Глава 4 Боевое крещение

Сон был сладок, но недолог. В какой-то момент появилось ощущение чьего-то пристального взгляда. Несколько раз включала свет, но никого в комнате не обнаруживала. Однако стоило погаснуть лампам, и вновь приходило чувство, будто я не одна. Нет, страха не было, но психологический дискомфорт был налицо. Прокрутившись полночи, вышла на балкон. В небе светят неимоверно яркие по сравнению с земными звезды и огромная луна, внизу стелется густой белый туман, в котором нет-нет да и мерещатся причудливые тени.

В голове роятся мысли. Вот интересно, почему отведенные для королевских отпрысков апартаменты ныне не просто пустуют, а пришли в явное запустение? Ясное дело, что использовались они не так и часто, ведь не каждые семь лет в королевской семье пополнение. Но сейчас-то всю мебель зачем-то не только вытащили, но даже разломали! Будто впредь никогда и никого не планировали сюда заселять.

И вообще, что я знаю о королевской семье? Да, они мои дальние родственники, которых я никогда в глаза не видела. Их род правит уже более трех тысячелетий. Почему-то в каждом поколении первенцами становятся мальчишки-близнецы, а потом рождаются только девочки. Однако проблем с престолонаследием нет. Их словно проклятие какое-то преследует: к моменту восхождения на трон всегда в живых остается только один из сыновей. Почему? Не знаю. Вроде учила историю, но вкратце же.

Например, у нынешнего короля – Феликса Железного – было два сына от первого брака: Франц и Редерик. Один погиб пятнадцать лет назад, второй исчез три года спустя после трагических событий. Ни самого принца, ни его тела найти так и не удалось. Не помогли ни чуткие носы гончих, ни следопыты, ни магия. Где это произошло? При каких обстоятельствах? История умалчивает. По крайней мере, мне это неизвестно. Как и то, кто из двоих умер, а кто пропал.

Правитель Элансии еще долгие годы вопреки всему продолжал поиски. А его супруга не вынесла потрясения: впала в беспамятство и вскоре скончалась. Король был вынужден жениться вновь. Династии нужен наследник, а надежда найти пропавшего сына растаяла за давностью лет и тщетностью поисков. Новая супруга несколько лет назад родила дочь, и… больше им не удавалось зачать. Ни лекари, ни магия не могли помочь правящей чете. Народ роптал в ожидании смены власти. Считалось, что мужчина, не способный продолжить свой род, не достоин править страной.

Дело в том, что система передачи титулов на Тарконе была довольно сложной в плане наследования имущественных прав, зато являлась линейной и не зависела от половой принадлежности (то есть сын или дочь графа обладали тем же графским титулом). Однако это правило не распространялось на королевскую семью, где король был один, а принцев и принцесс множество, но право на престол имели только представители сильного пола.

Насколько мне известно, обучение всегда проходил один из принцев. Почему? Второй не доживал до этого момента или же его оставляли при дворе набираться опыта в других областях? Интересно, бывшие студенты и есть те самые взошедшие на престол короли, или же, наоборот, прошедшим обучение как раз не повезло и умирали именно они? И если прослеживалась какая-то вековая тенденция, почему не меняли привычную последовательность действий? Почему не отправляли обоих принцев в универ? Или же, наоборот, не оставляли их во дворце? А может, и не было никаких смертей, и на самом деле они правили на пару, а наивный народ считал, что у власти один человек? Опять же, где и при каких обстоятельствах погиб предпоследний принц и исчез его брат?

Количество вопросов растет в геометрической прогрессии. Не исключено, что обычные обыватели не задумывались на эти темы. Это мой развращенный обилием информации мозг, взращенный в век цифровых технологий, выдает неимоверное количество альтернативных вариантов развития истории. Но и приближенные короля ведь не глупцы. Кто-то что-то заподозрил бы, и… И что? Кто много знает, долго не живет. Хотя имею ли я право вешать ярлыки, толком не разобравшись в ситуации?

Как вариант, можно попросить книги по новейшей истории у маэстро Феофана в библиотеке. Кстати, почему его маэстро называют? Хотя это не столь важно. Ко мне вот тоже «фиета» обращаются, и я уже привыкла. Главное, что вряд ли он откажет после столь памятного представления. Спасибо Киру, блин.

И да, не очень хочется, но надо будет повидаться с новым и пока единственным знакомым. Порасспрашивать, вдруг слышал что-нибудь о последнем принце. Все-таки несколько лет обучения в универе должны были приоткрыть завесу этой тайны. Хотя… спустя двенадцать лет вряд ли все только об этом и говорят. Если он специально не интересовался, то скорее всего ничего не знает, но может попытаться выяснить при желании. Возникает закономерный вопрос: как это желание в нем пробудить? Ведь из очевидцев только домоправительница и преподы остались, а к ним еще подход найти надобно.

Кир вообще вызывает смешанные чувства, хотя знакомы мы всего лишь один день. Судить, наверное, рановато. Ведь я ничего о нем не знаю. Кто он? Сын простого крестьянина или рабочего, а может, аристократ? Деревенщиной от него за версту не несет, конечно, но за несколько лет обучения мог поднабраться манер. На первый взгляд, неплохой парень и с чисто женской точки зрения весьма симпатичный, но напрягает его стремление любым способом получить выгоду в любой ситуации. Началось с того, что в библиотеке без очереди пролез, и в столовой история едва не повторилась, а что будет дальше? Не люблю, когда во мне видят не товарища или друга, ну или девушку, а исключительно полезность и выгоду от общения со мной.

Но, увы, пока что других знакомых у меня нет. А учитывая мое привилегированное заселение, не факт, что удастся с кем-нибудь быстро подружиться. С одной стороны, ситуация вполне объяснима: куда еще селить девушку в набитом под завязку мужском общежитии? Не к парням же подселять? А может, они рассчитывали, что коль я местная, то вполне могу ночевать дома, ну или, учитывая наличие средств, сниму квартиру неподалеку от универа?

И опять мне чудится, будто кто-то смотрит на меня сзади. Оборачиваюсь – никого. Галлюцинации? Наверное, усталость и потрясения последних месяцев дают о себе знать.

С этими мыслями возвращаюсь с балкона в комнату. Глаза буквально закрываются, мысли тягучие, словно мед. В этот раз стоило коснуться подушки, и сознание тут же провалилось в глубокий, лишенный сновидений сон. Опять ненадолго. Просыпаюсь с тем же чувством, будто кто-то рядом. Щелкнула пальцами, включая свет. Удобно. В этот момент в действие вступают не технологии, а вездесущая магия, и воспользоваться этим нехитрым способом может каждый, вне зависимости от наличия дара. Но это философия, важно другое – ощущение постороннего присутствия исчезло.

Взглядом мазнула по стене, остановившись на довольно крупных настенных часах, напоминающих наши с кукушками, я похожие видела у бабушки моей подруги, еще там – на Земле. Только тут вместо механики, как всегда, магия. Пять утра, скоро рассвет. Что-то ночка беспокойная выдалась.

Встаю с постели воды попить, взглянула на противоположную стену, да так и шмякнулась обратно на кровать. В смысле – села. От… шока, страха… ужаса! Даже все имеющиеся волосы на теле зашевелились.

«Беги!» – гласила надпись на стене. И самым жутким было не то, что кто-то пробрался в мою комнату, пока я спала, и зло подшутил. Это могли сделать в то время, когда выходила полюбоваться звездами на балконе. Ведь именно тогда я в очередной раз ощутила на себе чей-то взгляд. Приблизиться к стене я так и не решилась, но почему-то была уверена – надпись сделана кровью! Не важно чьей. Главное, что кто-то мне угрожает…

Оставаться в этом помещении и дальше не было сил, но и выйти из комнаты не хватает смелости. Тихо, украдкой добралась до кресла, на спинку которого брошена теплая накидка, в которой выходила на балкон. Набросив ее на плечи прямо поверх ночной рубашки, подкралась к двери. Стою, прислушиваюсь к окружающим звукам. Вроде бы никого там нет. Хотя как знать? Я ведь даже не заметила, как этот некто в мою комнату входил и выходил.

Взгляд упал на аккуратненькую кочергу возле камина. Метнулась к ней. И вот же странность, стоило почувствовать в руке тяжесть потенциального оружия, и уверенности тут же прибавилось. И не важно, что я вряд ли его пущу в ход. Главное – оно есть! Прижимаюсь к косяку, резко распахивая дверь. А у самой сердце в пятках. Хорошо хоть, не заскрипела. Осторожно выглядываю из-за угла, благо свет на ночь никто не выключал. Оглядываю просторную гостиную. А там… никого.

Сама не заметила, как долетела до двери, ведущей к комнатам прислуги. При этом старалась держаться подальше от выхода на лестничную площадку. Вдруг злоумышленник там притаился? Заскочила внутрь, вздрогнув от грохота ударившейся о стену двери. И замерла, с опозданием осознав, что, во‑первых, злодей мог прятаться именно здесь – в коридоре, на кухне или в ванной, как и в моем санузле, куда я, кстати, не додумалась заглянуть. Во-вторых, эта надпись может оказаться злой шуткой кого-нибудь из слуг. Хотя зачем им это? Да нет… Не может такого быть…

Стучаться к кому-нибудь не пришлось. Риза, как оказалось, спала достаточно чутко. Хотя тот грохот, с которым я ворвалась в их коридорчик, мог и мертвого разбудить. И все же я первым делом взглянула на ее руки. Чистые. Хотя спалиться на таких мелочах было бы верхом глупости.

– Фиета Алесандра?! – с удивлением воззрилась на меня служанка. – Вам что-то понадобилось? – интересуется, а в голосе звучит искреннее волнение.

– Да… То есть… Там… – я вдруг осознала, как нелепо сейчас выгляжу.

– Что там? – сонно потирая глаза, уточнила Риза.

В тот момент я не нашлась, что ответить, и лишь кивнула в сторону двери. Стоит заметить, от глаз женщины не укрылись как мой испуганный вид, так и зажатая в руке кочерга, тут же перекочевавшая к ней. Минуту спустя она уже успела разбудить Гареда, Мила же спала крепким беспробудным сном, и тревожить ее не стали.

Возвращалась в свою комнату с опасением, но без былого ужаса. Все же теперь я не одна. Внутри, как и думала, никого не оказалось. Гаред вошел первым, оставив нас возле распахнутых настежь дверей, и проверил все углы, ванную, гардеробную, шкафы и даже на балкон заглянул.

– Никого, – произнес он.

А я вошла и…

– Вот здесь! – говорю, тыча в абсолютно чистую стену, без малейших признаков того, что здесь имелись какие-то надписи.

– Что здесь? – уставились на меня слуги.

– Там было написано: «Беги!» – отвечаю.

Риза лишь головой покачала, Гаред же подошел к стене. Посмотрел на нее и так и эдак, даже пальцем потер. Ничего.

– Верно, вам, фиета Алесандра, сон страшный привиделся, – говорит.

Мне даже стыдно стало: вдруг и вправду все это ночные грезы? А я людей разбудила из-за подобных глупостей.

– Ты иди, – молвила Риза, обращаясь к Гареду. – Я с фиетой посижу.

Заботливая служанка укладывала меня спать, как будто я малое дитя, а она любящая нянюшка. Стоило коснуться подушки и ощутить мягкое поглаживание по волосам, плюс тихий успокаивающий шепот, и я тут же провалилась в сон.

Проснулась рано. Не потому, что выспалась, просто-напросто яркие солнечные лучи заполонили всю комнату, и как я ни зарывалась под подушки, все равно ощущала их присутствие. К тому же птицы в парке разорались, ну и студенты от них старались не отставать. Осознав, что поспать больше не удастся, нехотя выбралась из-под одеяла, бросила взгляд на дремлющую в кресле Ризу и, стараясь не шуметь, тихонечко побрела в ванную.

Вода вмиг сняла былое напряжение, и даже страхи куда-то улетучились. Скорее всего, это действительно был всего лишь дурной сон. По мере того, как настроение начало подниматься, я, как всегда, начала напевать. Люблю это дело. Но при моих-то вокальных данных и полном отсутствии музыкального слуха, окажись я в общем корпусе, недоброжелателей нажила бы немало, а так… так никто мои завывания не слышит. Даже я. Ведь шум воды заглушает мое невнятное мурлыканье. Хотя кто знает? Может, снаружи что-то и слышно. Выскальзываю обратно в спальню, а там…

– Доброе утро, фиета, – поприветствовала меня Риза, успевшая к этому моменту не только проснуться, но и заправить мою кровать.

– Доброе, – бурчу в ответ, с опозданием осознавая, что мой концерт явно разбудил женщину.

От былой привычки после душа понежиться в кровати меня явно скоро отучат. Как-то неудобно внаглую шмякаться на гладко расстеленное покрывало. И еще стыдно за ночной переполох. Просыпалась ли я, или мне все привиделось, а может, просто кричала во сне, но в любом случае остаток ночи бедная Риза провела в кресле возле моей постели, а оно явно для этих целей не приспособлено.

– Доброго дня вам, фиета Алесандра, – слегка склонив голову, молвила женщина, собираясь уже покинуть мою комнату.

Бурчание в желудке напомнило о том, что я так и не поужинала. Еще и совесть зашевелилась, когда вспомнилось, что денег на продукты собиралась дать, да так и позабыла. Слуги ведь тоже люди и тоже хотят есть.

– Риза, – окликаю уже собирающуюся ретироваться женщину. – Вот возьми, – я отсыпала приличную сумму. – Закупите все необходимое.

Служанка кивнула и удалилась. Упаковавшись в наиболее приличное, по моим меркам, платье, я направилась в столовую, где надеялась якобы случайно столкнуться с Киром. Увы, не срослось. Учитывая ранний час, в столовом зале почти никого не было, а немногие присутствующие не обратили на меня ни малейшего внимания. Чему я, в принципе, была даже рада. Наскоро перекусив, шмыгнула к дверям библиотеки. Закрыто.

– Вот черт! – вырвалось у меня.

– Не подобает девушке вашего происхождения сквернословить, – донесся немного скрипучий голос из-за спины.

– Доброго вам дня, маэстро Феофан, – произношу, еще не успев обернуться.

– Зачем пожаловали в столь ранний час? – поинтересовался позвякивающий связкой ключей пожилой человек. – Неужели учебник какой-то забыл выдать? – с искренним удивлением спрашивает.

– Нет, что вы, – отвечаю, хотя понятия не имею, все ли книги получила.

– Тогда чем обязан чести лицезреть юного отпрыска рода Лорентайн?

– Меня интересует литература по новейшей истории, – поясняю цель своего визита.

– Так у вас же есть, – старичок даже запнулся на входе в святая святых. – Или вас интересует что-то определенное.

– Да, – признаюсь. – История королевского рода за последние полвека, если таковая имеется.

– Отчего ж не иметься? – пожал сутулыми сухенькими плечиками библиотекарь. – Есть, и много. А что конкретно вас заинтересовало?

И тут я решила: была не была!

– А вы случайно не помните последнего учившегося здесь принца?

– Я, конечно, стар, но склерозом не страдаю, – кажется, оскорбился маэстро.

– Извините, – только и смогла пробурчать я.

– Да ладно, – махнул он, приглашая меня присесть в одно из кресел возле библиотекарской стойки, а сам направился назад и запер дверь изнутри. – И по какой же причине вас заинтересовал Редерик?

«Хм… вот уже кое-что и выяснилось», – мысленно потерла я руки.

– На каком курсе он был, когда исчез? – спрашиваю, не исключая, что к тому времени он мог давно закончить обучение.

– На первом, – как-то странно склонив голову и наблюдая за моей реакцией, отвечает маэстро. – Как раз на третью годовщину со дня смерти Франца.

– То есть прямо день в день? – вылупилась я на старца, а тот лишь кивнул и вопросительно бровь приподнял, явно удивляясь моему интересу к столь давней истории. – Понимаете… меня поселили в его комнату…

– Поня-я-ятно, – протянул старик. – Приведение появилось, что ли?

– Нет, что вы! – несколько смущенно выпалила я. Для меня это казалось слишком нереальным. – Сны странные снятся.

– И что же ты видела, девочка? – присаживаясь рядом со мной, интересуется библиотекарь.

Ну я и рассказала. Да, было стыдно признаваться, что, как дитя малое, кричала во сне и перебудила всю прислугу. Как, собственно, смущал и сам факт наличия той самой прислуги. Не привыкла я к этому. Хоть два месяца в замке и прожила, а менталитет российского человека никуда не делся. Ведь несмотря на состоятельность нашей семьи там, на Земле, мы по ставшим теперь вполне понятным причинам никогда не пользовались услугами домработниц и прочих наемных работников.

– М-да… – по-стариковски пошамкав губами, многозначительно выдавил маэстро Феофан и тут же потянулся к амулету связи, болтавшемуся у него на шее. – Вал, можешь заскочить ко мне? Угу. Да. Тут есть кое-что интересное.

Кто такой этот Вал и что здесь такого интересного, я спросить не успела: рядом вспыхнул оранжевым огнем портал межпространственного перехода. Да, имелись здесь такие, и я даже успела пару раз увидеть его в действии, но сама пока что не пользовалась – магией не доросла, собственно, как и все мои родные. Хотя чему тут удивляться, если находишься в мире магии? В общем, возле нас очутился высокий статный брюнет лет сорока на вид. Хотя глазам в вопросах определения возраста я с некоторых пор не доверяла.

Мужчина оказался магистром и в перспективе моим преподавателем по основному профильному предмету – менталистике, то есть на нашем факультете он вел теоретическую и практическую ментальную магию. Меня, в свою очередь, тоже представили. Стоит заметить, Валейн Тоширский, как звали педагога, был удивлен и даже несколько возмущен из-за того, что его не успели оповестить о зачислении девушки на факультет.

Пришлось повторно пересказать свой сон. На какое-то время в библиотеке повисла тишина. Затем меня повторно протестировали. Это чем-то напоминало вступительный экзамен. Казалось, педагог не верил в мои способности, но в результате изнурительной полуторачасовой проверки был вынужден признать их наличие. Потом он задал несколько уточняющих вопросов.

– Пока рано делать выводы, – задумчиво молвил преподаватель. – История с исчезновением принца, как ни крути, очень странная. Алесандра, у меня к вам просьба: если увидите еще что-то, будьте добры первым делом оповестить меня. Ну а остальным желательно об этом вообще не знать. Прислугу тоже предупредите, чтобы не болтали. Если мы действительно имеем в наличии призрак Редерика и он пытается наладить с вами контакт…

Вот же вцепились в эту идею с призраком! Сколько ни толкую им, что никаких призраков я не лицезрела, просто во сне ощущала на себе чей-то взгляд и всего лишь видела впоследствии исчезнувшую надпись на стене.

– Да не было никакого призрака! – не выдержала я.

– А об этом, фиета, еще рано судить, – строго взглянул на меня преподаватель. – Как показала проверка ваших способностей, вы обладаете очень высокой чувствительностью к разного рода ментальным колебаниям в окружающей среде. Дело в том, что все окружающее нас пространство представляет собой не что иное, как магический эфир. Эх… это же основы не на несколько лекций, а целый курс… Феофан, может, дать девочке тот древний фолиант по основам ментала?

– Но… он же запрещен!

– Запрещен – да, – вздохнул магистр и прошел куда-то вглубь библиотечного фонда. Постоял немного, словно о чем-то вспоминая, коснулся корешка какой-то книги и замер в нерешительности. Тут же мотнул головой, будто сам для себя решил чего-то не делать, и вытащил какую-то из книг с полки пониже. – У вас два дня до начала занятий. И вот вам первое вводное задание, юная леди. Прочитать и написать краткий отчет. Как по книге, так и по новому видению ситуации. А оно, поверьте мне, в корне изменится. Не сопротивляйтесь, – заметив, что я вылупила глаза, получив внеплановое задание, он прервал готовые вырваться слова. – После его изучения вам будет гораздо легче в процессе обучения, нежели однокурсникам. Единственной девушке на курсе будет нелегко. А так вы будете иметь козырь в рукаве…

Он говорил что-то еще, а я уже осторожно перелистывала появившийся в моих руках, словно из ниоткуда, пожелтевший от времени талмуд. Непонятно – зачем уговаривать, искать обоснования и доводы, если можно было просто дать задание? Хотя в чем-то он прав, первая моя реакция была именно возмущением. В той, прошлой жизни, на Земле, я бы взвыла, если бы препод дал мне внеплановое задание, но здесь я была заинтригована словами о том, что учиться станет легче. Вот только не отпускало ощущение, что, говоря это, он смотрел на ту книгу, которую так и не решился снять с полки. Я запомнила место, где она стоит. Если не ошибаюсь, это довольно древний фолиант. Что же в нем за тайны скрываются, если он запрещенный?

Да, понимаю, что нехорошо, не успев поступить в вуз, строить планы о том, как выкрасть книгу из библиотеки, но кто ж в здравом уме и при наличии здорового любопытства откажется ознакомиться с ее содержанием?

Думала я об этом, увлеченно листая полученный учебник. Заметивший мою явную заинтересованность преподаватель остался доволен своим наблюдением. Объяснив, где его в случае необходимости можно будет найти, он распрощался и, активировав портал, покинул помещение. Тем временем из-за дверей библиотеки уже доносился приглушенный гомон толпы.

– Ох… заставили мы их подождать, – спохватился маэстро. – Ступайте, Алесандра. И помните, эта книга не входит в программу, но сможет облегчить вашу дальнейшую жизнь в университете, – добавил он.

– Спасибо, – как-то робко отвечаю, ища повод остаться внутри. – А можно я здесь посижу, почитаю? У меня еще уборку не закончили, а на улице пока прохладно, – на ходу соврала я и с облегчением заметила взгляд библиотекаря, направленный на один из столиков.

Стоило открыться двери, и внутрь хлынул поток студентов. Внутри сразу же стало шумно, и в какой-то момент я даже пожалела об опрометчивой просьбе почитать тут, но и уходить было уже поздно. Сижу. Сосредоточиться довольно сложно, но я честно пытаюсь, раз за разом перечитывая один и тот же абзац:

«Менталистика – наука, изучающая тонкие слои энергетики, называемой аурой или менталом. Ментал можно научиться распознавать – видеть, анализировать его изменения и устранять возможные искажения или последствия внешнего вмешательства, а также оказывать воздействие с целью изменения характеристик…»

– Бр-р-р… – после десятой попытки осознать прочитанное я сдалась и уже хотела встать и уйти, но меня осенила идея. – Маэстро, – тихонько позвала я закопавшегося в бумагах старца, возле которого толпились жаждущие получить учебники студенты. – Может, вам помочь? – предлагаю, запихивая книжку в сумочку на длинном ремешке, перекинутом через плечо.

– Где ж это видано, чтобы кто-то из вашего рода…

– Не думаю, что это будет так уж сложно, – стараясь не выдать своего нетерпения, пожала плечами я.

– Ну, как знаешь, – как-то уж слишком легко согласился библиотекарь и протянул мне листочек. – Вон там, видишь, написан номер стеллажа? – спрашивает, я киваю. – Первая цифра – это он. Вторая – номер полки. Третья – единица или двойка – это левая или правая сторона соответственно. Четвертая – это номер этажерки внутри стеллажа. Видишь, каждый из них разделен горизонтально?

– Ясно, – уже не столь и уверенно отвечаю я.

– Ну вот и чудесно, принеси двадцать комплектов по этому списку, а как управишься, дам новый, если не устанешь.

Сверившись с данными на листочке, с грустью осо-знала, что искомые книги совсем в другом направлении, но делать нечего, иду собирать. Особых проблем у меня не возникло, хотя от пыли я уже раза три успела чихнуть. Оттащив последнюю, двадцатую, стопку, с надеждой взглянула на маэстро.

– Молодец, – похвалил тот и вручил мне новый листочек.

Блин. Опять не повезло. Так я пробегала еще около часа, и наконец-то удача мне улыбнулась. Или это маэстро потерял бдительность? Нет, требуемые книги были не совсем там, где мне нужно. Вернее, на том же стеллаже, но с другой стороны и на другой полке. Заметив, что библиотекарь увлеченно заполняет формуляры, я сделала вид, что нечаянно сняла несколько книг не с той полки…

Дело в том, что стеллажи были сквозными и, например, подойдя к стеллажу с правой стороны, можно было, сняв несколько книг с полки, добраться до стоящих слева. Нужный мне фолиант очень отличался от остальных. Осторожно косясь в сторону библиотекаря и почему-то затаив дыхание, дрожащими руками достаю ставший столь вожделенным талмуд. Стараясь сделать это незаметно, перетаскиваю сумку, болтающуюся за спиной, на бок и запихиваю в нее трофей.

Все эти манипуляции я проделывала, так и не решившись вздохнуть и не отрывая глаз от спины библиотекаря. Трясущимися от волнения руками не без труда впихнула на место ранее вытащенные книги. Собрала первую стопку по списку. И на подгибающихся ногах, будто к эшафоту, побрела к библиотекарской конторке. Казалось, вот сейчас маэстро повернется, возьмет в руки мою сумку и вытряхнет ее содержимое на пол, уличив меня в воровстве. Вот позорище-то будет!

Пронесло. Еще не до конца поверив в то, что угроза разоблачения миновала, я натаскала все, что требовалось по списку, и, несмотря на то, что у меня уже земля под ногами горела и хотелось кричать самой себе: «Беги!» – я все же выполнила еще одно задание, после чего маэстро окинул взглядом существенно поредевшую толпу и сказал:

– Благодарю, фиета, что бы я без вас делал. Но теперь я уже справлюсь, а вы идите, вам еще задание выполнять, – с какой-то таинственной улыбкой произнес он, и мне почудилось в его взгляде тщательно скрываемое, но все же пробивающееся наружу удовлетворение.

Надо же, не думала, что такая вот незначительная помощь сможет осчастливить этого пожилого человека. В тот момент, когда я, все еще опасаясь разоблачения, робко подходила к выходу, двери распахнулись и внутрь ворвалась очередная стайка студентов. Немного переждав, когда все желающие войдут внутрь, я выскользнула на улицу. Мне не терпелось узнать, какие тайны хранит эта древняя даже на вид вещь. И еще было жутко интересно – почему она запрещена? А еще… еще не отпускало ощущение, что магистр не случайно дал знать об этой книге, а маэстро… столь ли он наивен? Ведь наверняка догадался, почему я осталась и напросилась в помощники… Хотя… может, зря я так о них и все это действительно чистой воды случайности?

В таких вот размышлениях я и взлетела на свой привилегированный чердачный этаж, который мысленно прозвала пентхаусом. Стоило войти и сразу же в глаза бросились произошедшие за время моего отсутствия изменения: первый просторный зал из которого двери вели в мою спальню и в комнаты слуг, превратился в уютную приемную. Откуда-то появились с десяток удобных на вид кресел, пара банкеток, невысокий столик. На окнах теперь висели шторы, а пол укрывал невесть откуда взявшийся палас. В общем, у меня не прислуга, а волшебники! В прямом смысле этого слова. Здесь не стыдно будет и высокопоставленных гостей принимать. Хотя откуда им взяться?

Наконец-то очутившись в своей комнате, я вытащила из сумки книгу и, упав в кресло, принялась читать. Ну что сказать? Чтиво захватило меня с первых же строк. Эх… если бы наши земные авторы учебников умели так увлекательно и доходчиво излагать материал! Одно непонятно – за что эта книженция попала в немилость? Я глотала страницу за страницей, хотя прежде скорочтением не отличалась, и ничего криминального не находила.

Мне казалось, что знания буквально впитываются в мой мозг. Ни разу не пришлось что-либо перечитывать, чтобы понять, настолько легким был язык повествования. В какой-то момент заглянула Риза, спросила про обед. Я лишь отмахнулась. Женщина, понявшая, что сама никуда не пойду, притащила поднос с едой. Очевидно, они уже успели наведаться на рынок. Я глотала пищу, не ощущая вкуса и не выпуская из рук заветный талмуд. В принципе, в этом-то ничего удивительного не было. Мама вечно ругала за то, что, зачитавшись чем-нибудь увлекательным, я забывала про сон и еду. Вот и сейчас точно так же.

По мере поступления новой информации я пыталась что-то опробовать: почувствовать энергию разных материалов, увидеть оставляемый в эфире магический след от элементарного движения руки. Пару раз подходила к окну и, наблюдая за прогуливающимися по парку студентами, разглядывала их ауру. Интересно-то как! Вот почему я раньше ничего этого не замечала? А ведь всего-то и требовалось – смотреть немного рассеянным взглядом и знать, что именно желаешь увидеть!

– Фиета Алесандра, там давешний ваш знакомый пришел, – выдернула меня из очередного эксперимента Риза.

– Мм… – я даже растерялась. – Сейчас выйду, – отвечаю, а сама, метнувшись к постели, прячу уже наполовину (!) прочитанную толстенную книгу.

Сосредоточиться на общении с приятелем оказалось несколько затруднительно. Хотелось повыспрашивать о принце, о том, как он исчез, но, к сожалению, мне запретили. Приходится молчать, довольствуясь той информацией, которую выдали мне библиотекарь и менталист. Еще и зрение нет-нет да и рассеивается, давая возможность рассмотреть ауру посетителя. Эта несложная тренировка оказалась на удивление увлекательной. Ведь по изменениям в окружающем человека ментальном слое можно было понять, какое у него настроение, заметить попытку солгать и много чего еще. Но пока что дается это не так и легко, к тому же надо научиться это делать, не привлекая внимания и не забывая вовремя отвечать на вопросы или вообще хоть как-то реагировать.

В дальнейшем, как я уже знала, опытный менталист может незаметно влиять на структуру окружающего подопытного магического эфира, воздействуя на его ауру. Таким образом можно излечивать болезни, снимать стресс и напряжение или же, наоборот, спровоцировать агрессию, нервный срыв или заболевание. В общем-то, все суеверия теперь обретали вполне закономерное обоснование. Я с увлечением провоцировала Кира на проявление тех или иных эмоций. И даже умудрилась вызвать зуд в руке. После чего едва не запрыгала от радости, заметив, как он почесывает конечность! Кто бы мог подумать, что это так легко! Хотя скорее всего виной всему очень уж доступно изложенная информация в древнем учебнике.

– Эй, ты меня слышишь? – кажется, уже не в первый раз спрашивает Кир, и я вновь киваю, как болванчик. – Так ты пойдешь?

– А?! – наконец-то осознав, что пропустила нечто важное, спохватилась я.

– Бэ! – передразнил явно слегка обиженный приятель.

– Прости, задумалась, – виновато потупив взор, произношу я.

– Знаешь… вот этот твой рассеянный взгляд, изменения в магических полях вокруг тебя и неимоверная задумчивость… Все это напоминает мне одно крайне редкое проклятие, – неожиданно произносит Кир. – То есть я никогда не встречал никого, оказавшегося под его влиянием, только в теории проходил в прошлом году.

– Что?! – воззрилась я на него. – К-какое еще проклятие?

– «Жажда знаний», – вполне серьезно отвечает тот.

– Шутник, однако…

– А это не шутка и вовсе не смешно. Человек, попавший под его воздействие, забывает обо всем на свете, желая только одного – знаний.

– Блин, ну ты и напугал, – облегченно вздыхаю, по-прежнему не воспринимая его слова всерьез.

Ясное дело, он еще не настроен на учебу, а тут сидит этакая ботаничка с фанатичным блеском в глазах.

– Ай, ладно, – отмахнулся он, видимо, осознав тщетность своих попыток достучаться до моего разума. – Говорю, сегодня ребята будут отмечать начало нового учебного года. Это традиция. И даже преподы на это дело сквозь пальцы смотрят. Будет весело. Пойдешь?

– Не-е-е… – тут же отнекиваюсь, прекрасно помня, что меня, помимо вожделенного талмуда, еще одна книга ждет, по которой еще и отчет написать надо.

– Ну и зря. Так был шанс стать своей…

– Среди чужих, – процитировала я вспомнившуюся крылатую фразу. – Нет уж, Кир. С однокурсниками я успею познакомиться и так, а на вечеринках немного не те знакомства заводятся, которые мне в процессе обучения нужны будут. Пойми, я сюда не личную жизнь устраивать пришла, а, наоборот, оттянуть оное хотя бы на срок обучения в универе.

– Это-то и странно. Девчонкам вечно только бы замуж выскочить. Не успеешь на первое свидание пригласить, а она уже спрашивает, кого ты больше хочешь: мальчика или девочку? Так ты точно не пойдешь? Говорят, на факультет боевиков поступил племянник самого короля! Может, стоит пересмотреть свои взгляды и пойти?

Хм… очередной королевский родственничек, что ж его-то сюда не подселили? Неужели из-за того, что он на другом факультете? «Беги!» – вспомнилось выведенное на стене слово. Мог он так пошутить? Может, хотел занять эти апартаменты, а я опередила? А если действительно существует призрак Редерика, то не исключено, что он действительно пытался меня предостеречь, как выразился магистр Валейн. Но от чего? Или от кого?

– Думаю, на его долю и без меня потенциальных невест хватит, – стараясь выглядеть беззаботно, отмахнулась я, и, судя по ауре, Кир был искренне удивлен моей реакцией.

– Ну как знаешь, – сдался гость и, распрощавшись, наконец-то оставил меня наедине со своими мыслями.

А подумать было над чем. И о том, что услышала в библиотеке, и о том, что рассказывал сегодня Кир, ну и, конечно же, о книге и ее неимоверно увлекательном и полезном содержании. Проклятие «жажда знаний», блин. Тоже мне, остряк нашелся.

Зачиталась до глубокой ночи. Заботливая Риза принесла ужин, который я точно так же, как и обед, проглотила, не особо разбираясь, что именно ем. Откуда-то из парка доносились веселые вопли подгулявшей молодежи, но меня туда не тянуло, наоборот, раздражало то, что мешают как следует сосредоточиться.

Заснула я поздно, и вновь повторилось все с точностью до мелочей: ощущение чьего-то взгляда, надпись на стене. Но в этот раз страха не было, вместо него пришли нездоровый порыв энтузиазма и желание поэкспериментировать, использовав кое-какие почерпнутые из книги знания. Вместо того чтобы в панике нестись за прислугой, я подошла и, почти касаясь надписи, попыталась ощутить энергию. Она чувствовалась как очень слабое, почти неразличимое изменение магического эфира. И постепенно надпись истаяла, не оставив и следа.

Интересные мне сны снятся. Слишком уж реалистичные по ощущениям. Хлопнув в ладоши, я погасила свет и из-под полуприкрытых век осмотрела помещение. В дальнем углу, откуда мгновение назад чудился обращенный мне в спину пристальный взгляд, различалось едва уловимое мерцание. Неужели действительно призрак?

– Редерик? – позвала я.

Свечение всколыхнулось, постепенно становясь все более отчетливым, пока не обрело вид вполне симпатичного молодого человека. Вот только выглядел он, будто я смотрела старинное черно-белое кино, с одним-единственным отличием: по контуру его фигура излучала слабое сияние.

И все же я трусиха. Стоило призраку двинуться в мою сторону, и я… ощутив приступ неимоверной слабости, провалилась в небытие.

Загрузка...