Измена. Горячая месть слаще

Глава 5

Я замираю, прижав свой сотовый к уху. Слышу, как громко стучит в груди мое сердце. Напряжение буквально замораживает меня. Ведь судя по тому, какой интриги нагнала моя подруга, виноват совсем не Давид…

— Света, — тихо зову я. — Ты еще здесь?

— Здесь, — шепчет она. — Сейчас пришлю еще одну фотку. Посмотри кто на ней…

Убираю телефон от уха и смотрю на загоревшийся экран.

Да быть того не может… Это точно не Давид. И не моя свекровь. Это Вероника.

— Это твоя сестра, — шепчу я, приложив ладонь ко рту. — Кир. Это твоя сестра подослала этого доктора. Это она… Но как Давид ничего не понял? Он идиот? Хотя зачем я задаю очевидные вопросы…

Кир едва слышно кашляет. И я тут же перевожу обеспокоенный взгляд на его лицо, испугавшись, что это какой-то приступ. Но в последний момент, замечаю блеск в его глазах.

— Смеюсь, — выдахает он, прежде чем снова закашляться.

Я испуганно вздрагиваю и вскакиваю с его постели, продолжая удерживать в его руках свою ладонь. Смотрю в его глаза. Он серьезно заговорил? Или мои нервы не выдержали всего этого трындеца и крыша моя решила отправиться в незапланированное путешествие?

— Кир… — шепчу я растерянно. — Мне не мерещится? Ты серьезно это произнес?

— Да, — хрипло выдает он.

Бросаюсь к кровати и крепко его обнимаю. Настолько крепко, что, кажется, еще немного и я его задушу. Это настолько невероятно, что мне все кажется нереальным. Как будто я вижу сон наяву…

— Боже, Кир, — шепчу я, внимательно всматриваясь в его лицо. — Ты возвращаешься. Ты был прав насчет лекарств… Ох прости, — растерянно отстраняюсь я. — Ты меня вроде как и не знаешь. Мы ведь не знакомились. Я Люда, — сжимаю его ладонь и улыбаюсь. — Жена твоего брата.

Он кивает и снова пытается улыбнуться.

Нет. Это точно не сон. Смотрю на него, словно вижу впервые. Но так по сути и есть. Я знала его как человека, который ест с ложки, что я подношу к его рту. Что не отводит от меня взгляда, если я вхожу в комнату. Что не может без меня защитится даже от собственной семьи.

А теперь он снова возвращается. Он становится собой. Тем мужчиной, которого я никогда не знала. С которым даже не была знакома…

— Люда! — слышу из коридора голос взбешенного Давида.

Подскакиваю на месте от неожиданности. Но быстро беру себя в руки и подхожу к Кириллу. Поправляю на нем одеяло. Разглаживаю складки и выпрямляюсь.

— Не ори! Я здесь! — отвечаю я и иду к двери.

— Да что ты за человек? Я ради тебя сестру из дома выгнал, а ты вот так ко мне относишься… Мне плохо! Очень плохо…

— Плохо ему, — тихо цежу я, прежде чем выйти в коридор.

— Эта мазь мне не помогает, — рычит он, швыряя в меня пустой тюбик. — У меня все чешется! А ты торчишь неизвестно где!

Оборачиваюсь на Кира, который стал свидетелем этой неприятной сцены. Он смотрит прямо мне в глаза. Выдавливаю кривую улыбку и прикрываю дверь. Делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться и поднимаю взгляд на мужа.

Теперь нужно довести это дело до конца. Мне предстоит еще немного помучиться. Потерпеть своего муженька. Потому что нельзя взять и сорваться на Давида. Даже если этого очень хочется. Я еще успею высказать ему все, что о нем думаю. Он от возмездия не уйдет… Но с начала нужно помочь Киру. И заодно разобраться, кто именно ему вредит.

По идее Давид не в курсе того, что доктор не настоящий. Иначе бы он не стал так обращаться с сестрой. Если они вдвоем спланировали устранить брата, то логично, что они станут держаться вместе, чтобы их не раскрыли. Или я все таки ошибаюсь?

— Идем, — произношу я и отхожу от дверей спальни. — Не нужно здесь кричать. Твой брат отдыхает.

— Да он только и делает, что отдыхает! — взрывается Давид. — Тебе не о нем, а обо мне, переживать нужно! Я твой муж, а не этот овощ!

— Я поняла, Давид, — как можно спокойнее отвечаю я. — Давай запишем тебя к врачу?

— Да к черту этих врачей! Я хочу, чтобы ты съездила в аптеку и купила мне нормальную мазь!

Конечно я сразу хватаюсь за возможность, ненадолго ускользнуть из этого дурдома. Во-первых, мне нужно успокоить нервы. А во-вторых, созвониться с подругой. Все же она у нас главный детектив по этому делу. И едва сажусь за руль, набираю номер Светы.

— Привет. А ты все еще общаешься с тем полицейским? — сразу беру быка за рога. — Нужно найти этого лже-докторишку и вытрясти из него всю правду.

— Так и знала, что ты об этом попросишь, — смеется она. — Поэтому уже позвонила Игорю и попросила его помочь.

Одной проблемой меньше. Пока Света будет искать этого врача, я смогу заняться здоровьем Кира. Осталось выяснить, что за лекарства ему давали. Ведь для того, чтобы убрать негативные последствия препаратов, нужно сначала понять, чем его пичкали.

Купив в ближайшей аптеке несколько тюбиков разных мазей, я возвращаюсь домой. Издевательства над Давидом уже не радуют меня, как в самом начале. Но вовсе не потому что мне теперь его жалко. Нет. Все дело в том, что муж становится настолько капризным и доставучим, что в итоге я решаю убрать ромашку из его рациона. Мне сейчас не до мелких шалостей. И не до нытья взрослого мужчины.

В этом доме твориться что-то странное. И я должна выяснить, кто затеял опасную игру, а не потакать капризам Давида.

Передвинув банки с чаем сдобренным аллергеном подальше вглубь полок, меняю подушку мужа на старую и на этом умываю руки. Пока Давид будет занят работой, я успею разобраться с проблемами деверя.

Вечером Света присылает сообщение о том, что будет ждать меня завтра в двенадцать часов в кафе у работы. Эта новость поднимает мне настроение. Ведь если подруга назначила встречу, значит ей есть что сказать. А это уже прогресс!

Предупреждаю Давида, что хочу завтра съездить в клинику, чтобы узнать поподробнее о его состоянии и, при необходимости, записать его на сдачу анализов. Но он только фыркает и отмахивается, сообщив что мне нечего делать.

— Я ведь беспокоюсь о тебе, — с улыбкой напоминаю я, наблюдая за тем, как супруг тянется к банке с таблетками, вызывающими сыпь.

Совсем забыла про эти пилюли. Ну ничего страшного. Пускай еще немного почешется, а завтра я спрячу банку и скажу, что она потерялась.

Утром муж просыпается практически в нормальном настроении. Да, зуд никуда не исчез. Но отсутствие слез и насморка, кого угодно сделают счастливее. Пока он плещется в душе, готовясь к новому рабочему дню, я проверяю его телефон. Читаю переписку с Дианой. Посмеиваюсь над тем, как он под разными предлогами отмазывается от свиданий. Да, такая нимфа вряд ли оценит опухшего от рыданий, престарелого мачо. Хотя, она явно с ним не из-за любви, а ради денег. Возможно бы и потерпела. Кто знает…

Как только муж отправляется в офис, предварительно намазав лицо тоналкой, я отправляюсь в комнату деверя. Тихо рассказываю ему о своих планах и о том, что думаю делать дальше. Присутствие в доме свекрови, вынуждает меня действовать очень осторожно. Знаю, что если ей станет хоть что-то известно о том, чем я занимаюсь, она без раздумий сдаст меня Давиду. И даже не подумает о том, что я помогаю ее старшему сыну. Ненависть ко мне перевесит все остальное.

На встречу со Светой я приезжаю заранее. Выбираю столик в углу и сразу открываю меню. Со всеми этими скандалами, интригами и расследованиями, я совсем перестала следить за своим питанием. Раньше старалась соблюдать режим, чтобы не испортить фигуру. А сейчас запросто могу забыть пообедать из-за того, что слишком занята чужими проблемами. Да и своими тоже…

Иногда я ненадолго отпускаю мысли о Кире и задумываюсь что будет со мной после того, как все закончится. Ну вот спасу я деверя и что? Давид, наверное, вылетит из его дома. Свекровь тоже, скорее всего, получит заслуженную порцию любви и ласки. И что дальше?

Знаю одно — меня однозначно ждет развод. Потом дележка совместно нажитого. Только вот что нам делить? Наверное, мы обойдемся без этого. А затем я вернусь на работу. Фирма в которой я раньше работала с радостью встретит блудную дочь…

— Привет! — приветствует меня Света, присаживаясь напротив.

Я тут же отгоняю от себя невеселые мысли о будущем и растягиваю губы в улыбке. Подруга как всегда в своем репертуаре. Волосы небрежно скрученные в пучок, зафиксированный карандашом. Съехавшие на нос очки. И бейджик, который она вечно забывает отцепить с блузки, когда покидает лабораторию.

— Короче слушай, — кладет она руки на стол, нервно постукивая пальцами по столешнице. — Игорю не составило труда найти этого фальшивого лекаря. Оказывается он засветился у них в базе из-за какого-то пустякового дела. И ты не поверишь, кем он работает.

— Какой-нибудь актер? — предполагаю я.

— Нет. Он ветеринар. Живет и работает в области, — отвечает она, распахивая меню. — Игорь слегка на него надавил и тот сразу сдал свою подельницу с потрохами. Правда он не в курсе, для чего Вероника это делала. Она хорошо ему платила и он не задавал лишних вопросов. Сразу скажу, что он не стал его задерживать. Игорь пообещал, что этому Айболиту ничего не грозит. Но это не так. То, что сделали эти двое — уголовно наказуемое преступление.

— Почему же он его отпустил, — удивляюсь я.

— Ну официального заявления пока нет, — пожимает она плечами. — Я попросила у него немного времени, чтобы ты успела разобраться с тем, что происходит в вашем доме.

— А не легче передать все это дело в руки полиции?

— Люд, ну ты чего? — округляет она глаза, склонившись над столом. — А ты не подумала о том, что эти крысы, в попытке замести следы, избавятся от твоего деверя?

— Ох, — вздыхаю я. — Ты права. Нужно сначала подумать, как спасти Кира.

— Есть и хорошие новости, — произносит она. — Эскулап, травил брата твоего мужа какими-то транквилизаторами. Плюс в том, что они скоро выведутся из организма. Если кто-нибудь не накормит его новой порцией.

— Думаешь, у Вероники есть сообщники в доме? — хмурюсь я.

— Я уже ничему не удивлюсь, — тянет подруга. — Ветеринар конечно не сказал, кто еще замешан в этой истории. Но Игорь уверен, что действовала она не одна. Как можно незаметно травить человека в доме, где живет еще несколько человек?

Действительно, как можно незаметно травить человека при посторонних?

На самом деле это проще, чем кажется.

Я ведь тоже была в этом доме всё это время! И, так же как остальные, ничего необычного не замечала. Просто когда мы только переехали, Кир уже лежал пластом и не реагировал на внешние раздражители. Наверное, именно поэтому, я даже предположить не могла, что виной его состояния, стала вовсе не болезнь, а какие-то транквилизаторы для животных.

— И ещё, — встрепенувшись, произносит Света. — Игорь раздобыл телефон, некогда, лучшего друга Кирилла. Может тебе стоит с ним связаться и попросить о помощи?

— Даже не знаю, — хмурю я брови. — Ты уверена что ему можно доверять?

— Милая, — вздыхает подруга. — В наше время доверять стоит только себе. И то через раз. Но, возможно, стоит с ним поговорить. Союзники, в этой борьбе, тебе не помешают.

— Ладно, я подумаю над твоим предложением, — обещаю я. — Спасибо тебе за помощь. Даже не знаю как бы я сама со всем этим справлялась.

— Обращайся, — смеётся Света — Мне понравилось играть в настоящего детектива. Жаль что, пришлось это делать, при таких печальных обстоятельствах. Ну ладно. Я побегу. А ты звони если что.

Прежде чем ехать домой я решаю зарулить в одну из частных клиник, находящихся неподалеку от кафе, где мы обедали. Записываюсь к свободному терапевту и, сделав вид что очень озабочена состоянием здоровья своего мужа, описываю ему симптомы аллергии. И, конечно, интересуюсь какие анализы нужно сдать, чтобы узнать что именно стало причиной его странного состояния.

На самом деле меня всё это совсем не интересует. К тому же я и без врача знаю что с ним происходит. Просто мне нужно алиби. Вдруг Давид в чём-то меня заподозрит? В этом случае, я смогу предъявить, что действительно переживала за него. Даже к доктору сходила.

Домой я возвращаюсь ближе к вечеру. И прямиком направляюсь в нашу с Давидом спальню. Хочу рассказать мужу о том, что мне удалось узнать от врача. Точнее хочу сделать вид, что в очередной раз проявляю о нем заботу. Я знаю что муж уже приехал из офиса. Поняла это, когда увидела его автомобиль на подъездной дорожке. Конечно удивительно, что он вернулся так рано. Но видимо, одновременно, работать и чесаться, не очень удобно. Ну да ладно. Мне точно об этом переживать не стоит. Давид это заслужил.

Нужно еще не забыть, спрятать таблетки. Пусть немного порадуется тому, что его здоровье вернулось в норму. Его капризы мне настолько осточертели, что я буду только рада, когда он снова начнет проводить все свободное время подальше от меня. И очень надеюсь, что этот вечер пройдет спокойно.

Но в спальне меня ожидает довольно неприятный сюрприз. Едва я переступаю порог, как сталкиваюсь, нос к носу, со своей свекровью.

— Что вы здесь делаете? — удивленно спрашиваю я.

Неужели приперлась чтобы порыться в моих вещах, в поисках компромата? Зря потеряла время. Здесь она точно ничего не найдет. Да и не в чем ей меня уличить. Единственным моим секретом является то, что Кир уверенно идет на поправку.

— Пришла помочь моему сыну, — отвечает она, выдавив свою гаденькую улыбку. Вот уж кому раздвоенный язык придется к месту. — Раз уж жена совсем о нём позабыла.

Удивительно, что она снова не обвиняет меня в том, что я избавилась от ее любимой доченьки. Может боиться, что Давид услышит наш разговор?

— И чем же вы ему помогаете? — интересуюсь я, игнорируя ее последние слова.

— Я прочитала, что зелёный чай хорошо успокаивает, — с умным видом заявляет она. — Вот, заварила крепкий настой и приготовила для Давида ванну. Уверена, скоро ему полегчает.

— Какой ещё чай? — закатываю я глаза.

— Вот этот, — радостно демонстрирует она мне банку, с чаем который я, лично, щедро сдобрила ромашкой. Блин, я же его в самый дальний угол задвинула. Как ей удалось его отковырять?

— Понятно, — произношу я, прикусывая губу, чтобы не рассмеяться.

Теперь о спокойном вечере можно и не мечтать. Не пройдет и часа, как к Давиду вернутся все симптомы аллергии. И он снова начнет изводить меня капризами.

Конечно я оказываюсь права. Хотя, сразу после горячей ванны, муж чувствует себя бодрячком, я знаю, что это просто затишье перед бурей.

— Фух, — выдыхает Давид, запахивая халат. — Как же хорошо. Мама оказалась права.

— Замечательно, — констатирую я.

— Конечно замечательно! — заявляет он, падая на кровать. — И сразу становится понятно, кто действительно переживает о моем здоровье. Правда?

— Тебе виднее, — пожимаю я плечами.

— Просто мать всегда заботится о потомстве, — начинает он заливать какой-то бред, заложив руки за голову. — Вот даже просить не нужно. Это как безусловный рефлекс. У всех матерей это в подкорке отпечатывается. Они на все что угодно пойдут, чтобы спасти ребенка.

— Угу, — киваю я вздохнув. — Только почему-то у нее этот рефлекс отсутствовал, когда мы без денег сидели. Когда мне приходилось занимать у коллег, чтобы оплатить Авроре садик. Когда мы неделю питались одними макаронами.

— Ой, Люд, ну что ты за человек? Как можно быть такой токсичной? — закатывает он глаза.

— С какого перепугу, правда вдруг стала проявлением токсичности? — интересуюсь я.

— Да просто ты только плохое помнишь, — ворчит он и отворачивается.

— А разве было что-то хорошее? — усмехаюсь я. — Может перечислишь?

— Да ну тебя, — отмахивается он. — Не порть настроение.

Я только плечами пожимаю и отхожу к туалетному столику, чтобы нанести на лицо крем.

Как же быстро Альбина Игоревна запудрила ему мозги. Хорошо что он не успел выдать мне извечный постулат свекровей — жен может быть много, а мать одна. Тогда бы я точно не сдержалась и зарядила ему чем-нибудь по голове.

— Люд, — тянет Давид, присаживаясь на постели. — Со мной что-то не так.

— Обратись к своей мамочке, — не оборачиваясь, советую я.