Гордость, предубеждение и демон (1)

Глава 8

29 июля 2013 год от Р.Х. Красноярский край, Красноярск, Центральный р-н, ул. Дзержинского, Управление ФСБ РФ по Красноярскому краю.

— Заходи, Виталий. Присаживайся, — сказал хозяин кабинета с сединой на висках, указывая на кожаное кресло для гостей.

Кабинет был строгих темных тонах. Мебель была темно-коричневая, добротная. Сразу было видно — из бюджета потрачена немалая сумма, ведь это кабинет начальника. Над хозяином висел российский флаг и чуть ниже портрет президента. На столе стояла икона божьей матери, рядом с рабочим компьютером. Перед входом стоял чёрный кожаный диванчик. Гость кабинета сразу оценил его в размер своей официальной зарплаты, но быстро перевёл мимолётный взгляд с диванчика на хозяина.

— Товарищ майор, — кивнул аккуратно подстриженный мужчина лет тридцати в чёрной форме ФСБ и с погонами капитана.

— Как там продвигаются дела с нашими молодыми людьми? — вежливо спросил хозяин кабинета, как только капитан сел в кожаное кресло перед ним.

— Товарищ майор…

Но статный мужчина в чёрном пиджаке перебил его:

— Виталий. Давай без чинов. Задание у нас, так сказать, «полуофициальное» и простое, мы даже официальной документации не ведём. То, что ты написал в своём отчёте и скинул мне… немного выбивает из колеи, — спокойно проговорил он. — Так что ближе к делу.

— Хорошо, Михаил Валерьевич. Как я указал в отчёте — никаких зацепок нет. Совершенно. Девушка и парень более чем обычные, они даже в воскресенье почти не выходили из дома и постоянно общались на нейтральные темы, но… — замялся капитан.

— Вот это «но» и интересно, — поддакнул ему майор.

— В их квартире постоянно происходили какие-то помехи, совершенно непонятной природы. Каких-то наводящих сигналов в их районе мы не обнаружили. Вчера днём мы отправили собранные данные нашим умникам, чтобы они почистили записи и перевели в текст. Но к вечеру меня попросили срочно приехать в технический отдел к Васюкову…

Он перевёл дыхание, доставая свой смартфон, и продолжил:

— При анализе аудиофайлов отдел Васюкова обнаружил в помехах голос. — И включил короткие аудиофайлы на смартфоне.

— Gennaió……atanás,.. timorís… — звук из смартфона выдавал невнятное произношение какого-то языка, а грубость голоса смешивало это все так, что вообще невозможно было хоть что-то разобрать.

— И что это? — непонимающе спросил майор.

— Никто в техническом отделе не понимает, что это за помехи такие. Но они дали запрос нашему внештатному лингвисту-полиглоту. Он предполагает, что это древнегреческий и, возможно, арамейский. Большего он сказать был не в силах. Нужен более узконаправленный специалист, — вздохнул капитан и пожал плечами.

— Хорошо. А, цитата: «Какая-то бесовщина»? Это ты написал в отчёте. Я понимаю, что он неофициален, но… нельзя же опускаться до таких терминов, — подняв брови, негодующе ответил добродушный майор.

— А это… После обработки видео от помех Васюков мне так и сказал: «Какая-то бесовщина», — покачал головой капитан и открыл изображения на смартфоне.

Майор взял телефон и стал листать непонятные картинки. В белом шуме, еле заметно, улыбалась непонятная дьявольская морда с рогами. И на каждом таком кадре разная мимика, но со зловещей улыбкой, как из фильмов ужасов.

— Это точно… обработали те самые помехи на видео? — удивлённо спросил он.

— Абсолютно.

— Бесовщина какая-то… — цитируя главу техотдела, пробормотал майор, отдал телефон и задумчиво посмотрел на икону богородицы.

— Какие будут дальнейшие указания, по поводу этих молодых? — спросил капитан после недолгого молчания.

— Ты ведь в курсе… меня попросила об этом супруга покойного Чистакова. Я ей в своё время остался должен. Пока наблюдайте, если вообще ничего не найдём… ей придётся меня убедить, чтобы действовать радикально, — сказал хозяин, после того, как сел в кресло и сцепил перед собой руки.

— Но… Михаил Валерьевич. Извините, но это ведь глупость! Она утверждает, с ваших слов, что юноша и девушка повинны в смерти девяти человек? Вооружённых! Причём сам Чистаков старший из бандитских кругов, с девяностых. В сгоревшем доме нашли незаконный «мини» арсенал. С сомнительными и незаконными «атрибутами». Мне кажется, Светлана из ума выжила. Этот дом сожгли при очередной приступной сделке… И просто так, невинных ребят… — негодовал капитан.

— Эх, Виталя… Ты свой коттедж отбабахал и возишь семью на новеньком «ренж ровере» не из-за того, что тебе кажется. Так что давай о насущном. Пока непонятно, что вообще с ними делать… с этими невинными, — с укором посмотрел майор на капитана и перевёл взгляд опять на иконку богородицы.

— Есть о насущном, — вздохнул капитан.

— Своими размышлениями поделимся со Светланой через пару дней. Так что пока наблюдайте.

— Так точно! Разрешите идти?

— Работай, Виталий…

Хозяин кабинета проводил взглядом своего подчинённого и ушёл в размышление. Он думал о том, что Светлана и в правду требует какого-то беспредела. В принципе, как и её покойный бандитский муженёк, занимаясь не пойми чем. Давно бы посадили всю эту семейку. Но приказ свыше…

— Тут ничего не поделать. Да и деньгами Светлана не обижает, — прошептал майор и мечтательно вспомнил свой домик в Сочи, записанный на его мать.

Через некоторое время от мечтаний о теплом отпуске его отвлёк телефонный звонок. Майор поднял чёрную трубку и лениво сказал:

— Лоринчук. Слушаю.

— Это Байрамов, — сказал хмурый голос в трубке.

— Товарищ полковник! — возбуждённо сказал майор.

— Миша, у нас тут ЦУ свыше поступило. С Москвы приедут какие-то католики из Ватикана вместе с переводчиком. Короче, им нужно поспособствовать в каких-то их поисках… Чертовщина какая-то… — устало отозвался подполковник ФСБ, прямой начальник Михаила.

— Товарищ полковник. Я не совсем понимаю… — недоуменно проговорил в ответ майор.

— Да я тоже ни хрена не понимаю, Михаил. Бросай все второстепенные дела. Святош нужно встретить завтра в аэропорту. Подробности сброшу по внутренней почте. Дело приоритетное — приказ от самого министра… Как понял? — так же хмуро задал вопрос начальник.

— Так точно. Сделаем все в лучшем виде! — бодро отозвался майор, сам не понимая, что же нужно сделать «в лучшем» виде.

— Давай, не подведи, — сказал подполковник и положил трубку.

Майор тут же взял смартфон и позвонил своему подчинённому, что недавно ушёл.

— Виталя. Отбой с этими юнцами! Зайди ко мне. У нас приказ свыше, — приказал он и положил трубку.

Он посмотрел в свой монитор и открыл внутреннюю почту ФСБ, ожидая материалов по предстоящей непонятной операции.

— Подождёт эта Светлана… Бесовщина какая-то… — недовольно пробормотал майор, нервно постукивая пальцами по столу, затем опять посмотрел на икону богородицы.

2 августа 2013 год от Р.Х. Красноярский край, Красноярск, Р-н Взлётка, ул. Молокова, ТЦ «СибГор».

— Ну-у Ру-у-ся! Поиграй ещё на клавишах! — опять заканючил я спустя целый час безделья.

— Крондо! Отстань от меня! Я и так из-за тебя по полдня это делаю! И каждый раз покупателей — хоть на перерыв закрывайся от потока! — возмущённо сказала она про себя, откладывая книжку.

— Ну вот и скажи своему лысому работодателю Сергею, чтобы зарплату тебе поднял! Ты же народ привлекаешь, как пчёл на цветочки! Ну или мух на… — кашлянул я под конец.

— Спасибо за аналогию, конечно. Но мне и так все нравится! В спокойствии и за книжкой! — фыркнула она.

— Не, ну хочешь… я сам тогда играть буду? А ты отдыхать будешь? — улыбаясь, спросил я.

— Если играть будешь Ты, то Сергею придётся меня уволить! Потому что твоя игра будет распугивать покупателей! А теперь отстань от меня, дай мне дочитать несколько глав, — закончила она и настырно вчиталась в книгу.

— Хоть бы что нормальное читала… — буркнул я на её сопливое чтиво.

Эх… Хорошо, сегодня пятница! Сегодня решили все отправиться на репетицию и… с шашлыком! Парам-пам-пам! Я половину недели этого ждал, ха! И я же его и допросился. Осталось только пережить эту смену, сейчас хоть вторая половина дня — недолго осталось.

Кстати, вчера вся прослушка из квартиры исчезла. Точнее, приборы исчезли, а разрядились их батареи ещё во вторник. Потому как через астрал я больше не ощущал подслушиваний. Но ребята, как и до этого, вели себя абсолютно непринуждённо. Да и, собственно, им и стараться не надо было. Просто не вспоминать последние события, и все.

А исчезли приборы тогда, когда и Маруся, и Евгений были на работе весь день. Поэтому «ФСБшники» аккуратно все вытащили. Даже до штор не притронулись, сразу видно — работали профессионалы.

На сегодняшнюю репетицию согласился прийти даже Леха. Так что есть вероятность, что и его ФСБ перестало «хомутать». Не факт, конечно. Но если все подтвердиться, я думаю, ребята могут выдохнуть — от них явно отстали окончательно.

Жека, на всякий, по своим связям приготовил все полностью. Ему выдали какой-то секретный номер телефона, по которому ему достаточно сделать «дозвон», и через полчаса военный «УАЗ» будет ждать его на точке сбора, в Кировском районе. Со всем пакетом документов, что требуется для перехода через границу.

Но дай Сатана, такого не предвидится. Не хочу я повидаться в Тибете с демонами Нарака. Они такие нудные, жуть просто! Только всякими «притчами» и разговаривают, да ещё могут в межастралье тебя вытянуть, никого не спрашивая. Короче, неприятные типы, эти Нараки.

Когда у Руси закончилась книга, я с ехидством спросил:

— Ну что? Нет больше у тебя слюнявых книжек? Хи-хи!

Но она, хмыкнув и приподняв бровь, отложила эту книгу и из-за прилавка достала следующую, с припиской «Том 3».

— Э-э! Мы так не договаривались! Марусечка! Пожалей раба своего! Ибо он молится тебе каждый день! — судорожно начал я бормотать околесицу, моля её перестать меня мучать.

Но она с улыбкой открыла в книге «Пролог», пару раз в него взглянула и отложила книгу на «рабочее» место.

— Что ты там говорил про раба? — улыбнулась она.

— Проси, что хочешь, только, пожалуйста, перестань читать этот ужас!

— М-м-м… Даже не знаю, что попросить… Ты же демон? Типа Джинн! Любовь у меня есть. Счастье вроде тоже. Дак вот… Я хочу богатства, — ехидно усмехнулась она.

— Да без проблем! Ночью прошвырнёмся по банкам, телекинезом вскроем сейфы. Только прошу, не читай эту книгу. Третий том я не выдержу! — натянуто улыбнулся я.

— Ладно. В понедельник почитаю… — сказала она и засмеялась.

До закрытия магазина осталось пару часов, поэтому девушка с хорошим впечатлением от книги вышла из-за прилавка и села за синтезатор. Размяв пальчики, включила его и выбрала классический звук пиано с эффектом эха. Она решила сыграть песню «Летопись времён» своего сочинения.

Сразу начала с перебора аккордов левой рукой. Десять секунд, и правая рука заплясала по всей половине синтезатора. Музыка была в минорных тонах, но довольно бодрая, а мастерски исполняемая мелодия правой рукой — завораживала. Но она не просто решила сыграть — она начала петь. Во! Шикарно!

Эта песня, единственная, наверное, которая не нуждается в записи на студии. Потому как она, можно сказать, акустическая, звучит отлично и так. Девушка так увлеклась пением, что прикрыла глаза. Когда она проиграла последние ноты из песни, то взглянула на синтезатор.

— Вот! За это я тебя и обожаю! — хихикнул я удовлетворённый ласкающим звуком.

Девушка на мои слова улыбнулась, но сзади неё прозвучало: «К-хм!» — она тут же развернулась и увидела своего лысого работодателя, а рядом с ним стоял чернявый парень, лет двадцати пяти в… полицейской форме, с чёрной папкой под мышкой. Маруся сразу насторожилась.

— Красиво, конечно. Но ты вообще-то здесь работаешь, а не выступаешь, — приподняв бровь, заметил начальник.

— Сергей Юрьевич. Я. Вообще-то. Покупателей заманиваю в наш магазин, — точно так же выгнув бровь недовольно ответила Маруся, не подавая вида, что она обеспокоена присутствием полиции.

— Что-то я не вижу тут покупателей, — демонстративно оглядываясь, недовольно выдал он.

— Я только села. За сегодня, играя, я выручки сделала как за два дня, когда не играла, — в таком же тоне ответила она.

Руся своему начальнику спуску не даёт. Она даже с ним спорит постоянно. Он частенько сдаётся и соглашается с девушкой. За такую зарплату к нему пойдут работать только откровенные бездари, которые медиатор от барабанной палочки не отличат. Мой любимый носитель понемногу играет на всех инструментах, что есть в магазине. Поэтому компетентна она во всем. Но профиль у неё, конечно, клавиши.

— Ладно. Если так, — вздохнул он, соглашаясь. — Мне позвонили и вызвали в магазин. С тобой хотят поговорить… — сказал он и указал на молодого полицейского.

— А в чем дело? — недоуменно спросила она.

«Хм. Астрал слегка потряхивает. Но ничего особенного. Странно» — пробормотал я так, чтобы девушка тоже слышала.

— Маруся Михайловна. Здравствуйте. Можно вас на пару слов? Я вам все объясню, — задал вопрос парень и кивнул на выход из павильона.

— Ладно… — неуверенно сказала она, встала и тут же отправившись на выход.

В павильоне остался только хозяин магазина.

— Оперуполномоченный Андрей Васильев, — показал он красную корочку, так, чтобы Маруся прочитала, а когда она кивнула, убрал её в кожаную папку на молнии.

— Неужто опять по делу Чистаковых? — недовольно спросила она, схватив себя за локти.

— Хм. Нет. Я, конечно, о нём наслышан, но я к вам не по этому вопросу, — покачал он головой.

А теперь даже я удивился. Астрал почему-то молчит, только непонятные образы прорываются через него.

— По какому тогда? — состроила она скептичное выражение лица.

— Дело в том, что совместно с сотрудниками санэпидемстанции и при содействии федеральной службы безопасности мы выявляем… очень редкий вирус. И вы одна из тех, кто попадает под подозрение. В данный момент его заразность под вопросом. Поэтому мы вас и не доставили силой. Я вам предлагаю проехать со мной и добровольно сделать тест. Это займёт всего час. Машина ППС ждёт нас на выходе из торгового центра.

— На каком основании я попадаю под подозрение? Ни о какой эпидемии не объявляли в СМИ, — недоумевающе, но спокойно ответила Маруся.

— Пока что о проблеме не объявляли. Не было указаний. Даже ваш работодатель не знает о причине вашего вызова. А основания выдало министерство здравоохранения, совместно с комиссией санэпидема.

Что-то в его словах какая-то несуразица. Или для России — это норма? Больше похоже на плохо сыгранный спектакль…

— Ничего не понимаю. Хорошо. А если я откажусь? Вы не имеете права меня насильно тащить, и ОМОН-ом вы меня не испугаете, — недовольно шикнула она этому парню в лицо, который чуть возвышался над девушкой.

— Маруся Михайловна. Поверьте. Мне самому неприятны эти указки сверху. Но вот документ… — открыл он папку и достал лист с печатью. Пока девушка вчитывалась, он продолжил: — Это решение комиссии, совместно с министерством здравоохранения. Вашему гражданскому супругу тоже выписали такую бумагу. Поэтому давайте не суетиться? Мне сегодня ещё двоих точно так же уговаривать. Чтобы просто сделать тест.

У парня лопнула маска спокойствия, последнее предложение он проговорил с недовольством.

— Видимо, выбора нет, — недовольно сказала девушка. — Я это оставлю себе? — спросила она про документ, что держала в руках.

— Конечно. Это копия, — кивнул полицейский.

— Но я на работе… — показала она в сторону магазина.

— Не волнуйтесь, мы известили вашего работодателя. В любом случае, вы получите официальную справку, что были на сдаче теста.

— Понятно… — сказала девушка и направилась в магазин за вещами.

В нем уже присутствовали пару покупателей, но Руся попрощалась с удивлённым Сергеем до понедельника и вышла из магазина. В сопровождении молодого «опера», она села в полицейский бобик, и мы поехали.

Девушку привезли в какое-то медицинское учреждение, машина подъехала прямо ко входу. Но не к самой больнице, а у соседнего здания, на дверях которого была временная вывеска с надписью «Лаборатория» на белой бумаге.

— Как-то тут все… не солидно, — пробормотал я.

— Это нормальное явление для государственных помещений, — прошептала мне в ответ Руся, поднимаясь по ступенькам к дверям.

На входе за столом сидела медсестра в белом халате и медицинской маске. Приняла документы от полицейских и сразу попросила у девушки паспорт. После заполнения каких-то бумаг ужасно не разборчивым почерком, полицейские вышли из здания, а медсестра отвела девушку к какому-то кабинету с цифрой три, среди длинного коридора.

— Ожидайте. Вас вызовут, — участливо сказала медсестра и удалилась.

Коридор был в длину метров тридцать, в самом конце была развилка направо и налево. Мы сидели в начале коридора, на первом этаже. Можно сказать, ближе к выходу. Маруся даже успокоилась, потому как обстановка была абсолютно типичная для неё.

Спустя десяток минут девушку вызвали. Взяли кровь из пальца и мазок палочкой, с внутренней стороны щеки, и отправили в кабинет номер девять. Когда девушка вышла и глазами стала искать кабинет. Из дальней части коридора вышел… священник! Причём католический! С белым воротничком, распятием на груди и библией в руках, с надписью на латыни…

— Руся! Веди себя естественно! И улыбнись ему! Не привлекай внимания! — начал я перебирать судорожно варианты.

«Какого сатаниста тут забыл ватиканский священник⁈ Или не ватиканский? Смуглый, по любому итальянец!», — бормотал я.

Падре взглянул на Марусю и одарил её белоснежной улыбкой. Он был довольно молод, лет тридцать где-то. Девушка в ответ удивилась и тоже улыбнулась. Он не стал проходить дальше в сторону, а двинулся по коридору на встречу девушке.

(Иллюстрация 8)

Когда он подошёл к ней, спросил:

— Quid agis? — что означало «как ваши дела?».

— Извините, я… не понимаю, — удивилась девушка и покачала головой, при этом пожимая плечами.

— Italiano. Come va? — теперь он обратился к девушке на итальянском.

Видимо, проверка какая-та. Правда, глупая…

— English and Russian? — теперь уже девушка попыталась его спросить.

— Oy. Yes, English, — засмеялся он, и тут же сказал: — I am Father Diego. How are you? Nothing hurts? — участливо справился он о здоровье.

— I'm Marusya. Very nice. No, thanks. It's okey, — чуть запинаясь, удивлённо ответила она с улыбкой.

Девушка не владела разговорным английским, но простые фразы понимала, и отвечать ей приходилось односложно. Так что разговор их вышел не долгим. Он, улыбаясь, тронул девушку за плечо и, попрощавшись, ушёл в конец коридора направо. А девушка села на скамейку возле кабинета номер девять.

— И что это такое было… — обалдело спросила она про себя.

— Мне кажется, в этом тест и будет заключаться… — озадаченно произнёс я.

— Но как они… Хм. Не важно. Найду, как это объяснить, — сдалась девушка, сама найдя ответ на свой вопрос.

— Маруся. Ты желаешь, чтобы я ушёл? Мы можем прямо сейчас расстаться, — скрепя сердце, сказал я.

Потому как сегодняшний шашлык, будет упущен… Эх…

Девушку начали одолевать сомнения, нужно ли мне оставаться. Она почти уверена, что разборки с ФСБ обошли их стороной. С другой стороны, она ко мне почти привыкла и не хотела бы терять такого друга. Щедрый Сатана… Я сейчас расплачусь! Хи-хи! Ладно, мне приятно, что Руся так обо мне думает.

— Крондо. А ты сам… хочешь домой? — неуверенно спросила она.

— Какой же демон хочет раньше выходить с отпуска… — хихикнул я.

— Я хочу, чтобы ты ещё отдохнул, — немного подумав, улыбнулась девушка.

— Благодарю, — облизнулся я сегодняшнему шашлыку. — Значит, слушай меня. Если я попаду в астрал, основной астрал, а не там, где мы были, — поправил я, чтобы девушка поняла, — то я не смогу вернуться ни при каких обстоятельствах. Мне нужно будет посетить ад для того, чтобы все это повторить. Поэтому моё перемещение в астрал отбрасываем.

— Но ты же говорил, что демона без его желания невозможно изгнать? — удивилась девушка.

— Упёртого демона, это раз! Ну а во-вторых, нам-то нужно сделать так, чтобы при обряде эти священники не узнали, что в тебе демон! А это уже сложнее! Они целенаправленно здесь, значит, есть тот, кто их сюда «навёл», значит, есть пророк, — рассуждал я, обдумывая варианты действий.

— А если они узнают? И кто такие пророки? — сбила меня с мысли Маруся очередным вопросом.

— Ну ты фильмов не смотрела что ли? — иронично спросил я. — Пророки это те, кто пророчат, но ещё они могут знать, где находятся демоны, когда они… сдружились с человеком, — запнулся я, чтобы не назвать девушку «Одержимой».

— Понятно. Ну а если… — хотела она повторить вопрос, но я её перебил:

— А если они узнают, что в тебе демон, начнут меня целенаправленно изгонять. Тебя с собой забирать я не буду, поэтому мне придётся сдаться и уйти. Но то, что с тобой произошло, даст косвенную зацепку той Чистаковой, и она точно расправится с вами. С помощью спецслужб, конечно. И я это чувствую через астрал. Если же я уйду прямо сейчас — то не факт, что она не попробует разобраться с вами сама, — выдал я все свои мысли.

После этого девушка покрылась липким страхом, что аж мурашки по коже пошли.

— Но… Что же делать? — борясь с собой, произнесла она.

— Хм. У меня только один верный вариант — при обряде я буду терпеть, сколько смогу. Постараюсь не подпустить до тебя ни грамма боли. Но я могу случайно не удержать боль. Поэтому тебе надо быть готовой, не подать даже вида, что тебе хоть что-то неприятно! Это важно! Они будут смотреть на твою реакцию. Если этот сеанс короткий, минут двадцать, то мы спокойно выдержим. Тридцать минут тяжеловастенько, но тоже, — задумался я о том, что мне придётся терпеть довольно сильную боль.

— А если больше? — не дождавшись от меня продолжения, спросила она.

— Если больше сорока минут, то я не выдержу. И чтобы не направить половину боли тебе, мне придётся вырваться в астрал. Считай — это наш порог. Если это случится, собирайте вещи и бегите из страны, — вздохнул я.

— Мы справимся. Я тоже постараюсь, — подбадривая, ответила девушка. — Ты знаешь, что нас примерно ждёт?

— Конечно. Много молитв на латыни и много святой воды, — тут же выдал я.

— А как это будет выглядеть? Не прикуют же меня к кровати как в фильме?

— Совершенно без понятия, — пожал я плечами.

Ждать пришлось не долго, кабинет открыла девушка и пригласила нас войти. Кабинет был просторный, и при этом разделялся на две части. Маруся сразу вспомнила ассоциации как с типичным кабинетом «флюорографии». За дальним столом сидела строгая врачиха в очках. На вид лет сорока, с красиво уложенными в бутон русыми волосами. Как только она увидела своего пациента, Марусю, то улыбнулась и спросила:

— Маруся Савенко?

— Да, я, — ответила девушка натянуто улыбнувшись.

— Какое у вас редкое имя! Прямо истинно русское…

Ну начинается. Девушку внимание на своё имя постоянно раздражает. Да и если честно, меня тоже. Ну вот что такого в её имени⁈

Пока она нахваливала имя девушки, а та ей вежливо улыбалась, она попросила паспорт и даже пока записывала, успевала что-то говорить и что-то спрашивать. Для меня это была совершенно бесполезная информация. Но когда она закончила с писаниной, отложила ручку и внимательно взглянула на девушку:

— Давайте я вам расскажу, в чем суть теста, и что нам нужно сделать.

— Да, я слушаю, — кивнула Руся.

— Этот… вирус при определённых условиях вызывает… Судороги по всему телу, как столбняк. Очень неприятные от него последствия, — скривилась врачиха. — Но есть действенное лекарство от него. Нам нужно только выявить сам вирус. Мы к вам подключим считывающий прибор и будем следить за всеми показателями и отклонениями вашего тела, — перевела она дух, глянула в тетрадь и продолжила:

— Вы будете сидеть в специальной медицинской кабинке. Сверху будет подаваться специальная жидкость, на которую реагирует вирус. Поэтому вам нужно будет раздеться, чтобы не промокнуть, хотя бы до нижнего белья. Если не хотите сидеть голышом. Вам так придётся посидеть минут пятнадцать-двадцать, — улыбнулась она.

Трёхнедельные трусы сатаниста! Они настолько заморозились⁈ Это же невероятно! Эй… Стойте-ка. Меня назвали вирусом⁈ Ну твари! Меня так ещё никто не оскорблял! Мне нужно стоически выдержать эти двадцать минут, и я ни грамма не дам этой боли Русе! Вот сволочи сатанинские!

Девушка в это время не менее удивлённо, но послушно, прошла в комнату, где стояла застеклённая кабинка с дверью, со сливом на полу и лейкой сверху. Так же там стоял металлический стул с обивкой. Ремней нет, так что, вроде, ничего угрожающего.

Медсестра, что пригласила девушку в кабинет, показала, где раздеваться и куда проходить после этого — в кабинку, соответственно. Когда Маруся, с неизменно обалдевшим выражением лица в чёрном нижнем белье села на стул, к ней подошла врачиха и медсестра. Они начали присосками прикреплять медицинские электроды к коже девушки. И прищепки к конечностям.

Когда они закрыли дверь кабинки, врачихи ушли, пару минут ничего не происходило. Но вдруг над головой произошёл треск динамика, и два голоса начали читать молитвы на латыни! Они вживую читают и, скорее всего, наблюдают! Следом лёгкими каплями начала капать святая вода, практически как небольшой дождь!

Из-за такого у меня моментально начался зуд с вытягиванием в астрал. Это… это же какие-то профессионалы! Сатанист их дери! Меня уже начинает скручивать потихоньку! С каждой минутой боль была все сильнее и сильнее. Я настырно держал всю боль в себе. Она моя, и только моя! Я не проиграю этим сволочам, что обозвали меня вирусом!

«Так, Крондо! Держись! Ты сильный и стильный! Ты со всем справишься-я-А-А! А-А-А!» — завизжал я фальцетом от боли спустя десять минут.