Истинная для декана. Сделка с драконом

Глава 26

Просыпаюсь от жуткого скрежета, будто железные когти крошат камень. Вздрагиваю и распахиваю глаза. Вижу, как закрывается железный люк над моей головой. И наступает полная темнота.

Светлые боги, где я? Что случилось? Если это способ устранить конкурентку за сердце мужчины, то профессор сошла с ума.

Нет, Ройлин же связан с политикой, а ещё он один из ключевых бойцов. Возможно, через меня хотят добраться до него.

Страшно. Чувствую себя маленькой и жалкой, ни на что не способной. Голова раскалывается, я тяну руку, чтобы ощупать голову, но чувствую, что что-то мешает. С трудом понимаю, что запястья плотно перевязаны верёвкой.

Все ощущения возвращаются, словно до этого они были отключены. Сухость во рту, холодный пол под спиной, затылок горит от боли, и слишком сильно стянуты запястья.

Я медленно разминаю тело, а затем так же медленно сажусь. Темень такая, что глаза даже не привыкли. Значит, тут ни одного источника света. И пахнет гнилой картошкой. Я в подвале?

Сверху слышится скрип от шагов по деревянному полу, на меня сыплется пыль. Чихаю. Жаль, не слышно голосов — это бы дало мне что-нибудь.

Сердце бешено бьётся, а мысли, наоборот, тягучие и неповоротливые. Не хочу думать о плохом, но мысли так и лезут. А вдруг меня никто не спасёт? Так ли я нужна декану, чтобы рисковать жизнью? Он же должен понимать, что это ловушка.

Вдруг я так и останусь тут? Сколько я продержусь?

Нет, нельзя о таком думать. Сделаю всё, что можно, а предаться отчаянию всегда успею. Делаю несколько глубоких вдохов и выдохов. Первым делом призываю магию. Чувствую её плохо, словно через пелену, но управлять могу. Наверняка они использовали какое-то заклинание подавления. Хорошая новость в том, что они все временные.

Зажигаю маленький шарик света. Управлять им почти не могу, поэтому он как пьяный летает кривыми кругами. Оглядываюсь. Да, это был погреб, где хранили овощи, но сейчас об этом говорят лишь три полугнилые картошки в углу. Приходит в голову забавная мысль, что их можно использовать как оружие.

Долго пытаюсь избавиться от верёвок, и магией, и физически. Не все заклинания подходят, потому что я могу случайно повредиться. Не хотелось бы получить рану — мало ли какая тут зараза.

Одновременно с тревогой я чувствую смутную, словно чужую ярость. Это странное ощущение, когда чувство яркое, но словно горит отдельно от меня, далеко. Но именно оно помогает мне собраться и избавиться, наконец, от верёвок.

Ладно. Надо дождаться, когда они откроют люк. Я знаю целых два нужных заклинания — защиту и нападение. Они не ожидают этого.

Меня застаёт врасплох скрип открывающегося люка в тот момент, когда я тянусь за картофелиной. Быстро сажусь и завожу руки за спину, чтобы скрыть отсутствие верёвок.

В просвете появляется помятое жизнью лицо крупного мужчины. Он внимательно осматривает меня. Руки за спиной, а не спереди, или не замечает или не обращает на них внимания.

— Ну что? — хрипло спрашивает ещё кто-то, кого я не вижу.

— Очухалась, — отзывается первый, глядя на меня. — Надо новое сонное зелье.

Из-за названия кажется, что сонное зелье надо пить. Но на деле достаточно вдохнуть его пары. Они сейчас плеснут вниз немного и закроют люк.

Я понимаю, что действовать надо быстро. Но руки не двигаются. У меня будет только одна попытка.

— Да сколько ж на неё потратим? — возмущается второй.

— Сколько надо. Если у наследника Огненных и есть слабость, то это она.

Наследника? Огненных? То есть, Ройлин имеет право быть главой всех драконов? Слышу я это в тот момент, как решаюсь кинуть сформированное заклинание. Вздрагиваю, и заряд меняет направление.

Целилась я в мужчину, а попадаю в его ладонь, поддерживающую люк. Он кричит и отпускает, крышка люка падает, громко и даже как-то жалобно скрипнув.

Я опять в темноте, но могу расслышать еле различимые ругательства. Времени зря не трачу. Формирую защитный купол над собой. И ещё одно атакующее заклинание.

Когда люк снова открывается, я думаю, что готова. Сердце стучит в ушах, но вместо страха пришёл злой азарт. Если я их оглушу хотя бы ненадолго, то попробую допрыгнуть и выбраться.

Но чего я не ожидаю, как того, что тот бугай спрыгнет прямо ко мне, ловко увернувшись от заряда. Купол он тоже пробивает одним ударом. Мельком замечаю блеск — наверняка у бугая артефакты-наручи, помогающие разрушать плетения. Мой купол рассыпается, и я чувствую, как острыми иголками колет руки по самые плечи — это последствия. Быстро сбрасываю плетение, и боль прекращается.

— Ну всё, ты меня достала, — бугай грубо хватает меня за волосы и оттягивает назад.

Я молочу ударами по его ручищам, пытаюсь достать дальше, но ему хоть бы хны. Он только гаденько улыбается. От мощного удара содрогается потолок, и на нас сыплется пыль. Мы с бугаём замираем и прислушиваемся. Ещё удар и страшный рык. Кажется, я знаю, кто это.