Измена. Спаси меня, если сможешь

Глава 26

Я с трудом разлепила глаза, ощущая напряжение во всём теле. Вчерашний разговор с Наташей оставил странное послевкусие, мысли продолжали крутиться вокруг её слов, но времени на размышления не было — через полтора часа я уже должна была быть на вокзале.

Телефон завибрировал. Звонил Андрей Викторович.

— Ларина, я буду у вашего дома через пять минут. Будьте готовы.

— Что? — я растерянно заморгала. — Мы же должны встретиться на вокзале.

— Так будет быстрее. Спускайтесь.

Гудки. Как всегда лаконично. Что это было и вообще откуда он узнал мой адрес?

Я быстро схватила чемодан, проверила документы и выбежала на улицу. Машина уже ждала у подъезда. Андрей Викторович сидел за рулём. Выглядел он, как всегда, собранным и невозмутимым.

— Доброе утро, — кивнул он, когда я уселась в салон.

— Утро… Да, — я пристегнулась, пытаясь скрыть смущение.

Несколько минут мы ехали в тишине. Я смотрела в окно, привыкая к мысли, что ближайшие дни проведу в одном городе с этим человеком.

— Как там коллектив? — неожиданно спросил он, не отрывая взгляда от дороги.

Я удивлённо повернулась к нему.

— В каком смысле?

— В прямом. Как работают? Как атмосфера на станции?

Я пожала плечами. Странные вопросы, конечно.

— Как обычно. Работы много, все устали, но справляются. Наташа вот рассказывала недавно, что её сын пошёл в первый класс.

— Хорошая новость, — кивнул он. — Она хороший специалист. А как Артём? Вы с ним часто работаете вместе?

Я на секунду замялась, прежде чем ответить:

— Да, он хороший напарник. Мы работаем с ним в паре месяцев 7–8, примерно. Иногда он чересчур самоуверенный… — я осеклась, осознав, как это прозвучало, и поспешно добавила: — Но без него было бы сложнее, он надёжен в работе. Очень хороший специалист.

— То есть, вам нравится работать с ним? — будто между делом спросил он, даже не поворачиваясь ко мне.

Я нахмурилась.

— В профессиональном плане — да.

Андрей Викторович кивнул, но ничего не сказал. Его взгляд на секунду задержался на мне, прежде чем он вновь сосредоточился на дороге. В салоне повисло напряжение. Было ясно, что он не просто так начал этот разговор. Но зачем⁇

— А как у вас с личной жизнью, Ларина? — вдруг спросил он, не меняя тона.

Я замерла. Сердце замедлилось на секунду, а затем застучало быстрее. Он спросил просто так или за этим скрывалось что-то ещё?

Ладони вспотели, и я сжала их в кулаки, пытаясь взять себя в руки. Почему этот разговор внезапно стал таким личным? И почему он опять обращается ко мне на «Вы»?

— А с чего такой интерес? — я приподняла бровь.

— Просто беседа, — ответил он невозмутимо. — Мы едем на конференцию, всё-таки будем работать вместе несколько дней. Почему бы не узнать друг друга лучше?

Я усмехнулась.

— Если вам так интересно, то личная жизнь у меня сейчас отсутствует. Все силы уходят на работу и развод.

Он молчал несколько секунд, затем заметил:

— Разумный приоритет.

Я не знала, что на это ответить. В машине снова повисла тишина, но теперь она ощущалась по-другому — напряжённее.

Поездка в Москву тянулась мучительно долго. Я пыталась сосредоточиться на книге, но не читала ни слова, только машинально перелистывала страницы. Напротив, Андрей Викторович просматривал документы, но время от времени я ловила на себе его взгляд. Напряжение висело в воздухе, но ни один из нас не пытался его разрядить.

В какой-то момент я всё же не выдержала и осторожно посмотрела на него. Он тут же отложил бумаги и, засунув руки в карманы брюк, спокойно спросил:

— Устали?

Я не ожидала, что он заговорит первым, поэтому немного замялась.

— Чуть-чуть, — призналась я. — Не привыкла к таким поездкам.

— Со временем такие поездки перестают казаться чем-то особенным, — заметил он, продолжая смотреть на меня. — Главное — найти в них пользу для себя.

— Если честно, мне кажется, что вы тоже не особо любите конференции, — я рискнула улыбнуться. — Или я ошибаюсь?

— Не ошибаетесь, — на его лице появилась легкая усмешка. — Но иногда приходится делать то, что необходимо.

И снова пауза. Только теперь в ней уже не было прежнего напряжения.

Когда мы прибыли в гостиницу, я надеялась, что этот день завершится всё же без сюрпризов, но как же я ошибалась. Администратор протянула Андрею Викторовичу один ключ.

— Почему один? — нахмурился он.

Девушка за стойкой смущённо посмотрела в компьютер и пробормотала:

— Так было забронировано.

Андрей Викторович нахмурился, достал телефон, открыл подтверждение бронирования и развернул экран к ней.

— Здесь указаны два отдельных номера.

Девушка вернулась к компьютеру, что-то долго смотрела, потом отошла и куда-то позвонила. Через время она вернулась к нам, выражение лица у неё было очень виноватым.

— Прошу прощения, но произошла какая-то ошибка в системе бронирования. Второй номер занят, и ближайший освободится только завтра. Сегодня свободных мест нет.

Андрей Викторович медленно выдохнул, явно сдерживая раздражение.

— И что вы предлагаете?

— Мы можем предложить вам один номер… — осторожно проговорила она.

Я почувствовала, как меня бросило в жар.

— Надеюсь, что с двумя кроватями? — мрачно спросил мой начальник.

— Н-н-неет… — заикаясь начала она. — Остался только номер с одной большой кроватью…

— Что? Нет, это… — я запнулась, взглянув на Андрея Викторовича.

Он несколько секунд молчал, явно размышляя о чём-то. Потом тяжело вздохнул и обратился к администратору:

— Других вариантов точно нет?

— Боюсь, да. Завтра в городе начинается крупная конференция, всё занято.

Он сжал челюсть, затем повернулся ко мне:

— Ларина, у нас нет выбора.

Я сглотнула. Боже, и как я переживу эту ночь?