрела прямо ему в глаза, пытаясь собраться.

«Еще раз назовешь меня имбирем – и я превращу твое лицо в имбирь!»

Вот какая мысль внезапно пронеслась у меня в голове. Стоило мне об этом подумать, как я заметила, что на его лице появилась едва заметная усмешка.

Только не говорите, что он сдерживает смех!

– Ваше Величество? У вас все в порядке? – тихо спросила я.

Изана спустя несколько секунд беспрерывного откашливания наконец ответил:

– Все хорошо. Просто задумался, как может выглядеть имбирное лицо.

– Что?

Он неразборчиво пробормотал что-то себе под нос. Затем, не сдерживая озорную усмешку, продолжил:

– Конечно, леди Джинджер совсем не похожа на имбирь.

Хм, имбирное лицо? У меня на миг мелькнуло воспоминание о ребятах, которые в детстве беспрестанно меня дразнили, и о том, как я их била так, что их физиономии действительно напоминали корявый имбирь. Ничего особенного, однако они выглядели немного… побитыми.

Когда я на мгновение погрузилась в давние воспоминания, Изана начал тихо смеяться. Звук его смеха разрушил холодную строгость, которая ощущалась в его глазах все это время.

– Ваше Величество?

– Ваш рассказ про имбирь произвел на меня глубокое впечатление.

«Рассказ про имбирь? Когда я вообще говорила ему об этом? Как-то подозрительно».

Почему-то меня охватила сильнейшая тревога, словно разговор начал идти совсем в другом направлении.

Едва я собралась спросить, о какой именно истории про имбирь идет речь, двери бального зала плавно отворились. И вот, когда они почти полностью открылись, кто-то вошел внутрь.

Это была Лераджия в кремовом платье, которое идеально подчеркивало ее светлую кожу. Длинные огненно-рыжие волосы струились по плечам и спине при каждом ее шаге, словно уже пустились в пляс. На изящной шее красовалась подвеска с алым кулоном.

Но ведь кулон был надежно спрятан у меня под юбкой!

Я покосилась на Изану, но не могла понять, какие именно эмоции он испытывает.

– Джинджер Торте, подними голову и посмотри мне в глаза.

Значит, у меня на бедре – фальшивка! Если наши взгляды встретятся, он может прочитать мои мысли. Я поклялась себе, что не буду ничего думать. Пусть мой разум будет чист, как белый лист. Если я не смогу достичь такого состояния, то надо хотя бы поразмышлять о погоде. Так, хорошо. Успокаивая себя, я медленно поднимала голову.

Я вновь встретились с Изаной глазами. Как и обещала себе, я начала думать о погоде.

«Небо чистое, погода сегодня замечательная. Но в такие дни моя душа всегда бывает на грани.

Именно в тот час, когда я узнала, что Кики изменяет, погода была хорошей. Кстати, тогда мне хотелось вместе с ним пойти на пикник.

Но какой там пикник, это просто мечты глупой девочки. Нет, это совсем не то, о чем мне надо думать».

– Леди Джинджер.

– Да, Изана… Чего тебе?..

– Ты… Ты… – Изана оборвал себя на полуслове.

Не знаю, что именно он хотел сказать, но теперь он выглядел слишком серьезным. Спустя долю секунды моя обычно непоколебимая мать встала на колени перед Изаной.

– Ваше Величество, простите мою дочь за ее недостатки. Это полностью моя вина как матери, – пробормотала она.

Я мельком взглянула на нее. Из-за меня мама вынуждена просить прощения, мне действительно было стыдно.

Я тоже опустилась на колени.

Пока мы с матерью вымаливали прощение у Изаны, аристократы вокруг начали внимательнее присматриваться к нам. Приятная музыка продолжала звучать, но шепот становился все громче.

Видя неловкую ситуацию, Изана как-то нехотя обратился к нам:

– Встаньте обе.

Мы выпрямились и поднялись, подчиняясь Изане. Я старалась не смотреть ему в глаза, ведь, если наши взгляды снова пересекутся, я не могла предсказать, какие мысли меня посетят.

– Сегодня хороший день, поэтому вы прощены. Но если ты еще раз осмелишься проявлять подобное неуважение, я превращу твое лицо в настоящий имбирь.

«Имбирное лицо…»

Слово «имбирь» все еще звучало неприятно и отвратительно, однако в тот момент я могла лишь ответить:

– Спасибо за ваше великодушие.

Когда мы отошли в сторону, а затем удалились на значительное расстояние, мать заговорила со мной. Ее лицо было бледнее бумаги.

– Джинджер! У тебя вообще есть голова на плечах? Как ты могла, дочка? Знаешь ли ты, как я волновалась? Тебе просто повезло, что он проявил милосердие…

– Простите, мама. У меня была своя причина, но я не могу объяснить ее вам сейчас. Однако обещаю, что впредь больше не повторю ошибки.

Я еле успокоила взвинченную мать, усадила ее за стол и сразу же начала искать проклятых Кики и Лераджию. К счастью, ярко-красные волосы Лераджии были заметны. Девушка приветствовала знакомых аристократов. Ситуация оставалась напряженной: в любой момент она могла посмотреть на Изану.

Когда я увидела, как на ее шее сверкает кулон, меня накрыла волна паники. Чертов Кики, что же ты натворил? Эти мысли мигом перенесли меня к тем моментам, когда мои взгляды пересекались с Изаной.

И думала я следующее: «Этот парень… очарователен». А потом в голове всплыла его фраза про неуважение и про то, что мое лицо может стать настоящим имбирем.

Мог ли он слышать мои мысли?

Что, если он действительно услышал, как я мысленно насмехалась над ним? Нет, пока рано делать поспешные выводы. Не паникуй, Джинджер Торте. Это же невозможно, чтобы Изана, как герой романа, мог обладать таким даром. Это всего лишь фэнтези.

Я убеждала себя в этом, но неприятный холодный пот уже покрывал всю мою спину.

Внезапно я вспомнила его слова.

– О нет… Нет…

Неужели он слышал мои мысли? Меня охватило плохое предчувствие. Как всегда, оно не подводило. Я была в ужасе и вытерла взмокший лоб рукавом бального платья.

Мне нужно поговорить с Кики и быстро во всем разобраться. Хотя и так ясно, что он натворил. Подлец наверняка дал мне подделку. Несомненно, он обманул меня. Все казалось слишком простым, чтобы быть правдой.

Я не могла позволить Лераджии оставаться с кулоном. Следовало отобрать у нее подвеску, но, увы, это невозможно: она явно насторожена и целенаправленно держит дистанцию. Единственным, кто мог взять у нее подвеску, был Кишон Микельсен. Мой план примитивен: использовать парня, чтобы либо забрать кулон, либо заменить его на подделку. В сжатые сроки мне нужно что-то сделать. Может, Лераджия уже обменялась взглядами с Изаной. Например, их взоры по какой-либо причине пересеклись, и…

Надо сказать, что в романе Изана считал это совпадением… и продолжал смотреть ей в глаза.

Так почему бы не сделать совпадение действительно случайным? Если кулона не будет, он решит, что его способности временно не сработали.

Мне нужно найти Кики. Это оказалось несложно. Он находился в центре зала и демонстрировал свои танцевальные умения. Я быстро направилась к нему и наступила на его блестящие туфли, не жалея сил.

– Кишон Микельсен! – воскликнула я.

Кики наконец остановился.

– Джинджер! Что ты делаешь? – Он схватился за свою обувь, пытаясь унять боль.

Я холодно улыбнулась и, помня о посторонних, взяла его под руку.

– Не люблю шум. Просто молчи и иди за мной. Даже вздох – и тебе не поздоровится.

Я была сурова, и он тотчас замолчал, последовав за мной безо всяких проволочек.

Очутившись на безлюдной террасе, я перестала держать Кики за руку и резко отшагнула в сторону.

– Кишон Микельсен. Если ты еще раз солжешь мне, я тебя не пощажу. Отвечай честно.

– Ха… Джинджер, что опять случилось? Почему такое страшное лицо?

– Лераджия пришла на бал с алым кулоном на шее.

– Что это имеет общего со мной… Что? Она с алым кулоном? – Кики часто заморгал от шока.

– Я не говорю дважды. Ты обманул меня и дал подделку, верно?

Еще до того, как я успела договорить, Кики в умоляющем жесте схватил меня за руки. Он понял, что его ложь раскрыта, и принялся причитать, чуть ли не плача. Впрочем, это не вызывало у меня ни капли жалости.

– Джинджер! Я… я не хотел тебя обманывать. Просто… достать настоящее украшение было невозможно…

– Замолчи. Мне не нужны твои дурацкие оправдания. Из-за тебя я оказалась в ужасной ситуации. Есть только один способ, чтобы ты получил мое прощение. Живо ступай к Лераджии и обменяй подделку, которую ты дал мне, на настоящий кулон. Даю тебе ровно тридцать минут. Делай все что хочешь, но выполни мой приказ! Иначе я пообщаюсь с твоим отцом, которого ты боишься больше всего на свете, и скажу ему, что хочу разорвать нашу помолвку.

«„Ваш сын Кишон невыносимо ветреный“. Что ты будешь делать, если я скажу это герцогу? Тебя изобьют до потери пульса».

Отец Кики был иногда крайне недоволен нравом отпрыска.

Кики крепче ухватился за мою руку, глядя на меня покрасневшими глазами. Он мог вот-вот заплакать.

– Джинджер! Только не это! Прошу тебя, пожалей меня. Если ты скажешь такое… меня могут вычеркнуть из родословной.

– Ты обменяешь или нет?

– Ладно, я заменю. – Он поколебался всего пару секунд, но в итоге сдался.

– На минуту отвернись.

– Что?

– Давай быстрее!

Когда я раздраженно прикрикнула, Кики подчинился.

– Не смотри, пока я не скажу, что можно.

– Хорошо.

Я приподняла платье и вытащила из-под нижней юбки спрятанный мешочек. Открыв его и вытряхнув содержимое на ладонь, я достала реплику, которая выглядела в точности как подвеска с алым кулоном.

– Теперь можешь обернуться.

Я протянула ему ладонь.

– Тридцать минут и ни секундой больше. И если ты снова попытаешься меня обмануть, я это так не оставлю. Ты думаешь, что я не смогу отличить подделку от настоящего украшения? Сегодня я окончательно поняла: фальшивка отличается по блеску.

Я повертела вещицу в руке, чтобы свет играл на ограненном камне. Подвеска действительно красиво блестела, отражая свет, но это было несравнимо с тем, как сиял кулон Лераджии.

Его блеск был более глубоким и насыщенным, поэтому никаких сомнений в подлинности, конечно же, не оставалось. Ювелирное изделие Лераджии не выходило у меня из головы.

Кики тяжело вздохнул и кивнул. На его лице было написано, что он никогда не был серьезнее, чем сейчас. Он некоторое время рассматривал кулон, а потом с недоумением спросил:

– Но, Джинджер, почему я должен так поступить?

– Не пытайся узнать! Это для твоего же блага.

Какое-то время Кики паниковал. Это был не первый раз, когда его охватывало это чувство. Например, когда отец узнавал о его возмутительном поведении, Кики часто впадал в панику. Но сегодня душевная тяжесть, которую он испытывал, была весьма значительной. Кики безнадежно смотрел вслед Джинджер, которая, раздраженно озвучив свой вердикт, скрылась из виду.

Даже спустя некоторое время он не мог сдвинуться с места. Кики нервно сжимал и разжимал кулак, в котором был кулон, и вздыхал. Как же подменить им настоящую подвеску Лераджии? От безысходности все поплыло перед глазами. Он не мог понять, почему Лераджия, носившая его подарок, снова надела прежнее украшение.

Поведение Лераджии было неясным, но поведение Джинджер поставило его в тупик. Почему она одержима кулоном Лераджии? «Женский мир, сколько ни сталкивайся с ним, совершенно непостижим», – подумал Кики.

Пока он размышлял, минуты сменяли друг друга. Кики мысленно сравнивал риски двух вариантов. Первый – подменить кулон Лераджии. Если удастся провернуть это с помощью уловки, все обойдется, но можно и попасться. Ущерб в случае такого провала – разочарование Лераджии. Второй – не суметь подменить украшение. Тогда ущербом будут не только взрывные причитания и упреки Джинджер, но и наверняка взбучка от отца. Его могли и правда вычеркнуть из реестра рода герцогов. При этой мысли Кики побледнел как полотно.

Любому очевидно, что ущерб от второго варианта гораздо сильнее. Хорошо. Решено. Нужно подменить украшение Лераджии на реплику.

Кики лихорадочно соображал: сначала нужно как-то снять подвеску с шеи Лераджии, а потом незаметно подменить.

«Ты сможешь, Кишон Микельсен».

Кики сделал глубокий вдох, собираясь с силами. Дрожащей рукой сунул фальшивку в рукав, чтобы можно было быстро достать подвеску в любой момент.

Юноша без труда нашел Лераджию. Затем сглотнул слюну и подошел к ней. Самым заметным в облике Лераджии был, конечно же, алый кулон, излучающий загадочное сияние.

На первый взгляд подделка выглядела точь-в-точь как оригинал, но если присмотреться, то, как и говорила Джинджер, сияние оказалось несколько иным. Даже если удастся подменить кулон, Лераджия рано или поздно заметит, что подвеска ненастоящая.

Кики застыл как вкопанный. Он чувствовал себя очень усталым. Однако выбора у него не было, поэтому Кики с наигранной улыбкой прошептал Лераджии на ухо:

– Леди, мне нужно вам кое-что сказать. Не пройдете ли вы на террасу?

Лераджия изумленно посмотрела на него, но все же кивнула. Кики продолжал улыбаться. Похоже, дело шло на удивление гладко.

Очутившись на террасе, где он только что был с Джинджер, Кики первым заговорил с Лераджией:

– Леди, я беспокоился, что вы опаздываете.

– О, Кики! Представляете, у кареты сломалось колесо. Наверное, стоило поехать вместе с вами.

– Д-да, вы правы. Но почему вы сняли мой подарок? Это очень обидно, – заметил Кики как бы невзначай и надулся.

Девушка виновато ответила Кики:

– Украшение, которое вы мне преподнесли, невероятно изысканно, но слова дедушки постоянно всплывали в памяти, и мне пришлось сменить ваш подарок на кулон. Мне жаль. Но я обязательно надену его, когда встречусь с вами в следующий раз.

– Ваш дедушка? Если это не будет невежливо, леди, могу я спросить, что сказал ваш дедушка?

– Он говорил, чтобы я всегда надевала подвеску в важные дни. А еще дедушка утверждал, что камень защитит меня от опасностей. – И Лераджия нежно коснулась кулона кончиками пальцев.

Ощутив гладкую прохладную грань драгоценного камня, Лераджия вдруг затосковала по давно умершему родственнику. Когда она прикасалась к этой вещице, ей казалось, будто дедушка рядом. Она долго молча перебирала подвеску пальцами. Вспомнив дедушку, она горько улыбнулась.

Увидев такую Лераджию, Кики растерялся еще больше. Она так дорожит кулоном! Как же его украсть?

– Леди, возможно, я недостоин встречаться с вами…

«Я собирался украсть подвеску, которой вы дорожите, чтобы спасти себя. И я до сих пор гадаю, как мне выкрутиться».

Кики впал в ступор и вздохнул еще глубже.

Лераджия подняла взгляд от подвески и пристально посмотрела Кики в глаза.

– Кики, что вы такое говорите! – произнесла она серьезным тоном и взяла юношу за руку.

Лераджия ласково погладила тыльную сторону его ладони, надеясь, что Кики вновь обретет душевное спокойствие.

– Неправильно так унижать себя.

– Леди Лераджия…

«Если ты узнаешь, что я задумал украсть кулон, ты разочаруешься во мне и многое поймешь».

Кики приуныл, его печаль возросла.

– Кики. Вы очень плохо выглядите. Что-то случилось с Джинджер? Расскажите мне. Возможно, я смогу вам помочь, господин Кики.

«Леди, простите меня. Я трусливый человек, поэтому, зная, что огорчу вас, я все же должен подменить ваш кулон. Иначе меня убьет Джинджер или мой отец».

Кики мысленно извинился перед ней, а вслух уклончиво ответил:

– Ничего не случилось. Леди, могу я разок взглянуть вблизи на кулон, которым вы дорожите? Он настолько прекрасен, что я хотел бы подержать его в руках и рассмотреть повнимательнее.

Опять ее подвеска? В такой неловкой ситуации? Зачем ему кулон? Лераджия улыбнулась и слегка прищурилась. Подозрительно. Даже чересчур. Лераджия понимала: что-то явно не так. Что же Кики собирается сделать?

Лераджия оглядела Кики, пытаясь найти хотя бы какую-нибудь зацепку. И внезапно заметила что-то тускло блестящее в его рукаве. Точно разглядеть было нельзя, но ясно одно – это вещица красного цвета. В тот же миг в голове Лераджии мелькнула странная мысль.

Может, она чрезмерно осторожничает, но, что, если в рукаве Кики спрятана подделка, похожая на ее кулон? Что, если истинный мотив Кики, который с напряженным лицом несвязно и без умолку твердит о кулоне, заключается в том, чтобы как-нибудь подменить ее украшение на фальшивку?

Недостаточно смелый Кики вряд ли спланировал бы такое из-за простого желания завладеть женской драгоценностью. Наверняка Джинджер держит Кики на коротком поводке и манипулирует им.

Когда Лераджия подумала об этом, ей в голову пришла забавная идея. Если непонятно, с какой целью он охотится за ее подвеской, остается только выяснить все напрямую. Чтобы поймать тигра, нужно войти в его логово.

– Хорошо. Если вы хотите посмотреть, пожалуйста. – Девушка расстегнула замочек подвески и положила кулон Кики на ладонь.

Лицо Кики тотчас просветлело. А ведь она всего лишь отдала ему кулон. Да, это действительно подозрительно. Забавная мысль, пришедшая ей в голову, являлась простым экспериментом. Тестом.

Лераджия намеренно наклонилась и как бы невзначай пробормотала:

– Ой, что-то попало в туфельку. Вот почему у меня так нога разболелась! – И она сделала вид, что смотрит на бальную обувь.

Но на самом деле Лераджия уставилась на рукав Кики и продолжала наблюдать за юношей. Если ее догадка верна, сейчас у Кики был идеальный шанс подменить кулон. Или же нет. И тогда она ошиблась. Но в тот момент, когда она наклонилась, рука Кики дернулась. Лераджия, чтобы дать Кики время, неторопливо поправила туфельку, хотя та была в полном порядке. Спустя несколько секунд Лераджия выпрямилась.

– В туфлю попал камешек.

– Ха-ха, вот как? Теперь все нормально? – Кики рассмеялся так неловко, что это было бы заметно любому.

– Да. Все хорошо. Вы рассмотрели мой кулон?

– Да! Это настоящий шедевр. Хотя, конечно, он не сравнится с красотой юной леди.

– Раз вы насмотрелись, я надену его, – сказала Лераджия и взглянула на красный кулон, лежащий на ладони Кики.

Форма камня была поразительно похожа, но это была не ее подвеска. Лераджия сразу поняла, что видит подделку. Подарок дедушки она бережно хранила с детства. Сколько бы фальшивок ни приносили, Лераджия могла с первого взгляда найти подлинное украшение. Она подумала, что было странно не опознать кулон.

Боже мой! Неужто Кики успел подменить ее кулон на тот, который спрятал в рукаве? Лераджия почувствовала опустошение из-за того, что ее догадка, которую она считала преувеличением, оказалась поразительно верной. Вместе с тем она ощутила огромное разочарование. Кики предал ее.

Но Лераджия была не из тех, кто позволит поступить с собой подобным образом. Она взяла подделку с ладони Кики и мягко сказала:

– Кики, мы слишком долго отсутствовали. Не пора ли нам вернуться?

– Я как раз об этом подумал.

Кики явно хотел поскорее уйти с террасы.

Но когда он шагнул к двери, Лераджия остановила его:

– Подождите. Жаль уходить вот так.

Лераджия с обольстительной улыбкой шагнула к Кики и слегка коснулась его талии.

Мягко облизнула губы и прошептала:

– Хочу поцеловать вас.

Какой там поцелуй. Это были слова соблазнения, сказанные Лераджией, чтобы заставить Кики потерять бдительность. Она собиралась обшарить его рукав, как только он расслабится.

– П-прямо сейчас?

– Да. Сейчас.

– Если юная леди желает. – Кики нехарактерно чутким взглядом еще раз огляделся и убедился, что вокруг никого нет.

Лераджия обожгла его кожу жарким дыханием.

– Что же вы. Закройте глаза. Быстрее.

Едва Кики сглотнул слюну и зажмурился, Лераджия безжалостно схватила его за рукав и тряхнула. В тот же миг ее настоящий кулон, который Кики подменил, со звоном упал на пол. Кики, встревоженный звуком, резко открыл глаза. Его испуганный взгляд заметался по сторонам.

– Леди Лераджия! О, это недоразумение! Пожалуйста, сначала выслушайте меня!

– Как вы могли подменить мой кулон! – Лераджия подняла с пола настоящую подвеску.

Спустя секунду она швырнула подделку Кики в лицо.

Несмотря на надрывный от боли стон Кики, который получил фальшивкой по щеке, Лераджию не волновал дискомфорт обманщика. Она тотчас покинула террасу.

Джинджер Торте. Она намеревалась потребовать у девицы объяснений касательно кулона.

Но когда Лераджия вышла с террасы, тяжело дыша от злости, она столкнулась не с Джинджер Торте. Сперва она ощутила направленный на нее пристальный тяжелый взгляд. Лераджия вскинула подбородок и увидела коронованного монарха. Король Изана молча смотрел на нее. Непроницаемые черные глаза встретились с алыми глазами Лераджии.

Девушка невольно остановилась и уставилась на него. Глядя на Изану, она почувствовала изумление. Все мысли вылетели из головы. Казалось, течение времени замедлилось, а затем и вовсе застыло. Долгое время Лераджия не могла отвести взор от короля. В руках она все еще держала подвеску с алым кулоном, которую она так и не надела на шею.

В попытках успокоиться я опустошила бокал. Но какое там умиротворение! Чем больше проходило времени, тем сильнее росла тревога. В зале по-прежнему играла приятная музыка, но с какого-то момента она превратилась для меня в какофонию. Время летело с пугающей скоростью. Я украдкой наблюдала, как Кики и Лераджия вышли на террасу.

Они уже довольно давно отсутствовали, и я буквально места себе не находила от волнения.

Надеюсь, все пройдет хорошо. Но, к сожалению, у меня было дурное предчувствие, что он потерпит неудачу. Ведь я не раз и не два сталкивалась с провалами Кики. Например, совсем недавно он подло обманул меня с подделкой. однако я все же надеялась на авось… Вдруг получится… Хотя прекрасно понимала, что это совершенно пустые мечты.

Когда Лераджия вернулась в бальный зал, даже невооруженным взглядом было видно, насколько она разгневана.

В тот момент, когда я заметила Лераджию, которая покинула террасу в одиночестве, я была уверена, что Кики потерпел неудачу. Иначе у нее не было бы такого выражения лица.

Но затем я обнаружила, как взгляд Лераджии устремился вперед. Она резко остановилась и завороженно смотрела в одну точку. Я проследила за ее взглядом. Что ж, разумеется, ее лицо сверлили черные глаза Изаны. А что насчет кулона?

С этой мыслью я принялась разглядывать Лераджию в поисках проклятой подвески. К счастью, на ее шее кулона не оказалось. Но мое облегчение было недолгим: между тонкими пальцами соперницы сверкнул красный огонек.

Чертов кулон – в руке Лераджии! Конечно, я не думала, что он может быть поддельным. Я невольно нахмурилась. Неужели наихудший сценарий, который я представляла, начал воплощаться в жизнь?

Двое главных героев встретились взглядами. В романе это был поворотный момент, который имел огромное значение для сюжета.

Вот здесь и начинается интрига: Изана чувствует интерес и настороженность к Лераджии, чьи мысли не прочесть, а Лераджия испытывает к нему симпатию. Чем чаще их взгляды встречаются, тем крепче становится связь между ними. Эта прочная связь, соединяющая их, способствует развитию отношений и в будущем.

Совместимость Изаны, который всегда был ранимым и теперь жаждал любви, и Лераджии, которая умела любить и быть любимой больше, чем кто-либо другой, казалась идеальной. Лераджия дарила ему безграничную любовь, а Изана отдавал ей всего себя. Власть Изаны, его страсть – все это являлось тем, чего в конечном счете желала Лераджия. Она слыла честолюбивой девушкой, и только Изана мог удовлетворить ее амбиции. Они вели себя так, словно изначально существовали, чтобы дополнять друг друга. С течением времени они даже начинают восполнять несовершенства друг друга – таков был сюжет романа.

Честно говоря, я не понимала, что можно сделать в этой ситуации. Меня преследовали негативные мысли.

Неужели то, что должно случиться, все равно произойдет, как ни старайся? Но, глядя на их нескончаемый обмен взглядами, во мне проснулось упрямство. Если я сейчас все брошу, ничем не буду отличаться от Джинджер Торте из романа. Джинджер Торте, у которой вечная соперница отняла не только жениха, но и безжалостно забрала мужчину, в которого та влюбилась с первого взгляда. Эта злополучная участь «имбирной» леди могла стать моей реальностью.

Я по-настоящему ужаснулась. И почувствовала себя еще более несчастной, чем в тот момент, когда узнала об измене Кики с Лераджией.

Нельзя так просто сдаться. Залпом выпив второй бокал холодного напитка, который мне принесли, я собралась с духом.

И быстро придумала хитрый ход. У меня есть нечто особенное, чего нет у Лераджии, – я знаю секрет Изаны. Да, именно это. Вот единственный способ переломить ситуацию в свою пользу. Я в курсе сокровенной тайны Изаны, которой он не может поделиться с другими.

Кстати, какое лицо будет у Изаны, когда он поймет, что я, впервые увидев его на балу, обладаю столь ценной информацией?

Итак, здесь есть две женщины. Мысли одной он не может прочесть, а другая женщина – единственная – знает его сокровенную тайну. Кто из них покажется ему более выгодной пассией? Об этом в романе ничего не говорилось. Поэтому исход был непредсказуем.

Значит, стоит рискнуть? Не лучше ли попытаться что-то сделать, чем сложить руки и позволить Лераджии все забрать?

Мне не нужно было долго раздумывать, и я решилась. Я собиралась сказать Изане, что осведомлена о его тайне. Конечно, с моих губ не сорвется ничего лишнего.

Когда наши взгляды снова встретятся, я собиралась мысленно воззвать к нему.

«Эй, Изана! Если вы действительно читаете мысли окружающих, вы сейчас слышите мои?»

Конечно, я до сих пор не до конца верила, что он читает мысли других людей, как Изана из романа, но стоило попробовать.

Я сделала глубокий вдох, переводя взгляд с Изаны на Лераджию и обратно. Удивительное дело, но пристальный взор Изаны не отрывался от Лераджии. Это было точь-в-точь как в сцене из романа, где Изана неотступно смотрел на нее.

Пока я с неодобрением наблюдала за Лераджией, кто-то подошел и загородил мне обзор.

Я недовольно скривилась и привстала на цыпочки:

– Чертов ублюдок.

– Джи… Джинджер. Я правда старался…

– Заткнись. Еще хоть слово – и я немедленно пойду к твоему отцу.

Я блефовала. Разборку с мерзавцем Кики отложим на потом.

Сейчас для меня важнее то, что происходит между Изаной и Лераджией. Но бестактный Кики продолжал жаловаться на несправедливость и свое тяжелое положение.

– Джинджер, ты не представляешь, сколько усилий я приложил, чтобы подменить кулон. Мне как-то удалось это сделать, но госпожа Лераджия все заметила. Как она узнала? Мой план был просто идеален…

Я пропускала слова Кики мимо ушей, размышляя о своем. Его рассказ совершенно не стоил моего внимания.

Что там было в романе после того, как взгляды Изаны и Лераджии встретились? Я пыталась вспомнить сюжет, увы, книгу я читала довольно невнимательно. Однако на задворках памяти всплыли детали.

Почти до самого конца бала Изана сидел на почетном месте и ни с кем не танцевал. Но по какой-то причине он внезапно спустился к знати. Разумеется, приглашенные на торжество аристократы тотчас замерли. Целью Изаны была Лераджия.

Итак, Изана подходит к девушке и протягивает ей руку. На его лице играет легкая улыбка.

«Музыка прекрасна. Было бы неправильно просто сидеть».

Лераджия с растерянным видом берет его за руку. А затем они начинают танцевать. Под нарастающую музыку они оказываются лицом к лицу, на расстоянии вздоха друг от друга.

Одна только мысль об этой сцене была чудовищна.

– Кики, отойди. Ты мне все загораживаешь.

– Прошу, Джинджер, пожалуйста, потерпи и не говори отцу!

– Сначала отойди! От твоей болтовни у меня сейчас голова треснет. – Я раздраженно оттолкнула Кики.

Он, как бумажная кукла, потерял равновесие и едва не упал. У меня больше не было времени возиться с Кики, и я вновь принялась наблюдать за происходящим.

Но, как назло, теперь мой взгляд встретился с Лераджией. Она со свирепым видом собиралась подойти ко мне. Не нужно даже гадать: и так понятно, что она скажет. Наверняка она хотела предъявить мне претензии насчет кулона.

Я старательно избегала взгляда Лераджии и посмотрела в сторону Изаны. А потом осторожно подошла ближе к тому самому почетному месту, где он сидел.

«Встреться со мной взглядом. Посмотри на меня. Посмотри мне в глаза. Я знаю твою тайну».

Может, у меня кое-что получилось, потому что я непрерывно взывала к нему мысленно? Взгляд Изаны, который недавно буравил Лераджию, а сейчас рассеянно блуждал, вперился в меня. Наши взгляды встретились. Проницательные глаза Изаны буквально пронзили меня. Я сосредоточилась и ответила на его взгляд.

«Эй, Изана! Если вы действительно читаете мысли окружающих, вы сейчас слышите мои?»

Хотя вопрос был безмолвным, почему-то возникло ощущение, будто я сказала его вслух. Странное чувство.

На лице Изаны не отразилось никакого волнения. Он просто молча смотрел на меня с абсолютным спокойствием и сохранял неподвижность. Затем он встал. Когда он поднялся с места, разговоры резко прекратились. Все аристократы замерли.

Наверное, кто-нибудь мог бы подумать, что время остановилось. Единственное, что продолжало идти своим чередом, это прекрасная музыка. Изана плавно сошел с почетного места. Я не могла отвести от него глаз. Странно, но по мере того, как он приближался, мое дыхание учащалось. Может, это и есть то самое ощущение, когда сердце так колотится, что кажется, будто оно выпрыгнет из груди?

Я закусила нижнюю губу, следя за Изаной.

Согласно роману, он должен направиться к Лераджии. Но я почему-то была уверена, что он выберет меня. Мои догадки постепенно становились реальностью – он действительно шаг за шагом направлялся в мою сторону. Сердце бешено колотилось.

Наконец он остановился напротив меня. Вокруг по-прежнему витала напряженность. Изана протянул мне руку, причем точно так же, как в романе он сделал это для Лераджии.

Его фарфоровая кожа, не видевшая солнца, поразила меня.

Изана ждал ответа.

Я несколько раз моргнула, не в силах до конца поверить, что он находится рядом.

– Джинджер Торте.

Только когда Изана назвал мое имя, я словно очнулась. Изана медленно закрыл и открыл глаза. Казалось, его взгляд стал еще холоднее.

– Откуда ты знаешь? – спросил он так тихо, что услышать могла только я.

От его ледяного тона по рукам пробежали мурашки. В романе Изана слегка улыбался Лераджии. Ведь то, что он протянул ей руку, было знаком благосклонности и интереса. Но в реальном Изане сейчас не было ни капли благосклонности. Напротив, чувствовались лишь чрезмерное недоверие и настороженность. В этот момент я осознала: что-то явно пошло не так.

Очень сильно не так.

Его непроницаемые глубокие глаза продолжали смотреть на меня. Я занервничала пуще прежнего и потупилась. Вырвавшись из плена его взгляда, я смогла нормально дышать.

«Фух, успокойся. Не теряй самообладания. Несмотря на зловещее предчувствие опасности, это всего лишь твое впечатление. Пока что ничего плохого не произошло. Сосредоточься на том, что он направился вовсе не к Лераджии, а к тебе. Не обращай внимания на его сумрачный взгляд, устремленный на тебя сверху вниз. В любом случае ключ у тебя, а не у Изаны».

Думая так, я чувствовала, что ладони уже стали влажными от пота.

– Отвечай, – настойчиво произнес Изана.

Я, не решаясь посмотреть ему прямо в глаза, вложила руку в его ладонь. Изана едва заметно вздрогнул. Вероятно, он не ожидал, что я проявлю такую храбрость. Его рука была холоднее, чем я предполагала. Изана словно отчаянно жаждал тепла.

На мгновение я пожелала, чтобы тепло моих пальцев полностью передалось ему. Я подумала, что это могло бы немного смягчить его взгляд. И было бы просто замечательно, если бы на его губах появилась мягкая улыбка, которой он одарил Лераджию в романе. Конечно, вероятность подобного события была почти нулевой.

– С таким страшным выражением лица никто не сможет вам толком ответить.

Изана некоторое время молчал. Наконец он нарушил тишину и сухо сказал:

– И?..

– Потанцуйте со мной. Тогда я отвечу на ваш вопрос, Ваше Величество.

Ведь он протянул мне руку. Это означало, что он предлагает потанцевать, верно? Пожалуй, можно немного разрядить атмосферу. Разве в романе Изана и Лераджия не сблизились в танце, чувствуя дыхание друг друга?

Не было закона, запрещающего и мне сблизиться с ним. К сожалению, атмосфера из книги и та, что окружала меня, разительно отличались. Между мной и Изаной не было ни намека на романтику, лишь тонкий лед. Даже, можно сказать, холод суровой зимней стужи.

Изана на мгновение задумался, а затем молча притянул меня к себе, отчего я почти упала в его объятия. Когда мы оказались на расстоянии вздоха, мое сердце вновь забилось так сильно, будто могло выскочить из груди.

Наверное, моя дрожь была наполовину от волнения, наполовину от предвкушения.

Изана двигался изящно и плавно. Трудно было поверить, что он провел столько лет в заточении в башне Тампль, настолько безупречными были его танцевальные па.

Он вальсировал почти столь же хорошо, как Кики, который отлично выделывал коленца. Но я не могла позволить себе спокойно восхищаться превосходным мастерством Изаны, ведь вскоре мне все же придется дать ему ответ.

«Откуда ты знаешь?»

Задавая свой вопрос, Изана, несомненно, подразумевал, откуда мне стало известно о его даре читать мысли человека, когда он встречался с ним глазами. Если раньше я сомневалась, то сейчас была уверена, что Изана действительно обладал удивительной способностью.

Теперь я поняла, что в романе «Заключенный принц и дочь маркиза» описаны подлинные события. Я была глубоко в этом убеждена. Все очень похоже на книгу пророчеств, где в деталях излагались события не только прошлого, но и грядущего.

Помимо вопроса, каким образом была написана такая книга, то, что Джинджер Торте в будущем станет величайшей неудачницей в любви, ощущалось как пронзающая до глубины души реальность.

Когда то, что я смутно считала выдумкой, обрело плоть и кровь, Лераджия стала мне до безумия противна. Нет, дело даже не в неприязни, я просто не могла смириться с тем, что она главная героиня. Почему мир должен вращаться вокруг нее? Почему она должна заполучить всех мужчин, которые мне нравились?

Размышляя, я, похоже, осознала, почему, как бы я ни старалась, мне не удалось отобрать у нее кулон. Возможно, это сюжетный троп главной героини, который не распространялся на меня, второстепенного персонажа. Чертов мир.

Тем временем мелодия приближалась к кульминации. Нетрудно догадаться, что Изана скоро вновь потребует от меня ответа.

Он пристально смотрел на меня весь танец. Я ощущала его взгляд на своем лице, но продолжала уворачиваться. Было бы неправильно, если бы он прочитал мои мысли.

Я мечтала заполучить Изану – мужчину, которого возжелала Лераджия, преуспевшая на этой стезе. Ведь она уже встречалась со многими. Конечно, с тех пор, как Лераджия намеренно соблазнила Кики, я поклялась когда-нибудь отплатить ей той же монетой, но я жаждала и самого Изану.

Не только Лераджия в романе была жадной, я точно так же хотела наслаждаться благосклонностью Изаны и стать объектом его первой любви. Он ведь никогда никого не любил. Я хотела научить его этой науке. Я, как и Лераджия в романе, вознамерилась восполнить несовершенства Изаны. И я была совершенно искренна.

И какой же сейчас наилучший расклад для меня? Привлечь внимание Изаны мне удалось, но это лишь половина успеха, ведь он пока что относился ко мне с явной настороженностью.

И тут мне пришла в голову мысль: а что, если перенаправить недоверие Изаны на кого-то еще? Конечно, наилучшим кандидатом могла стать только она – стерва Лераджия.

Если мой план удастся, это будет наилучший выход из ситуации. Я одержу безоговорочную победу и добьюсь успеха в своих начинаниях.

Изана определенно встретился взглядом с Лераджией, когда та держала кулон в руках.

Наверное, Изана уже понял, что он не может прочесть мысли Лераджии.

Да, вот оно! Раз ее мысли нельзя прочесть, возможно, расставить ловушку настороженности по отношению к Лераджии будет проще, чем кажется. Я непременно заставлю Изану подозревать Лераджию. Это был настолько идеальный план, что я не могла поверить, что он родился в моей голове.

Когда я коварно усмехнулась, Изана недовольно произнес:

– Теперь отвечай.

– Ваше Величество Изана. Пожалуйста, улыбнитесь.

«Продемонстрируй мне ту безупречную улыбку, которую ты дарил Лераджии в романе».

Я украдкой посмотрела на него. Изана из романа мог читать мысли, только если взгляды полностью встречались. При мимолетном взгляде у него ничего не выйдет.

Изана скривил губы в подобии улыбки. Больше походило на ироничную усмешку.

– Довольна? Джинджер Торте… Я сейчас не шучу. Если еще раз посмеешь указывать мне, я этого так не оставлю.

– Я точно не говорила Вашему Величеству ничего подобного, но, когда вы упомянули имбирь, я весьма удивилась. Потому что об имбире я просто думала в тот момент, – ответила я с запинкой.

– И это все? Ты смотрела на меня и говорила со мной так, будто что-то знаешь. Спросила, читаю ли я мысли.

– О боже! Значит, Ваше Величество действительно читает мысли других людей?

– Прекрати свою неумелую игру. Я не настолько мягок, чтобы повестись на такое. – Изана сильнее сжал мою руку. Хватка была такой, что не оставалось ни малейшего шанса вырваться.

Однако я и не думала делать этого. Наоборот, я была счастлива держать его за руку. Уточню, то было счастье, совершенно неуместное в данной ситуации.

Я заговорила с Изаной по заранее продуманному сценарию, придав голосу серьезный тон:

– Я слышала о вас кое-что странное.

– Слух?..

– Да. Слух о том, что причина заточения в башне Тампль – ваши глаза, способные прочесть мысли любого человека. Но я не настолько наивна, чтобы сразу поверить в такие домыслы. Поэтому решила все проверить сама и спросила Ваше Величество, читаете ли вы мои мысли.

– Где ты услышала это? – Голос Изаны чуть смягчился.

Я встретилась с Изаной взглядом, которого избегала. Черные зрачки неотрывно буравили мои.

А чертов мир, похоже, решил хоть раз мне помочь – я мельком увидела за спиной Изаны Лераджию, злобно сверлящую меня взглядом. Мне даже не пришлось прилагать особых усилий – она была тут как тут. Ее волосы, краснее граната, алые глаза и противная улыбка!

«Эта девушка знает о вашей способности. Она в курсе вашей сокровенной тайны».

– Есть такая особа. Девушка, которая любит посплетничать и умеет уводить чужих мужчин.

Изана нахмурился. Когда его красивое лицо исказилось, я, выбрав подходящий момент, отвела взгляд.

Может, теперь Изана перенаправит свою недоверчивую настороженность к Лераджии? Изана, прочитав мои мысли, определенно начнет ее подозревать. Вообразив, как мимолетное любопытство к ней обернется неприязнью, я не могла не почувствовать злорадного удовлетворения.

Сдерживая смех, я несколько раз кашлянула и сказала:

– Ваше Величество действительно читает мысли других?

Изана некоторое время молчал. Вероятно, он был сбит с толку чередой непредвиденных событий.

Потом он глубоко вздохнул и медленно ответил:

– Раз уж так вышло, скрывать это было бы совсем странно. – Он перестал двигаться и замер, а я предположила, что танец закончился.

Однако Изана не отпускал мою руку.

– Если захочу прочитать их, могу сделать это в любой момент.

– То есть слухи правдивы? Честно говоря, я до сих пор не могу поверить.

– Если не веришь, остается только доказать.

Изана склонился ко мне. Когда его лицо приблизилось, мое сердце снова забилось так сильно, что стало трудно дышать. Вскоре он полностью сосредоточил на мне свой взгляд. Его удивительные глаза ярко блестели, пытаясь заглянуть в мое сознание.

«Ах, этот тип. До чего же чертовски красив».

Когда эта мысль невольно пришла мне в голову, я едва не сгорела от стыда. Неужели Изана видит меня насквозь? Хоть и хотелось ни о чем не думать, я не сумела отбрасывать подобные мысли. Да и вообще, существует ли человек, способный отфильтровать внезапно возникшую чушь?

Боже, неужели Изана в точности слышит мои мысли, которые проносятся в моем мозгу?

– Ах ты ж… – С красивых губ Изаны сорвалось непотребное грубое слово.

Услышав знакомое ругательство, я переспросила:

– Что?

– На этот раз кое-кто чертыхнулся. Услышать такое от незнакомой девушки как-то… необычно.

Господи. Значит, Изана и впрямь прочитал мысли? После неожиданного комментария в свой адрес я смутилась. На мгновение у меня все поплыло перед глазами.

В отличие от меня – а я была вдобавок донельзя изумлена происходящим, – Изана оставался невозмутим. На его губах играла легкая улыбка. Та самая идеальная улыбка, которую мне хотелось увидеть.

Изана отпустил мою руку. Мы держались за руки несколько минут, но почему-то было ощущение, что это длилось целую вечность. Ощущение от его холодной ладони и сейчас не исчезло.

– Бывает, ты слышишь то, чего не хочешь, – сказал Изана, продолжая улыбаться.

Он выпрямился, чтобы встретиться со мной взглядом.

– Конечно, я не собираюсь ничего с тобой делать. Я нахожу все это довольно забавным.

Изана сделал шаг назад, а я запоздало осознала, что танец действительно закончился.

– Но провоцировать меня было опрометчиво, леди Джинджер.

Он прав. В спешке от нетерпения я, возможно, поступила необдуманно, совершенно не заботясь о последствиях. Но я не жалела. Ведь меня вполне устраивало, что он стоит передо мной, а не перед Лераджией. Даже если бы я могла волшебным образом вернуться в прошлое, я бы наверняка сделала тот же выбор. Я бы вновь сказала Изане: «Я знаю, что вы читаете мысли», желая его спровоцировать.

Конечно, я бы не хотела повторять фразы вроде «этот подлец… так хорош собой», которые возникли некоторое время назад в моей голове. Мне хотелось стереть их из прошлого!

– Скоро вызову тебя во дворец. Буду с нетерпением ждать, как ты меня тогда назовешь, – сказал он мне напоследок, делая еще один шаг назад.

– А… – Я не смогла ничего толком ответить и лишь растерянно смотрела на него несколько секунд.

Ведь Изана продолжал улыбаться, а ледяной взгляд, который прежде заставлял меня содрогаться, исчез. В его глазах появились смешинки. И он обращался ко мне совершенно недвусмысленно. То, что казалось абсолютно невозможным, произошло, я не представляла, как это воспринимать.

Он уже отвернулся от меня и уходил все дальше. Но я не могла оторвать глаз от удаляющегося Изаны. Его улыбка. Неужели он улыбнулся так потому, что я его оскорбила? Почему мысли ушли в этом направлении, я не знала. Однако я поклялась, что в следующий раз, когда встречу Изану, ни в коем случае не стану поступать подобным образом. Конечно, если у меня появится способность откидывать прочь дурацкие мысли.

Как только Изана отошел на значительное расстояние, Лераджия, словно выжидая именно этого момента, стремительно бросилась ко мне. Она выглядела взволнованной, хотя ее главным оружием обычно было спокойствие.

– Джинджер Торте, ты ведь знаешь, что я собираюсь сказать?

– Понятия не имею.

Лераджия протянула мне подвеску с алым кулоном. Странно, что она до сих пор его не надела.

– Ты же велела Кики украсть мое украшение! Как ты могла осмелиться на такое? Сделать фальшивку и попытаться подменить мой кулон? Меня трясет от твоей низости!

– Да? Между тобой и Кики произошла ссора? Потрясающе! Видимо, Кики очень хотел присвоить себе кулон. Раз уж именно он велел какому-нибудь ювелиру сделать копию, чтобы подменить. Верно?

– Джинджер! Говори правду. Это ты подговорила Кишона Микельсена?

– Лераджия Атланта, потише… Мы тут что, одни? И меня вообще не интересует кулон. У меня есть вещи гораздо лучше, зачем мне твои игрушки? – И я пристально посмотрела на драгоценный камень Лераджии.

Загадочный блеск кулона привлекал внимание окружающих, однако я уже не нуждалась в магическом ювелирном изделии.

Теперь, когда я заставила Изану заподозрить, что «мысли не прочесть», вещица соперницы могла стать для меня скорее обузой, чем преимуществом. То, что утратило ценность, меня не вдохновляло. К тому же я надеялась, что Лераджия, не зная толком истинных свойств кулона, станет носить его постоянно.

Чем дольше она будет выставлять кулон напоказ перед Изаной, тем лучше для меня. В таком случае я смогу осуществить свой план. Трудно обмануть лишь в первый раз, а продолжать это делать дальше, когда Изана уже наполовину попался на мою уловку, не особо сложно.

Я не смогла сдержать рвущийся наружу смешок и тихо хихикнула:

– Кхе-кхе.

Лераджию буквально перекосило от злости.

Это было самое недовольное выражение ее физиономии, которое я видела за последнее время. Она пыталась скрыть раздражение, но со мной такие штуки не проходили. Мы с Лераджией никогда не были подругами, но знали друг друга более десяти лет. Поэтому я не могла не заметить малейших изменений в ее настроении.

Хотя, по правде говоря, иногда совсем не хотела замечать.

– Ты что-то скрываешь, да? Я имею в виду, что мой кулон был нужен тебе позарез, но по какой-то причине ситуация резко изменилась. И сейчас ты потеряла к нему интерес, – процедила она, едва сдерживая бурлящие эмоции.

Черт, до чего же она догадливая. Я, сделав вид, что ее слова ничего не значат, пожала плечами.

– Ладно. Признаю. Я сказала Кики, что мне приглянулась подвеска. Но я, конечно, не приказывала делать копию и подменять украшение. Это целиком и полностью его собственная опрометчивая инициатива. Я такими мелочными методами не пользуюсь. Но ты права, теперь я больше не хочу этот кулон. Ты же знаешь, я довольно капризная.

Лераджия долго молчала. Было ясно, что она сбита с толку, поскольку я запутала ее своими речами. Она уже не могла понять моих намерений.

Наконец Лераджия сказала с деланым смирением:

– Хорошо. Тогда закончим разговор о моей подвеске. Но, кстати говоря, я все же тебе не верю. – Она закусила нижнюю губу, круто развернулась на месте и двинулась прочь.

Отлично. Увидев ее растерянность, я почувствовала прилив радости.

Когда Лераджия скрылась в толпе гостей, ко мне подбежал Кики.

– Джинджер! Что происходит? Почему Его Величество Изана танцевал с тобой? Ты же моя невеста!

– Кики, просто поразительно, что в твоей голове я все еще существую в качестве суженой.

Взглянув на Кики, я заметила, что его голубые глаза и гладкие синие волосы как-то поблекли. Он не казался мне привлекательным. Должно быть, это эффект сравнения. Вероятно, дело в том, что я засмотрелась на неземного красавца Изану.

– Джинджер, мы все еще жених и невеста. Я хочу, чтобы ты помнила об этом.

– Кишон Микельсен, ты что, серьезно? Ты…

Этот придурок совсем рехнулся? Кики, который вероломно изменял мне с Лераджией? Я так опешила, что на мгновение потеряла дар речи. Когда я посмотрела на него с изумлением, Кики крепко взял меня за плечи обеими руками. Хватка была такой же сильной, как у Изаны.

Но, в отличие от короля, жест Кики вызвал отторжение. И не только отторжение. Я даже почувствовала отвращение. Ведь эти руки касались не кого-нибудь, а Лераджии. Я попыталась высвободиться, но, увы, Кики сжал мои плечи еще сильнее.

– Отпусти.

– Не отпущу. В следующий раз не танцуй с ним.

– Кто ты такой, чтобы указывать мне? Если Его Величество Изана захочет со мною повальсировать, я буду танцевать с ним снова и снова. У тебя нет права мне мешать.

– Ты же сказала, что простишь меня.

– Я поставила условие, что ты вернешь кулон и не попадешься. Посмотри на себя! Ты просто неудачник, которому не удалось справиться с задачей. Кишон Микельсен, если ты немедленно не отпустишь меня, я пожалуюсь твоему отцу. Ты ведь догадываешься, о чем я ему скажу?

После моей тирады Кики сжал губы. Он нахмурился так, словно проглотил горькое лекарство. Конечно, его гримасы не вызвали во мне никакой жалости.

Воспользовавшись тем, что его хватка ослабла, я быстро высвободилась.

– Прощай.

Кики застыл на месте, подобно каменной статуе. Я прошла мимо него. Плечи парня безвольно опустились, но меня он больше не волновал. Совсем.

Бал подходил к концу.

После танца мы с Изаной не обменялись ни одним взглядом, а вскоре он и вовсе ушел. Бал без главного героя долго не продлился. Я оставила Кики где-то в главном зале и в одиночку направилась домой. По возвращении я сразу же нашла ту самую книгу, которую не дочитала. Сейчас я хотела быть в курсе подробностей истории любви Лераджии и Изаны.

«Заключенный принц и дочь маркиза». Роман аккуратно стоял на полке. Не раздумывая ни секунды, я схватила книгу и, так и не сняв бальное платье, поудобнее устроилась в кресле. Ноги немного болели оттого, что я долго была в туфлях, но мне не терпелось узнать продолжение, поэтому я совсем позабыла о дискомфорте. Мне казалось, что я непременно должна выяснить, чем же завершилась история любви Изаны и Лераджии.

Страниц оставалось не слишком много, наверное, мне хватит двух часов, чтобы дочитать роман.

Я выпрямилась в кресле, глубоко вздохнула и перевернула страницу. Решила начать с того абзаца, где Изана сказал Лераджии, что любит ее. Как и ожидалось, на чтение я потратила около полутора часов.

Я прочитала роман, но никак не могла закрыть книгу.

Десятки раз я перечитывала последнюю фразу. Конечно, текст не менялся, но я просто не могла поверить в такой финал! Я подняла руку, лежавшую на подлокотнике, и закрыла лицо. Мое сердце сильно колотилось в груди, а в душе поселилась сильнейшая тревога.

«Заключенный принц и дочь маркиза».

У романа был трагичный конец.

Что ж, сколько бы я ни думала, такой финал совершенно не сочетался с ярко-розовой обложкой. Прошло несколько минут, а я все еще не могла поверить в ужасную концовку. Оставалось лишь сожалеть о том, что в прошлом я не прочла роман сразу.

Причиной трагедии любви Изаны и Лераджии стал кулон. Точнее говоря, виноват был создатель ювелирного изделия – ее дедушка Гешут, прославленный маг королевства.

В романе Изана сказал Лераджии, что ему нравится ее подвеска с алым кулоном.

Разумеется, Лераджия специально надевала подвеску всякий раз, когда виделась с Изаной. Девушка делала это, чтобы понравиться Изане, а он, естественно, не мог прочитать ее мысли.

Мысли других людей всегда утомляли Изану, но рядом с ней он чувствовал невероятное спокойствие. Казалось, что от нее исходило умиротворение, поэтому Изана считал Лераджию особенной. Более того, он твердо уверовал, что она его судьба.

Желание быть с Лераджией, единственной женщиной, дарившей ему душевное равновесие, росло день ото дня. Он мечтал о совместном будущем со своей избранницей, хотел, чтобы она никогда не покидала его.

И это было его первым желанием, осознанной надеждой после выхода из башни Тампль. Несмотря на то что они провели вместе немного времени, их чувства быстро росли. Когда Изана признался ей в любви, Лераджия со слезами на глазах приняла предложение.

Бесспорно, в тот момент на шее Лераджии красовался магический кулон. В общем, любовь расцветала в сердцах Изаны и Лераджии.

Однако то было лишь начало истории. Затем сюжет романа резко изменился.

Загадочный кулон, волшебно переливающийся на свету, вносил гармонию в отношения пары, но позже стал причиной разлада. Все началось в тот день, когда Лераджия предстала перед Изаной без подвески.

Девушка решила надеть другое украшение и выбрала роскошное ожерелье, но ее поступок переломил ситуацию не в ее пользу. Теперь роман наполнился зловещей атмосферой: ведь Изана впервые смог прочитать мысли Лераджии.

Конечно, у нее не было дурных намерений, а чувства были искренними. Проблема заключалась в Изане. Он понял, что Лераджия, чьи мысли он не мог прочесть до этой минуты, разочаровала его. Как ни странно, но она стала для него фальшивой. Теперь он видел ее насквозь и ничего не мог с собой поделать.

Он ощутил пустоту, нечто вроде предательства. Изана знал, что девушка хотела сделать его счастливым, но это не означало, что он не чувствовал себя обманутым.

«Она ничем не отличается от других».

Изане было трудно осознать этот факт. Вскоре он выяснил истинную причину и докопался до сути. Он обнаружил, что во все дни, когда он не мог прочесть ее мысли, девушка всегда носила подвеску с сияющим алым камнем.

Джия – так ласково Изана называл ее.

Изане имя старого мага показалось смутно знакомым.

«Гешут, Гешут…»

Изана несколько раз повторил имя. Какое-то воспоминание, дремавшее в глубинах памяти, никак не хотело всплывать на поверхность.

Изана пытался понять, где он слышал имя. Он даже втайне начал наводить справки о Гешуте.

Лишь спустя несколько дней Изану осенило. Оказалось, он встречал дедушку Лераджии, перед тем как был заточен в башню Тампль.

Гешут, запомнившийся ярко-красными волосами, которые унаследовала Лераджия, задал Изане странный вопрос:

Это случилось всего за месяц до заточения принца в башне Тампль. К тому же примерно в то же время у Изаны проявился его удивительный дар. Он не был рожден со способностью читать мысли.

А сейчас, сколько бы он ни раздумывал об этом, слово «проклятие», упомянутое Гешутом, ставило Изану в тупик. Если бы только можно было немедленно разыскать Гешута и обо всем узнать, но тот уже давно умер. Мертвые не говорят.

Читать роман до этого момента было еще терпимо. Но то, что произошло дальше, было совершенно невообразимо.

Изана продолжил расследование. В итоге он выяснил, что именно Гешут проклял принца. Изана был озадачен. Его поразило, что человек, проклявший его, создал для своей внучки Лераджии украшение, защищающее ее от опасностей.

С тех пор Изане стало тяжело смотреть на Лераджию: перед внутренним взором постоянно всплывали красные волосы Гешута. А потом Изана думал о том, как он прожил долгие годы в башне Тампль в одиночестве. Невыносимое забвение… Принц, забытый народом…

При мыслях о башне Изана мог вспомнить лишь свое поистине мучительное прошлое.

Его решимость не думать о башне после выхода из нее поблекла – настолько сильно Изана страдал в те годы.

Изана постепенно стал отдаляться от Лераджии.

Он все еще любил ее, но ему было до отвращения неприятно видеть ее лицо и алый кулон. Лераджия неустанно старалась ради Изаны, но у него уже появились признаки безумия. В голове начали звучать голоса. Это была душевная болезнь, порожденная болью в сердце.

Лераджия оставалась рядом с ним до самого конца. Узнав, что дедушка наложил проклятие на Изану, она не могла покинуть его. Но, несмотря на старания, душа Изаны все больше погружалась во тьму.

В облике красноволосой Лераджии он стал видеть призрак Гешута. Образ старого мага беспрестанно мучил Изану. Чем усерднее Лераджия ухаживала за Изаной, тем чудовищнее она становилась в его глазах.

В итоге потерявший рассудок Изана схватил меч и обезглавил ее.

Конечно, даже в момент, когда ее голова была отрублена, Изана видел призрак Гешута.

Это были последние строки романа.

Я резко захлопнула книгу, однако перед глазами мельтешили фразы из романа. Я пребывала в глубоком потрясении. Было трудно понять, как относиться к такому финалу. Я откинула голову назад и погрузилась в размышления.

Безумие Изаны и смерть Лераджии… Хоть я и ненавидела Лераджию, мысль о ее кончине вызывала смешанные чувства. Я всегда думала, что будет куда лучше, если она, мой заклятый враг, исчезнет, но я определенно никогда не желала ей подобного трагического исхода. Само слово «смерть» казалось невыносимо тяжким бременем.

Сможет ли Лераджия избежать преждевременной гибели, потому что я изменила события, описанные в романе? Неужели я случайно спасла ее от смерти?

Подумать только, мои действия, направленные на то, чтобы отнять у Лераджии мужчину, в итоге спасли ей жизнь. Получается, я – чистокровная злодейка в романе – в реальности оказала ей услугу? Ирония судьбы, да и только.

Оставив в стороне тот факт, что я помогла Лераджии, я задумалась об участи Изаны. Мне стало его жаль. Он был одинок в детстве и юности. Изана годы провел в башне и так и не смог обрести счастье. Судьба его была действительно трагичной.

Я внезапно вспомнила его нежную улыбку во время бала. Она была такой чарующей. Представлять, как его лицо омрачится печалью, было для меня поистине мучительно.

Раз уж я совершила добрый поступок, может, стоит сделать так, чтобы и у Изаны был счастливый финал? Я знаю события будущего и могу помочь ему. Если бы не Гешут с его кулоном, возможно, Изана смог бы прожить более счастливую жизнь.

Прошлое не вернуть, но вот с будущим что-то можно сделать.

Мне хотелось, чтобы Изана продолжал нежно улыбаться. Это было желание, вызванное не только моей влюбленностью. Я испытывала по отношению к нему простое человеческое сострадание.

«Добродетель…»

С этими мыслями я провалилась в сон.

Когда я проснулась, небо чуть посветлело. Я задумалась. Мне приснился такой яркий сон, что потребовалось немало времени прийти в себя.

Я неподвижно лежала и смотрела на синие обои, похожие на цвет волос Кики. Наверное, это все из-за чтения романа до поздней ночи.

Мне снилось, как я танцую с Изаной. Как и на балу, звучала томная музыка, а чрезмерно холодная рука короля держала мою. Мы кружились в идеальном ритме: кивали друг другу и делали изящные обороты.

Во время танца Изана ничего не говорил. Когда музыка стихла, он посмотрел на меня, слегка улыбнулся и сказал…

«Ты тоже умрешь».

Он произнес жуткие слова, продолжая сиять улыбкой.

Боже мой! Хотя это был всего лишь сон, он совсем не выходил из головы, подобно воспоминанию из реальности. Я натянула одеяло до подбородка в попытках уснуть, но разум лишь все больше прояснялся. Похоже, сегодня выспаться не получится.

Сколько же я так пролежала?

Дверь открылась, и в комнату вошла Сара. Я откинула одеяло и уставилась на ее лицо. Уже совсем рассвело.

– Ох, госпожа Джинджер! Вы проснулись?

– Сара… Мне приснился кошмар.

– И какой же, госпожа?

– Без комментариев.

Она тихонько усмехнулась и уже ни о чем не спрашивала, подавая мне полотенце.

Лишь после того, как я при помощи Сары кое-как умылась теплой водой, зловещее чувство улеглось.

Однако мысли о книге не покидали меня и во время завтрака.

Я была уверена, что в романе описаны подлинные события, ведь и до бала очень многое совпадало с действительностью.

Но вчера на торжестве из-за моего активного вмешательства произошел слом сюжетной линии. Возникло отклонение. Я, которая должна была остаться неудачницей в любви, привлекла внимание Изаны. Значит ли это, что и описанные в книге события будущего тоже изменятся? Нельзя быть уверенной наверняка, а предсказать подобное нелегко.

– Но я, Джинджер Торте, не могу просто сидеть сложа руки, – сказала я решительно и отложила ложку в сторону.

Сара как-то странно на меня посмотрела.

– Сара, касательно романа «Заключенный принц и дочь маркиза». Где тот торговец, у которого ты купила книгу? Сегодня я должна отправиться туда.

– Что? Госпожа Джинджер, вы?..

– Конечно. Мне нужно выяснить, кто автор книги.

«Надо немедленно узнать, кто автор, и расспросить его. Зачем вообще было писать такой любовный роман?»

Однако я не могла откровенничать с Сарой.

Я внимательно изучила книгу, но об авторе не было ни строчки. Это насторожило меня.

Мы быстро собрались и направились к торговцу. Магазинчик располагался не слишком далеко от нашего особняка, даже не пришлось использовать карту – он находился на главной торговой улице.

Немного неопрятный на вид хозяин и красивые книги в ярких обложках, аккуратно лежащие на полках и на прилавке… Какой контраст! Я сильнее сдвинула шляпку на лоб, чтобы полностью скрыть свое лицо.

Затем, пару раз кашлянув, обратилась к владельцу магазинчика более низким голосом, чем обычно:

– Послушай, моя служанка купила здесь вот этот роман, ты, случайно, не знаешь что-нибудь о книге?

Хозяин лавки уставился на томик, который я держала в руке, а затем испуганно ответил:

– Нет, барышня! Книгу уже успели внести в список запрещенных, ведь принц Изана стал королем. В такой ситуации роман о принце Изане больше не может выходить. Да и тираж был маленьким. Быстрее спрячьте ваш экземпляр. Если кто-нибудь увидит, это может навредить вам, барышня.

Я сунула книжку обратно за пазуху.

– Хорошо. Тогда расскажи мне об авторе.

– Барышня… Мы просто торговцы, об авторах мало что знаем.

– А как роман попал в твою лавку? Должен же быть посредник.

– Есть один… но мне невдомек, кто он такой. Известно лишь имя.

– Имя? Как зовут этого мужчину?

Торговец прикрыл рот рукой и тихонько ответил, словно это была какая-то тайна:

– Хамель. Он просил называть себя Хамель.

– Ха… мель?

Почему-то имя казалось знакомым. Что-то всплыло в памяти… Точно, я вспомнила! Имя встречалось в романе. Хамель Брей – второстепенный мужской персонаж злополучной книги.

Я безуспешно попыталась расспросить владельца лавки о реальном Хамеле. Увы, у меня не получалось. Хозяин лишь твердил, что ничего не знает. В конце концов я сдалась.

По возвращении домой я сняла шляпку и пробормотала:

– Хамель, значит.

Хотя это было не имя автора, но мне сказали, что так зовут посредника, который занимается поставкой книг в лавки. Хоть какая-то зацепка. Если я найду Хамеля, возможно, удастся на шаг приблизиться к разгадке тайны романа.

Кстати, неужели это просто совпадение, что имя посредника – такое же, как у второстепенного героя? Ничто не могло намекнуть на четкий ответ. Я была раздосадована, горечь подступала к горлу. Я присела на край кровати, открыла книгу и, немного пролистав, нашла отрывок, в котором впервые появляется Хамель Брей.

Внезапно кто-то несколько раз постучал в дверь моей комнаты.

– Джинджер. Ты там? – раздался голос мамы.

– Да! Входите. – Я захлопнула книгу и положила ее на кровать.

Дверь отворилась. Мама переступила порог комнаты и мило улыбнулась.

– Что-то случилось? – недоуменно спросила я.

Мама быстро направилась ко мне и взяла меня за обе руки. Она выглядела взволнованнее обычного: щеки пылали, отчего на них появился румянец, а глаза сверкали.

Наверное, произошло что-то хорошее.

– Еще как случилось. Джинджер, только не удивляйся.

– Что такое?

– Ну… Его Величество Изана пригласил тебя во дворец!

– Что? Его Величество Изана пригласил меня?..

– Да! Карета, присланная из дворца, ждет возле особняка. Надо же, вчера на балу он танцевал с тобой, а сегодня… Похоже, Его Величество Изана прекрасно к тебе относится, Джинджер.

«Ох, мама. Вряд ли он позвал меня просто потому, что прекрасно ко мне относится».

Я не смогла произнести это вслух и лишь тяжело вздохнула.

Кстати, как раз накануне Изана сказал…

Что ж, я догадывалась, что встречи не избежать, но была ошеломлена, что все случилось буквально на следующий день.

– Девочка моя, что ты медлишь?! Быстрее собирайся. Нельзя заставлять долго ждать людей, прибывших из дворца.

– Да, мама.

Слушая настойчивые уговоры, я принялась за сборы. Правда, я уже выходила сегодня, поэтому прихорашиваться было незачем. Причесав растрепавшиеся волосы, я покинула семейный особняк.

Как и говорила мама, на улице стояла карета, разумеется, присланная из дворца. Рядом с экипажем я обнаружила мужчину, похожего на одного из подчиненных Изаны.

Заметив меня, он сразу же пошел мне навстречу. Я отметила его представительную внешность. Он изящно двигался и вскоре оказался прямо передо мной.

Мужчина почтительно склонил голову в знак приветствия.

– Здравствуйте, госпожа Джинджер Торте. Я помощник Его Величества Изаны.

– Приятно познакомиться. – Я вежливо присела в реверансе.

Мужчина внимательно посмотрел на меня. Лишь сейчас я смогла как следует разглядеть провожатого: у него были пепельные волосы и круглые очки, плотно прилегающие к переносице, которые придавали ему солидности.

Взгляд мужчины был очень цепким. Хотя мы виделись впервые, помощник Изаны показался мне до боли знакомым.

Я нахмурилась и невольно пробормотала себе под нос:

– Хамель Брей?

От сказанного вслух я испугалась.

«Ой! Наверняка он услышал!»

Я вопросительно на него посмотрела.

– Что вы только что сказали? – произнес он.

Какое счастье! Я говорила так тихо, что он явно не расслышал мои слова. Я с облегчением улыбнулась и непринужденно ответила:

– Ничего особенного. Ерунда.

– Тогда прошу в карету.

Мужчина протянул мне руку в белой перчатке, собираясь сопроводить до экипажа. Едва я соприкоснулась с кончиками его пальцев, мой спутник уже собрался сделать шаг вперед. Вернее, попытался, как вдруг…

– Ох, ой! – Почему-то он не смог твердо поставить ногу на землю и пошатнулся. Крупный мужчина, потерявший равновесие, выглядел весьма забавно.

Но смеялась я недолго, поскольку, держа его за руку, тоже пошатнулась.

– Что вы делаете?!

Когда я взволнованно вскрикнула, мужчина, скрестив ноги буквой Х, глубоко выдохнул.

– Фух, чуть не произошла беда!

– Почему? Разве под ногами что-то было?

Я изучила место, на котором мы стояли. Ничего, кроме ухоженной травы. Мужчина вытер лоб свободной рукой. Не будет преувеличением сказать, что его лицо побелело.

– Дело в том, что… – начал он с серьезным тоном.

Подобное заставило напрячься даже меня. Я сглотнула, потому что у меня пересохло в горле, и стала ждать продолжения.

– На самом деле… я чуть не наступил на муравья. Фух, если подумать, как эти крошечные создания испугались бы моей огромной ноги… – Он покачал головой. – Я мог лишить их жизни.

Я промолчала. Он что, сейчас шутит? Я уставилась на него, гадая, было ли это сказано для смеха. Но он выглядел серьезным. Трусливый или просто немного не в себе? Мое первое впечатление о нем померкло. Если уж совсем придраться, то он даже не особо проницателен.

Вскоре мужчина как ни в чем не бывало проводил меня до кареты, осматривая по пути землю под ногами. Благодаря этому мы благополучно сели в экипаж, не раздавив ни одного муравья. Возникло странное ощущение, будто стоило сказать тост по этому поводу.

Карета тронулась лишь после того, как мужчина, назвавшийся помощником Изаны, уселся напротив меня. Я поглядела на него. Хотя его поведение было весьма своеобразным, меня не покидала мысль о том, что его внешность поразительно схожа с Хамелем, которого я представила во время чтения романа. Словно собирательный образ персонажа из моих фантазий материализовался прямо передо мной.

Когда я начала пристально рассматривать его, мужчина слегка кашлянул.

– Госпожа Джинджер Торте… У вас есть ко мне вопросы?

– Вопросы… есть. Мне интересно, как вас зовут.

А если его имя Хамель Брей? Я моментально разнервничалась и сглотнула.

Тем временем мужчина уже раскрыл рот, чтобы мне ответить. Я продолжила наблюдение, ожидая, что он скажет.

– Меня зовут Ракишан. Но все зовут меня Рара. Госпожа Джинджер Торте, вы тоже можете называть меня Рара.

Что за… Какой там Хамель Брей, совершенно другое имя! Господи! Желая успокоиться, я сделала глубокий вдох и выдох.

Если подумать, даже если бы Хамель Брей появился в моей реальности, он не мог быть помощником Изаны, ведь он являлся его заклятым соперником, который борется за сердце любимой женщины! Невообразимо, чтобы он вдруг стал наперсником Изаны.

Я решила, что чересчур увлеклась, и покачала головой.

– Рара. Хорошо. Рара, пожалуйста, зовите меня просто Джинджер.

– Конечно, госпожа Джинджер. – И Ракишан добродушно улыбнулся.

Я неловко ответила на его улыбку. Затем он взял в руки лежавшую рядом книгу и начал читать. С первого взгляда было видно, что книга сложная.

Я перестала разглядывать Ракишана и посмотрела в окно. Когда же мы приедем? Я прикрыла глаза и, сама того не заметив, уснула. Наверное, из-за того, что ночью плохо спалось. Когда я вновь разлепила отяжелевшие веки, карета стояла.

– Госпожа Джинджер, мы прибыли.

С помощью Рары я покинула экипаж. Ах, порывы ветра после поездки так освежали!

Я принялась озираться по сторонам и увидела массу изумрудной зелени. Это было совсем не то место, куда я ожидала попасть! Я была крайне удивлена.

Как только я ступила на траву, нос защекотал свежий запах листвы и едва ощутимый аромат цветов. Но мы находились не в горах: сквозь длинные ветви плакучих ив виднелись очертания изящного дворца кремового оттенка. Похоже, это внутренний сад дворца.

– Если пройдете прямо, увидите Его Величество. Я же откланяюсь.

– Спасибо, Рара, – сказала я.

Рара действительно отвесил мне церемонный поклон.

Он уже повернулся к экипажу, но вдруг замер и поспешно окликнул меня:

– Госпожа Джинджер! Не забывайте смотреть себе под ноги!

– Да… И днем и ночью берегись муравьев.

Он улыбнулся в ответ на мои слова, сел в карету и уехал.

Странный мужчина. Но хоть я и считала его таковым, почему-то постоянно беспокоилась о том, что у меня под ногами. Я усмехнулась и зашагала вперед, разумеется, не забывая про муравьев. Ну надо же.

Я была очень внимательна и не отрывала взгляда от земли, однако шагов через тридцать посмотрела вперед и увидела Изану. Он сидел, прислонившись к плакучей иве. На коленях короля лежала раскрытая книга, ветер шевелил страницы.

Выпрямив спину, я осторожно направилась к Изане. Когда оказалась достаточно близко, то смогла рассмотреть его лицо. Изана тихо сидел с закрытыми глазами.

Черные ресницы на бледной, не тронутой загаром коже выглядели так четко, словно были кукольными. Его неестественная белизна внушала мне необъяснимое опасение. Казалось, что от прикосновения Изана рассыплется и от него не останется и следа. Я невольно затаила дыхание и шагнула к нему. От шуршания травы под моими ногами Изана медленно открыл глаза. Он пристально посмотрел на меня. Этот бесстрастный взгляд я видела и вчера. Никак не могу к нему привыкнуть.

– Вы спали?

Изана захлопнул книгу, небрежно лежавшую на коленях.

– Нет. Просто думал.

– О чем?

– Джинджер Торте. Семнадцать лет. Дочь маркиза, с детства окруженная любовью. Как часто бывает с единственными дочерьми, своенравная и упрямая, расстраивается, если что-то идет не по ее плану. Соперничает с Лераджией Атлантой, дочерью маркиза, того же возраста. Они заклятые враги с самого детства. Вот о чем я размышляю.

«О, это же все обо мне?»

После неожиданного ответа Изаны я спросила с упреком:

– Вы наводили обо мне справки?

– Да, – ответил он без малейшего колебания, будто поступать таким образом – нечто само собой разумеющееся.

Конечно, будучи королем, он мог наводить справки о любом из подданных, но от этого мне не становилось легче.

– Зачем вы это сделали?

– Из любопытства.

– Что?

– Джинджер Торте… Ты меня заинтересовала. – Он поднял руку и поманил меня.

У меня не было выбора. Я подчинилась и подошла еще ближе.

– Садись. Сколько можно стоять.

– Хорошо…

Когда я села рядом с ним, Изана изучающе посмотрел на меня. Но я избегала встречаться с ним взглядом, как и накануне.

– Леди Имбирь, ты сейчас злишься из-за того, что я наводил справки?

– Никому не понравится, если о нем будут наводить справки, – недовольно проговорила я.

Изана негромко рассмеялся.

– Если леди Имбирь честно ответит на мои вопросы, я больше не буду наводить справок.

– Что вы хотите узнать? – вырвалось у меня.

Тем не менее было очевидно, о чем он спросит в такой ситуации – о своей способности, конечно же. Каким образом Лераджия узнала его секрет и почему он не способен прочесть ее мысли.

Он определенно заинтригован.

Я знала все ответы до мельчайших подробностей, но не могла сказать ему правду. Ведь если я сделаю это, жизнь Изаны изменится, и он станет таким же несчастным, как в романе. Я не хотела, чтобы он испытывал душевные муки.

Это было чувство, близкое скорее к состраданию, чем к любви.

– Джинджер Торте, поведай мне все, что тебе обо мне известно.

– Я скажу, если вы не будете читать мои мысли.

Раз уж меня вызвали сюда, мне не стоило отмалчиваться. К сожалению, я до сих пор не научилась избавляться от досужих мыслей, поэтому сильно встревожилась. Изана мог запросто вторгнуться в мое сознание. Если он узнает о романе, в котором описаны события будущего, быть беде.

Такого расклада я хотела избежать во что бы то ни стало.

– Хм. Это сложно. Ведь я читаю чужие мысли непреднамеренно.

«Зато у меня есть хороший способ».

Я закрыла глаза. Было жаль, что теперь не вижу его красивое лицо, но ничего не поделаешь.

– Вот, – заявила я.

Я услышала смех Изаны. Хотя я ничего не видела, я могла догадаться, что мое поведение его развеселило.

– А ты забавная. Совершенно невозможно предсказать, что ты сделаешь, – проговорил он сквозь смех.

– В этом моя прелесть, – ответила я с улыбкой. Мои веки были плотно сомкнуты.

Прелесть, о которой в романе он так и не узнал. Я ощутила, что мое настроение внезапно улучшилось.

– Джинджер Торте, ты так и будешь сидеть зажмурившись?

– Если я открою глаза, Ваше Величество прочтет мои мысли. Я бы этого не хотела. Но, конечно, я не собираюсь лгать Вашему Величеству.

– Хм-м… Если ты будешь продолжать в том же духе, кто знает, что я могу сделать…

– Что, Ваше Величество?

– Например…

– Например?

В тот момент, когда я собиралась спросить, что он имеет в виду, я почувствовала, как он слегка касается меня.

– Ах!

Не успела я удивиться, как рука Изаны скользнула чуть выше и крепко обхватила мою талию. Место, которого касались его пальцы, горело. Я неосознанно открыла глаза. Изана притянул меня ближе к себе. Когда я наконец опомнилась, то обнаружила, что его лицо находится слишком близко от моего.

Так близко, что я могла видеть, как дрожат его неестественно длинные ресницы.

– Вот так, например.

«Ч-черт. Он в таких делах профессионал, что ли? Говорил же, что долго жил в башне!..»

Как и ожидалось, у меня не было способности фильтровать свои импульсивные мысли. Я почувствовала смущение, глядя на Изану, с которым встретилась взглядом. Неужели он и это прочитал?..

В тот же миг пленительные губы Изаны зашевелились.

– Я не профессионал в этом, леди Имбирь.

«Я пропала. Джинджер Торте, ты угодила в ловушку».

– Думаю, еще рано утверждать, что ты пропала, – игриво парировал Изана, который вновь прочитал мои затаенные мысли.

– Э-э-э… Разве я сейчас не пропала?

– Пропала ты или нет – решать мне. Верно?

– Угу.

Когда я неуверенно ответила, Изана ослабил хватку на моей талии. Я отвела взгляд от его лица и отодвинулась, чтобы прийти в себя. Я почувствовала, что в груди разгорается сожаление.

– Пока все в порядке. По крайней мере, сегодня ты не назвала меня «этот подлец».

– В-ваше Величество! Ваше… Ну… – Я запнулась. Мне было нечего сказать.

Похоже, все пошло не по плану. Мне вдруг вспомнились все мои неуместные и неподобающие мысли об Изане.

«Этот подлец… так хорош собой».

«Ах, этот тип. До чего же чертовски красив».

«Он в таких делах профессионал, что ли?»

По крайней мере, это были не те слова, которые стоило говорить королю вслух. Кхм. Как же я докатилась до такого? Единственным утешением стало то, что он не обиделся на мои грубые мысленные выражения. Я действительно хотела верить, что он не обиделся.

Изана вновь внимательно изучал мое испуганное лицо.

С легкой улыбкой, которая расцвела на его губах, он произнес:

– Леди Имбирь, ты меня боишься?

Хотя Изана выглядел беспечно, я уловила нотку печали в его голосе. Не знаю, почему возникло такое чувство. Но чем больше я думала над вопросом, тем сильнее грустила. Сцены с печальным Изаной, представленные в романе, ярко пронеслись в моей голове калейдоскопом. Его щеки, когда он смотрел на меня сверху вниз, отчего-то казались иссохшими.

– Нет. Скорее у меня вызывает любопытство ваша способность, Ваше Величество. Если бы у меня была возможность навести о вас справки, я бы, возможно, уже давно это сделала.

«Конечно, расследование о вас я в общих чертах закончила благодаря роману „Заключенный принц и дочь маркиза“».

Но договаривать я не стала. Вместо того чтобы смотреть Изане в глаза, я таращилась в район его переносицы. Это была уловка, чтобы предотвратить чтение моих мыслей.

– Леди Имбирь уже знает обо мне то, чего не ведают другие.

– Я в курсе лишь поверхностных фактов. Как именно Ваше Величество читает мысли окружающих, когда этот дар появился и почему, мне доподлинно неизвестно.

Изана задумчиво помолчал, а затем с серьезным видом дотронулся до своего подбородка.

– Кстати, чтение мыслей – это то, что, возможно, можешь и ты.

– Правда?.. Я?

– Именно. Детали ты, пожалуй, не угадаешь, но в общих чертах понять сможешь.

– Как?

– Наблюдай за каждым действием собеседника. Например, Джинджер Торте, когда ты смущаешься, прикусываешь губу. Это бессознательное действие. И вчера на балу ты каждый раз прикусывала губу, когда я говорил нечто, ставившее тебя в тупик. А когда ты в замешательстве, то быстро моргаешь. Это результаты моего наблюдения. И наконец, ты сейчас очень хочешь что-то скрыть, поэтому постоянно избегаешь моего взгляда. Ну как? Достаточно, чтобы считать, что я прочитал твои мысли, не глядя в глаза?

«Абсолютно верно».

Я растерялась.

– Ты тоже попробуй.

– Что?

– Расскажи обо мне так же, как я рассказал о тебе. Это несложно. Сконцентрируйся на мне, и ты тоже что-нибудь угадаешь. Ты же говорила, что тебе интересна моя способность.

Как ни странно, но речи Изаны прозвучали для меня знакомо. Где же я их слышала? Я замолчала в поисках ответа. Через несколько секунд я вспомнила, что встречала фразы в романе, когда Лераджия спрашивала о даре Изаны у него самого.

Боже мой. Слова, предназначенные Лераджии, обращены ко мне. Если бы Лераджия узнала, она бы, наверное, схватилась за голову и упала в обморок.

Я тотчас подробно вспомнила сцену из книги, ведь это был очень важный момент, когда между героями начала зарождаться любовь.

Они окружены густой зеленью дворцового сада. Игривый свежий ветерок развевает их волосы. Изана пристально изучает Лераджию. Лераджия тоже внимательно его рассматривает. Между ними царит теплая атмосфера.

Что же там ответила Лераджия?

Вспомнив ее ответ, я сказала Изане:

– Хорошо. Я попробую.

Изана кивнул.

– Я не буду читать твои мысли.

И я начала решительно рассматривать Изану. Белая рубашка идеально выглажена, но видны естественные складки. Пуговицы аккуратно застегнуты до самого ворота. На нем не было никаких аксессуаров, он не носил даже колец. Монарх, правящий страной, выглядел чересчур просто. Может, у него педантичный и непритязательный характер? Таковы были мои предположения.

Но давать подобный ответ не хотелось. Я посчитала его слишком банальным и сухим. Я стремилась оправдать ожидания Изаны, который, несомненно, ждал, что я скажу. Хм.

И что же заявила Лераджия?

Да. Она ответила как-то так. Когда Лераджия в романе произнесла эти слова, Изана заметно взволновался, потому что он и представить себе не мог, что Лераджия проявит подобную проницательность и чуткость.

Да! Точно.

«Лераджия, нет причин, почему я не могу повторить твой ответ».

Я несколько раз прочистила горло и неторопливо проговорила:

– Я вижу ваши… раны…

Теперь дело за малым. Какова же будет реакция Изаны?

Я затаила дыхание. Между нами на мгновение воцарилась тишина. Я ожидала, что Изана будет взволнован, но внезапно услышала его смех.

Изана пытался сдержаться, но не смог и вскоре сдался. Теперь он хохотал так, что, казалось, весь дворцовый сад содрогается от звука его голоса.

Боже, что такое? Я дала неправильный ответ? Глядя на Изану, который надрывался от хохота, я поняла, что упустила что-то важное.

Ведь когда Лераджия в романе дала такой ответ Изане, между ними уже был определенный эмоциональный контакт. При каждом касании кончиков пальцев между героями пробегал электрический разряд, и они чувствовали друг в друге предвестие любви. Но между мной и Изаной такого не было и в помине, мы знакомы от силы пару дней. К тому же мы не настолько близки, чтобы делиться чувствами.

Ах, с моей стороны это был весьма опрометчивый ответ. Я нахмурилась от нахлынувшего сожаления.

Между тем смех Изаны не прекращался. Его Величество явно считал меня дурочкой. Какая еще рана! К сожалению, моя реплика была совершенно не к месту.

– Ваше Величество, прошу прощения за дерзость, но не могли бы вы перестать смеяться?

– Ты… Кх-кх. Как можно было ответить именно так?.. Кх-кх-кх. – Изана беспрестанно хихикал.

Мне ничего не оставалось, кроме как ждать, когда он успокоится.

Это были слова отца Изаны, когда он запер сына в башне Тампль.

Хотя прошло более десяти лет, воспоминание о том дне никак не стиралось. Тогда дул промозглый ветер, отец строго и холодно предупреждал сына.

Наставления отца сильно врезались в память Изаны и превратились в открытую, незаживающую рану. Чтение чужих мыслей не было способностью, которую желал Изана. Это случилось внезапно, мысли других почему-то стали заполнять его сознание. Он не знал, что послужило тому причиной. Но единственное, в чем Изана не сомневался, – он не родился с таким даром.

Чтение мыслей сделало Изану невыносимо одиноким. С тех пор как отец, боявшийся способности сына, запер его в башне, и до сего дня не было ни единого момента, когда Изана не чувствовал бы себя одиноко.

В детстве, пребывая в заточении в башне Тампль, Изана большую часть времени проводил в размышлениях о бренности всего сущего.

Изана считал себя ненужным этому миру: брошен родителем, да и к тому же обладает проклятой способностью улавливать даже тайные людские мысли. Знать скрытые мотивы других было поистине мучительно. Изана испытывал душевные муки и думал о смерти, но в итоге был вынужден смириться. Конечно, не то чтобы кто-то извне помешал ему предаваться отчаянию. Конечно, в башне не было никого, кто бы должным образом заботился о нем, вдобавок там была подходящая обстановка, способствующая тоске. Но Изана, живущий в башне Тампль, в итоге отверг любые способы свести с собой счеты, кроме того, из-за страха физических страданий он не мог с легкостью решиться на это.

Долгое время он жил словно мертвец. Лишь со временем вместо губительного стремления к небытию Изана стал чаще задумываться о том, какой же он жалкий. Ему осточертела собственная слабость – он презирал свою безвольность и продолжал избегать реальности. Если не можешь отправиться в мир иной и не можешь выйти из башни из-за отца, нужно чем-то заняться, раз уж ты сидишь под замком. Постепенно он начал менять образ мыслей, исследовал свой дар и даже изучал внешний мир.

Цель была одна: когда престарелый отец умрет, Изана покинет башню и все изменит. К счастью, в Тампле было много книг, поэтому Изана смог получить самые разнообразные знания. А еще он кое-что выяснил и о своей проклятой способности. Оказалось, она проявляется, только если встретиться взглядом с человеком.

Робкий зрительный контакт или мимолетный взгляд не активировали дар, поскольку чужие мысли читались отнюдь не мгновенно: по крайней мере, требовалось смотреть в глаза от трех до десяти секунд.

Пока Изана находился в башне, слуги доставляли ему еду и необходимые вещи, и он не сталкивался со случаями, когда мысли не читались.

Таковы были результаты его исследования.

И вот спустя краткое время после того, как Изана вышел из башни, он впервые встретил человека, чьи мысли не удалось прочесть.

– Ваше Величество, я благополучно доставил госпожу Джинджер в особняк.

Услышав голос помощника, Изана прервал размышления. Воспоминания о прошлом, которые он хотел навсегда оставить в недрах памяти, вновь растревожили короля. То, что он мог читать сокровенные мысли других, но не мог контролировать свои собственные, опечалило Изану.

– Хорошая работа, Рара, – проговорил Изана и постарался отбросить прочь неприятные воспоминания, всплывшие из омутов разума.

Ракишан – или же просто Рара – пристально смотрел на монарха.

– Вы получили желаемый ответ от госпожи Джинджер? – осторожно спросил он.

– Нет. Не получил, – ответил Изана с усмешкой.

Он так ничего и не услышал от Джинджер про Лераджию.

Изана позвал Джинджер, чтобы подробнее расспросить о слухах про свою персону, поскольку девушке было многое известно. Но в итоге он лишь поболтал с ней ни о чем. Однако бесцельная беседа доставила Изане истинное удовольствие, ведь это был первый в его жизни разговор без чтения мыслей.

Вспомнив растерянное лицо Джинджер, он почувствовал, что вновь готов рассмеяться. Глядя на Джинджер, он осознал, что мир велик и в нем существуют самые разные люди. В детстве Изана считал, что души окружающих грязны и запятнаны. Он слишком часто ощущал лицемерие других: они ярко улыбались, но внутри них бурлили острые как нож мысли.

Джинджер Торте поразила его. Она была чистой, что ли. В ее суматошных мыслях не было лжи. Джинджер стала первой девушкой, в которой, как Изана чувствовал, не было ни капли злокозненности. Хотя в этом и заключался ее недостаток: она казалась чистой до глупости.

Изана пару раз кашлянул, чтобы сдержать непрошеную улыбку.

– И вы уверены, что ее следовало отпустить?

– Да, конечно. Остальное уже неважно, – беззаботно ответил Изана.

Честно говоря, изначально он и не ожидал услышать от Джинджер детали сплетен. Она избегала смотреть Изане в глаза. Если бы Джинджер собиралась рассказать ему все, она бы так не поступила. Но это вовсе не означало, что он считал ложью ее слова.

«– Да. Слух о том, что причина заточения в башне Тампль – ваши глаза, способные прочесть мысли любого человека. Но я не настолько наивна, чтобы сразу поверить в такие домыслы. Поэтому решила все проверить сама и спросила Ваше Величество, читаете ли вы мои мысли.

– Где ты услышала это?

– Есть такая особа. Девушка, которая любит посплетничать и умеет уводить чужих мужчин».

Изана подумал о девушке, которую упоминала Джинджер. Алые глаза и волосы краснее граната. Лераджия Атланта – дочь маркиза и единственная персона, на которую не действовала его способность. Та, чьи мысли он не мог прочесть, знала его секрет.

Удивительно не только то, что ее мысли не читались, но и то, что она знала его тайну. Что же собой представляет Лераджия Атланта? Он считал, что в словах Джинджер была доля правды, потому и позвал ее во дворец. Однако у него постоянно возникало ощущение, что Джинджер чего-то явно не договаривает. Она определенно что-то скрывала.

Джинджер Торте и Лераджия Атланта. Между юными аристократками было общее – то, на чем и выстроились их отношения.

Так думал Изана. Он мог бы узнать, о чем Джинджер умалчивала, прибегнув к дару. Если бы он умело разговорил столь чистую Джинджер, она бы наверняка подумала об этом факте. Но Изана не хотел заходить так далеко, он не желал использовать свою способность, которую считал проклятием. Это было несправедливо.

А теперь после встречи с Джинджер Торте он принял решение.

– Рара, завтра мне нужно увидеться с девушкой по имени Лераджия Атланта.

Достаточно спросить ее напрямую. Ему было интересно, сможет ли он прочесть мысли Лераджии, когда увидит ее вновь. Являлась ли вчерашняя загвоздка на балу простой случайностью, или же в девушке есть нечто особенное. Изана был не из тех, кто мог сдерживать любопытство. Если завтра он встретится с Лераджией, не разрешатся ли все его вопросы?

Лераджия сидела за столиком возле окна, из которого открывался чудесный вид на сад. Однако девушка смотрела в пустоту. Глаза ее были затуманены, а в голове вихрились мысли.

Она взяла чашку и пригубила напиток. Горячий ароматный чай мог успокоить сердце, но не приносил облегчения Лераджии. Ее взгляд переместился на подвеску с алым кулоном. При виде украшения, лежащего на столе и сверкающего в лучах солнца, ее охватило смятение.

Она не могла избавиться от чувства, что с кулоном определенно что-то не так. В памяти всплывали подозрительные действия Джинджер и Кики. Но почему они так поступали, было совершенно непонятно. В душе поселился неприятный осадок, который угнетал Лераджию.

Почему Джинджер сначала жаждала заполучить ее кулон, а потом вдруг стала вести себя так, будто он ее совершенно не интересует? Джинджер так сильно захотела украшение, что даже приказала Кики выкрасть его. По какой причине страстное желание в одно мгновение улетучилось?

Лераджия всегда гордилась тем, что знает Джинджер до мозга костей, но сейчас не могла понять ее намерения. У нее не было ни малейшей зацепки. Она подумывала допросить Кики, но тотчас покачала головой. Маловероятно, что Джинджер посвятила Кики во все подробности.

Сколько ни думай, чтобы узнать правду, оставалось только спросить напрямую саму Джинджер Торте. Но разве соперница так просто раскроет ей всю подноготную? Конечно нет.

Лераджия глубоко вздохнула. Прежде она ни разу не испытывала такого чувства беспомощности. Что бы ни случилось, что бы ни происходило, Лераджия всегда была на пьедестале и смотрела на Джинджер с позиции хищника. Она была на шаг впереди, быстро разгадывая примитивные замыслы Джинджер. А теперь и она, Лераджия, оказалась в положении добычи.

– Раздражает.

От огромного количества вопросов разболелась голова. Лераджия, словно сдавшись, откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. Сделав несколько глубоких вдохов, она почувствовала, как успокаивается.

В голове пронеслось недавнее событие – знакомство с Изаной в бальном зале королевского дворца. Почему-то воспоминание о том, как их взгляды встретились, было чересчур ярким. Тогда она ужасно злилась из-за обмана Кики. Несмотря на ярость, от которой она была готова взорваться, тот миг, когда темные глаза Изаны задержались на ее лице, все изменил. Ее гнев странным образом улетучился. Лераджия застыла и не могла отвести от него взора.

Прекрасные глаза Изаны пронзили ее. Это ощущение она испытала впервые, общаясь с другими людьми, она не чувствовала ничего подобного. Почему? Она до сих пор не понимала причину. Потом она заметила, как его ресницы дрогнули. Изана приоткрыл свои пленительные губы, словно собираясь что-то сказать, но так ничего и не произнес.

Что же он собирался ей сказать?

Лераджия опоздала на бал, поэтому ей не удалось поговорить с Изаной. Прошло два дня, но она очень сожалела об этом. Лучше бы она пообщалась с Изаной, вместо того чтобы возиться с Кики.

Ей хотелось ощутить пристальный взгляд Изаны снова. Хотелось опять убедиться в наличии той всепоглощающей ауры, которой обладал только его взгляд, не сравнимый ни с чьим другим.

Может, представится возможность встретиться с Изаной? Странное предчувствие, что так и будет, причем очень скоро, затеплилось в сердце девушки. Ведь такова была интуиция Лераджии.

– Госпожа Лераджия?

Кто-то позвал Лераджию, сидевшую с закрытыми глазами. Услышав голос, она перестала думать об Изане и открыла глаза. Солнечный свет, заставил ее нахмуриться. Лишь спустя несколько секунд она смогла посмотреть на того, кто ее позвал.

Напротив стоял опрятный на вид мужчина. Он был не так хорош, как Изана, однако бледная кожа и красивые черты лица делали его привлекательным. К тому же он был выше и намного крупнее Изаны. Пепельные волосы мужчины красиво блестели, отражая солнечный свет. Он поправил пальцем круглые очки, сидевшие на переносице, и снова обратился к Лераджии:

– Если я разбудил вас… прошу прощения. – Он посмотрел на Лераджию с заботливой улыбкой.

Хотя они определенно виделись впервые, Лераджию охватило дежавю.

– Нет. Я не спала. Кто вы?

– Прошу прощения за запоздалое представление своей персоны. Я Ракишан, помощник Его Величества Изаны, – ответил он, улыбнувшись еще шире. – Ракишан.

Хотя она точно никогда раньше не слышала это имя, мужчина показался ей знакомым. Может, она где-то мельком видела его? Лераджия пристально глядела на помощника Изаны, пытаясь вспомнить нечто, затерявшееся в глубинах памяти. Но, к сожалению, на ум ничего не приходило.

– Госпожа Лераджия?

– Ах, простите. Я немного задумалась. И по какой причине помощник Его Величества Изаны пришел сюда?

– Его Величество желает видеть госпожу Лераджию.

– Меня?

– Именно. Если у вас нет иных планов, я провожу вас во дворец. Хотя даже если бы у вас были планы, Его Величество Изана приказал немедленно доставить вас к нему. – Ракишан замолчал, закончив выкладывать всю необходимую информацию.

Изумленная Лераджия поспешно выпрямилась, глядя прямо на Ракишана. Как раз в тот момент, когда она захотела снова увидеть Изану, он искал с ней встречи… В таком случае нечего и раздумывать.

– Хорошо. – Лераджия надменно вскинула подбородок и протянула руку.

Ракишан осторожно взял ее за кончики пальцев.

– Я провожу вас.

Лераджия поднялась со стула. Она уже собиралась послушно последовать за Ракишаном, как вдруг ее взгляд упал на алый кулон, лежавший на столе.

– Подождите. – Она отпустила руку Ракишана и схватила подвеску, а после одним движением надела украшение на шею. Почему-то возникло чувство, что его непременно нужно надеть.

– Ну вот, теперь пойдемте.

Несмотря на слова Лераджии, Ракишан застыл на месте и не двигался. Его цепкий взгляд из-под круглых очков был устремлен на нее.

– Что вы стоите? Пойдемте же.

Раздосадованная Лераджия поторопила его, однако Ракишан внезапно развернулся и преградил девушке путь.

– Прошу прощения за дерзость…

– Что-то не так?

– Вам лучше снять подвеску.

– Какое дерзкое замечание. Невозможно. Я не желаю, чтобы мужчина, которого я вижу впервые, указывал мне, какие украшения носить, – возразила Лераджия.

Помощник Изаны не шелохнулся. Между ними повисло тяжелое молчание. Затем он смягчил свой пронзительный взгляд и задумчиво посмотрел на девушку. Он как будто пытался что-то припомнить.

– Возможно, если я скажу по-другому, мнение госпожи Лераджии немного изменится, – произнес он тихим голосом, словно делился очень важной информацией.

– Что…

В тот момент, когда она хотела спросить, что он имеет в виду, Рара прервал ее:

– Украшение, подаренное господином Гешутом, лучше снять.

– Гешут?.. Вы… вы знаете моего дедушку?

Рара вежливо улыбнулся.

– Если вы спрашиваете, знаком ли я с ним, могу с уверенностью ответить утвердительно.

– Кто вы такой?

Лераджия изо всех сил старалась сохранять спокойствие. То, что дедушка Гешут подарил ей подвеску с кулоном, не являлось секретом, все близкие знали об этом. Но мужчина говорил так, будто ему ведома тайна, о которой никто не догадывался.

Что же делать?.. И почему помощник Изаны кажется ей смутно знакомым?

Между тем мужчина скривил губы и тихо ответил:

– Я – Ракишан. Тот, кто в прошлом носил имя Хамель Брей.

После встречи с Изаной я несколько раз внимательно перечитала книгу «Заключенный принц и дочь маркиза». Особо тщательно я просмотрела те части, которые пропускала при первом прочтении.

Признаюсь, мне до дрожи не нравились сцены любовных игр Лераджии и Изаны, но я заставила себя прочитать их.

Отчасти для того, чтобы быстрее предсказывать будущие события, а отчасти потому, что не хотела повторять ошибку, совершенную несколько дней назад с Изаной. Конечно, вторая причина была весомее. К сожалению, неловкие слова, сказанные Изане, никак не забывались.

Наоборот, со временем они донимали меня все сильнее.

«Черт».

– А-а-ах.

Когда до жути стыдные слова вновь всплыли в памяти, из моих уст вырвался сдавленный стон. Есть ли что-нибудь более унизительное? К тому же в ушах до сих пор звучал веселый смех Изаны.

Несмотря на чувство стыда, прекрасное лицо Изаны стало для меня восхитительным воспоминанием. Кроме того, это был настоящий смех, без капли фальши. Мне вдруг захотелось услышать его снова. Даже если опять придется испытать унижение.

К счастью или нет, но Изана больше не спрашивал меня о Лераджии. Возможно, он так много хохотал, что забыл основную причину нашей встречи. Мы обменялись парой ничего не значащих фраз и расстались. Рара, который привез меня во дворец, благополучно доставил обратно в особняк.

Хоть я и была рада, что не стала оправдываться перед Изаной в тот день, какое-то неприятное чувство все же тревожило меня. Ведь я не могла поверить в то, что Изана расхотел задавать вопросы о Лераджии. В романе он склонен дотошно докапываться до всего, что его интересовало. Именно эта черта характера и привела к тому, что в итоге он выяснил очень многое о Гешуте.

Что ж, значит, надо оставить все как есть. Наверняка и нынешний Изана продолжит тщательное расследование и опять примется расспрашивать про Лераджию. Даже если лучше ему этого не знать, он будет пытаться раздобыть хоть что-нибудь стоящее – прямо как Изана из романа. Раз ему не удалось получить особых сведений от меня, где он теперь будет их искать? Неужели при встрече с Лераджией? Боже мой. Но ведь информацию действительно можно получить только у Лераджии!

А будет ли все в порядке? Я пожалела о том, что, возможно, мне стоило больше рассказать Изане. Но, увы, Изана в любом случае встретится с Лераджией и будет общаться с ней наедине.

Я полагала, что это должно произойти. И тогда Изана окончательно поймет, что не может читать мысли Лераджии.

А сейчас у меня не было способа помешать их встрече. Однако имелось кое-что, что я могла сделать. Я смогу воспрепятствовать зарождению их любви. Это ощущалось как моя женская миссия.

Вызвал ли он Лераджию во дворец? Что он спросил, если вызвал ее? Надела ли Лераджия чертову подвеску с алым кулоном, отправившись к Изане? Я надеялась, что она надела украшение. Если так, он не сумеет прочесть ее мысли и станет подозревать ее еще сильнее. Изана не сможет понять, почему мысли Лераджии недоступны для него. Он спросит ее о слухах, которые связаны с ним самим, а Лераджия, конечно, с готовностью заявит, что ей ничего не известно. Но Изана, не имея никакого представления об ее истинных мыслях, не сможет полностью ей поверить.

Хотелось бы, чтобы все пошло так, как я ожидала, но я напомнила себе, что в уравнении всегда всплывают новые переменные, причем там, где их совсем не ждешь.

– Новые переменные, значит.

В этот момент кто-то постучал в дверь два раза.

– Джинджер. Ты в комнате? – раздался мамин голос.

Я перестала расслабленно сидеть на диване и выпрямила спину.

– Да.

Мама вошла в комнату и села напротив меня.

– Моя Джинджер, что-то ты сегодня выглядишь неважно. Тебя что-то беспокоит?

Видимо, я не смогла скрыть свое замешательство. Наверное, на моем лице отразилась растерянность.

Однако я вздохнула и беспечно ответила маме:

– Люди всегда озабочены какими-то вопросами. Но, как обычно и бывает, в конечном счете все это – бессмысленные переживания, которым не стоит уделять время. Потому что невозможно что-то сделать или изменить.

– Доченька, лучше бы ты не беспокоилась о таком.

– Увидела вас, мама, и все тревоги, что были минуту назад, вдруг исчезли, – сказала я с улыбкой.

Мама довольно рассмеялась.

– Вот и хорошо. Кстати, Джинджер, я заглянула к тебе, потому что нам надо кое-что обсудить.

– О чем вы?

– Пришло важное письмо от семьи герцога.

– Семьи герцога?

Отправить письмо мог глава рода. Неужели отец Кики дал о себе знать?

Меня вновь охватило дурное предчувствие.

– Ага. В нем сказано, что пора бы уже назначить дату вашей свадьбы.

– Что… что вы сказали? Св-свадьбы?

Нет! Боже мой! Свадьба с Кишоном Микельсеном! Это поистине ужасное слово. Оно казалось даже кошмарнее слова «имбирь». Пока я беспокоилась об Изане и Лераджии, я совершенно позабыла о Кики. И даже о том, что давно должна была разорвать помолвку.

– Джинджер, ты еще не думала о свадьбе? Ведь Кики – твой жених уже довольно длительное время. Естественно, что от дома Микельсенов приходят такие вести.

– Мм… Мама. Дело в том, что… Возможно, прозвучит нелепо, но я не хочу выходить замуж за чертова сына герцога. И помолвку я, разумеется, собираюсь разорвать.

Мама, которая пребывала в приподнятом настроении, сразу же помрачнела и плотно сжала губы. Она явно колебалась.

– Джинджер Торте, всё в порядке? – начала она осторожно.

– Что?

Это была совсем не та фраза, которую я ожидала услышать. Я надеялась, что мама спросит причину моего теперешнего отношения к Кики.

Тем временем мама с понимающей улыбкой продолжила:

– Наверное, есть какие-то обстоятельства? Я верю решению своей дочери. Это же не моя свадьба, а твоя. Так что и решение за тобой. Хотя я не сомневаюсь, что, как ты выразилась, чертов сын герцога что-то натворил.

– Мама!

– Бесспорно, будет неловко сказать это герцогу… Но раз ты, Джинджер, сделала выбор, я считаю, что ты права. Я всегда буду на стороне своей единственной дочери.

– Мама, – повторила я со слезами на глазах.

Глядя на маму, которая верила в меня, я почувствовала, как откуда-то берутся силы. Я взяла ее нежные руки в свои и посмотрела на нее. Мои глаза, должно быть, засияли ярче, чем когда-либо.

– Мама, предоставьте это мне. Я поговорю с герцогом. Ведь именно я настояла на помолвке, а теперь столь внезапно прошу ее разорвать. Вам не нужно тревожиться.

Мама слегка кивнула в ответ. В ее глазах было полное доверие.

В тот же день после обеда я отправилась в усадьбу герцога. Раз уж я решилась на разговор, хотелось поскорее с этим разобраться.

То была моя первая встреча с герцогом Микельсеном после помолвки с его сыном. При мысли о том, что я увижу отца Кики, я занервничала. Очутившись на территории усадьбы, я сделала глубокий вдох.

Герцоги жили в величественном особняке под стать своему статусу. Даже после того, как я зашла через главные кованые ворота, потребовалось много времени, чтобы добраться до парадного крыльца.

В резиденции герцога меня встретила служанка. Она сказала, что позовет хозяина, и пригласила меня в гостиную, где я могла дождаться отца Кики.

Я долгое время шагала по коридору, которому, казалось, нет конца и края, прежде чем увидела гостиную.

Я присела на диван. Затем, наверное спустя целую вечность, двери гостиной бесшумно распахнулись и на пороге появился герцог. Моя нервозность тут же усилилась, и я велела себе успокоиться. Я ведь прибыла сюда для важного разговора.

– Джинджер, ты заждалась? Давно не виделись.

Герцог Микельсен. Мужчина, который внешне очень напоминал Кики. Его цвет лица оказался невероятно хорош: было трудно поверить, что он прожил уже полвека.

А в молодости он, конечно, был гораздо красивее Кики.

– Приветствую вас. Прошу прощения, что не могла навестить вас раньше. – Я поднялась с дивана и быстро поприветствовала его.

– Ничего страшного. Всякое бывает. – С этими словами он непринужденно устроился на другом диванчике и жестом предложил сесть и мне.

Я так и сделала.

– Что ж, спасибо, что нанесла мне визит. Похоже, ты пришла не к Кики. Если ты ко мне, должно быть, у тебя есть веская причина. – Герцог окинул меня пристальным взглядом с головы до пят.

– Верно. Я хочу сказать вам кое-что лично, господин герцог, – не растерявшись, ответила я.

– Тогда давай сразу перейдем к сути. Я не люблю ходить вокруг да около.

Ух, а этот момент действительно настал! Я сглотнула и перевела дыхание. Что ответит мне отец Кики, когда я скажу, что хочу разорвать помолвку?

Я плохо знала герцога, поэтому мне было трудно предугадать его реакцию.

– В таком случае я тоже не буду ходить вокруг да около. Я… хочу разорвать помолвку с Кики.

Герцог свел брови на переносице. Некоторое время он молчал и сурово смотрел на меня.

Я сделала глоток чая, который ранее принесла служанка, и принялась ждать его вердикта.

– Разорвать помолвку, значит. Почему?

– Раз уж вы спрашиваете, отвечу честно. Я не могу мириться с неверностью Кики, – заявила я, даже не пытаясь подбирать слова. Мне не хотелось заворачивать факт измены в красивую обертку. Наоборот, я думала, что отцу Кики будет легче принять мое решение, если я буду говорить прямо.

Однако ответ герцога очень меня удивил.

Морщины на его лбу разгладились, и он с усмешкой произнес:

– Если ты желаешь разорвать помолвку по причине вероломства Кики, это будет немного затруднительно.

– Почему же?

– Джинджер Торте, ты слишком легкомысленно относишься к своему будущему. Помолвка равносильна клятве об обещанном союзе между родами. К тому же ты обручена с сыном герцога. А Кики – мой единственный сын. Я не хочу, чтобы в летописи нашей семьи биография Кики была примечательна лишь фразой о расторжении помолвки. Любой мужчина ведь хоть раз изменяет, разве не так? Со временем все наладится.

«Что за чушь вы сморозили?»

Я едва сдержалась, чтобы не сказать это вслух. Любой мужчина хоть раз изменяет? То есть я должна понять Кики и терпеть его поведение? Просто возмутительно! В душе закипел гнев, я была на взводе. Мне стало тяжело дышать, а к щекам прилила кровь.

– Господин герцог, а если со временем ничего не наладится? Что тогда будет со мной? – резко спросила я.

– Это надо решать, когда придет время. Подумать только, жаловаться на такую мелочь! – Герцог покачал головой, будто совершенно не понимал причины моего визита. – Джинджер. Это все, что ты хотела сказать?

– Нет! Что бы вы ни говорили, господин герцог, я непременно разорву помолвку.

– С чьего позволения? Это может приказать только тот, кто выше меня по статусу. Но своими силами, Джинджер Торте, ты точно ничего не сможешь сделать.

Я сверлила герцога сердитым взглядом. Похоже, он использует свое положение влиятельного человека, чтобы запугать меня… Нет, стоп.

В тот же миг меня осенило.

– Господин герцог, вы ведь сказали «выше по статусу»?

– Да. Кто-то выше по статусу.

– Таким образом, господин герцог, если кто-то более высокого происхождения отдаст вам приказ, вы подчинитесь?

– Именно так.

Есть один человек выше герцога. Король Изана, который может прочесть мысли любого. Вот мой козырь. Я опять вспомнила, как он громко смеялся в дворцовом саду.

У меня есть такие связи, о которых герцог может только мечтать! Если я попрошу Изану об одолжении, то разорву чертову помолвку с Кики.

– Смотрите не откажитесь потом от своих слов.

– Разумеется! – фыркнул он.

«А ты опять насмехаешься?»

Посмотрим, будешь ли ты потешаться надо мной в следующий раз. Я украдкой улыбнулась лишь при одной мысли о том, как герцог растеряется от неожиданного приказа Изаны.

Герцог, который вел себя так высокомерно, внезапно как-то странно на меня посмотрел. Но мне было все равно.

На этом наш разговор закончился. Я высказала отцу Кики то, что хотела, и он, несомненно, все понял, поэтому незачем было добавлять что-то еще. Проблема заключалась в том, что мужчина не принял меня всерьез.

Однако у меня был знакомый более высокого происхождения. Возникли, конечно, сопутствующие вопросы, вроде того, как встретиться с высокопоставленным лицом и как его попросить, но разве это как-нибудь не решится? Согласна, то был весьма оптимистичный настрой, но мной овладело предчувствие, что все уладится само собой.

Я быстро покинула резиденцию герцога. Я не хотела столкнуться с Кики, предположив, что он может находиться где-то поблизости. К счастью, он, похоже, отсутствовал, и я решительно удалилась, не оглядываясь на роскошный особняк.

На улице уже сгущались сумерки. Я подумывала сразу пойти домой, но потом мне захотелось прогуляться. Особого выбора не было, но вдруг меня посетила мысль заглянуть в книжный магазинчик и кое-что проверить.

Обычно я просила Сару купить мне любовные романы, но иногда и сама наведывалась в ту или иную лавку. К тому же магазин был как раз по пути домой. Поэтому я без раздумий направилась туда.

Интересно, какие новинки любовных романов сегодня есть? При мысли об увлекательном чтиве мое расстроенное из-за бесцеремонных слов герцога сердце немножко успокоилось. Все-таки когда на душе плохо, любовные романы – лучшее лекарство.

Вскоре я увидела и вывеску книжного магазинчика.

Лавка был небольшой и специализировалась на любовных романах, поэтому я ее обожала.

Я толкнула стеклянную дверь и переступила порог, вдохнув запах бумаги. Опьяненная ароматом книг, я уверенно двинулась по знакомому маршруту. Дойдя до цели, я не смогла сдержать улыбки.

– Уголок новинок!

Какие же сокровища здесь появились? Я начала внимательно изучать обложки книг по очереди.

– Не очень интересно… Нет, не в моем вкусе… А у той обложка не нравится.

Хоть я и люблю любовные романы, это не означает, что я читаю все подряд. Я стараюсь избегать грустных финалов, плохих концовок и мрачных сюжетов.

Обычно я читаю для душевного спокойствия и удовольствия, поэтому по возможности хотела видеть лишь веселые, светлые и милые истории.

Так я выбирала и выбирала, пока мой взгляд не остановился на одном романе. Вот так новинка! Едва я увидела книгу, у меня возникло чувство, что я должна ее прочитать, а по спине пробежали мурашки. Сердце забилось так же сильно, как когда я впервые увидела Изану. Это был тот самый восторг, который я испытывала перед чтением потенциально захватывающего любовного романа.

«Да. Точно! Я должна прочитать книгу».

Я потянулась за ней, но внезапно чья-то рука мгновенно схватила томик.

Я повернула голову, чтобы посмотреть на счастливчика.

– А?..

Странно, но это был не незнакомец. Увидев здесь человека, которого я никак не ожидала встретить в подобном месте, я часто заморгала, подумав, не обозналась ли. Но, присмотревшись, поняла, что это не ошибка.

Я нахмурилась и обратилась к нему:

– Вы, случайно, не… Рара?

Рара, тот самый помощник Изаны, крепко держал выбранную мной книгу. В его безупречном наряде и аккуратно уложенных пепельных волосах не было ни единого изъяна. Рара, рослый и серьезный мужчина, держал в руке любовный роман, и это казалось совершенно неправдоподобным.

Он услышал меня и насторожился. Блеклые серые глаза встретились с моими. Почему-то сегодня на нем не было круглых очков.

– Вы, случайно, не… госпожа Джинджер? – Он безэмоционально сымитировал мои слова. Я не могла понять, шутит он или говорит серьезно.

– Именно так, Рара.

– Никогда бы не подумал встретить вас здесь.

– А я тем более.

– Я тут по делам. Есть книга, которую я не смог найти в королевской библиотеке.

«Неужели… ты говоришь о том любовном романе, который сейчас крепко сжимаешь в руке?»

Мне ужасно захотелось спросить об этом, но я не решилась.

При мысли о том, как Рара, выглядящий так, будто и бровью не поведет, даже если его уколоть иглой, читает любовный роман, я едва не рассмеялась.

Представьте себе этот проницательный взгляд, вновь надетые круглые очки, серьезное лицо… Рара, изучающий романтическую историю любви между мужчиной и женщиной… В такое трудно поверить, пока сама не увижу.

В итоге я, не оставляя надежды на книгу, которую он держал, осторожно спросила:

– Рара, вы тоже читаете любовные романы?

– Да, – ответил он без колебаний.

Любой, кто не знал о ситуации, мог подумать, что мой вопрос был совершенно обычным.

– Правда? Вот как…

– Да. Что-то не так?

Рара сделал шаг вперед.

– Нет. Просто вы совсем не похожи на человека, который читает такое, вот я и немного удивилась.

– А как выглядит человек, который совсем не похож на того, кто читает такое?

Ну как сказать. Выглядит как примерный ученик, который и понятия не имеет о том, что такое романтика. Скорее даже похож на того, кто будет насмехаться над читателями любовных романов… Но Рара ведь обидится?

Я стушевалась. Пока я молчала с растерянным видом, Рара, глядя на меня сверху вниз с прищуром, сказал:

– Госпожа Джинджер, вы ведь не думаете сейчас, что я похож на примерного ученика, который и понятия не имеет о романтике?

– Пф! Н-нет! Я… я абсолютно так не думала. Правда. Честно.

Что? Как он узнал? Рара тоже читает мысли? Не может быть.

Пока я в смятении размышляла об этом, он со странной и вроде бы даже озорной улыбкой продолжил:

– Считается, что бурное отрицание равносильно бурному согласию… Хм. Но даже если бы вы, госпожа Джинджер, действительно так обо мне подумали, я бы не оскорбился. Другие люди, глядя на меня, наверняка предполагают то же самое.

– Значит, я не преувеличивала? Нет, то есть я не совсем так думала.

Я почувствовала, как меня ловят на слове, и неловко растянула губы в улыбке.

– Но не стоит судить всех по внешнему виду. Если честно, я иногда и сам пишу любовные романы.

– Чт… что вы… са-сами пишете?

Не может быть. Я полжизни провела в обнимку с любовными романами, но мне ни разу не приходило в голову попробовать писать самой.

Видя, как я заикаюсь от изумления, Рара тихо хмыкнул. Потом он ухмыльнулся и доброжелательно добавил:

– Чего ж вы дивитесь? Возможно, вы читали одну из моих книг, госпожа Джинджер.

Рара крепко прижал томик к груди, словно пытаясь его защитить. Кажется, он немного смутился. Но мне все равно с трудом верилось, что он может быть автором любовных романов. Подобный расклад казался мне невероятным.

Я наклонила голову набок.

– Госпожа Джинджер… Вы сейчас думаете, что это невероятно, да? – спросил он игриво.

Я была искренне поражена тем, что он снова прочитал мои мысли.

Рара внимательно изучал мою реакцию.

– Наверняка моя догадка верна. Но разве я прочитал ваши мысли, госпожа Джинджер? Это не больше, чем логические предположения.

– Но ваши предположения верны.

– У меня хорошая интуиция.

Даже слишком хорошая! Я вытерла рукавом холодный пот, который выступил на лбу. Рара был не менее опасным, чем Изана.

Не успела я об этом подумать, как Рара опять заговорил:

– Неужто… вы сейчас думаете обо мне как об опасном человеке?

– Кх!.. – Я сглотнула, не в силах изобрести оправдание.

– Я ничуть не опасен. – Он расплылся в улыбке и сузил глаза.

Рара выглядел очень довольным собой.

– Возможно, прозвучит дерзко, но, госпожа Джинджер, вы действительно…

– Действительно?..

Он щелкнул пальцами свободной руки, словно что-то вспомнив.

– Кажетесь очень забавной.

– Я совсем не забавная.

У меня сложилось впечатление, что меня дразнят. Но обидно не было.

Однако я решила сменить тему.

– И эту книгу купите вы?

– Да.

– Я тоже хочу ее прочитать… – настаивала я и посмотрела на него самым жалобным взглядом.

Мужчины всегда попадались на этот взгляд. Я надеялась, что мой «магический» прием подействует и на него.

Но, вопреки моим ожиданиям, Рара и бровью не повел.

– Я тоже не прочь ее прочитать.

Черт. Взгляду не хватило жалости? Я нахмурилась и состроила разочарованную мину. Но, судя по настроению Рары, мне точно не суждено заполучить книгу.

Я уже думала смириться и поискать другой роман, как вдруг мне в голову пришла блестящая идея.

– Хорошо. Тогда я уступлю книгу вам, – сказала я ему так, словно делала огромное одолжение. На самом деле книгу первым взял Рара, но я нагло подчеркнула слово «уступлю». – Взамен на это… я бы хотела, чтобы и вы выполнили мою просьбу.

– Просьбу?

Я кивнула. Притворившись, что уступаю Раре, я попрошу его устроить мне рандеву с Изаной. Это была самая блестящая идея на сегодняшний день. Не зря у меня появилось предчувствие, что обязательно появится повод встретиться с Изаной. Кто бы мог подумать, что представится такая потрясающая возможность. Это точно был шанс, посланный небесами.

– Пожалуйста, устройте мне встречу с Его Величеством Изаной, – заявила я и очаровательно улыбнулась.

– Ладно, – ответил он, ничуть не удивившись моей внезапной просьбе, будто ожидал услышать именно это.

– Рара, а вы не слишком быстро согласились?

– Его Величество, вероятно, тоже с нетерпением ждет встречи с госпожой Джинджер.

– Ого! С нетерпением, значит?

«Что ж, Изана. То есть и ты жаждешь увидеться со мной, хоть и выглядишь порой неприступным? А Его Величество милашка».

Мне не надо было притворяться, что я очень взволнована, и Рара даже смутился.

– Думаю, Его Величество испытывает нетерпение по нескольким причинам.

– Но это же что-то хорошее?

– Вероятно… да. Когда я вернусь во дворец, сообщу Его Величеству, а после пришлю весть в особняк маркиза.

– Спасибо. Буду ждать.

Рара вежливо поклонился и вскоре ушел. Конечно, книгу он купил. Хотя я упустила роман, от которого трепетало сердце, я была рада, что появился повод встретиться с Изаной.

Надо только получить приглашение во дворец!

Я возвратилась домой в мечтах об Изане.

Спустя два дня после встречи с Рарой в книжном магазине меня внезапно навестил Кики. Это произошло ранним утром.

– Кто позволил тебе входить в мою комнату?

Я проспала, еще даже не умылась и стояла возле зеркала в пижаме. Я небрежно накинула на плечи шаль, валявшуюся на столике, и села на диван.

– Я знаю, что ты сказала моему отцу…

Вместо ответа я закинула ногу на ногу и продолжительно зевнула. Почему, сколько ни спи, никогда толком не высыпаешься?

– Джинджер.

Поскольку я промолчала, Кики подошел ко мне и опустился на одно колено. Я окинула его равнодушным взглядом и пригладила свои растрепанные волосы.

– Я во всем виноват. Обещаю, больше никогда не буду тебе изменять. Я вел себя слишком неподобающе?..

– Нет. Мне все равно, изменяешь ты или нет. Наша помолвка будет расторгнута. Сможешь вновь обручиться. Например, с Лераджией, которую ты так любишь, Кики.

Я громко хлопнула в ладоши, чтобы поздравить его, но выражение лица Кики ничуть не изменилось, наоборот, он стал еще более угрюмым. Для него, стремящегося к свободной жизни, такая каменная физиономия была редкостью, но мне нравилось, что он может так выглядеть. Ведь теперь и он ощущал разочарование и предательство, которые я испытывала некоторое время назад.

Он чувствовал то же самое.

– Леди Лераджия в прошлом, Джинджер. У меня есть только ты.

– Заткнись. Не знаю, кто впустил тебя, но больше ты сюда без моего разрешения не войдешь.

Кики провел рукой по своей щеке, которая казалась бледнее обычного. Должно быть, он страдал из-за того, что ситуация развивалась не так, как ему хотелось.

Он посмотрел на меня снизу вверх умоляющим взглядом. Увидев его покрасневшие глаза, я ощутила крошечную каплю жалости, но это вовсе не означало, что я собиралась быть с Кики любезной.

– Джинджер, выходи за меня замуж.

– Кишон Микельсен. Между нами все кончено. Когда я узнала, что ты изменял мне с Лераджией, я поняла, что ты не сможешь сделать меня счастливой. В общем, давай прекратим наши отношения.

Кики выглядел так, будто вот-вот расплачется. В качестве оправдания он собирался добавить что-то еще своими пересохшими губами, но в дверь постучали. Он замер.

– Госпожа Джинджер, вам письмо. – Это была Сара.

При слове «письмо» я вскочила подобно пружинке. Сонное сознание мгновенно прояснилось. Какое еще письмо могло прийти ко мне, если не из дворца!

– Сара! Скорее! – воскликнула я дрожащим от волнения голосом.

Совершенно позабыв о каком-то там Кики, стоящем передо мной на одном колене, я подбежала к вошедшей в комнату Саре и выхватила из ее рук письмо. На белом конверте красовалась королевская печать. Я получила послание из дворца. Не раздумывая ни секунды, я вскрыла конверт, развернула письмо и начала читать.

Письмо было коротким, но оно показалось мне самым желанным из всех. На самом деле я собиралась встретиться с Изаной, чтобы попросить о расторжении помолвки, но почему-то мысль о том, что я снова увижу его, радовала меня куда больше.

– Сара. Пойдем в гардеробную. Поможешь мне выбрать платье.

– Хорошо, – ответила она и украдкой взглянула на Кики. Взгляд Сары говорил: «А с ним что делать?»

Ах да, Кики ведь до сих пор в комнате! Я обернулась на сына герцога.

– Кишон Микельсен. У меня назначена встреча, мне надо в гардеробную. Я бы хотела, чтобы ты покинул особняк до моего возвращения в спальню.

Кики ничего не ответил.

– Отказы, конечно, не принимаются, – сказала я и покинула комнату.

Когда я с помощью Сары надела платье и почти закончила макияж, в особняк приехал Рара. Он поправил круглые очки и поприветствовал меня. Я поздоровалась в ответ, и мы сели в карету.

Лишь в экипаже я вспомнила о Кики, который вроде бы оставался в моей комнате.

«Ну, наверное, скоро уйдет сам».

А затем, от волнения перед встречей с Изаной, я тут же начисто позабыла о Кики.

Карета без остановок мчалась по дороге. Рара молча достал толстую книгу и начал читать. Это был не тот любовный роман, который он купил два дня назад. Я хотела спросить, прочитал ли он новинку, но Рара выглядел таким серьезным, что я не решилась заговорить с ним.

Не знаю, сколько мы ехали, прежде чем карета наконец остановилась.

Когда стук колес прекратился, я выглянула в окно и увидела ту изумрудную зелень, что и в прошлый раз.

– Рара… Его Величество и сегодня в саду? – спросила я как ни в чем не бывало.

– Да. Он всегда в саду. – Рара лукаво улыбнулся. – Думаю, госпожа Джинджер лучше знает, почему он предпочитает быть в саду.

– А?.. Я? – пролепетала я недоуменно, но он ничего не ответил и выбрался из кареты.

Потом Рара протянул мне руку и сказал:

– Его Величество ждет.

Я вопросительно посмотрела на Рару, однако взяла его за руку и вышла из кареты.

Как только я покинула экипаж, густой запах травы защекотал кончик носа. Я попыталась снова заговорить с Рарой, но он быстро сел в карету и уехал. Похоже, он сделал так нарочно, чтобы не дать мне возможности засыпать его расспросами.

Действительно подозрительно. Откуда мне знать, почему Изана всегда находится в саду? Я ступила на газон, размышляя над загадочными словами Рары.

Сад, сад… Ах! Пройдя около двадцати шагов, я внезапно вспомнила, что об этом было написано в книге «Заключенный принц и дочь маркиза». Изана долгое время был заперт в башне, в замкнутом пространстве, поэтому он патологически ненавидел сидеть в четырех стенах. Выйдя из башни, он проводил почти все время на свежем воздухе, в том числе и совещания с министрами. Открытый со всех сторон прекрасный сад дарил ему душевное спокойствие и в то же время стал важным местом развития событий в романе. Там же зарождалась и любовь Его Величества к Лераджии.

Вот почему Изана почти всегда был в саду. Но почему Рара подкалывает меня, мол, я точно все знаю… Это тоже одна из тех пугающе верных догадок и хорошая интуиция, о которой он говорил в книжном магазине?

Рара утверждал, что он не опасен, но я бы с ним не согласилась. Он казался мне все более опасным.

Пройдя еще несколько шагов, я увидела Изану, сидящего в тени под раскидистой ивой. Только, в отличие от прошлого раза, его глаза были открыты. Он услышал мои шаги и повернул голову в мою сторону.

Теперь он пристально смотрел на меня. Я, в свою очередь, подошла достаточно близко, чтобы можно было заговорить с ним.

– Приветствую вас, Ваше Величество Изана.

– Привет, леди Имбирь.

Изана намеренно называл меня леди Имбирь, хотя и знал, что мне не нравится прозвище. Я с трудом сдержалась, чтобы не высказаться.

«Успокойся. Ты же пришла сегодня с просьбой».

Я сделала вид, что не обиделась, и аккуратно села возле Изаны.

Пока я размышляла, как начать разговор, Изана произнес:

– Я встретился с Лераджией Атлантой.

– Что?! Вы встретились с этой стервой Лераджией, Ваше Величество? Ах! Ах, нет, то есть вы встретились с леди Лераджией, Ваше Величество? Ха-ха!

От совершенно неожиданных слов Изаны я неосознанно назвала Лераджию стервой.

«Чертова Лераджия. Бесстыжая дрянь. Стерва Лераджия».

Я часто называла ее так про себя.

С опозданием я попыталась исправиться и со страхом взглянула на него. Алые губы Изаны уже неудержимо подрагивали от смеха. Ах… почему со мной постоянно случается такое?! Мне хотелось рвать на себе волосы.

– Хм… да. Я встретился с этой стервой. Ах, то есть с ней.

– Вы ведь не дразните меня?

– Именно дразню. – Изана удовлетворенно улыбнулся.

А он явно развеселился. Хотя то, что меня дразнят, – это неприятно, его улыбка не была мне противна.

Однако я надулась и спросила:

– Вы узнали у Лераджии Атланты то, что вас интересовало? Вы позвали ее потому, что я не дала вам четкого ответа?

– Хм-м. – Казалось, Изана раздумывал, стоит ли честно отвечать на вопрос. Он выпрямил спину и полностью развернулся ко мне.

Черт. Если сидеть так лицом к лицу, мы неизбежно встретимся взглядами. Мысли о предосторожности не покидали меня, но все же я посмотрела в его прекрасные черные глаза… и мне совершенно не захотелось отводить взгляд.

– Да. Я увиделся с ней, чтобы разрешить свои сомнения.

– И вы их разрешили?

– Это секрет.

– Нечестно.

– Нечестно поступаешь ты, леди Имбирь.

– Почему же? – буркнула я обиженно.

– Ты вызвала у меня столько любопытства, но так и не рассказала самого главного.

– На то… на то были свои причины. – Я опустила глаза и вздохнула.

«Изана, я же не могу рассказать тебе о романе».

Я и сама до сих пор не разобралась с точной информацией о книге. Кто ее написал, с какой целью – вопросов было не два и не три. Я подумала, что не смогу объяснить другим ситуацию, которая и для меня остается загадочной.

Пока я молчала, Изана вновь заговорил.

– Ладно. Оставим пока эти причины, – заметил он непринужденно и кивнул с многозначительным видом. – Джинджер Торте, говорят, ты искала меня.

– Ах! Да. На самом деле у меня есть просьба к Вашему Величеству.

– Какая просьба?

– Не представляю, известно ли вам, но несколько месяцев назад я обручилась. Однако жених оказался просто отвратительным человеком. Мысль о том, что придется выйти замуж за такого, как он, ужасает меня. Поэтому я хочу разорвать помолвку… Но его отец заявил, что позволит разорвать ее, только если ему прикажет сделать это вышестоящий по статусу.

– Джинджер Торте в апреле обручилась с сыном герцога, Кишоном Микельсеном. И он поступил весьма непорядочно… этот Кишон Микельсен? – сухим голосом осведомился Изана.

Конечно, он знал точную информацию обо мне и Кики. Вероятно, ему доложили об этом, когда он проводил расследование.

– Верно. Он настоящий подонок. Для него изменить проще, чем выпить воды. Худший тип в мире.

– Слушая тебя, мне хочется превратить лицо этого мужчины в имбирь.

– Ваше Величество! Вы все еще помните это?

Ну правда, с ума сойти! Однако и я полностью разделяла желание Изаны, высказанное им вслух.

– Конечно. Это был очень впечатляющий рассказ.

– Ха-ха-ха-ха!

– Значит, ты хочешь, чтобы я, человек самого высокого статуса, приказал герцогу разорвать помолвку его сына с тобой, леди Имбирь?

– Именно. Точно! – Я посмотрела на Изану, а затем склонила голову.

– Я понимаю, что Кишон Микельсен – действительно плохой парень, даже с точки зрения мужчины. Он ведь изменил тебе с Лераджией Атлантой, с которой ты соперничаешь много лет. Ох, или я сейчас затронул слишком личную тему?

– Нет… неважно. То, что он изменил мне с Лераджией, теперь уже не имеет значения. Кстати, Ваше Величество, вы очень подробно все обо мне разузнали, – сказала я с искренним восхищением.

Изана моргнул и ответил:

– Настолько сильно ты меня заинтересовала.

Хотя я понимала, что он заинтересовался мной отнюдь не потому, что я ему нравлюсь, а из-за моих вскользь сказанных слов, я снова разволновалась. У меня пересохло во рту, и я сглотнула ком в горле. Стук сердца, которое неизвестно с каких пор бешено колотилось, отдавался в ушах. Я даже забеспокоилась, не услышит ли его Изана.

– Мне искренне жаль насчет твоей помолвки с Кишоном Микельсеном. Но я не могу просто так выполнить твою просьбу.

– Что же мне делать?

– Давай заключим сделку.

– Какую сд… – начала я, но Изана перебил меня:

– Расскажи мне кое-что. – И он лучезарно улыбнулся.

Я видела эту улыбку уже много раз, но по какой-то причине она всегда вызывала трепет. На мгновение я потеряла дар речи и просто смотрела на него.

Черные глаза Изаны не отрывались от меня, в них читалось ожидание честного ответа. Я знала, что, не избежав зрительного контакта, я даровала ему возможность прочитать мои мысли против моей воли, но не могла отвести взгляд.

Изана заворожил меня. Пока я моргала и не могла вымолвить ни слова, Изана накрыл мою беззащитную руку своей ладонью. Его пальцы были, как и прежде, холодны как лед. Я вздрогнула, но не хотела отдергивать руку. Наоборот, покалывающий холод был приятен.

– Джинджер, скажи мне, что ты скрываешь.

«Джинджер». Изана уже называет меня по имени.

Когда его мелодичный голос произнес мое имя, волнение стало неудержимо расти.

«Это соблазн! Нельзя поддаваться искушению!»

Думая так, я чувствовала, что все больше и больше попадаю под влияние его чар, словно он забирает мою душу.

– Да, верно. Сейчас я соблазняю леди Имбирь.

– Ва-ваше Величество!

– Ну-с, так откуда и как ты узнала, что я читаю мысли тех, с кем встречаюсь взглядом?

«Кни… Нет! Об этом нельзя думать. Джинджер Торте, соберись».

Я пыталась избегать его взгляда. Но Изана, разгадавший мое намерение, свободной рукой взял меня за подбородок.

– Не пытайся увильнуть.

– Я… я, значит…

– Говори. Как ты узнала обо мне?

«Книга. Я читала роман о тебе».

– Книга?

Боже мой. Я неосознанно ответила на вопрос.

Изана, не упустив моей мысли, переспросил меня:

– Ты подумала о книге? О моей способности написано в романе?

От растерянности на моем лбу выступила испарина. Я решила хоть как-то оправдаться, но лгать ему, пока он крепко держал мой подбородок, казалось невозможным. К тому же у меня сейчас не было душевных сил размышлять о чем-то ином. Да и с моим прямолинейным характером думать о другом было сложно.

«Что ж, была не была. Изана, ты и эту мысль сейчас читаешь?»

– Да. Была не была.

«Сегодня я все расскажу».

Ха. Я глубоко вздохнула. Ясно. Я уже загнана в угол, откуда нет пути назад.

– Хорошо. Только не удивляйтесь. У меня есть книга, в которой написана история о Вашем Величестве.

Похоже, Изана впал в замешательство и почти потерял самообладание. Такое случалось с ним крайне редко. Он всегда выглядел спокойным, а сейчас пребывал в непривычном недоумении.

Возможно, дело в моих словах. Он отпустил мой подбородок, а после рассеянно уставился куда-то вдаль.

Как Изана воспринимает этот абсурдный факт, что о нем написана пророческая книга? Верит ли он мне? Или же у него возникли какие-то сомнения по поводу моего рассказа? Что бы он ни думал, мне больше нечего ему объяснить. Но если он спросит о содержании книги, я снова могу оказаться в затруднительном положении.

Джинджер Торте, думай. Сделанного не воротишь. Ругая себя за то, что поддалась соблазнительной улыбке Изаны, я ломала голову над тем, как мне быть. Очевидно, вскоре Изана приведет свои мысли в порядок и спросит о сути книги. И наверняка захочет увидеть ее сам.

Можно ли показывать Изане роман «Заключенный принц и дочь маркиза»? Если Изана увидит книгу, он узнает правду о том, почему он не мог прочесть мысли Лераджии. А еще он прочтет про могущественного мага, наложившего на него проклятие, и поймет, какое жестокое будущее его ожидает. Жизнь обернется для него кошмаром. До него дойдет множество историй, которые он не сможет принять сразу.

Я встревожилась. Не будет ли ему больно? Не будет ли он печалиться, увидев свое несчастливое будущее? Мне показалось, что у Изаны впали щеки. Он продолжал смотреть куда-то вдаль.

А его щека так же холодна, как и его пальцы?

Я неосознанно подняла руку и сразу же опустила. Мне хотелось согреть Изану своим теплом, но не хватило смелости.

Вместо этого я осторожно произнесла:

– Ваше Величество Изана, вы верите мне?

– Джинджер, не знаю, удивят ли тебя мои слова, но у меня прекрасная интуиция. Может, как раз потому, что я читаю мысли других, но я отлично различаю, лукавит собеседник или говорит искренне.

– Да, почему-то и я так думаю.

Речи Изаны вызвали у меня моментальный отклик.

– В том, что ты сказала, я не ощущал лжи. Это была совершенная нелепость, но я тебе верю.

– Спасибо, Ваше Величество, ведь я действительно не солгала, а говорила правду.

– Угу, – тихо ответил Изана и снова перевел взгляд на меня.

А затем он слегка сжал мою руку. Его пальцы уже успели согреться.

«Его щека тоже быстро согрелась бы, если бы я коснулась ее».

Я сожалела, что не смогла погладить Изану по щеке.

– Я в той книге счастлив? – спросил он еле слышно.

Счастье… Хм… Возможно, в начале романа Изана был близок к этому состоянию. Он вышел из башни, где был заточен долгое время, и встретил ту единственную, которую счел своей судьбой. Его глаза, которые отец называл ужасными, всегда были радостно прищурены. Если подумать, в те дни он казался вполне счастливым.

Но отчаяние и паника Изаны, описанные во второй половине книги, сделали свое черное дело. Счастье постепенно померкло. Каково ему было, когда пришлось собственноручно отрубить голову любимой?

Я не могла заставить себя солгать ему и сказать о счастье. Слишком честный характер помешал мне дать лицемерный ответ.

– Видимо, был несчастлив, – негромко сказал Изана за меня.

Наверное, он давно предчувствовал свою трагическую участь.

Я опустила голову и вздохнула. К сожалению, я не знала, что ответить. Хотелось соврать, беззаботно заявить что-то вроде: «Ваше Величество, вы красивы, у вас есть власть, есть убеждения, разве вы несчастны?»

Увы, язык не поворачивался.

– Хорошо, Джинджер Торте, я расторгну твою помолвку.

– Что? Мою помолвку?

– Конечно. Это для меня пара пустяков.

Я вскинула голову и посмотрела на Изану.

– Но и ты кое-что для меня сделаешь. Мне нужна та книга, где, как ты говоришь, написана моя история. Могу я ее увидеть? Похоже, мне надо обязательно ее прочесть. Если кто-то знает о моей способности и написал роман, это может привести к довольно неприятным последствиям.

– Хм… Не то чтобы я возражала, но, Ваше Величество…

Почему-то я колебалась. Когда я заговорила с ним о книге, я чувствовала, что придется ее показать, но все равно не могла легко согласиться.

Изана наклонился ко мне.

– Покажи, – прошептал он, и на его лице вновь появилась улыбка, от которой трепетало сердце. Та самая улыбка, которой он только что соблазнял меня. И я почувствовала, что Изана окончательно пленил мою душу. Я смотрела на него и понимала, что сопротивляться его обаянию бесполезно. Доводы рассудка уже не могли мне помочь. Все мое здравомыслие куда-то испарилось.

И я, абсолютно зачарованная, безвольно произнесла:

– Покажу.

Но ведь тогда ситуация еще больше усложнится!

«Почему я не могу вырваться из твоих сетей?»

Я вновь вздохнула и зажмурилась.

Когда я открыла глаза, Изана, все еще державший мою руку, поднес ее к губам и прошептал:

– Завтра снова приходи во дворец. Я буду ждать. – И он поцеловал тыльную сторону моей ладони.

Мимолетное прикосновение его горячих – да, горячих, а не холодных – губ будто опалило мою кожу. В то же мгновение все мое тело вспыхнуло жаром, а лицо наверняка покраснело как свекла.

Что ж это такое, почему сердце так колотится? Боже!

Изана отпустил мою руку и отодвинулся, но после его поцелуя я не могла совладать с собой.

С трудом сдерживая эмоции, я с запинкой пробормотала:

– Ваше Величество, но вы ведь не игрок, правда? – Этот вопрос я действительно задала от всего сердца.

Изана рассмеялся, а потом иронично на меня посмотрел:

– Может, теперь стану игроком.

Вернувшись в особняк, первым делом я начала искать книгу. В шкафу, занимавшем целую стену комнаты, рядами стояли любовные романы, которые я прочитала. Я пробежалась по названиям в поисках нужного тома.

Я точно помнила, что поставила книжку на видное место. Но даже обыскав все полки, ничего не обнаружила.

– Куда делась книга?..

«Она не могла просто исчезнуть».

С этими мыслями я еще пару раз осмотрела шкаф, но, увы, экземпляр куда-то пропал, словно кто-то приходил именно за ним.

Кроме горничной Сары, в мою комнату не заходили, да и не было таких, кто трогал бы мои вещи без разрешения.

Я поспешно позвала Сару.

– Сара! Ты здесь?

– Да! Госпожа Джинджер… Что-то случилось?

Сара вошла в комнату.

– Ты не видела сегодня книгу «Заключенный принц и дочь маркиза», которую купила для меня?

– Нет, не видела, госпожа.

– Кто сегодня убирался в моей комнате? – взволнованно спросила я, причем в голосе послышались нотки упрека.

– Я прибиралась, но не трогала ваши вещи, госпожа Джинджер.

– Да, Сара. Ты бы так не поступила. Но… Сара. Книга… она исчезла.

– Книга… Что вы имеете в виду? – спросила Сара с недоумением.

Я упала на диван, погрузившись в раздумья. Я читала роман всего несколько дней назад. Он не мог магическим образом испариться. Кто-то определенно взял книгу.

– Сара. Кто заходил в мою комнату в последнее время?

– Ну… Кроме меня и нескольких горничных, прислуживающих вам, госпожа Джинджер, никто не заходил… А-а-а! Сегодня утром здесь был господин Кишон.

– Кики? Чертов Кики? Да, точно. Сегодня этот тип ошивался в моей комнате.

Я вспомнила синеволосого Кики и его грустный взгляд. Неужели Кики, которого я так опрометчиво оставила одного в своей комнате, что-то натворил?

– Значит… проклятый Кики!

Хотя доказательств не было, у меня моментально возникло дурное предчувствие.

Если Кики действительно по какой-то причине забрал книгу, он наверняка ее прочитал. И конечно, сюжет показался ему по меньшей мере странным.

Не покажет ли Кики книгу Лераджии, заподозрив неладное? При мысли о том, что Лераджия может увидеть книгу, у меня все поплыло перед глазами. Хотя не было никаких реальных улик, что Кики взял роман, тревога охватила меня с новой силой.

В ушах запульсировало, и я принялась лихорадочно соображать. Хотя день клонился к закату, еще не слишком поздно. Надо немедленно найти Кики и устроить ему допрос. Но вероятность того, что Кики чистосердечно признается в краже книги, даже если я на него надавлю, крайне мала. Сейчас он был настроен по отношению ко мне весьма враждебно.

С точки зрения Кики, прав был именно он. Ведь некоторое время назад он выполнил мою просьбу, а я разозлилась и решила расторгнуть с ним помолвку. О своем поведении он, очевидно, и не задумывался. Поэтому Кики лишь из-за того, что я хочу эту книгу, спрячет ее и станет усердно отпираться. Потом воспользуется преимуществом и будет пытаться нагло помыкать мной. Поскольку я имела представление о его характере и повадках, было нетрудно догадаться, что Кики поступит именно так.

– Ах, черт! Вот же неловко получилось. – Я отбросила за плечо прядь рыжевато-каштановых волос и нахмурилась.

Почему ничего не может пройти гладко?

Даже если Кики будет отнекиваться, что у него нет книги, может, просто перерыть его комнату, перевернув все вверх дном? Если искать, когда-нибудь да найдется. А вдруг он уже спрятал ее в укромном месте? Или передал Лераджии? В таком случае мне и впрямь не повезло. Если роман действительно попадет в руки Лераджии… Это будет наихудший сценарий.

Даже факт измены Кики не мог быть сравним с такой ужасной ситуацией.

Лераджия мигом догадается, почему я зациклилась на ее алом кулоне, и почувствует к Изане то же сожаление и сострадание, что и я. А потом решит, что Изана – любовь всей ее жизни.

Сможет ли Лераджия полюбить его, зная, что в будущем умрет от его руки? Почему-то мне казалось, что сможет. В итоге Лераджия отдаст свое сердце Изане, не боясь собственной смерти. Лераджия честная в своих чувствах, бесстрашная и уверенная – она вполне могла сделать такой выбор.

– Госпожа Джинджер, вы в порядке? Мне следовало быть внимательнее. Простите… – заговорила Сара, с беспокойством наблюдавшая за мной.

– Нет, Сара. Тут нет твоей вины. Виноват подонок, который без разрешения вошел в чужую комнату и совершил мелкую кражу.

– Вы уверены, что ее взял господин Кишон?

– Да.

– Вам нужна эта книга? – осторожно спросила Сара.

– Его Величество Изана велел принести ему книгу.

– Что? Его Величество?

– Это довольно долгая история. Он хочет прочитать об Изане, описанном в романе.

– Точно. «Заключенный принц и дочь маркиза». Главного героя ведь тоже зовут Изана? – всполошилась Сара.

Услышав, что Сара знает содержание книги, я с удивлением посмотрела на нее.

– Сара, ты читала роман?..

– Только самое начало. Можно сказать, для проверки. Прежде чем купить книжку, госпожа Джинджер, я всегда ее пролистываю, чтобы отсеять те романы, которые могут не понравиться вам, госпожа.

– Правда? Ах… что же делать? Я обещала принести ее королю. А у торговца ее уже не достать.

Я тяжело вздохнула. Раз уж это запрещенная книга, большинство экземпляров наверняка сожгли или спрятали. Роман остался у немногих. Возможно, владельцев можно пересчитать по пальцам. Торговец говорил, что книга изначально издана небольшим тиражом.

«Не достать, значит…»

– Погоди-ка… Не достать?

– Что?

«Если ее уже нельзя достать… я могу сама ее написать».

– Вау, Сара. Я… кажется, я гений.

– О чем вы?

Точно! Я же могу ее написать. А что такого? Я ведь не рассказывала Изане подробно содержание романа, а саму книгу достать невозможно. Поэтому…

«Заключенный принц и дочь маркиза». Я сочиню роман заново. С особенным сюжетом, только для Изаны. И конечно, в обновленной версии главной героиней будет дочь маркиза – Джинджер Торте! Можно пойти и таким путем. Говорят, нет худа без добра, да?

Я ни с того ни с сего начала громко хихикать. Только что у меня было самое серьезное лицо на свете, а теперь непонятно откуда взялся смех.

– Леди Джинджер, вы в порядке? – дрожащим голосом спросила горничная.

Наверное, в глазах Сары я выглядела немного странно.

Я отмахнулась, дескать, нечего волноваться, и ответила:

– Ага. Все отлично. Настроение вдруг поднялось! – И опять расхохоталась.

– Что ж, это замечательно, но…

– Сара. Принесешь мне бумагу и перо?

– Да. Слушаюсь.

Пока Сара ходила за письменными принадлежностями, я закрыла глаза и принялась за обдумывание сюжета. Возможно, из-за того, что я совсем недавно просматривала роман, изящные фразы из книги четко всплывали в памяти.

Вначале я опишу произошедшее между мной и Изаной на балу несколько дней назад, а в той главе, где раскрываются его душевные раны, уберу Лераджию и вверну в сюжет Джинджер Торте. А когда Изана наконец осознает свои чувства, я вставлю потрясающую реплику.

Изана скажет: «Джинджер, я люблю тебя».

Слова любви, прозвучавшие из пленительных уст Изаны… Одна только мысль об этом была настолько восхитительной, что по всему телу пробежали мурашки.

Не прошло и нескольких минут, как Сара принесла стопку хорошей бумаги и острое перо. Я засучила рукава, собираясь с духом. Нужно было во что бы то ни стало закончить писать к завтрашней встрече с Изаной. Возможно, это невыполнимо, но я убеждала себя, что справлюсь.

Перо могло изменить мою судьбу. Джинджер Торте, которая была всего лишь злодейкой и второстепенным персонажем, превратится в главную героиню.

«Я – главная героиня».

Мне стало так хорошо, что я расплылась в довольной улыбке. Казалось, что по жилам заструилась неудержимая энергия.

Глядя на чистый лист бумаги, я произнесла:

– Джинджер Торте, ты справишься.

Процесс сочинительства меня не особо беспокоил. Я прочитала уже сотни любовных романов. Я прекрасно знала, какое описание к какой сцене подходит, какие реплики лучше вставить, – это было проще простого. Я старалась красиво описать судьбоносную историю любви Изаны и присовокупить свою собственную, смешивая стили прочитанных произведений.

– «В прикосновении Джинджер Торте ощущалось невероятное тепло. Она приносила покой его одинокой душе. Джинджер хотела исцелить раны Изаны, который был длительное время заточен в башне. Она стремилась одарить его безраздельной любовью и мечтала заполнить своим жаром пустоту его сердца. Таково было ее искреннее желание». Ах, какая сочная фраза!

Был поздний вечер, а потом наступила ночь, но я не могла перестать писать. Глаза слипались, а запястье ныло, возможно, потому, что я отвыкла так долго держать перо. Но даже тогда я не могла остановиться. Я приложила отчаянные усилия, как следует сосредоточившись, чтобы сохранить стройность сюжетного повествования. Однако только на рассвете мне удалось сделать нечто похожее на историю.

Я старательно вывела последнюю фразу, нажимая на перо.

– «Джинджер Торте, люблю тебя вечно».

Это была финальная реплика Изаны. Слова Изаны, произнесенные в прекрасном дворцовом саду, где зародилась любовь и случился страстный поцелуй! Жаркое солнце озаряло Его Величество и Джинджер, благословляя счастливую пару. Таков был финал моего романа, кардинально отличавшийся от оригинала, где Лераджия погибла от рук Изаны.

Разве это не идеальный счастливый конец?

Я отложила перо и с растроганным лицом довольно долго смотрела на лист бумаги. Я даже немного прослезилась и вновь страстно пожелала, чтобы будущее пошло по моему сценарию.

Посчитав количество листов, исписанных за ночь, я увидела, что их около пятидесяти.

Для целого романа объема, конечно, маловато, но я заявлю Изане, что это рассказ. Хоть и коротко, зато все важное на месте, а о Лераджии, Хамеле Брее и Гешуте я не написала ни строчки. Я не хотела навлекать на себя ненужные неприятности.

Я снова позвала Сару и зевнула. Горничная, вошедшая в комнату, изумленно посмотрела на меня. Я даже не переоделась в ночную сорочку.

– Сара… можешь сшить листы и отнести их в книжную лавку, чтобы из них сделали книгу? Обложка должна быть из плотного материала, розового цвета. Да, и по поводу названия. Напиши заранее: «Заключенный принц и дочь маркиза». Поняла?

– Да. Слушаюсь, госпожа. – Сара продолжала смотреть с недоумением, но уже ни о чем меня не спрашивала.

– И то, что мы сейчас делаем книгу, – наш общий секрет, Сара, – сказала я, когда горничная собиралась удалиться.

– Да, леди Джинджер.

Едва Сара вышла из комнаты, я почти на четвереньках доползла до кровати.

Когда я писала, то была настолько сосредоточена, что не обращала ни на что внимания. Но стоило мне закончить, как вся усталость этой ночи разом навалилась на меня тяжелым грузом. Я, словно солдат, сдавшийся на поле битвы, рухнула на кровать. Немного сна не повредит…

Я моментально отключилась. Это был очень глубокий сон без сновидений.

Когда я снова открыла глаза, голова раскалывалась от тупой боли. Мигрень была вызвана недостатком отдыха. Я с трудом разлепила веки, встала с кровати, выпила воду из стакана и почувствовала, как затуманенное сознание постепенно проясняется. Сара еще не пришла? Я посмотрела на часы, висевшие на стене. Два часа дня. Скоро должна приехать карета из дворца. Я была вялой, однако сконцентрировалась и принялась приводить себя в порядок. Только я с помощью другой служанки надела платье и кое-как нанесла макияж, как в комнату торопливо ворвалась Сара. Видимо, она бежала: ее щеки заметно покраснели.

– Сара! Все готово?

– Да! Леди Джинджер, я ведь не опоздала?

– Вовсе нет. Ты как раз вовремя.

И действительно, вскоре после прихода Сары раздался скрип колес. Через открытое окно я наблюдала, как дворцовый экипаж въезжает на территорию поместья. Когда карета остановилась во дворе, я взяла у Сары принесенную ею книгу. Это был красивый томик с обложкой из плотного розового материала, как я и просила. В центре изящными наклонными буквами было выведено заглавие: «Заключенный принц и дочь маркиза».

– Идеально. – С торжествующей улыбкой я бережно прижала книгу к груди и вышла из комнаты.

Моя походка была уверенной, как у генерала-триумфатора, вернувшегося с победой. Когда я оказалась на улице, то подставила лицо ласковым и необычайно теплым солнечным лучам.

«М-м-м, какой приятный день. Погода такая, будто должно случиться что-то хорошее».

С этой мыслью я осторожно направилась к экипажу, переступая ногами, обутыми в новые туфельки. Возле кареты, разумеется, стоял Рара. При виде его я слегка приподняла подол платья и поклонилась. Рара тоже поклонился в ответ и протянул мне руку.

– Спасибо. – Взяв его за руку, я элегантно села в экипаж.

Когда Рара занял свое место, карета тронулась. Я аккуратно положила на колени книгу, написанную ночью, и почувствовала внимательный взгляд Рары. Вскоре его настороженные глаза вперились в том в розовой обложке.

Рара долго не мог оторваться от книжки. Он смотрел на нее, быстро моргая, словно увидел нечто невообразимое.

«Книгу впервые видит, что ли? Чего это он?»

Подумав так, я притянула томик поближе к себе. В ответ Рара перевел взгляд на меня. Наши глаза встретились. И тут я заметила, что Рара немного изменился. Как бы поточнее сказать?.. Настороженность, обычно присущая ему, практически исчезла. Он казался весьма расслабленным, а ведь раньше всегда был начеку, как будто ожидал колкости со стороны собеседника в любую секунду.

Теперь же у него было лицо человека, у которого будто винтик выпал. Вдруг уголки его губ начали подергиваться. Он пару раз кашлянул, пытаясь скрыть смех, но не тут-то было! Поднявшиеся уголки и не думали опускаться.

Похоже, что он с трудом сдерживался.

– Рара, что-то не так? – спросила я недовольно.

Разве можно так себя вести в присутствии дамы? Мне показалось, что он насмехается надо мной. Я не могла точно понять, что я сделала такого, чтобы заслужить подобное обращение, но в любом случае мне было не по себе.

– Госпожа Джинджер… Кх-кх… Нет, пф-кх-кх, – выдавил Рара, издавая странные смешки.

Я резко бросила:

– Вы сейчас смеетесь надо мной? Рара, мне это совсем не нравится.

– Нет… Я не смеюсь над вами. Кх-кх. – Рара расхохотался во весь голос.

Он уже не мог говорить. Рара сузил глаза, на которые навернулись слезы, а на его бледных щеках проступили едва заметные ямочки, которых не было и в помине, когда он сохранял серьезное выражение лица.

Мне все еще было неприятно, но я с удивлением осознала, что Рара может так заразительно смеяться. Честно говоря, он был очень симпатичен, когда улыбался. Конечно, он обладал импозантной внешностью, но непроницаемое выражение лица его не слишком красило.

Ах, вот же я, Джинджер Торте, падкая на привлекательных мужчин. Я усмехнулась, что даже в такой ситуации оцениваю его облик.

– Фух, простите! Просто не мог сдержаться. – Наконец Рара перестал смеяться, отдышался и заговорил со мной. Он вытер слезы, выступившие на глазах, и продолжил: – Госпожа Джинджер, вы действительно собираетесь отдать эту книгу Его Величеству Изане?

Что? Откуда Рара узнал, что я собираюсь отдать книгу Изане? Неужели Изана ввел его в курс дела?

Я кивнула и ответила:

– А что, если и так?

– Пф, ах, простите! Дело в том, что… Я старался просто наблюдать, но, кажется, не могу оставить все как есть.

– Что это зна… – Я не успела даже спросить, Рара перебил меня:

– Смотрите внимательно.

– Что?

– Думаю, так будет быстрее, чем объяснять.

– О чем вы?..

Рара поднес правую руку к моему лицу. Одновременно он щелкнул пальцами. И совершенно неожиданно перед моими глазами все начало расплываться.

Облик Рары постепенно затуманился, как и сама карета, в которой мы находились. А потом все вообще пропало. Я оказалась в пустоте, и мир померк. Но постепенно окружающее пространство посветлело. Первое, что я почувствовала, – запах травы. Как только я ощутила этот свежий аромат, зрение полностью прояснилось. Карета и Рара бесследно исчезли, а передо мной предстал знакомый сад. Сад Изаны.

«Не сон ли это?»

Я заморгала.

К моему удивлению, передо мной появился Изана. Его черные волосы, единственное яркое пятно в его облике, беспорядочно разметались на ветру. Изана, не обращая внимания на развевающиеся пряди, сосредоточенно читал книгу.

Взглянув на томик, который он держал, я оторопела. Это была адаптированная мной для Изаны история – «Заключенный принц и дочь маркиза». Изана молча продолжал читать, игнорируя меня.

Вскоре он с хлопком закрыл книгу и лишь тогда посмотрел на меня. Пока что он не проронил ни единого слова. Я же могла просто наблюдать за Изаной, стоя в нескольких шагах от него. У меня даже появилось ощущение, что я покинула собственное тело.

– Если верить книге, леди Джинджер уже влюбилась в меня на балу? – спросил Изана.

– Я смертельно слаба перед опытными мужчинами, – услышала я свой голос. Ответ прозвучал помимо моей воли.

Изана кивнул.

– Действительно, по слухам, господин Кишон Микельсен – ужасный ловелас. В каком-то смысле он великий игрок. Звучит правдоподобно.

– Этот тип не достоин сравнения с Вашим Величеством.

– Согласен.

Изана обсуждал книгу со мной, и я могла лишь покорно отвечать.

Я по-прежнему наблюдала за Изаной, не в силах сопротивляться. Было чувство, что я действительно книжный персонаж и у меня нет никакой возможности вмешаться.

– Значит, если верить роману, ты случайно узнала, что я читаю мысли? – спросил он без колебаний.

– Именно так, Ваше Величество.

– Однако сюжет очень нескладный. В нем много странностей. Раньше ты утверждала, что слышала от Лераджии Атланты сплетни о моей способности, но в книге о моем даре чтения мыслей почти ничего нет. О нем упоминается только в начале. Даже если не учитывать это, есть и другие несостыковки. И почему-то в романе описаны исключительно любовные игры Джинджер Торте и Изаны. Как-то странно…

Изана говорил без умолку, а я не могла ему возразить. Вскоре он без обиняков сказал:

– Эта книга – фальшивка.

– Что?

– Джинджер Торте, я ведь говорил, что интуиция позволяет мне отличать правду ото лжи в словах собеседника. – Его взгляд заледенел.

Это был пронзительный взгляд, от которого веяло холодом. Наверное, теперь мне несдобровать. Когда Изана уставился на меня, мое тело начало коченеть.

– Ва-ваше Величество…

– Что же делать с аристократкой, оскорбившей короля? Джинджер Торте, отвечай.

Стало страшно. Не понимая, сон это или реальность, я почувствовала, что впадаю в панику. Если бы я могла, немедленно бы сбежала отсюда.

В тот же миг мир вокруг снова расплылся перед глазами. А затем я очутилась в кромешной темноте. Я быстро заморгала, и откуда-то хлынул яркий свет. Я зажмурилась, а когда открыла глаза, с изумлением обнаружила себя сидящей вместе с Рарой в карете.

Я поспешно поозиралась. Боялась, что где-то рядом может оказаться Изана с его ледяным взглядом. К счастью, короля нигде не было. Я с облегчением прижала руку к испуганно бьющемуся сердцу. Тем не менее я не могла избавиться от ощущения, что Изана находится где-то поблизости.

Рара пристально смотрел на меня, пока я пыталась успокоить бешено колотящееся сердце.

Тяжело дыша, я спросила:

– Ч-что это было?

Рара, не обращая внимания на мой испуг, начал безмятежно говорить. Он вел себя так, будто заранее знал, что я задам этот вопрос.

– Вы хорошо все видели? Это была магия. Можно сказать, своего рода предсказание. Ваше ближайшее будущее, которое я узрел.

– Будущее? Магия? Рара… кто вы вообще такой?

Рара поправил сползшие очки и совершенно непринужденно произнес:

– Мое настоящее имя – Хамель Брей. Джинджер, я тот самый мужчина, которого вы искали.

– Хамель… Брей?

Что? Боже мой. Тот, кого я считала просто похожим внешне, и есть тот самый Хамель Брей?! Я так удивилась неожиданному ответу, что на мгновение потеряла дар речи.

Рара, нет, Хамель Брей, терпеливо ждал, пока я успокоюсь.

Хамель Брей.

Я снова вспомнила об этом герое из книги. Второстепенный мужской персонаж из романа «Заключенный принц и дочь маркиза», его роль была не так уж велика. Итак, он являлся единственным учеником мага по имени Гешут, любил Лераджию и отказался от нее, поскольку она воспылала страстью к прекрасному Изане.

Хамель Брей был хитроумным мужчиной. Он считал, что желать счастья любимому человеку – тоже любовь. Проще говоря, как только Хамель понял, что Лераджия влюбилась в Изану, он даже не признался ей в своих чувствах, а лишь наблюдал за ней со стороны. А потом, во второй половине книги, он почти не появлялся. И такой человек добивается влияния при дворе, а потом становится помощником Изаны? Все это было полно загадок, но странным образом мне вспомнились его слова в книжном магазине несколько дней назад.

Что? Когда он говорил, что пишет романы, имел ли он в виду ту самую книгу «Заключенный принц и дочь маркиза»? Я не могла оправиться от череды потрясений и, запинаясь, обратилась к нему.

Мой голос дрожал:

– Х – Хамель Брей? Пожалуйста, просто объясните мне, чтобы я могла понять текущую ситуацию. У меня в голове каша, я ни о чем не могу думать.

Хамель слегка улыбнулся.

– Сначала встретьтесь с Его Величеством. Подробное объяснение ситуации я дам вам после… – И он плавно взмахнул рукой.

И тогда будто из ниоткуда книга шлепнулась ему на колени.

– Боже мой! Книга появилась из воздуха! Сейчас тоже была магия?

– Именно.

Я впервые в жизни видела магию в действии, поэтому была поражена до глубины души. Я уставилась на кончики его пальцев, сотворивших волшебство, а затем посмотрела на созданную им книгу.

– «Заключенный принц и дочь маркиза».

– Да. Та самая книга. Покажите ее Его Величеству Изане. А история, которую вы, Джинджер, сочиняли всю ночь… боюсь… – Рара замялся, едва сдерживая подступающий смех.

Неужели моя писанина настолько нелепа? Я смутилась и принялась теребить уголок своей книжки.

– Кхм-кхм. Итак, вы видели будущее. Если вы покажете ваше произведение Его Величеству Изане, это не пойдет на пользу ни вам, Джинджер, ни королю.

Хамель пару раз кашлянул и протянул мне книгу. Это действительно был злополучный роман «Заключенный принц и дочь маркиза».

Я взяла томик в руки.

– Это исправленное издание.

– Исправленное? Такое тоже есть?

– Да, поскольку я изначально не предполагал, что Его Величество увидит книгу. Прошу прощения, но я убрал отсюда все упоминания обо мне. Ведь Его Величество не знает, что я Хамель Брей.

– То, что вы сказали мне в книжном магазине, касалось как раз этой книги? – спросила я.

Хамель кивнул. Я покачала головой, словно не веря своим ушам.

– Боже мой! Ситуация до сих пор не укладывается в голове, но, оставив в стороне другие вопросы, зачем вы написали роман?

Хамель начал колебаться и сперва уклонился от ответа. Но потом уже, казалось, решился все рассказать. К сожалению, когда его губы зашевелились, плавно ехавшая карета остановилась. Какой же неподходящий момент.

– Похоже, мы прибыли. Можно я отвечу позже?

– Хм, ладно, ничего не поделаешь. Но когда я вернусь от Его Величества, вы обязательно должны рассказать мне правду, – угрожающим тоном заявила я, нахмурившись.

Однако он не испугался, а лишь кивнул, как будто это сущий пустяк.

Естественно, я вышла из кареты под руку с Рарой, то есть с Хамелем.

– Покараульте пока книгу. Я не могу взять обе. Но! Если прочтете, я вам этого не прощу, – строго предупредила я, протянув ему свое произведение, которое так усердно писала прошлой ночью.

– Клянусь своим именем, что не прочту. Кстати… И вот еще. – Хамель снова взмахнул рукой, словно что-то внезапно вспомнил: из воздуха ему на ладонь упал золотой браслет.

Даже на первый взгляд было видно, что ярко сверкающий аксессуар весьма изыскан. Хамель без колебаний взял мою правую руку и защелкнул на ней браслет, будто наручники. Он сделал это столь внезапно, что я не успела и глазом моргнуть и уставилась на украшение.

– А это еще что?

– Мой подарок, Джинджер.

– Хватит нести чушь, лучше все объясните.

– Это своего рода магический предмет. Если вы будете его носить, не сможете вспомнить о Хамеле Брее в присутствии Его Величества Изаны. Мне пока неудобно, чтобы Его Величество узнал, кто я таков на самом деле. Вреда от него нет, поэтому прошу вас великодушно принять мой подарок.

– Хорошо. Ладно, это несложно. Тем более вы вернули мне книгу.

Хамель ничего не ответил, приветливо улыбнулся и снова сел в карету. Вскоре экипаж уехал.

Глядя на удаляющуюся карету, я задалась вопросом, действительно ли я видела собственное будущее. Однако все казалось слишком реалистичным, чтобы быть подделкой. Если бы я отдала Изане написанную мной книгу и он бы разозлился так, как в видении, – это сулило мне настоящую катастрофу.

Я невольно вспомнила ледяной взгляд Изаны и сжалась.

– Нет, но неужели моя книга настолько нескладная?

А я-то решила, что сочинила шедевр века. Я брела по ухоженному газону, погрузившись в раздумья. Пройдя еще немного, я увидела Изану, который сидел за круглым столиком. Я приблизилась к Изане и поздоровалась. Вероятно, он уже давно ждал меня в саду, его чашка была пуста.

– Приветствую вас, Ваше Величество Изана.

– Да. Привет.

Стоявшая рядом с ним неподвижно будто истукан служанка отодвинула для меня стул. Когда я села, служанка налила чай в чашку и удалилась. В опустевшем саду остались только мы. Темные глаза Изаны, смотревшие на меня, задержались на книге в моей руке.

– Вот роман, о котором я говорила, – сказала я и протянула его Изане.

Изана взял книгу и прочитал вслух название:

– «Заключенный принц и дочь маркиза». Это обо мне?

– Вы правы, Ваше Величество.

– Отличное название. Ладно. Хочу скорее прочитать.

– Что тогда делать мне?

– Хм… Можешь посидеть здесь, в саду. Или можешь уйти, если тебе надоест. Но я довольно быстро читаю, – не отрывая взгляда от книги, ответил он.

– Тогда я побуду рядом с Вашим Величеством. Мне любопытно, что вы скажете, когда ознакомитесь с романом.

– Хорошо. Если передумаешь, я не стану возражать.

– Поняла.

Изана открыл книгу. Его руки, которые, казалось, были красивее даже моих, начали аккуратно перелистывать страницы. Он действительно быстро читал. Я наблюдала за Изаной, и мысли проносились в моей голове. Сможет ли он полюбить Лераджию, прочитав книгу до конца? Сможет ли он, всю жизнь страдавший от собственного дара, искренне положительно относиться к внучке мага, наложившего на него проклятие? Изана в книге наверняка любил Лераджию еще и потому, что не знал, кто она на самом деле. В итоге я даже почувствовала облегчение, что он узнает всю правду.

Я долго смотрела на серьезный профиль Изаны, ожидая, пока он осилит роман. Но чем больше проходило времени, тем сильнее меня странным образом клонило в сон. Хотя что тут удивительного? Да, я успела немного вздремнуть, но последствия бессонной ночи были налицо.

«Нет, леди Имбирь. Что же ты делаешь, засыпая прямо здесь?»

Я отчаянно старалась сидеть прямо, борясь с тяжелеющими веками. Но результат не всегда соответствует количеству приложенных усилий.

Мое намерение бодрствовать оказалось совершенно напрасным. Когда я вновь открыла глаза, то находилась уже не в саду, а лежала на кровати под мягким и теплым одеялом. Я приподнялась на постели и попыталась осмотреться, но из-за темноты вокруг почти ничего не было видно.

Я несколько раз моргнула и, когда глаза привыкли к темноте, начала различать мебель и прочую обстановку. Как выяснилось, все окна в комнате были занавешены плотными шторами. Поэтому было совершенно невозможно понять, светло на улице или уже стемнело.

– Проснулась? – внезапно приятный голос пронзил темноту.

Не видя лица, я все равно поняла, кто это сказал. Изана. Я перевела взгляд туда, откуда доносился звук. Он, должно быть, был где-то в комнате и теперь шел в мою сторону.

Вскоре он приблизился к кровати и присел на край. Темнота скрывала его несчастные глаза, читающие мысли других, силуэт Изаны был нечетким, как и черты его лица.

– Да… Я уснула?

– Ага. И очень крепко спала.

– Надеюсь, я не храпела?

– Не могу сказать, что нет.

Ох. Неужто я и правда храпела? Я крепко зажмурилась и снова открыла глаза. Кстати, это комната Изаны? Он принес меня сюда, потому что я задремала в саду? Я представила, как Изана нес меня на руках. Это была поистине счастливая фантазия.

Сияющая улыбка появилась на моем лице, и я обратилась к нему:

– Ваше Величество, почему здесь темно? Нельзя ли зажечь хотя бы одну лампу?

– Нельзя. В темноте твои глаза плохо видны. Значит, и мысли не прочесть.

– А это мне на пользу?

– Конечно. Думаю, для леди Имбирь так будет лучше.

Кстати говоря, в романе Изана тоже часто пребывал во тьме. Книжный Изана считал непроглядный мрак благословением, спасающим его от мучительного дара, который приносил одни страдания.

– «Тьма – единственное благословение, дарованное тебе», – я невольно процитировала фразу из книги.

И тогда Изана повторил за мной:

– Верно. Именно так и сказано в романе: «Тьма – единственное благословение…» – Голос Изаны прозвучал горько.

Его лица было не разглядеть, но почему-то я не сомневалась, что в глазах застыла печаль. Мне захотелось его утешить.

Можно ли взять его за руку?..

Едва эта мысль пришла мне в голову, как я на ощупь стала искать его холодную руку.

Но как только я положила свои пальцы на то, что мне показалось его ладонью, Изана поспешно схватил мою руку и отбросил ее. Он действовал молниеносно.

– Ой! Это… не рука? – Я была поражена и ужасно растерялась.

Изана быстро ответил мне, и его голос был неспокоен:

– Нет!.. Это бедро!

Бе-бедро! Я ведь не нарочно! Неудивительно, что обозналась. И для моей руки оно было слишком твердым.

– Ох, простите! Ваше Величество, как я посмела коснуться вашего тела… Я лишь хотела протянуть руку утешения Вашему Величеству… Что же мне теперь делать? – искренне сожалела я.

– Ах… Леди Имбирь. Наоборот, скорее мне стоит спросить, что с тобой делать. – Послышался долгий вздох Изаны. Странно, но его голос уже не звучал горько.

Значит, мое утешение более-менее удалось.

– Ха-ха. – Я подумала, что нужно как-то разрядить атмосферу, поэтому смущенно рассмеялась.

Мне было жаль Изану, но, с другой стороны, ощущение от случайного прикосновения к его бедру не было неприятным. Он казался худым, но на самом деле был довольно крепким, что ли.

В последний раз я прикасалась к бедру другого мужчины в самом начале помолвки с Кики. Я покусала уголки губ, которые так и норовили поползти вверх, почему-то облизнулась и снова попросила у Изаны прощения.

– Ваше Величество Изана, наверное, вы собираетесь меня наказать?

– Если бы это было нарочно, возможно, и хотел бы.

Это было не нарочно, но… в следующий раз хотелось бы потрогать намеренно. Мысль пришла мне в голову совершенно неожиданно. И она была довольно непристойной. До такой степени, что я ощутила благодарность по отношению к Изане, который сейчас не мог читать мои мысли.

Желая избавиться от навязчивой идеи, я несколько раз покачала головой из стороны в сторону и ответила:

– Разве я могла бы нарочно коснуться бе-бедра Вашего Величества?

– Что-то тон у тебя весьма подозрительный. Так и хочется включить свет и немедленно прочесть мысли леди Имбирь.

Нет! Ведь тогда мои неудержимые непристойности потоком хлынут в разум Изаны.

Я хотела избежать конфуза, поэтому практически сорвалась на крик:

– Это правда! Поверьте мне!

После моего взволнованного ответа Изана долгое время ничего не говорил. Я уже начала думать, не рассердился ли он по-настоящему, как вдруг услышала тихий смех. Услышав его, я немного успокоилась и испытала облегчение. Слава богу, что Изана не сердится!

Я молча ждала, пока он закончит смеяться.

Наконец Изана сказал:

– Вот.

– А?..

– Рука, которую ты так искала. Вот же она.

Я опустила голову и сумела различить в темноте его руку. На сей раз это точно была она.

Изана сейчас протянул мне руку? Правильно было бы сразу же схватить ладонь Его Величества, но почему-то я не двигалась. Может, я просто не могла поверить, что он проявил такую благосклонность? Лишь через несколько секунд я отважилась взять его за руку. Она была непривычно теплой. Я впервые почувствовала, что от Изаны исходит человеческое тепло.

– Ваше Величество, ваша рука уже не холодная.

– Это от духоты.

– Может, стоит открыть окно?

– Нет, не нужно. Скоро пройдет, – с неловкостью произнес Изана.

– Да.

По-моему, он тоже смутился. Возможно, то были последствия инцидента с бедром? Значит, тогда он почувствовал мое прикосновение. Получается, что он, такой отстраненный, застеснялся меня.

Все это казалось совершенно не соответствующим его образу.

Некоторое время я крепко держала его ладонь. Возможно, я сжимала ее слишком сильно. Но я не хотела просто так держать руку, которую Изана впервые протянул мне. Пусть живительный жар моих пальцев полностью передастся ему. Мое желание утешить Изану возросло.

С такими мыслями я пристально смотрела на очертания его лица. Хотя оно было расплывчатым, у меня появилось чувство, что наши взгляды встретились. Однако мысли наверняка не прочтутся. И тут мне почему-то захотелось переплести с ним пальцы. Кто знает, когда еще представится такой шанс, а возможностями, когда они даются, надо пользоваться на всю катушку.

Я ослабила хватку и просунула свои пальцы между его.

Донельзя удивленный Изана слегка вздрогнул и сказал:

– Леди Имбирь… Что ты сейчас делаешь?

– Хочу как следует воспользоваться возможностью, которую подарило мне Ваше Величество, – радостно ответила я.

Та-дам! Раз – и готово.

Я чуть-чуть покачивала нашими сплетенными пальцами, а затем до меня донесся долгий вздох Изаны.

– Весьма непредсказуема.

– Это ведь гораздо душевнее, чем просто держаться за руки. Правда? – Я утешала Изану, не отпуская его руку, но почему-то мне самой было приятнее.

Хотя соприкасались лишь наши пальцы, по всему телу будто пробежал электрический ток. Сердце снова застучало, торопливо набирая ритм. С тех пор как я поняла, что влюбилась в него с первого взгляда, время шло, и я чувствовала, что все больше и больше буквально растворяюсь в Изане.

Неужто я, как и Джинджер Торте из романа, по-настоящему полюблю Изану? Мы мало времени провели вместе, и не было какого-то грандиозного события, чтобы в него влюбиться, но он мне нравился.

Да и нужна ли вообще веская причина, чтобы полюбить? Можно ли вообще адекватно выразить словами абстрактное чувство?

В романе Изана предпочел Лераджию. Интересно, кого выберет Изана здесь и сейчас? Мне безумно хотелось заполучить его любовь.

Как было бы хорошо, если бы можно было самой определяться с объектом любви, словно ты пишешь роман, сотканный из реальности. Ах, если бы можно было одним росчерком пера наметить, к кому устремится сердце Изаны!

– Ха… Я проиграл леди Имбирь. Сегодня ты поймала меня и загнала в ловушку.

Я перестала думать о том, что неудержимо лезло в голову, и ответила:

– Спасибо, что позволили мне поймать вас.

Я погладила пальцами тыльную сторону его нежной руки.

– Э-э-э… Ваше Величество, вы дочитали книгу?

– Да, леди Имбирь.

– Если я спрошу, каково ваше мнение, вы ответите?

– Почему бы и нет? Ты ведь тоже наверняка читала книгу.

Я кивнула. Потом спохватилась и запоздало ответила. В темноте он вряд ли мог разглядеть мой кивок.

– Да, Ваше Величество. События из романа происходят в реальности, поэтому я постоянно перечитываю книгу.

– Верно. На твоем месте я бы делал то же самое.

Изана вновь вздохнул и продолжил:

– Первая мысль, которая пришла мне в голову, пока я читал роман «Заключенный принц и дочь маркиза»: почему такая книга вообще существует? Я не мог понять, кто и с какой целью ее написал. Меня шокировало, что я главный герой, но я был еще больше удивлен, увидев, как подробно описана моя способность.

– Я тоже невероятно удивлена.

– И еще, леди Имбирь, ты ведь солгала мне?

– Ха-ха…

– То, что ты услышала о моем даре от Лераджии, – ложь, не так ли?

– Дело в том, что вы тогда напугали меня, Ваше Величество… Я сама не заметила, как солгала. Простите, если вас задело мое поведение, – прошептала я слова извинения.

Я беспокоилась, не обиделся ли Изана, но, к счастью, он ответил так, будто это не имело значения:

– Думаю, ты была достаточно сбита с толку, прочитав книгу. И твою ложь я просто пропущу мимо ушей.

– Благодарю, Ваше Величество.

– Но если ты солжешь еще раз, я не прощу. Тогда я могу отнестись к тебе не как к леди Имбирь, а как к настоящему имбирю.

Вот как, значит.

«Он что, больше не будет считать меня достойным человеком?»

Такой вопрос возник у меня в голове, но спросить я не решилась и на автомате коротко кивнула.

– И действительно поразительно, что все произошедшие в прошлом события описаны абсолютно точно. Все идеально, без малейшей погрешности. Но… несмотря на это, я не верю, что мое будущее из романа тоже сбудется. Хотя бы потому, что я не влюбился в Лераджию Атланту. В книге сказано, что ее мысли не читались и это пробудило мой кратковременный интерес. Но когда я снова вызвал Лераджию Атланту во дворец, я сумел прочесть ее мысли и предположил, что у нее есть какой-то магический предмет. Тот самый алый кулон, который играет большую роль в сюжете.

«Алый кулон, который я отчаянно пыталась отобрать».

Я задумалась. Возможно, оно и к лучшему, что я тогда не забрала кулон Лераджии. Так или иначе, но руку Изаны держала я, а не эта стерва. Если бы подвеска досталась мне, разве случилось бы то же самое, что происходит сейчас?

Изана перевел дыхание и заговорил:

– Однако я верю, что автору известно о моей способности. Описание очень подробное и безошибочное. Не могу отделаться от странного ощущения… Он будто упоминал то, что видел и пережил сам. Настолько, что нельзя списать это на воображение.

Неужели? Когда я читала книгу, была сосредоточена исключительно на истории любви Изаны и Лераджии. Я была поглощена их любовными играми, поэтому проигнорировала второстепенные детали. Я лишь заметила, что текст написан так, что его получается легко представить. Теперь же я поняла, что, как и сказал Изана, описания были весьма реалистичны, чтобы оказаться фантазией.

«…Упоминал то, что видел и пережил сам».

– Поэтому мне стало любопытно, кто автор книги. Леди Имбирь, ты знаешь его?

– Я?.. Автора книги? Мне тоже было интересно, и я ходила в книжную лавку. Но…

Что же сказал торговец? Вроде бы, что автор неизвестен… но затем он добавил что-то еще. Увы, но по какой-то загадочной причине самая важная информация вылетела из моей головы.

– Но?..

– Торговец в книжной лавке утверждал, что не знает автора. Поэтому я бросила поиски.

Хотя нет, не бросила. Что же тогда произошло? Я тщетно пыталась воспроизвести в памяти ситуацию в книжном магазинчике. Но воспоминание словно окутало густым туманом: ни единой зацепки не пробивалось наружу.

– Хм, автора книги не знает… У меня, кстати, есть подозрение, кто это может быть.

– Кто?

– Гешут.

– Гешут?..

Покойный дедушка Лераджии, один из немногих магов в мире. Он наложил проклятие на Изану. А теперь Изана подозревал его!

– Гешут. Прочитав книгу, я вспомнил, как повстречал его в детстве. Как и было сказано в книге, моя способность появилась после того, как он спросил меня о проклятии. Я думаю, может, он проклял меня? Ведь дар у меня не с рождения. И раз так, наверное, и книгу написал Гешут? Вот только с какой целью…

– Но ведь он умер?

– Я не видел, как он испустил дух. Пока я не увижу что-то своими глазами, я ничему не верю, – твердо заявил Изана.

Но я не была полностью согласна с его словами. Нет. Гешут точно не автор. Я почувствовала это интуитивно.

Роман сочинил кто-то другой. Тот, с кем я была знакома… Но проклятая память не собиралась работать как надо. Сколько бы я ни пыталась вспомнить, все было без толку. Казалось, я лишь глубже погружаюсь в потемки разума. Догадки Изаны были верны, но почему-то меня не покидало чувство, что чего-то не хватает.

Чего же? Что не так? В этот момент я случайно увидела золотой браслет, который красиво сверкал даже среди окутавшей нас темноты. Браслет, кто мне его дал? Смутно вспомнился образ мужчины с пепельными волосами… с ямочками на щеках, которые появлялись, когда он расплывался в улыбке. Но самое главное, к сожалению, никак не вспоминалось.

Я продолжала ломать себе голову, стараясь хоть как-то добраться до забытых фактов.

– А Джинджер Торте из книги действительно очень похожа на тебя. Потрясающая точность описания, – сказал Изана.

Я встрепенулась, вынырнула из раздумий и спросила:

– А чем именно?

– Тем, что ты думаешь обо мне так… не зная, что я могу читать твои мысли.

Изана запнулся на слове «так», а затем издал тихий смешок. Похоже, он начал меня поддразнивать.

Стараясь казаться невозмутимой, я как ни в чем не бывало ответила:

– Я не совсем понимаю, о чем вы говорите, Ваше Величество.

– Хм. Если леди Имбирь не помнит, я могу рассказать сам. Ах ты ж…

– Хватит! Не нужно, чтобы всякие грубости слетали с прекрасных уст Вашего Величества.

Так и знала, что он об этом. Я покраснела. На лбу выступил холодный пот, по спине побежали мурашки.

– Ты не представляешь, как я тогда растерялся. Пф!..

– Да… Я тоже была растеряна. – Я провела свободной рукой по разгоряченному лицу. Мои щеки пылали.

Изана продолжил, обращаясь ко мне:

– Было еще одно отличие.

– Какое же?

– Джинджер Торте из книги была просто глупой злодейкой, но реальная Джинджер Торте не настолько плоха. Можно даже сказать, что она наивна до такой степени, что может показаться дурочкой, если что-то пойдет не так.

– Ваше Величество Изана, это ведь комплимент, да?

– Конечно.

Слова Изаны были похожи и на критику, и на похвалу, но мое настроение быстро улучшилось, и я пожала плечами. В любом случае это означало, что Изана ценил меня выше, чем Джинджер Торте из книги.

– Я подумал, что леди Имбирь не сногсшибательная красавица, но в ней определенно есть шарм.

– Как и ожидалось, у Вашего Величества острый глаз. А уж сколько у меня очарования! Мужчин, просивших моей руки, было много, пальцев не хватит пересчитать! – гордо ответила я Изане.

– Хм… Правда?..

– А вы мне не верите.

– Заметно?

Что! Опять меня дразнит? Я покрепче сжала его ладонь и проговорила:

– Да! Очень заметно. Вы же сами сказали, что нашли во мне очарование! И в чем же оно, по-вашему?

Находчивость? Сияющие глаза таинственного янтарного цвета? Изящная фигура, которую, раз увидев, не забудешь несколько дней? Или, может, мягкая манера речи, которая странным образом покоряет окружающих?

Нет, мягкую манеру речи вычеркнем. Я уже наговорила Изане много грубостей. Хоть и не произносила их вслух, но в итоге Изана услышал все мои ругательства.

Что же выберет Изана? Я молча ждала его ответа.

– Как бы сказать… Что-то вроде сумасшедшего очарования.

Из всех слов на свете именно «сумасшедшее»?.. Да ну. Зря я надеялась. Я совершенно не понимала, как отнестись к услышанному. Но ясно одно: все лучше, чем сравнение с имбирем. Кроме того, Изана нашел во мне очарование. Разве это само по себе не достижение? Налицо та симпатия Изаны, которой Джинджер Торте из книги не добилась. Я постаралась думать позитивно.

– Ха-ха, спасибо! Придурковатое, значит… Ах! Кстати, о моей помолвке, Ваше Величество Изана, вы уже подумали, как собираетесь способствовать ее расторжению? Я беспокоюсь, не создаст ли это лишних проблем и для вас, если вы надавите на герцога.

– Ну… Я еще ни о чем конкретно не размышлял, но герцог Микельсен завтра рано утром прибудет во дворец. Впрочем, Джинджер Торте, ты права. Хоть я и король, но мое положение пока не особо прочное. Просто приказать расторгнуть помолвку с домом герцогов будет, пожалуй, сложновато. Придется создать причину, по которой меня нельзя будет ослушаться.

Увы, это непросто. Какой же может быть веская причина для расторжения проклятой помолвки?..

В тот же миг Изана расцепил наши пальцы. Я растерялась от внезапного жеста. Его рука отпустила мою, но мне показалось, что тепло Изаны все еще оставалось на моей ладони. Чувствуя необъяснимую пустоту, я несколько раз сжала и разжала кулак.

– Леди Имбирь, не волнуйся, – проронил он и положил руку на мою голову.

Наверное, он хотел погладить меня по волосам, но давящее движение вышло неловким.

– Я обязательно расторгну твою помолвку, я не бросаю слов на ветер.

Ого, как мило звучит! Его речи были такими сладкими, что сердце защемило. Я ничего не могла сказать и просто глупо улыбалась. Почему-то я почувствовала себя героиней романа «Заключенный принц и дочь маркиза». Я мечтала и дальше сближаться с ним. Если бы так и пошло, я бы стала настоящей главной героиней этого мира.

Пока я молча наслаждалась его прикосновением, он убрал руку с моей головы. Как только его рука исчезла, я почувствовала сожаление.

– Жарко. Пожалуй, нужно снять верхнюю одежду. – Изана поднялся на ноги.

Я различила, как он повернулся к столу возле кровати, и вспомнила, как Изана выглядел днем. Как всегда, рубашка из мягкой ткани, застегнутая до самого горла, и поверх нее – накинутый кардиган. Пожалуй, сейчас он собирался снять именно кардиган. Я угадала. В окружающей тишине шорох ткани был таким отчетливым! Хотя звук был ничем не примечательный, мысль, что Изана раздевается, показалась мне невероятно чувственной. Вскоре я услышала, как расстегиваются пуговицы на рубашке, и у меня во рту пересохло. Я сглотнула, представив себе это.

Его идеальные ключицы, виднеющиеся в вырезе распахнутой рубашки, и нежная, не тронутая загаром кожа… И тут, к моему удивлению, зажегся свет.

Изана включил лампу на столе. Не знаю, почему он вдруг поступил подобным образом, но в этот момент наши взгляды встретились, и я замерла. Неужели… он прочитал мои мысли? Я разнервничалась, по спине вновь пробежал холодок. Шея стала неприятно влажной. Все произошло в одно мгновение. Я неловко улыбнулась. Изана тоже замер, положив руку на пуговицы рубашки.

– Э-э-э… Почему вы вдруг включили свет?

– Я… просто нашарил лампу и подумал… не слишком ли темно для тебя здесь, вот и все, леди Имбирь. – Изана отвечал медленно, с запинками. Впервые он говорил так. Казалось, он был смущен.

После ответа Изаны между нами повисла пауза. Вскоре Изана, застывший как статуя, начал застегивать пуговицы рубашки. Я наблюдала за ним, и у меня в голове кое-что промелькнуло.

– Ваше Величество… вы… прочитали мои мысли? Ха-ха.

На это Изана, поправляя пуговицы (он уже успел застегнуть рубашку до самого горла, и мне оставалось только удивляться, не душит ли его ворот), ответил.

В его голосе звучали нотки изумления:

– Беру обратно свои слова насчет того, что леди Имбирь наивна.

Изана отступил на шаг назад. В его глазах, освещенных лампой, читалась настороженность. А потом я все интуитивно поняла. Этот человек прочитал мои непристойные мысли. Он узнал про «нежную, не тронутую загаром кожу»! Я в отчаянии низко опустила голову. О нет!

Отец… если видишь меня с небес, подскажи, что делать в такой ситуации. Похоже, твоя гордая дочь Джинджер Торте, влюбившаяся в короля этой страны, уже стала для него бесстыжей грубиянкой! Я мысленно позвала умершего отца и крепко зажмурилась.

Тут же раздался дрожащий возглас Изаны:

– Может, лучше выключить лампу?

Услышав его встревоженный голос, я неожиданно накричала на Изану. Это был крик, полный стыда.

– Прекратите! Я больше не буду думать о таком!

– Я тоже не позволял леди Имбирь так думать обо мне. – Сейчас Изана ответил скорее игриво.

Я открыла глаза. Невзирая на озорные слова Изаны, его поза была несколько неестественной. Он выглядел напряженным и скованным, но по-прежнему не отводил от меня взгляд, будто проверяя, не появились ли у меня очередные коварные мысли. У меня не хватило смелости посмотреть в черные глаза Изаны, поэтому я уставилась на лампу. Чертов свет.

Впервые этот свет, прорезающий темноту, показался мне столь ненавистным. Нет, может, по-настоящему ненавистен Изана, который своевольно прочитал мои мысли? Или меня бесят мои собственные мысли, представившие его нежную кожу? Какая дилемма.

– Значит, если вы позволите, я могу так думать? – Я пошутила, чтобы разрядить обстановку.

Но ответом стала тишина. Изана молчал. Черт возьми. Я же смеха ради, правда! Ты что, принимаешь это всерьез?

– Хм… Над твоим предложением, пожалуй, стоит подумать. Ну, впрочем… моя кожа действительно довольно нежная. Думаю, по крайней мере, нежнее, чем воображала себе леди Имбирь.

Он говорил лукаво, но почему все еще не убрал руку, лежащую на пуговицах рубашки! Я рассеянно посмотрела на торс Изаны и отвела взгляд.

– Ха-ха… Да? Ваше Величество Изана с нежной ко… жей, вы так и будете стоять столбом? Подойдите ближе, я вас не съем. Хоть я и грубиянка, но я девушка, которая соблюдает границы.

– Нет. Уже поздно. Леди Имбирь пора домой. Девушка, которая соблюдает границы, не находится в комнате постороннего мужчины в столь поздний час.

– Верно. Время действительно позднее. – Мне следовало сразу же встать и собираться домой, но почему-то я почувствовала досаду.

Несмотря на то что Изана вдоволь надо мной подшутил и я предстала перед ним в образе бессовестной нахалки, мне захотелось побыть с ним еще немного. Хотя я знала, что, безусловно, опять попаду в неловкое положение, я была не прочь поболтать с ним.

Как все-таки странно! Испытывал ли Изана такую же досаду, как и я? Он отсылал меня домой, но, может, хотел в глубине души удержать во дворце?

Вдруг мне подумалось: как было бы хорошо, если бы и я обладала способностью Изаны. Если бы только я могла посмотреть в его черные глаза и прочитать его мысли!..

– Нельзя не уходить?

– Ты сделала очень опасное заявление.

– Ну и что? Я ведь уже подумала о нежной коже Вашего Величества, поэтому… проверить это… лично было бы не так уж плохо.

– Джинджер Торте, есть предел шуткам, которые я могу принять, – строго сказал Изана.

Я подняла взгляд и пристально посмотрела на него.

«Простите, но я уже не шучу».

Мои глаза не умеют скрывать истинные чувства. Я воспользовалась этим, чтобы высказать Изане свою искренность.

Изана нахмурился и несколько раз покачал головой.

– Вот и появился первый человек, чьи мысли мне страшно читать.

– Издревле мужчинам полагается иметь несокрушимую храбрость!

– У меня есть такое качество. – От этой слаженной беседы Изана мягко улыбнулся.

Улыбка была такой, что даже его пронизывающий взгляд потеплел.

Я улыбнулась ему в ответ. Хотя Изана находился на некотором расстоянии, почему-то возникло ощущение, что мы стали немного ближе. Душевная близость, что ли. Отлично, Джинджер Торте! С таким настроем ты сможешь полностью избежать своего будущего, описанного в книге. Я ликовала.

– И ты действительно не уйдешь? – спросил меня Изана спустя пару минут.

Хм-м, а ведь жаль вот так уходить. Я посмотрела на плотно застегнутую рубашку Изаны, и меня осенило. Возможно, эта мысль была порождена нежеланием возвращаться домой.

Я ответила, не выказывая ни малейшего намерения подниматься с кровати:

– Ваше Величество Изана… я тут подумала. Меня только что посетила блестящая идея, как можно расторгнуть помолвку.

– Какая идея?

– Вы упомянули, что герцог Микельсен прибудет завтра рано утром во дворец.

– Верно.

– Когда герцог и Ваше Величество будете разговаривать, я как раз приду к вам. Причем с таким видом, будто только что проснулась.

– И что?

Я начала излагать Изане гениальный план, родившийся в моей голове. Говорила я предельно серьезным голосом и теперь уже безо всякого намека на улыбку.

– Нужно продемонстрировать герцогу, будто я провела прошлую ночь с Вашим Величеством. Вы, возможно, не знаете, но герцог Микельсен настолько консервативен, что считает поведение сына чем-то само собой разумеющимся, однако не потерпит измены будущей невестки. Когда я сказала ему о вероломстве жениха, он ответил, что для мужчины это вполне естественно. Я хочу отплатить ему той же монетой. Поэтому измену, которую можно совершить разок, я тоже совершу! Почему я, женщина, не могу так поступить? Давайте покажем герцогу, что у меня с Вашим Величеством… отношения! Тогда он будет считать меня фавориткой Вашего Величества и помолвку легко расторгнет, правда?

– Хм…

– Конечно, я не предлагаю Вашему Величеству провести ночь с мной, но, если Ваше Величество пожелает, может, это было бы и неплохо… Хе-хе, – ответила я, ерзая и изображая смущение.

И волки сыты, и овцы целы. Ну, или двух зайцев одним выстрелом.

Пока я хихикала, Изана поспешно вскрикнул:

– Не издавай странных звуков!

– Хорошо.

Он тяжело вздохнул и оперся о стол. Потер рукой гладкий подбородок, прежде чем начал говорить.

– Мне не кажется, что это удачный план.

– Почему?

– Конечно, если сделать так, как ты говоришь, консервативный герцог захочет расторгнуть помолвку своего сына с тобой. Но если это произойдет, не слишком ли сильно пострадает твой имидж, Джинджер?

– Мой имидж?

– Да. Ты ведь станешь распутной женщиной, которая на момент помолвки провела ночь в доме другого мужчины. Если так случится, ты ничем не будешь отличаться от Кишона Микельсена.

В словах Изаны было кое-что, что встревожило меня больше, чем сравнение с распутной женщиной.

– О боже, Ваше Величество. Вы сейчас беспокоитесь обо мне?

– Беспо… Какое беспокойство! Просто, хм… Предположение, предположение!

– Ваше Величество, вам не следует ни о чем волноваться. Мне немного неловко говорить, но в светском обществе моя репутация оставляет желать лучшего, хоть я и стараюсь ее исправить. Из-за того, что я часто ссорилась со стер… с Лераджией из-за мужчин, обо мне ходило много сплетен. Поэтому мне все это безразлично. И вообще, для меня быть распутной женщиной менее ужасно, чем факт помолвки с Кики.

– Есть чем гордиться, леди Имбирь.

– Ха-ха-ха! – Я беззаботно расхохоталась.

Изана промолчал. Кажется, тщательно продумывал свой ответ.

– Если леди Имбирь хочет так поступить, я не буду отговаривать.

– Отлично! Значит, вы разрешаете мне спать тут сегодня ночью?

– Пустых комнат много. Но ты спи здесь. А твоей матери я всё потом объясню, чтобы не возникало недомолвок.

– Ваше Величество, благодарю вас за то, что с таким великодушием приняли мою ребяческую просьбу.

Спать в покоях Изаны! Возможно ли, что такое случится снова? Я прижимаюсь лицом к его любимой подушке и укрываюсь одеялом, которое все еще хранит его запах. Я была в эйфории.

– Да ладно. Я еще раз пролистаю книгу и тоже лягу спать. Но ты ложись первая. Я ухожу. – Изана взял со стола роман «Заключенный принц и дочь маркиза» и направился к двери.

Я незамедлительно окликнула Изану:

– Ваше Величество! Вы можете почитать в этой комнате!

Изана резко остановился, обернулся и пристально посмотрел на меня. Поправил пуговицы на рубашке свободной рукой и произнес:

– Мне что-то страшновато быть рядом с тобой сегодня ночью.

Он посмотрел на меня с недоверием и вновь шагнул к двери. Черт! Неужели меня заклеймили как распутную особу? Наверное, наши роли поменялись местами, и теперь я, женщина, проявила инициативу, а вовсе не Изана. Я почесала затылок и нахмурилась.

– Спокойной ночи. – С этими словами Изана вышел из комнаты.

Я уставилась на дверь, за которой он исчез, а затем быстро легла на кровать. Я была уверена, что приятный запах Изаны щекочет кончик моего носа.

Где же спит Изана? Раз он король, у него в распоряжении весь дворец. Может быть, место, где я нахожусь, и есть его главная спальня? Он ведь ничего конкретного не говорил. Однако провести ночь даже в этом помещении так волнительно. Я прижала руку к груди, чтобы унять бешено колотящееся сердце, и закрыла глаза.

Разве я смогу сегодня нормально заснуть?

К моему удивлению, я заснула так крепко, словно была у себя дома. Помню лишь, что перед тем, как задремать, я устыдилась непрошеных мыслей о том, что вряд ли смогу вообще заснуть, находясь во дворце Изаны.

Рано утром одна из служанок, получившая указание от короля, тихо вошла в комнату и сообщила о прибытии герцога. Пора действовать. Я посмотрела в зеркало, стоявшее в углу, и чуть-чуть привела в порядок растрепанные волосы. Я должна выглядеть как можно более естественно и небрежно.

Для только что проснувшейся мое лицо выглядело не так уж и плохо. Я посмотрела на свое отражение в зеркале, полная решимости, и покинула комнату. Следуя за торопливо идущей служанкой, я добралась до двери, за которой, вероятно, и была приемная, где находились герцог и Изана.

Служанка поклонилась мне и пошла обратно по коридору.

Я глубоко вздохнула и взялась за дверную ручку. Затем слегка приоткрыла дверь и произнесла реплику, которую обдумывала накануне:

– Ваше Величество, я пришла поприветствовать вас… Ой! – Главное было не договаривать фразу до конца.

Я замерла на месте, встретившись взглядом с герцогом, который сидел на диванчике в приемной напротив Изаны, устроившегося на другом диване.

Я старалась как можно более растерянно моргать и прикусила губу, что добавляло живости изумленному выражению лица. Я не забыла прикрыть рот ладонью, словно была поражена до глубины души тем, что вижу герцога. Думаю, что идеально отыграла свою роль.

Герцог Микельсен, встретившись со мной взглядом, явно смутился и оторопел. Казалось, он потерял дар речи, не ожидая моего появления.

Я опередила его, прежде чем он опомнился:

– Ой, герцог Микельсен, что привело вас сюда? Рада вас видеть!

Тогда герцог, немного оправившись, скривил свои толстые губы и сказал:

– Ты… Джинджер Торте, почему ты пришла поприветствовать Его Величество в такой ранний час?.. Неужели вы провели вчерашнюю ночь вместе, и… – Он запнулся, не договорив.

Удивлен? Должно быть, так и есть. Ты и вообразить себе не мог, что у меня столь близкие отношения с самым высокопоставленным человеком в стране.

Я мысленно высмеяла герцога и заявила:

– Ну, разве не естественно поприветствовать Его Величество сегодня утром после того, как мы виделись вчера вечером?

– Э-э-э… – Герцог замялся, когда я уверенно ответила. Через несколько секунд он снова обрел самообладание и окинул меня пристальным взглядом.

Похоже, он пытался найти во мне какой-то изъян. Затем он пару раз откашлялся и сказал:

– Джинджер Торте, в тебе нет скромности. Ты совсем не похожа на девушку, которая обручена. Как ты можешь вести себя столь грубо перед Его Величеством? Я был наслышан о твоих скандалах, но, увидев тебя сейчас, думаю, что скандалы – это ничто.

Я хотела возразить, но герцог не дал мне этой возможности и продолжил свою речь:

– Ты еще хуже.

Еще хуже! Я нахмурилась. Мои руки невольно сжались в кулаки. Я разозлилась на герцога за то, что он так говорил обо мне перед Изаной. Конечно, я вела себя неправильно, и отец жениха мог меня критиковать, но мне почему-то стало обидно. Наверное, дело в том, что герцог все равно был на стороне сына, а его отношение ко мне отличалось предвзятостью.

– Неправда! Именно вы, герцог, слишком грубо ведете себя в присутствии Его Величества! – бросила я.

И я собиралась добавить что-то еще, но герцог воскликнул:

– Да как ты смеешь!

Изана, который молча наблюдал за происходящим, веско произнес одну фразу. Голос Изаны прозвучал спокойно и приглушенно:

– Хватит, я больше не могу тебя слушать.

– Прошу прощения! Я не знал, что она такая, и обручил ее со своим сыном, из-за чего Его Величество вынужден терпеть столь неприглядное зрелище.

Герцог, должно быть, думал, что Изана поддержит его. Высокомерное отношение отца Кики не изменилось.

– Что значит «неприглядное»? Ты имеешь в виду, что госпожа… распутна? – Изана указал на меня подбородком.

Герцог кивнул.

– Да. Ваше Величество долгое время были оторваны от мира, поэтому, вероятно, не знаете… Джинджер Торте – девушка, о которой постоянно судачат в обществе.

Что он себе позволяет! Я посмотрю, что будет дальше! Он обращается с людьми как с мусором. Я не смогла сдержать гнев и вновь попыталась дать герцогу отпор.

Но Изана опередил меня и сказал отцу Кики:

– Если она тебе так не нравится, разорви помолвку.

– Что, Ваше Величество?

– По твоим словам, Джинджер Торте – девушка, о которой ходит много слухов. Я не понимаю, зачем твоему сыну надо держаться за помолвку с ветреной особой.

– Э-э-э… Ваше Величество. Суть в том, что…

Отлично! Изана в точности передал то, что я хотела сказать. Взгляд Изаны, смотревшего на смущенного герцога, был холодным. Куда подевался тот хрупкий Изана, который обменивался со мной неловкими фразами сегодняшней ночью?

Пока герцог собирался с мыслями, Изана откинулся на спинку дивана и произнес:

– Герцог Микельсен… Это даже хорошо.

– Простите?

– Меня немного заинтересовала Имбирь… Джинджер Торте, которая так не нравится герцогу.

– Что это значит?!

– Я бы хотел, чтобы герцог разорвал чертову помолвку прямо сейчас. Мне любопытно узнать, что думает герцог.

Боже мой. Заинтересован! Я все верно услышала? Я пристально посмотрела на Изану, а затем на герцога.

Герцог сокрушенно вздохнул и приложил руку ко лбу. Затем опустил голову и задумался. Он был подавлен, а мне захотелось пуститься в пляс. Я с трудом сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Уголки моих губ поползли вверх.

Изана добавил, посмотрев на растерявшегося герцога:

– Молчание можно считать знаком согласия?

Герцог ничего не ответил и продолжал буравить взглядом пол. Изана украдкой посмотрел на меня и подмигнул. Это было мимолетное подмигивание, но в нем таилось столько всего! Изана будто давал мне условный сигнал, что все идет как надо. Я впервые в жизни увидела такое идеальное подмигивание.

Мое сердце, которое было полно сил с самого утра, затрепетало. Я схватилась за грудь и не могла отвести взгляда от Изаны. Но Изана уже переключился на герцога и сурово смотрел на него взором монарха.

Как ни крути, но Изана был мужчиной, вредным для сердца во многих отношениях. Возможно, слова Изаны показались герцогу опасными. Конечно, это был совсем другой вред, чем тот, что чувствовала я.

Герцог, который хотел избежать краха своих надежд, нехотя открыл рот. Его голос был глухим и слабым, хотя совсем недавно он гневно отчитывал меня:

– Ваше Величество, я совершенно не понимаю эту ситуацию. Простите, но почему вы заинтересовались Джинджер Торте? Ваше Величество, возможно, мое скудоумие мешает мне понять ваши намерения.

Черные глаза Изаны угрожающе сверкнули, а голубые глаза герцога потускнели. Изана сейчас читает мысли отца Кики? Если да, о чем думает герцог? Наверное, половина – ругательства в мой адрес, а вторая половина – брань по отношению к Изане.

«Что ж… А ты ублюдок, герцог».

– Все кончено. Хи-хи! – В конце концов я не выдержала и захихикала, а потом прикрыла рот рукой.

В такой серьезной обстановке не следовало смеяться.

Тем временем Изана, не уступая герцогу, ответил:

– Я тоже многого не понимаю. К примеру, почему герцог презирает Джинджер Торте, но не спешит расторгать ее помолвку со своим сыном?

Герцог проиграл. Сейчас он влез в мои личные дела. Я сама решаю, с кем мне встречаться. Отец Кики надо мной не властен.

– Прошу прощения, Ваше Величество. Я… весьма недальновиден, – выдавил герцог и заскрипел зубами.

Было очевидно, что он совсем не извиняется. Наоборот, он был уверен, что возьмет верх надо мной и Изаной и разобьет любые аргументы собеседника. Он и представить себе не мог, что Изана видит его насквозь.

Мне было очень приятно осознавать, что в действительности именно герцог потерпел поражение.

– Достаточно, – бросил Изана герцогу со скучающим видом.

Герцог поджал нижнюю губу и ничего не ответил.

– Тогда я буду считать, что в ближайшее время ты расторгнешь помолвку сына с Джинджер Торте. Если у тебя есть возражения, приведи мне веские основания, почему ты не можешь так поступить. Тогда, быть может, я пойму, почему ты решил принять презираемую женщину в свою семью, – с нажимом проговорил Изана.

О да! Презрение. Я не сомневалась, что герцог Микельсен сейчас безмерно презирал меня в душе.

– Ваше Величество, все это моя вина. Пожалуйста, воздержитесь от гнева. Воля Вашего Величества для меня закон. Если вы не возражаете, могу ли я сначала покинуть дворец? Мне нужно обсудить вопрос о помолвке с моим сыном… – Герцог оборвал себя на полуслове. В его тоне сквозило недовольство.

Герцог скривился, было очевидно, что он очень зол. Но что он мог сделать, даже если рассвирепел до такой степени? Изана – человек самого высокого ранга, с которым нельзя спорить, поэтому герцогу осталось лишь покориться повелению короля. Все, что он мог сделать, – это проявить покорность.

– Хорошо. Ты можешь идти.

– Спасибо. – Герцог Микельсен поднялся, как только получил разрешение от Изаны.

Затем он поклонился Изане и поплелся прочь. Когда герцог приблизился ко мне, стоявшей у двери, его лицо исказилось от ярости. Он с ненавистью посмотрел на меня, открыл дверь и вышел.

Мне показалось, что его неприязнь буквально витает в воздухе. Мне было очень противно.

Я направилась к дивану, на котором минуту назад сидел герцог, села и посмотрела на Изану. Его лицо было абсолютно непроницаемым, я не могла понять, о чем он думает.

Я обратилась к нему, и мой голос зазвенел от волнения:

– Ваше Величество, вы смогли приструнить герцога! Это просто невероятно. Ваше Величество, вы помогли мне! Вы говорили настолько безупречно, что я могу покинуть этот мир безо всяких сожалений.

– Не преувеличивай. Я просто сказал герцогу то, что хотел.

– Да… Он слишком многого требует, не так ли? Он и впрямь невыносимый человек.

– Он не лишен высокомерия. Значит ли это, что моя сделка с леди Имбирь состоялась? Я получил книгу, а ты расторгла помолвку.

– Похоже на то. Может, обменяемся рукопожатием? В ознаменование нашей успешной сделки. – И я протянула ему руку, не дожидаясь разрешения.

«Давай же. Протяни мне руку». Я смотрела на кончики его пальцев, думая об этом.

Спустя мгновение Изана действительно протянул мне руку. Я тихонько вздохнула. Изана привычно и несколько небрежно пожал мою ладонь и отпустил. Его пальцы были прохладными, а не теплыми, как накануне. Если бы я смогла подержать его руку немного дольше, она бы быстро согрелась. Как жаль, что сегодня мне не удалось это сделать.

– Вы думаете, он презирает меня?

Изана взял чашку чая, стоявшую перед ним, и, сделав глоток, ответил:

– Нет. Он думал гораздо хуже. Я не могу сказать вслух. – Его брови изогнулись.

Я знала, что мне будет неприятно это слышать, но уже сгорала от нетерпения. И что же герцог думает обо мне? Однако я колебалась, спрашивать ли Изану.

А он, прочитав в моих глазах неуверенность, произнес:

– Не спрашивай. Я не скажу.

– Тогда я могу спросить о чем-нибудь другом?

– О чем?

– То есть… Ваше Величество, вы только что сказали герцогу… что я вам интересна. Просветите меня, прошу вас. – Я положила обе руки на колени и быстро заморгала, глядя на Изану.

Я храбро смотрела ему в глаза. Сейчас мне было все равно – если он поймает меня с поличным, я не устыжусь.

– Чего ты ждешь? – Изана усмехнулся и покачал головой, словно пытался найти подходящие слова.

Он отбросил назад свои блестящие черные волосы и пристально посмотрел на меня.

И я все же невольно отвела взгляд. Его чуть растрепанные волосы будоражили меня. Если Изана прочтет мои мысли о том, что он выглядит чувственно, в его глазах я точно стану распущенной девицей. Я почему-то облизнула губы.

– Я очень интересуюсь окружающим миром. Как и сказал герцог, я долгое время был оторван от реальности, поэтому у меня не было возможности встречаться с людьми. Выйдя из башни, я подумал, что научусь общаться. И я преуспел в этом. А из всех людей, с которыми я сталкивался, именно ты, Джинджер Торте, оказалась самой необычной. Трудно объяснить, но твоя уникальность привлекла мое внимание.

Хм. Значит, я необычная для Изаны? Было бы хорошо, если бы это означало предвестие любви с его стороны. Но, кстати говоря, интерес Изаны ко мне как к человеку тоже неплох. В любом случае он заинтригован. В конце концов, это то, что заставляет его тянуться ко мне, независимо от мотива.

«Изана, твое сердце стремится ко мне».

Пока я думала об этом, Изана осторожно спросил:

– Интерес, которого ты ждешь от меня, такой же, который леди Имбирь проявляла к господину Кишону раньше?

– Что?..

Вопрос Изаны, которого я не ожидала, застал меня врасплох. Я моргнула и снова посмотрела на него. Он не отрывал взгляда от моего лица, а я не знала, что ответить.

– Сейчас ты его действительно ненавидишь, но когда ты решила обручиться, это было не так, верно?

– Верно. Когда-то он был мне симпатичен. Но теперь – нет.

«Изана прав. Я определенно запала на Кики, когда обручилась с ним. Но теперь я понимаю: это было лишь увлечение».

Я поиграла с кончиками своих длинных распущенных волос и на мгновение задумалась о прошлом.

Меня раздражали пышные укладки, поэтому обычно я собирала волосы в простую прическу. Глядя на меня, Кики говорил: «Мне бы понравилось, если бы твои пряди развевались и колыхались на ветру».

После того как я услышала его слова, я каждый день ходила с распущенными волосами, что делала лишь несколько раз за последние годы. Сначала мне было некомфортно, но я успокаивала себя: дескать, я могу вынести это ради Кики. Неудобство, которое сковывало меня, было мелочью. Ведь сердце способно вынести все ради другого человека. Вот что я испытывала к Кики в прошлом. И сейчас от Изаны я ждала схожего интереса по отношению ко мне.

– Леди Имбирь, оказывается, более страстная, чем я думал.

– Вы прочитали глупые мысли, которые возникли в моей голове?

– Я же говорил тебе раньше. Есть звуки, которые слышишь, даже если не хочешь.

– Да. Так и было.

Не знаю почему, но мне взгрустнулось. Ведь это было не так давно, всего несколько месяцев назад, когда я искренне увлекалась Кики. А сейчас все исчезло, испарилось, и на душе стало горько. Не из-за сожаления о Кики, а из-за тоски от того, что чувство к кому-либо может с такой легкостью улетучиться.

А Изана? Может, он, как и я, в одно мгновение потерять интерес, который ко мне испытывал?

Наверное, мое лицо стало настолько серьезным, что Изана протянул ко мне руку. Он весело улыбнулся и легонько щелкнул меня пальцем по лбу.

– Все в порядке. Имбирь, тебе совсем не нужно унывать.

– Ваше Величество Изана… – Я произнесла его имя дрожащим голосом, и Изана взъерошил мне волосы.

Его прикосновение было более естественным, чем вчера. Он еще больше растрепал мои волосы и нежно проронил:

– Не делай такое грустное лицо. Ты самая красивая, когда несешь чушь.

Я знала, что он сказал это из лучших побуждений, но мне было как-то не по себе. Быть красивой, когда несешь чушь… звучит немного странно, но, наверное, Изана отвесил мне хороший комплимент?

Я недоверчиво посмотрела на него и спросила:

– Ваше Величество, это точно комплимент?

Изана ослепительно улыбнулся. От его улыбки у кого угодно могло подняться настроение.

– Конечно. Лучший комплимент. – Изана поднялся с дивана, на котором сидел, и добавил: – Ну, пора возвращаться домой.

«Уже? Не накормив завтраком, просто отпускаешь?»

Я расстроилась, поэтому не сразу ответила ему. Человеческой жадности нет предела, и я благодарна за то, что провела ночь во дворце. Но теперь я мечтала позавтракать с Изаной. Я очень боялась, что, если так пойдет и дальше, захочу проводить с ним целые дни.

Может, попросить его потрапезничать со мной? Вдруг Изана неожиданно согласится?

– Может, позавтракаем вмес… – с надеждой начала я.

– Нет, – тотчас возразил Изана, даже не дослушав меня до конца.

Явный отказ, который нельзя было истолковать иначе. Но это не означает, что Джинджер Торте легко сдается. Я сделала новую попытку:

– Тогда…

– Нет. У меня сегодня много дел. – Изана еще более решительно прервал меня. Резкий ответ был подобен лезвию ножа.

Черт! Похоже, сегодня мне не удастся побыть с ним подольше.

Изана сказал мне не делать унылое лицо, но я не смогла скрыть разочарования. Я встала с дивана.

– Поняла, Ваше Величество. Я поеду домой.

– Да. Твоя мама наверняка нервничает.

«Нет. Мама, конечно, рада, что я сейчас с Его Величеством».

Я с трудом сдержалась и поклонилась ему.

– Я правда пойду.

«Как жаль. Если сказать дважды, то немного жаль, а если трижды, то еще больше жаль».

Я медленно поплелась к двери.

Под каким предлогом я смогу увидеть Изану в следующий раз? Может, попросить вернуть книгу, которую я ему одолжила? Мне было все равно, если он решит, что я мелочная. Я думала, что, если увижу его опять под каким-нибудь предлогом, этого будет достаточно. С другой стороны, возможно, Изана сам захочет меня увидеть. Разумеется, вероятность мала. Так в размышлениях я подошла к двери. Я уже взялась было за ручку, как вдруг Изана окликнул меня:

– Леди Имбирь, подожди!

Неужели он передумал и хочет, чтобы я позавтракала вместе с ним? Я с надеждой повернулась к Изане.

Изана направился ко мне. Он двигался невероятно изящно.

– Леди Имбирь!.. – Он, вплотную приблизившись, вновь позвал меня приятным голосом.

Мое сердце бешено забилось.

– Да, Ваше Величество.

– Ты собираешься выйти в таком виде? – Он как-то странно посмотрел на мои волосы.

Ах да! Они же растрепаны. Я кое-как пригладила пряди, которые Изана взъерошил. Черт, зря я надеялась.

– Да… Я закончила приводить себя в порядок, поэтому действительно пойду.

Однако в тот же момент Изана схватил меня за запястье. Я даже не успела открыть дверь. Я вопросительно посмотрела на него. Изана с тем же загадочным выражением на лице снял с себя парадную верхнюю одежду и непринужденно накинул ее мне на плечи. Так быстро и безо всяких колебаний! Когда его мундир лег на мои плечи, я почувствовала тепло, которое охватило меня целиком. Боже мой! Я была так удивлена, что потеряла дар речи.

– Не пойми неправильно. Мне просто показалось, что ты немного озябла, – сказал он.

Я запахнула мундир, который он мне дал, посмотрела на Изану и увидела свое лицо, отраженное в его глазах.

«Ваше Величество… Что же мне делать? Я сейчас очень хочу вас неправильно понять».

Не успела я об этом подумать, как он тяжело вздохнул… и тихонько захихикал.

– Ха, ты меня просто доведешь… А теперь возвращайся домой. Не беспокойся, Рара проводит тебя. – Изана распахнулся дверь и жестом велел мне уходить.

Зачем заставлять сердце трепетать и отправлять меня домой? Я, держась рукой за грудь, в которой колотилось сердце, побрела по длинному дворцовому коридору. Я втайне надеялась, что Изана снова меня позовет, но ничего подобного не произошло. Черт возьми.

Я покинула дворец и обнаружила, что, как и сказал Изана, Рара ждет меня у кареты. Почему-то я почувствовала, что должна что-то ему сказать. Но в голове продолжали крутиться лишь странные вопросы, и больше ничего не приходило на ум.

Я несколько раз пожала плечами, а Рара первым поприветствовал меня:

– Госпожа Джинджер, здравствуйте.

– Да. Рада видеть вас, Рара.

Как обычно, я села в карету с помощью Рары. Когда он занял свое место, экипаж тронулся. Я изучала лицо сопровождающего, и меня не покидало подозрительное ощущение. Мне действительно нужно сказать ему что-то важное.

– Со мной что-то не так?

– Ой! Нет. Просто… мы, случайно, не договаривались о чем-то? Мне кажется, я хотела что-то сказать, но не могу вспомнить.

– Хотели?.. – Рара загадочно улыбнулся и продолжил: – Наверное, это поможет вам вспомнить.

– Что?

Рара несколько раз плавно взмахнул рукой в воздухе. Как только его таинственные пассы прекратились, золотой браслет на моем запястье исчез. Все произошло в мгновение ока.

– О, браслет!

Удивительно, но мои туманные мысли внезапно стали ясными. Кроме того, я наконец-то смогла вспомнить одну вещь, которая никак не могла прийти мне в голову ночью, пока я была с Изаной. Воспоминание, которое я забывала, находясь рядом с Изаной, касалось Рары. А если говорить точнее, Хамеля Брея.

– Хамель Брей! Конечно! Я же хотела сказать Его Величеству ваше имя!

– Похоже, вы в полной мере ощутили эффект магического украшения.

– Да. То есть из-за того, что на мне был браслет, который вы мне дали, я совсем не думала о вас, когда проводила время с Изаной.

– Этого я и добивался.

Я чувствовала себя так, словно он играл со мной, как кошка с мышью. Подозрительно. Этот мужчина не внушал доверия.

Когда я нахмурилась, Хамель заметил:

– Я не дарил вам браслет со злым умыслом.

– Рара или Хамель Брей, думаю, мне нужно кое-что выяснить.

– Как я и обещал в прошлый раз, я расскажу все, что вам интересно.

– Отлично. Я раскрою ваши секреты. – Когда я торжественно объявила ему об этом, Хамель усмехнулся.

Что? Почему он смеется, когда я говорю серьезно? Я скрестила руки на груди и посмотрела на Хамеля недобрым взглядом.

Он должен был перестать ухмыляться из-за моего свирепого взгляда, но лишь небрежно ответил:

– Как скажете. – Он даже не колебался, как будто с самого начала собирался раскрыть свою личность. Совершенно не чувствовалось, что он пытается таиться от меня.

Что он задумал?

– Давайте поговорим у меня дома. У вас есть время?

– Безусловно.

Я плотнее запахнула мундир Его Величества и настороженно смотрела на Хамеля, пока карета не доехала до усадьбы. Может быть, из-за верхней одежды Изаны, но я почему-то ощущала себя в безопасности.

Оказавшись в особняке, я отвела Рару в гостиную и отправилась искать мать. Едва я успела сообщить, что вернулась домой и все в порядке, как мама принялась расспрашивать меня о том, что произошло между мной и Изаной. В ее глазах было нескрываемое любопытство.

Я неловко улыбнулась и ответила, что у меня гость, поэтому я все подробно объясню позже.

Изана сказал, что моя мама нервничает, но, как и ожидалось, она больше интересовалась тем, какие у меня отношения с королем. Она ничуть не беспокоилась.

Я на мгновение задумалась о том, как объяснить матери события прошлой ночи. Но в итоге не могла понять, что именно мне следует сообщить.

«Мама, ночью я трогала бедро Его Величества Изаны».

Нет, такое говорить нельзя ни в коем случае. Хотя, может, мать предпочла бы это услышать?

Я почесала затылок и возвратилась в гостиную, где оставила Хамеля. Когда я вошла в комнату, Хамель неторопливо пил чай, который принесла горничная. Я села напротив него. Хамель поставил чашку на столик и расслабился, дескать, спрашивайте все, что вам угодно. Хорошо, если ты так себя ведешь, я не буду медлить.

– Хамель Брей, прежде всего меня интересует вопрос: не вы ли написали книгу «Заключенный принц и дочь маркиза»?

Хамель ответил, не изменившись в лице:

– Говоря прямо, да. Я написал ее.

Что ж, даже не отрицает. От его уверенного поведения мне стало неловко. Я сделала глоток чая – ведь горничная не забыла и про меня – и задала новый вопрос:

– Тогда вы намеренно создали ситуацию, чтобы я смогла прочитать роман? Вы же маг, значит, могли это сделать.

– Если подумать, то да. Я создал ситуацию, чтобы Джинджер смогла прочитать книгу. Как по волшебству.

«Почему ты так легко отвечаешь? Из-за этого я еще больше тебе не доверяю».

– Почему? Почему я должна была прочитать роман?

– Хм… Во-первых, я полагаю, что сейчас мне нужно рассказать не о книге, а о себе. Именно это должно быть сделано в первую очередь. – Хамель стал очень серьезен.

Его серые глаза заблестели. Я кивнула и стала ждать продолжения.

Хамель вздохнул и сказал:

– Как и написано в книге, я ученик Гешута, дедушки Лераджии. И я один из немногих магов, оставшихся в мире. Кстати, в основном каждый из них рождается с уникальным талантом. Мой – «око мудреца».

– «Око мудреца»?.. – переспросила я.

– Да. Проще говоря, я могу видеть будущее и прошлое. Помните, как я еще в экипаже показал вам будущее, которое скоро произойдет с вами?

Конечно, я не забыла, как Хамель продемонстрировал мне, что произойдет, если я принесу Изане книгу, которую так усердно писала. У меня закружилась голова, когда я вспомнила суровый голос Изаны в том видении. Фух, в любом случае хорошо, что я не принесла эту книгу! Получается, то, что я видела, являлось результатом воздействия магического таланта Хамеля на меня. Я до сих пор была озадачена, но вновь кивнула, как будто поняла.

– Это был один из вариантов будущего. Но я не могу видеть все прошлое и будущее. Мне доступно далеко не все. Иногда я вижу грядущее человека, но иногда вообще ничего не различаю.

– Подождите. Значит, вы, Хамель, увидели мое не слишком счастливое будущее и поэтому помешали мне принести книгу Его Величеству Изане?

– Совершенно верно. Поэтому… пуф… увидев такое будущее, я просто не мог этого допустить… Пуф, извините. Хм-хм. – Хамель с трудом сдержал ехидный смех.

Я с грохотом поставила чашку на стол, предостерегая его.

– Не смейтесь! Я сейчас серьезно.

– Простите.

Я немного помолчала и задумалась. То, что провидец-маг Хамель написал книгу об Изане и Лераджии, а потом опосредованно передал ее мне, было связано с трагическим финалом романа.

Хамель Брей в романе любил Лераджию. Не увидел ли маг, сидящий передо мной, тень смерти, нависшую над будущим Лераджии в реальности? Не опечалился ли он судьбой Лераджии, которую убьет ее возлюбленный, то есть Изана? Если Хамель использовал меня в качестве посредника, чтобы отчаянно предотвратить смерть Лераджии, то…

О да! Я с шумом стукнула себя по колену. Хлопок получился очень сочным.

– Хамель Брей! Похоже, я понимаю ваши намерения. Вы решили использовать меня. Верно? Вы знали, что я влюблюсь в короля Изану с первого взгляда? Хамель, вы хотели, чтобы я сначала завоевала короля Изану, да? Чтобы Лераджия не умерла.

Хамель немного оторопел.

– Отчасти да, но нельзя сказать, что это единственная причина.

– И какая же еще причина?

– Когда я был учеником Гешута, я увидел будущее Лераджии. Прежде я никогда не видел столь много, но, как ни странно, я узрел очень далекие события. Даже то, как она умирает от руки короля Изаны. – Хамель сглотнул. Его кадык заметно дернулся. – И безумный король Изана, и Лераджия с ее горькой участью… и Джинджер, которая в итоге не сможет разделить свою любовь с Изаной, – когда я увидел это, мне стало очень жаль.

– И что?

– Поэтому я подумал, что было бы неплохо вмешаться в будущее. Из сочувствия, что ли. Я не хотел, чтобы всех постигло несчастливое будущее.

– Кажется, кого-то не хватает? – сказала я и загадочно прищурилась.

– И кого же?

– Хамель Брей, вас не хватает! Вы любили Лераджию в романе «Заключенный принц и дочь маркиза».

– А-а-а… – Хамель как будто только сейчас осознал, что именно его недостает.

Забавно, но теперь его острого взгляда как не бывало. Хамель выглядел каким-то потерянным, словно ему не хватает гаечки в механизме. Надо же, а мелочи делают свое дело.

– Вот оно что. Меня не хватает. Ха-ха! – Хамель потряс головой и произнес: – Я хотел, чтобы вы прочитали книгу и у вас все получилось с королем Изаной. Я думал, что, если так произойдет, герои будут счастливы в реальности. Итак… у вас была книга, и…

– Ситуация изменилась?

– Я вообще не ожидал, что вы совершите такие неожиданные вещи… Кхм-кхм.

Понятия не имею, о чем он размышлял, но кончики его губ, когда он откашлялся, задергались.

– Я подумал, что не смогу оставаться в стороне, не раскрыв свою личность, и поэтому рассказал о себе. Однако я не собирался долго скрываться. Я считал, что рано или поздно мне придется сделать это, причем начиная с того самого момента, как вы прочли книгу.

Я продолжала наблюдать за Хамелем, сузив глаза.

– Ладно. Пока я более или менее понимаю. Но все равно не могу поверить всем вашим словам. Если честно, я сомневаюсь даже насчет вашего дара.

– Вот как, значит. – Хамель на мгновение задумался, а затем снова заговорил: – В таком случае я скажу, раз остались сомнения.

– О чем?..

– На самом деле причина, по которой я смеялся, когда мы ехали к вам домой, заключалась в том, что я увидел один фрагмент из вашего прошлого.

– Моего прошлого?

– Да. С чего же начать?.. Сперва я увидел нечто твердое… – Хамель резко оборвал фразу.

Я моментально покраснела, а Хамель замялся. Удивительно, но, по-моему, он тоже засмущался.

– Твердое? – подхватила я его слова.

Хамель опустил глаза.

– Твердое… бедро Его Величества Изаны? И рука госпожи Джинджер на нем…

– Кхм! – От неожиданного признания Хамеля я поперхнулась и не смогла ответить.

«Хамель Брей, что ты вообще увидел!»

Я сглотнула ком в горле, вспомнив события, произошедшие накануне.

– Вы… Вы!.. Что еще вы увидели?

– Вчера вечером между вами… неужели что-то было? Хм.

– Не говорите глупостей!

Я подумала про Изану и про то, как он вел себя, когда я проснулась в его покоях. В те минуты нам обоим было неловко, а теперь я опять вспоминаю свою оплошность и поддразнивания Его Величества.

Боже мой, почему Хамель увидел именно это? Казалось, мое лицо сейчас воспламенится. Я обхватила пышущие жаром щеки обеими руками.

– Теперь вы верите? – спросил Хамель и многозначительно улыбнулся.

– Верю! Сейчас я могу поверить в любое безумие! – закричала я.

Щеки горели так, что я не могла этого вынести. Я встала, распахнула закрытое окно гостиной и снова села. Когда в комнату ворвался прохладный ветерок, стало полегче.

– Джинджер, вы сильно покраснели.

– Мне не нужно, чтобы мне это говорили, я и сама прекрасно знаю!

– Пф-пф-ф.

– Не смейтесь! Ха… что со мной такое?! – Я покачала головой, глядя на смеющегося Хамеля.

Похоже, за последнее время я пережила все унижения, которые каждый должен пережить на протяжении жизни, а не в моменте.

– У вас есть еще вопросы? Думаю, теперь вы понимаете, почему я отдал книгу вам, Джинджер.

– Хм… да, у меня есть вопрос. В карете вы утверждали, что вам пока нельзя раскрывать свою личность, но как вы сможете обмануть Его Величество? Если бы он прочитал ваши мысли, то сразу бы понял, что вы маг.

– Я обманываю глаза Его Величества с помощью магического артефакта.

– Магического артефакта? – переспросила я.

Хамель легонько коснулся очков несколько раз.

– Очки, которые я постоянно ношу, – магический предмет, блокирующий способности Его Величества. Когда они на мне, Его Величество Изана не может правильно прочитать мои настоящие мысли. Они для него искажены. Король ни разу не проник в мою голову, потому и держит меня подле себя.

– Ого. Значит, ваши круглые очки – такой же артефакт, как и браслет.

Хамель кивнул.

– Именно.

В этот момент мне стало крайне любопытно, что же в таком случае было доступно Изане?

– Можете ли вы сказать, какие искаженные мысли слышит Его Величество?

– Хм. Наверное… – Хамель потер подбородок и немного подумал. – Приблизительно такие: «Изана очень крутой. От его харизмы все в полном восторге. Он единственный в мире человек, на которого я хотел бы быть похожим. Его Величество Изана – гений». Ну и как вам моя уловка? Ха-ха!

Какая неприкрытая лесть! Вот в чем причина, по которой Изана держит притворщика Хамеля рядом с собой!

Тем временем в моей голове возник очередной вопрос, тревожащий меня больше всего на свете.

– Но даже если мы помешали Лераджии и Его Величеству Изане, не влюбятся ли они в будущем, как в ваших видениях? – Я затаила дыхание.

Хамель тут же перестал посмеиваться и с довольным видом ответил:

– Я не могу сказать точно, но благодаря действиям Джинджер будущее этих двоих немного изменилось, хотя я не знаю, возможно ли трансформировать его полностью. Нет предопределенного финала, грядущее постоянно меняется. Даже наша сегодняшняя встреча способна повлиять на исход событий.

Хм. Значит, Лераджия и Изана могут влюбиться? Ничего не предрешено…

Но я тоже могу изменить будущее! Внезапно мне пришла в голову новая мысль: если Хамель пытался изменить будущее, используя меня, почему бы мне не попробовать? Как было бы хорошо, если бы я обрела счастье с Изаной! Меня озарило. Да, это блестящая идея.

Я встрепенулась и окликнула мага:

– Хамель Брей! На сей раз я изменю ваше будущее! – Я загадочно улыбнулась.

– Да? – переспросил он, но я промолчала, продолжая ослепительно улыбаться.

А теперь мне стоило поразмышлять о Лераджии Атланте. Мне не нужно прилагать усилий, чтобы вспомнить ее образ, он всплыл сам собой. Лераджия, с которой у меня были ужасные отношения на протяжении многих лет.

Как упоминалось в романе, в основном причины наших ссор заключались в одинаковом вкусе на мужчин. По какой-то причине предпочтения по поводу парней совпадали, и мы всегда были очарованы одними и теми же феромонами. Несмотря на практически одновременную влюбленность в тех или иных мужчин, победителем часто оказывалась Лераджия.

Не знаю, в чем заключалось ее очарование, но, по-моему, она использовала технику для их подчинения. Взять, к примеру, Кики. Он прекрасно ладил со мной, причем настолько, что мы были помолвлены, но в какой-то момент попал под влияние Лераджии, и все пошло наперекосяк.

Я вновь встревожилась и залпом выпила весь чай.

– Джинджер, можно ли полюбопытствовать, как вы собираетесь изменить будущее? – спросил Хамель.

Я скрестила ноги и напряженно задумалась.

– Хм…

Итак, будущее, которое я хотела перекроить, должно включать в себя простой факт – Лераджия обязана полюбить Хамеля. Я знала вкусы Лераджии на мужчин, ведь они были у нас одинаковыми.

Если бы я изменила Хамеля Брея в соответствии со своим вкусом, Лераджия могла бы быть им заинтригована. Кроме того, если бы я проявила интерес к Хамелю, Лераджия оказала бы ему явное внимание.

Последнее было очевидным фактом, ведь уже в течение нескольких лет Лераджия пристально наблюдала за парнями, которые были рядом со мной. Конечно, я тоже приглядывала за кавалерами соперницы. А она терпеть не могла, когда возле меня кто-то ошивался. Поэтому если у Хамеля и Лераджии все сложится хорошо, это будет выгодно и мне, и магу, и его возлюбленной.

Хамель смог бы реализовать свою любовь, а Лераджия – спастись от трагической гибели. Ха, я вдруг забеспокоилась, не слишком ли щедро одариваю их своей добродетелью? Жить настолько правильно мне явно не подходит.

Я покачала головой и заявила:

– Хамель Брей, прежде чем я расскажу о своем плане по изменению будущего, я хочу узнать кое о чем.

– И о чем же? – вежливо спросил он.

– Вы сейчас любите Лераджию Атланту?

После моих слов Хамель заколебался. Его серые глаза затуманились. Вероятно, он вспоминал былое. Может, он думал о своей встрече с Лераджией?

Вскоре Хамель заговорил:

– Ну, мы беседовали всего один раз. Когда я был учеником Гешута, я видел ее лишь издалека. Лераджия, конечно, меня и не помнит. Зато я смог лицезреть ее будущее.

– Нет! Я спрашиваю, любите ли вы ее сейчас?

Хамель как-то стушевался и поник. Разве настолько сложно говорить о любви?

В конце концов он глубоко вздохнул и неуверенно пробормотал:

– Хм… дело в том, что, когда я поговорил с Лераджией, я почувствовал некоторое волнение. Но немного неловко называть это любовью. Разумеется, Хамель Брей в моей книге «Заключенный принц и дочь маркиза» очень любил Лераджию, но сейчас я ее не люблю. Скорее хочу, чтобы она не умерла. Это мое твердое решение.

Неоднозначные чувства. Получается, Хамель Брей в книге страстно влюбился в нее. Но если сравнить время в романе и текущее время, то нынешний момент соответствует началу книги.

Поэтому, возможно, для Хамеля все впереди.

– Но разве вы в итоге не полюбите Лераджию в будущем?

– Ох, это очень сложно. Я не могу дать вам точный ответ. Но… образ Лераджии внезапно всплывает в моей памяти. Я ощущаю трепет в сердце и чувствую сожаление…

Ого! Надо же. Невзирая на то, что Хамель делал акцент на слове «сожаление», мое внимание привлек именно «трепет». Разве трепет, который вы чувствуете по отношению к тому или иному человеку, не очевиден? Зарождение глубокого чувства, которое вы не можете остановить, даже если захотите. Дрожь, которую невозможно скрыть. Биение пульса в висках. Бесспорно, все это говорит о любви. Естественно, иного объяснения нет. Уж я-то разбираюсь в таких вещах.

– Я знаю это ощущение. В голове звонят колокола, сердце бешено колотится, словно вот-вот выскочит из груди, перед глазами все плывет, а милый образ не выходит из головы, даже когда глаза закрыты. Мысли об этом человеке не покидают вас на протяжении дня?

– Вроде бы да, а вроде бы и нет… Если и так, что со мной? – озадачился Хамель.

– Вы чувствуете предвестие любви. Я уверена, что вы постепенно влюбляетесь. Это происходит исподволь, мало-помалу.

– А Джинджер обладает опытом, – заметил Хамель.

Я невольно расплылась в довольной улыбке и внезапно вспомнила о том, что Изана сказал мне сегодня утром.

Я тихо вздохнула и ответила Хамелю:

– Я ведь прирожденный романтик.

– Любовь… чувство, на которое магия не может повлиять.

– О да! Магия тут не справится, зато я кое-что смогу. Я отлично знаю Лераджию, – добавила я серьезно и подалась вперед. Сложив руки в замок и подперев ими подбородок, я почему-то почувствовала себя особенной.

Хамель промолчал, как будто не верил моим словам. На месте Хамеля я бы тоже так поступила. Единственное, что я показала магу, – свою постыдную натуру.

– Кхм. Вы мне не верите? Хамель, вы видели будущее, которое можно изменить, но я действительно прекрасно знаю Лераджию. Я ненавижу ее, но располагаю важной информацией о ней. Я в курсе ее привычек и пристрастий насчет мужчин и всякого такого прочего, – произнесла я твердо. Я перевела дух и продолжила: – Я сделаю так, чтобы Лераджия, эта стерва, влюбилась в вас. Вы будете осведомлены о ее характере и попытаетесь с моей помощью ее соблазнить. Если все получится, вы сможете завоевать ее, а я обрету счастье с Его Величеством Изаной. Разве это не счастливый финал, которого все хотят?

– Вы думаете, правда сработает? – Хамель задал вопрос и пожал плечами.

Я энергично кивнула, демонстрируя пылкую уверенность.

– Конечно. Верьте мне. Верующим воздастся. – И я протянула руку Хамелю.

Видя мою непреклонность и настрой, Хамель собрался с духом, поправил свои круглые очки и протянул руку в ответ. Мы обменялись рукопожатием. Ладонь Хамеля оказалась больше, чем я думала, мои пальцы полностью поместились в нее. Я энергично потрясла наши сомкнутые руки. В такие секунды всегда найдутся подходящие слова.

– Мир!

– Мир?

– Мир! Рукопожатие означает перемирие для обеих сторон.

Лицо Хамеля дрогнуло. Он захихикал, не выпуская мою руку, но я не стала его ругать. Почему-то я подумала, что его светлая улыбка соответствовала моменту.

Кики уже несколько лет не слышал от отца столь сурового выговора.

Отец, едва вернувшись из дворца в усадьбу рано утром, вызвал сына в кабинет и принялся строго отчитывать. Он походил на хищника, который собирается сожрать жертву. Не дав Кики возможности оправдаться, он сразу же набросился на него.

Причиной выговора была помолвка с Джинджер. Точнее, отца беспокоила собственная репутация, которая пострадает из-за разрыва. Отец ругался, жаловался и вздыхал, говоря, что из-за сына о нем, герцоге, разнесется дурная слава, к тому же пострадает его высокий статус и положение в обществе.

В довершение всего отец обвинил Кики в измене. Если уж задумал такое, нужно действовать тихо, с умом, а не попадаться невесте на глаза.

Герцог не только знал о распутной жизни сына, но и всегда утешал его, объясняя, что молодой мужчина имеет полное право встречаться с несколькими женщинами. Иронично, что теперь отец недоволен его интрижкой! Кики удалось вырваться на волю только после часа выговора.

Он вернулся в свою комнату нетвердой походкой. И рухнул на стул. Обычно он старался держать спину прямо, но сейчас не смог.

– Ах… – Кики тяжело вздохнул и огляделся.

Происходящее никак не укладывалось у него в голове. То, что Джинджер, разочарованная им, захочет расторгнуть помолвку, сюрпризом не стало, но он был уверен, что отец не согласится на это. Отец, который ценит мнение окружающих, никогда не сделает ничего, что навредит семье. Поэтому сперва Кики не особо переживал и практически не сомневался в том, что все равно станет мужем Джинджер. Но почему после посещения дворца мнение герцога изменилось? Разгневанный голос отца до сих пор звучал в ушах Кики. Отец твердил, что разрыв Кики с невестой повредит семейному престижу, но выбора уже нет.

Похоже, Кики будет вынужден расторгнуть помолвку с Джинджер. Значит, теперь все решено и можно ставить точку в отношениях. Это был конец без возможности все переиграть.

– Что, черт возьми, стряслось с отцом во дворце? – Кики не мог догадаться, но почему-то ему казалось, что это связано с новым королем Изаной.

Кики вспомнил, как несколько дней назад на балу Изана и Джинджер танцевали. Они находились на столь близком расстоянии, что, пожалуй, ощущали дыхание друг друга.

На лице Джинджер сияла улыбка, которую Кики давно не видел. Уголки губ Изаны были приподняты. Они оба выглядели по-настоящему счастливыми. Кики не видел возможности вмешаться. В тот момент Кики почувствовал сокрушительное поражение. Это было чувство, которое Кики, сердцеед, никогда раньше не испытывал. Непривычная эмоция в мгновение ока потрясла Кики.

Джинджер, улыбающаяся перед Изаной, выглядела поистине прекрасной. Почему Кики прежде не видел ее красоту? Почему он заглядывался на Лераджию?

Он сожалел, но не мог вернуть прошлое, когда совершил ошибку. Кики снова и снова умолял Джинджер попытаться наладить отношения, но в ответ получал только холодное пренебрежение. Казалось, ее сердце уже отдано кому-то, а сам Кики получал лишь ледяной прием. Как бы то ни было, сейчас она выглядела влюбленной в другого человека.

Изана… От Кики не укрылся взгляд Джинджер, устремленный на короля на том самом балу. Неужто она полюбила Изану? А Кики, изменивший ей, просто мусор для Джинджер? Думая об этом, юноша увидел книгу, лежащую на столе. Роман в милой розовой обложке.

– «Заключенный принц и дочь маркиза»… – Кики произнес название вслух и взял томик в руки.

Выражение лица Кики, смотрящего на книгу, было совершенно нечитаемым. Он крепко сжал книгу и вспомнил тот день, когда в последний раз умолял Джинджер о снисхождении. Тогда он с утра пораньше побежал к Джинджер просить прощения. Но она не простила его. Вместо этого она сказала, что у нее встреча, и бросила Кики, умчавшись в гардеробную.

Кики ждал Джинджер около часа, думая, что она все равно вернется, но ее и след простыл. Она куда-то ушла.

В тот момент, когда Кики с опустошенным сердцем собирался вернуться домой, кое-что привлекло его внимание. Он обнаружил это совершенно случайно: просто повернул голову, и его взгляд остановился на книжном шкафу комнаты Джинджер. Среди множества книг особенно выделялся роман в розовой обложке. Кики почувствовал явное замешательство.

«Выбери меня. Прочитай меня».

Кики показалось, что книга шепчет ему это прямо в ухо.

Словно загипнотизированный, он сделал шаг вперед и без колебаний взял книгу. Голубые глаза Кики, смотрящего на розовую обложку, были странно расфокусированы.

– «Заключенный принц и дочь маркиза».

Это было название обычного любовного романа, но почему-то Кики очень захотелось его прочитать.

«Прочитай меня. Скорее переверни страницу».

Опять этот шепот!

Надо сказать, что ощущения Кики не были ложными, в романе таилась загадочная магия, которую Хамель наложил ранее. Если человек кидал взгляд на книгу, в нем просыпалось желание прочесть трагическую историю.

Хамель усиленно поколдовал, тревожась, что Джинджер все же проигнорирует роман, поэтому магия коснулась и Кики. Если бы Хамель знал об этом, он бы усмехнулся.

Кики, не раздумывая, сунул книгу в карман пиджака.

«Я должен прочесть ее, когда вернусь домой. Поскольку шкаф и так ломится от книг, Джинджер ничего не заметит. Всего лишь один любовный роман…»

Так подумал Кики и вышел из комнаты Джинджер.

«Это произошло два дня назад».

Кики вернулся домой и залпом проглотил роман.

А теперь он размышлял над содержанием и теребил уголок книги. Содержание было сплошным хаосом. Во-первых, все персонажи оказались реальными людьми. Более того, события, приключившиеся в романе в прошлом, в действительности происходили между Лераджией и Джинджер.

Помимо прочего, в произведении были перечислены все причины, по которым Джинджер стала одержима алым кулоном Лераджии. Кики терялся в догадках. Его подозрение возрастало с каждым часом, а виной была книга в розовой обложке.

Что, если в романе записаны события, которые произойдут в будущем? Возможно, Джинджер, прочитав книгу, заставила Кики украсть подвеску? Тогда все непонятные действия Джинджер за последние несколько дней были бы объяснены. Наверное, действуя таким образом, Джинджер хотела помешать Лераджии влюбиться в Изану? Джинджер хотела заполучить короля вместо Лераджии. Вот почему взгляд Джинджер так долго задерживался на Изане на балу.

Кики был возмущен тем, что Джинджер заставила его – жениха! – украсть алый кулон, но имелось кое-что еще, что ему не нравилось.

– Почему обо мне написано так мало?.. Ну, я точно не тот человек, о котором можно настрочить одну жалкую страницу! Особенно когда это любовный роман! Разве не я должен быть главным героем? – Кики положил книгу на стол и сел перед зеркалом, внимательно рассматривая себя.

В зеркале отражался прекрасный молодой человек с волосами оттенка морской волны. Кики провел кончиками пальцев по острой линии подбородка.

– Если судить по внешности, я идеально подхожу для роли главного персонажа. – Кики поднял руку, которой касался подбородка, и в зеркале отразились дорогие часы, которые юноша купил на днях. Это была лимитированная серия.

– Я богаче, чем кто-либо.

Кики несколько раз провел рукой по ухоженным волосам и мягко откинул блестящие синие пряди назад.

– Во мне нет ни единого изъяна. Ах, не было ни одной женщины, которая не влюбилась бы в мои тоскующие глаза! Но почему я не главный герой? Что такого в этом Изане?

Конечно, Кики помнил изящного Изану, которого увидел на балу. Он был достаточно красив, но Кики считал, что ничем не уступает королю в привлекательности.

Юноша был по-настоящему сокрушен, когда наблюдал, как Джинджер и Изана танцуют на балу. Он не знал, кто автор романа, но ему хотелось пойти и разобраться с ним прямо сейчас. Если он не главный герой, зачем вообще было его добавлять, описали только как какого-то несерьезного ловеласа. Кики это совсем не понравилось.

– Какой кошмар! – Он взъерошил волосы и нахмурился.

Пожалуй, последние несколько дней были худшими в его жизни.

Пока он страдал от разных проблем, служанка постучала в дверь комнаты Кики.

– Господин Кишон, к вам пришли гости.

– Кто?

Неужели Джинджер? Кики с нетерпением ждал ответа служанки.

– Госпожа Лераджия.

«Не Джинджер, а Лераджия? Почему она заявилась ко мне?»

Юноша быстро привел в порядок волосы, выпрямился и сделал томный взгляд. Таковы были основные этапы подготовки Кики перед встречей с женщиной.

– Пусть войдет.

Не успел Кики договорить, как дверь распахнулась. Порог комнаты переступила Лераджия, причем это была первая встреча молодых людей после того, как Кики поймали на попытке кражи кулона. После инцидента он думал, что с Лераджией все кончено, поэтому ее визит стал для него неожиданностью.

Кики, скрывая недоумение, предложил Лераджии присесть. Она слегка поклонилась и села напротив Кики.

– Господин, как поживаете? Вы в порядке? – Лераджия заговорила первой.

Голос был спокойным, заставив Кики усомниться в том, что она злится.

«Возможно, она хочет простить меня?»

Кики начал предаваться преждевременным надеждам.

– Все просто ужасно! Разве я могу быть в порядке после того, что сделал с вами? Комфорт – роскошь для меня, мне более привычно чувство вины.

«Кхм, отличная фраза, Кишон Микельсен. Любая женщина будет покорена этими словами и моим взглядом».

Кики искренне восхищался своим красноречием. Он украдкой взглянул на Лераджию, однако она не выглядела потрясенной. Но, вероятно, она все же тронута?

Между тем Лераджия мягко сказала Кики:

– Если бы не инцидент с кулоном, мы могли бы быть более нежными и ладить друг с другом… Не так ли? Я тоже много думала после бала. Я знаю, что господин Кишон не из тех, кто крадет чужие вещи. Вы, должно быть, сделали это из-за Джинджер. Бедняга!

– Полагаю, прозвучит как оправдание, но так и есть. Я был в полной власти Джинджер, поэтому ничего не мог поделать. Если бы я мог повернуть время вспять, я бы никогда не совершил ничего подобного.

– Знаю. Но былого не вернешь. – Лераджия грустно улыбнулась и положила что-то на стол. Кики увидел изысканное украшение – синий кулон, который он подарил ей.

– Это…

– Я пришла, чтобы вернуть его вам. Простите. После того происшествия мы вряд ли сможем встречаться и продолжать наши отношения. Мне очень больно, но, похоже, все имеет конец. – Глаза Лераджии увлажнились. Казалось, она вот-вот заплачет.

Кики стало грустно, когда он увидел ее в таком состоянии. Он хотел протянуть руку и вытереть ее слезы, но понял, что теперь ему надо сдерживать себя. Он помолчал, вздохнул и опустил голову.

В тот же миг его взгляд наткнулся на книгу. Этот был тот самый роман, который он прочитал.

Розовая обложка, страницы с описанием любовных переживаний. «Заключенный принц и дочь маркиза». Глаза Кики заблестели от предвкушения. А если… книга поможет ему получить прощение Лераджии? Мысль о том, что Кики проиграл, исчезла.

Лераджия хрупкая и слабонервная, у нее наверняка легче вымолить прощение, чем у Джинджер, которая всегда на него злится. В любом случае помолвка будет неизбежно разорвана, так почему бы не переключиться на Лераджию?

Сердце Кики бешено забилось. Он, не колеблясь, потянулся к книге. Роман, небрежно лежавший на столе, оказался в его руках.

– Госпожа Лераджия, не могли бы вы дать мне еще один шанс? Если вы смилостивитесь надо мной, я поделюсь с вами чрезвычайно интересной информацией.

– Господин, что вы имеете в виду? Что, по-вашему, может меня заинтересовать?

Кики сделал серьезную мину и протянул Лераджии книгу в розовой обложке. Лераджия удивленно посмотрела на любовный роман. В ее глазах до сих пор стояли слезы.

– «Заключенный принц и дочь маркиза». Что это вообще такое?

– Здесь написано, почему Джинджер так хотела присвоить себе ваш алый кулон.

– В книге? – недоуменно переспросила девушка.

Кики тепло улыбнулся Лераджии.

– Да. Пожалуйста, прочитайте роман. Тогда вы поймете, что я имею в виду.

Лераджия кончиками пальцев погладила розовую обложку. Теперь в ее глазах застыл немой вопрос. Кики был уверен, что заслужил прощение.

Конечно же, он сильно заблуждался.

Лераджия нашла Кики через три дня. Все это время девушка не расставалась с книгой «Заключенный принц и дочь маркиза», которую ей дал сын герцога.

Она прочитала роман от корки до корки, и теперь была лишь одна причина, по которой она пришла к Кики.

– Господин, благодаря вам я узнала много нового, – сказала Лераджия с широкой улыбкой, которой она давно не одаривала Кики.

И хотя Лераджия выглядела совершенно беззаботной, ее улыбка была насквозь фальшивой. Но Кики ничего не заподозрил и улыбнулся в ответ. Если бы кто-то со стороны взглянул на пару, подумал бы, что между ними очень гармоничные отношения.

– Мне повезло, что госпоже Лераджии и вправду было интересно. – Кики зачесал назад свои синие волосы и томно посмотрел на Лераджию.

В его душе вновь затеплилась надежда. Надежда на то, что у него все получится.

Лераджия сразу поняла смысл взгляда, который Кики посылал ей, и без промедления спросила:

– Господин, вы верите, что содержание книги реально?

Кики нахмурился и ответил:

– Честно говоря, хоть сюжет и схож с реальными событиями, я не верю, что там описано все как есть в действительности. Зато Джинджер так не считает, поэтому она и заставила меня украсть ваш кулон. К счастью, я не настолько наивен! Книга, предсказывающая будущее! Это совершенно немыслимо.

«Более того, книга, в которой я не являюсь главным героем, не имеет никакого смысла».

Кики сглотнул и вновь посмотрел на Лераджию. Она продолжала широко улыбаться.

Однако Кики вспомнил сердитое лицо Джинджер, которая доставила ему столько хлопот и навестила его два дня назад. Когда девушка узнала о пропаже, она замучила бывшего жениха, настоятельно требуя вернуть книгу. Но поскольку Кики уже отдал роман Лераджии, у него не было выбора: он соврал, заявив, что не понимает, почему она считает его вором. Джинджер обыскала комнату Кики и, ничего не найдя, в ярости ушла.

А теперь перед внутренним взором Кики застыл навязчивый образ Джинджер.

Юноша содрогнулся. Действительно, эти женщины были абсолютно разными. Он подумал, что было правильно переключиться на Лераджию.

– Верно. Это нелепо!.. Разве в книге может быть так подробно описано будущее? Однако меня кое-что пугает. В общем, господин Кики, пожалуйста, не рассказывайте никому о романе, который вы мне дали. И конечно, не распространяйтесь о сюжете.

– Почему?

– Чем больше слов, тем хуже. Ведь это очень странная книга, и, если люди узнают о ее существовании, у нас будут проблемы. Кроме того, история связана с Его Величеством. – Лераджия взглянула на Кики с беспокойством. – Если дело примет серьезный оборот, это навредит господину Кики. Я думаю, что лучше быть крайне осмотрительным. Осторожность никогда не помешает. Разумеется, вы мудры и уже подумали обо всем задолго до моего визита, но мне очень тревожно на душе. Поэтому я еще раз прошу вас вести себя аккуратно. Надеюсь, вы не обидитесь. – Она вздохнула.

Слова Лераджии могли задеть за живое, но ее своеобразная манера говорить вызвала у Кики восхищение. Эта юная женщина оказалась невероятно проницательной и умела так красиво изъясняться! Кики восторженно посмотрел на нее.

Кстати, если бы Лераджия не велела ему помалкивать насчет книги, Кики бы обязательно проболтался отцу или близкому другу. Но сейчас он мысленно поклялся никому не рассказывать о романе. Наверное, Лераджия права.

– Я так и сделаю. Я, конечно, должен прислушаться к госпоже. Но…

– Да?

– Вы… вы собираетесь выполнить мою просьбу, которую я озвучил в прошлый раз? – вежливо спросил Кики.

Она подумала, а затем ответила:

– То есть вы хотите, чтобы я дала вам еще один шанс?

– Да! Именно.

– Хм… Когда я прочла книгу, то поняла, почему Джинджер так сильно зациклилась на моем кулоне, и мне даже стало легче. Независимо от того, осуществится ли будущее, описанное в романе, или нет, Джинджер поверила в это и попыталась забрать мою подвеску. Но… господин Кики, я боюсь. Меня волнует, смогу ли я всецело доверять вам, как и прежде, когда мы были счастливы, и это заставляет меня колебаться. – Лераджия опустила взгляд и сделала жалкое лицо.

– Простите, я, кажется, сильно ранил госпожу Лераджию. Я не буду торопить вас. Могу ждать, пока ваше сердце не будет готово принять меня.

– Ах, господин, вы так добры!

– В этом мое очарование, – пошутил Кики и засмеялся.

Лераджия на мгновение застыла, а затем ласково взглянула на Кики и медленно встала.

Помявшись, она произнесла нарочито грустным голосом:

– Господин, у меня назначена встреча, поэтому мне пора вас покинуть. Но скоро я вновь навещу вас.

– Буду рад вашему визиту в любое время.

– Благодарю. Что ж, до свидания. – Лераджия слегка поклонилась Кики и вышла из комнаты.

Оказавшись вне стен особняка, Лераджия пожала плечами и выпрямила спину. От жалостливого выражения лица не осталось и следа. Девушка глубоко вздохнула и посмотрела на книгу, которую держала в руках. Взгляд Лераджии был ледяным.

– Ладно, Кики, прощай навсегда.

Отношения, в которых было нарушено доверие, не могут наладиться. Лераджия смахнула со щеки прядь волос и направилась к воротам. На очереди – следующий этап реализации ее плана.