И я собралась. Украдкой бросила взгляд на детектива, который что-то набирал в телефоне, и достала зеркальце. Ещё никогда я не выглядела так потрясающе плохо. При помощи салфеток и бутылки воды оттёрла потекшую тушь. Все это время Комен или с кем-то переписывался, или делал вид, потому что повернулся он ко мне только тогда, когда я уже вернула себе человеческий вид.
— Аврора, я вам кофе заказал. Сейчас наш сотрудник его принесет и заодно приведет вашу подругу. — сказал он так, будто такая забота обо мне была в порядке вещей.
— Не знаю как вас благодарить, детектив. Вы потратили на меня столько времени. — начала я, но он меня прервал.
— За заботу не благодарят. — спокойно и как-то даже раздраженно буркнул он.
— Но вы не обязаны были. — сказала я и увидела, что это его расстроило.
— Аврора, заботу оказывают только если хотят. Нет такого понятия “обязан”. Его не существует в принципе. Человек либо делает, что считает нужным, либо не делает. — он говорил спокойно, но слово “обязан” он как-то едко проговорил. Заметно, что это слово его прямо раздражает. И тут я с ним солидарна.
Но дальше разговор у нас не сложился, потому что подошла Лина в сопровождении паренька в очках.
Знакомый полицейский так и стелился вокруг Лины, которой, казалось даже нравилась его услужливость. А я то всегда считала, что Лина любит мужчин сильнее себя.
Я с благодарностью приняла кофе, ещё раз поблагодарила детектива Комена и мы пошли к машине Лины.
— Красотка, куда поедем? — с напускной веселостью спросила Лина, заводя машину.
— Домой. — сказала я пристегиваясь.
— А может спа, шоппинг или ресторан?
Я оценила попытку Лины отвлечь меня, но мне сейчас было не до светской жизни.
— Домой. К тебе же можно? — робко спросила я.
— Отличная идея! — весело сказала она, но в ее голосе послышалось удивление.
— А по пути закажем пиццу и колу. — я все ещё пыталась делать вид, что ничего не случилось, что я просто еду к подруге провести вечер. Но я держалась из последних сил.
— Какая пицца и кола? Мы что дети маленькие? Нам требуется что-то покрепче, чтобы во всем этом разобраться. — сказала Лина внимательно следя за дорогой.
Я отвернулась к окну, чтобы скрыть как слово “дети” сорвало хлипкие петли, на которых держалось мое спокойствие. У него есть дети…
По щекам потекли так долго сдерживаемые слезы. Молча, без истерики. Потоки слез, которые смывали все мои мечты о прекрасном будущем и о том, что когда-нибудь у нас с Марком будут дети.
А ведь если задуматься, то это он всегда говорил, чтобы их было двое. Мальчик и девочка. Не оттого ли он так об этом говорил, что скучал по своим детям? Не потому ли всегда говорил мне “давай ещё годик подождем”?
И его вечное “вот станем немного на ноги и тогда заведем детей”… И стояли же на ногах, прочно стояли. В бедности так точно не жили.
Так почему я тогда велась на его уговоры? Почему я не настаивала? Потому что наивно верила, что самое лучшее у нас ещё впереди?
Вот сейчас бы было ради кого жить… Меня бы ждали дети… Как где-то ждут его.
— Милая, ты чего? — Лина прикосновением руки вернула меня из мыслей, и я сквозь слезы смогла проговорить только одно.
— У него есть дети.