Глава 5 Я несу возмездие во имя блох!

Эта потеря сознания оказалась кратковременной. Сквозь гул в ушах и черные круги перед глазами я смогла разглядеть, как дверь в подвал падает внутрь, частично даже с кирпичной кладкой. Раненный мной оборотень пошатывался и зажимал рукой разорванную шею. Виктор ворвался в подвал как коричневый ураган, грозно рыча. Он уже был в волчьей форме, глаза горели золотым огнем, а с клыков капала слюна.

Увидев меня, валяющуюся без видимых признаков жизни на бетонном полу, он глухо рыкнул и кинулся на раненого, безошибочно вычислив самого слабого противника. Второй оборотень не стал ждать и перекинулся, и меня снова покрыла пленка из слизи и ошметков. Я закашлялась, сплевывая кусочки чужой кожи, но без того омерзения, что чувствовала прежде. Сероватый волчара с белыми проплешинами по бокам упал на четыре лапы, и перевес сил оказался не на стороне Виктора. Но он продолжал рвать необратившегося врага, причем в прямом смысле слова: кровь так и разлеталась веером маленьких капелек, оседая на окрашенных в болотный цвет стенах. Второй кинулся на спину Виктора, вгрызаясь зубами в густую шерсть на загривке, стараясь добраться до шеи и прогрызть тонкую кожу на горле.

Раненый волк упал на пол с развороченной грудной клеткой: сквозь обломки ребер было видно, как сокращаются его легкие в последних секундах агонии. Меня затошнило, я отвела глаза от этого зрелища, но меня не волновало, что вот сейчас, прямо на моих глазах, Виктор убил кого-то, – просто рефлекс.

Сознание восприняло чужую смерть как обыкновенный атрибут жизни оборотней.

Тошнота вдруг прошла, и мне немного полегчало, болевшая до этого спина как-то странно хрустнула и прекратила ныть.

Второй волк, сидя верхом на Викторе, с упоением драл ему шею, а тот под ним катался, пытаясь скинуть противника. Серый был явно опытнее моего знакомого и не давал ему вывернуться из смертельной хватки. Я подползла поближе и со всей силы укусила его за хвост. Что еще я могла сделать? А серая метелка как раз подметала бетонный пол.

Серый прекратил рвать моего телохранителя и позорно завыл, рывками передвигаясь по подвалу. Я, как болотный клещ, еще сильнее стиснула челюсти и продолжила болтаться у него на хвосте до тех пор, пока у меня во рту не появился металлический привкус.

Волк коротко рыкнул и отскочил от меня, а я осталась стоять посреди подвала на карачках, держа во рту откушенную половину его хвоста.

– Нина! Ты цела? – Обмусоленный Виктор подбежал ко мне и ткнулся носом в шею, обнюхивая.

Я почувствовала себя героиней трешового фильма ужасов. Покрытая кровью и слизью, держащая во рту обрубок хвоста, и рядом второй главный герой, задающий дурацкие и неуместные вопросы в то время, когда пора делать ноги. То есть лапы.

Вместо ответа я сплюнула ему в морду меховой кусок и медленно приблизилась к зализывающему раны серому волку.

– А с тобой я еще не закончила, – процедила я, и мои глаза, уверена, полыхнули золотым огнем. Волк заскулил по-щенячьи, поджимая остаток хвоста, с которого продолжала капать красная жидкость.

– Подожди! – Виктор уже перекинулся обратно и шел ко мне, держа на вытянутых руках нечто серое и покрытое кровавой пленкой. – Не трожь его! Он достаточно наказан!

Я с раздражением обернулась назад. Он что, забыл, скотина лохматая, кто ему только что чуть шею не выгрыз?

– Каким это волшебным образом?! – завопила я. Возмущение достигло предела. Нужно добить эту сволочь, пока не очухался.

– Нина! – строго прикрикнул Виктор, когда заметил мое движение в сторону серого. – Потеря хвоста для оборотня считается позором. И никому не придет в голову, участвуя в драке, укусить противника за хвост! Это бесчестно!

Отличненько! И я должна была сама догадаться? От досады и пережитого страха эмоции скакали, как бешеные кузнечики, и я все никак не могла взять себя в руки. На этот раз точно руки.

– Ну я не знала. И что? Теперь принести ему глубочайшие извинения? Да я ему сейчас этот драный хвост вместе с позвоночником вырву!

– Пожалуйста! – взмолился серый, зажимая лапами обрубок.

– Я вам покажу, волки позорные, на кого вы свою пасть раззявили! Виктор, подбери мою сумку, если ее еще не украли, и подгони сюда машину, пока я покараулю этого инвалида!

– Ты точно справишься? – спросил Виктор с подозрением, передал остаток хвоста серому и оглянулся на его товарища. Тот еще лежал в отключке, но рана на груди потихоньку затягивалась. – Не будешь его добивать?

– А ты быстро! Одна лапа там, другая здесь! – велела я, и мне удалось скопировать интонации Дмитрия, да так хорошо, что Виктора перекосило, ведь ему же еще эту стычку и объяснять придется. Заодно пусть расскажет, почему его не оказалось в машине, когда он был так нужен.

Подумав, как он сейчас будет выбегать из подъезда голый и бежать до машины, я даже развеселилась и тихо хихикнула. И вообще стало легче: мысли и чувства улеглись, и я могла сносно себя контролировать. Села прямо на пол и наблюдала, как серый чуть ли не зарыдал, когда понял, что откушенный кусок не прирастает обратно. Я фыркнула и отвернулась. Сам виноват, дубленка облезлая. Кто просил на меня кидаться?

Виктор вернулся действительно быстро, на него был накинут рабочий комбез, а в руках он нес мою сумочку.

– Правду говорят, женщина без сумочки – как мужчина без… – Ему хватило одного взгляда, чтобы понять: если продолжит, его ждет печальная участь.

Я порылась в своей безразмерной торбе и вытащила моток хорошего строительного скотча. Виктор вопросительно поднял бровь, но после моего прошлого взгляда не решился спрашивать, зачем он мне.

Оторвав зубами небольшой кусочек, я примотала остаток хвоста к обрубку, а затем стянула этим же скотчем лапы поверженного врага и заклеила ему рот. Перебросила моток Виктору, жестами показав, что ему нужно сделать с необратившимся волком на полу.

Вскоре эти двое были склеены скотчем намертво.

– И что ты собираешься с ними делать? Закрыть здесь? – Виктор крутил на пальце моток моего грозного оружия.

– В машину их грузи! А я пойду вещи соберу, – отрезала я и ощупала голову руками, убеждаясь, что выгляжу сейчас как человек. Очень грязный и потрепанный человек, резюмировала я, когда вышла из подъезда на улицу. Джинсы были порваны на коленях, футболка превратилась в грязно-голубое нечто с подозрительными бурыми пятнами, а туфли лишились каблуков.

– Вредители хреновы! – Я оторвала у туфель остатки подошвы, превратив их в балетки. До квартиры хватит дойти, а там переобуюсь в кроссовки. Не хватало еще последней обуви лишиться! У-у-у… Аж трясет всю.

Ключи мои никто не тронул, и я спокойно вошла в квартиру, достала из антресолей огромную пластиковую сумку и стала сгребать все с полки, предназначенной для работы.

У волков рассортирую, решила я, глядя, как сумка заполнилась почти полностью. А еще ведь и одежду брать. Сверху полетели мои домашние шмотки, еще пара джинсов, пакет белья и куча футболок. Сумка подозрительно затрещала, когда я примяла все коленом и засунула туда еще свою любимую плюшевую корову. Ну не могла я ее бросить.

Так, вот теперь можно и отправляться! Я проверила везде свет, перекрыла воду, газ и закрыла все форточки. С легкостью подхватив свой огромный баул, влезла в кроссовки и поспешила вниз.

Сладкая парочка была заботливо засунута на заднее сиденье и прикрыта от посторонних глаз брезентом. Виктор в комбезе на голую грудь выглядел шикарно. Как истинный джентльмен он подхватил мою ношу, округлив глаза от тяжести, и аккуратно упрятал все в багажник.

Я села на переднее сиденье, пристегнулась, включила кондиционер и заглянула в боковое зеркало.

– Матерь божья! – вырвалось у меня.

На меня смотрел грязевой монстр! Бетонная пыль покрывала все лицо, на щеках потеки от попавшей на меня слизи, а вокруг рта размазана запекшаяся кровь.

– Ты почему мне ничего не сказал? – накинулась я на Виктора, когда тот уселся за руль.

– А что говорить-то? Красивая, и все! – ошеломил он меня. Я красивая? Может, его к окулисту сводить? Или я чего-то не понимаю в стандартах волчьей красоты?

– А… Спасибо, – проблеяла я, но салфетку все же достала и начала размазывать грязь по лицу.

– Домой? – вопросительно протянул он, заведя машину и пристально смотря на мою удивленную физиономию.

– Я хотела съездить в салон, но можно сделать это потом. В таком виде я уже точно никуда не поеду.

Влажные салфетки помогли частично убрать грязь и кровь, но симпатичнее я от этого не стала.

Виктор хмыкнул и повернул к новому району, и пока мы ехали, я молчала и изучала свое лицо, отражающееся в боковом зеркале.

В квартиру мы вошли друг за другом: я несла свой баул, а Виктор – двух склеенных оборотней. От нашего вида Дмитрий подавился бутербродом, а пока он кашлял, я невозмутимо перенесла свои принадлежности в спальню.

– Кто это? И какого хрена вы их сюда притащили? – прокашлялся он. И тут его взгляд наткнулся на огрызок хвоста, перемотанный серебристым скотчем. Он вздрогнул и, ринувшись к раненому, попытался снять скотч, но мой рык прервал его.

– Нина? – Дмитрий вопросительно посмотрел на меня, но руки к серой дохе тянуть перестал.

– Что Нина? Эти чудаки на букву «м» накинулись на меня в подъезде, заставили изображать из себя Усейна Болта в беге по пересеченной местности, а в конце этот серый чуть Виктора не загрыз! – наябедничала я и ткнула во вражину пальцем.

– И ты откусила ему хвост? – с тихим вздохом закончил Дима.

– Именно! Откуда мне было знать, что это самое позорное, что может сделать в своей жизни оборотень? – Я закатила глаза и развела руками. – Я еще даже полностью не трансформировалась! Можно считать, что его куснул человек, а не оборотень?

– А зачем ты притащила их сюда? – Дима все же размотал скотч на хвосте пострадавшего. Как ни странно, но мой способ помог, и обрубок почти прижился.

– Виктор, принеси аптечку, – сквозь зубы прошипел Дима, глядя на внука таким взглядом, что, если бы я оказалась на его месте, притащила бы эту аптечку в зубах, виновато повиливая хвостом, пока тот еще цел.

Виктор кивнул, аккуратно положил второго оборотня и скрылся в глубине квартиры.

– Зачем притащила? Сначала для мести, – ответила я все-таки на вопрос, и серый вздрогнул и пополз от меня к стене. – А потом, кто из нас глава клана? Я или ты? Допроси их, узнай, зачем я им потребовалась и как они нашли мою квартиру!

– Если мы вам все объясним, вы нас отпустите? – подал голос очнувшийся оборотень, лежащий на линолеуме в одних штанах. Футболка его была разодрана частично мной, частично Виктором. От страшной раны на груди не осталось и царапины, только излишне розовая кожа напоминала о том, что недавно здесь был фарш.

Я сдернула скотч с пасти серого, заставив его поморщиться от боли, когда липкая лента выдрала пару волосков. Я же мастер эпиляции, я и не такое умею.

А тут и замечательный план мести уже сложился в голове…

– Если ваши разъяснения будут очень убедительны. – Я улыбнулась, обнажив клыки.

– Мы хотели привлечь внимание к вашему клану, поэтому мои ребята поспорили с твоим младшеньким. Уговор был простой: он делает эпиляцию в самом известном салоне. Я догадывался, что будет во время сеанса. Он превратится, порвет несколько человек и сбежит, а газеты будут пестреть заголовками про оборотней. Если бы все пошло как нужно, вовек бы вы не отмылись!

Серый говорил это с нескрываемой неприязнью. Я опустилась перед ним на колени и провела когтем по только что зажившей ране на хвосте, заставляя его поджаться и нервно вздрогнуть.

– Ты рассказываешь мне причины, но рассказываешь их без уважения, – посетовала я, и коготь ковырнул корочку болячки, а оборотня затрясло мелкой дрожью.

Стоящий позади меня нахмуренный Дима поперхнулся смешком, но тактично замаскировал его кашлем.

– Продолжай, – выдохнула я, прижавшись почти вплотную к серому. В дверях маячил Виктор с пластиковой аптечкой в руках, и я махнула ему, подзывая ближе. Забрала белый контейнер и снова присела рядом с оборотнем. Он судорожно сглотнул и пристально следил за моими руками.

– Рассказывай! – приказала я и, приготовившись слушать, вытащила перекись, зеленку и бинт. Серый разглядел, что его собирались лечить, а не убивать, и немного успокоился.

– Но все пошло куда лучше, он перекинулся и смылся, ранив тебя и оставив на пороге обливаться кровью.

Я слушала словно бы без интереса. Что нужно делать с рваной раной на волосистой части тела? Ограничить доступ инфекции. Для этого пришлось выстричь шерсть вокруг раны маленькими ножничками, промыть перекисью и, залив все это дело зеленкой, забинтовать. Пока серому оказывалась медицинская помощь, он тяжело дышал, боясь сказать что-нибудь не то и все же остаться без своего любимого хвоста.

– Мы почувствовали твой запах там и поняли, что ты скоро обратишься, – осторожно продолжил он. – Нужно было очень быстро тебя найти и забрать, пока они, – он кивнул на моих оборотней, – не запечатлели тебя с каким-нибудь самцом из их клана.

– Запечатлели?

– Нашли пару, – объяснил второй оборотень, червяком подползая к нам.

– Опять странный собачий ритуал? – брякнула я, не подумав, и Виктор покраснел, а Дима едва сдерживался, чтобы не засмеяться. – Чего вы ржете-то все? Можно подумать, сами с первого раза все узнали!

– Нина, запечатление – это аналог вашей человеческой свадьбы, – сквозь смех проговорил Дима. – Прости, но у тебя такое лицо…

Вот это сервис! Мало того, что я теперь красавица, по словам Виктора, так еще и замуж выйти предлагают? Какая девушка об этом не мечтает?

Разве что я.

– Подробней, пожалуйста! Кто выбирает жениха?

– Естественно, старший клана. – Дима странно на меня посмотрел.

– Значит, ты? – безошибочно угадала я. – Отлично, найди мне богатого, дряхлого и облезлого оборотня, я выйду за него замуж, он состарится и умрет в заботе через неделю, а я получу его миллионы!

Перед моими глазами уже мелькали картины красивой жизни. Великолепная Европа, брендовые магазины, золотой айфон с бриллиантами, маленькая и жутко дорогая китайская хохлатая собачка в розовом комбинезончике… Хотя, в принципе, с собачкой можно повременить.

Стены содрогнулись от хохота, ржали все, даже плененные мной враждебные оборотни.

– Что опять не так? – Меня это задело, и я встала, намеренно наступив ногой на хвост серого. Веселье с его мохнатой морды как ветром сдуло.

– Я же тебе говорил, мы долгожители, – пояснил отсмеявшийся Виктор. – Ты бы очень долго ждала смерти мужа, а с разводами у нас, извини, туго. То есть совсем никак.

Я надула губы и отвернулась. И помечтать нельзя теперь, уроды лупоглазые!

– И это было вашей единственной целью – подставить наш клан и заполучить новую самочку? – наконец вступил в разговор Дмитрий, и в его голосе послышался затаенный приказ. Даже я ощутила это действие, мне захотелось рассказать ему все, вплоть до моих прегрешений в детском садике. Вот, значит, какая сила у главы клана? Неплохо устроился. Надо будет обязательно расспросить его, возможно ли мне когда-нибудь получить эту силу? Надоело драться по-плебейски, буду выходить на новый уровень.

Серый и его товарищ тоже попали под действие голоса: глаза их помутнели, они слегка раскачивались из стороны в сторону.

– Это было вашей целью? – повторил вопрос Дима, усилив влияние.

Они почти одновременно кивнули и смотрели на него преданными глазами.

– Если ты все выяснил, могу я их забрать? – Я ласково посмотрела в сторону серого и подмигнула второму.

– Зачем? – недоумевающе уставился на меня Виктор.

– Женские секреты!

Оборотней занесли в мою спальню, я закрыла дверь и ухмыльнулась, доставая из сумки принадлежности для эпиляции. Нельзя терять квалификацию, даже став оборотнем.

Через два часа криков из моей комнаты со скоростью света вывалились два абсолютно лысых волка. Дрожа и скуля, они бросились в ноги к Дмитрию, наперебой прося отпустить их.

– И остальным своим передайте: кто поднимет на меня лапу, превратится в такую же лабораторную крысу, как и вы! И хвосты я грызть не стесняюсь! – орала я им вслед, когда они улепетывали с лестничной площадки под дикий хохот моих оборотней.

Загрузка...