Я еще какое-то время молча сидела, уткнувшись носом в тарелку. И чем дальше, тем яснее понимала, что подчиниться этому приказу не смогу. Нет, меня вовсе не тянуло на приключения. Совсем! Да катились бы они колбаской, такие приключения.
Я еще в детстве, читая любимые книжки, частенько задумывалась о том, что многое из того, о чем так интересно почитать, лежа под теплым пледом с тарелочкой печенья под рукой, нормальные люди называют не приключениями, а совсем другим словом. В том числе и главные герои этих самых книг. "Пушистый северный зверек, имеющий привычку таиться до последнего" — вот как это называется.
И меня вовсе не тянуло прогуляться по улицам просто ради неприятностей на свою… кхм. Голову. Но и сидеть ждать я не смогу. Тем более после рассказа Маркетиоса. Как бы там ни было, даже учитывая то, что попала я сюда далеко не по своей воле, к этим людям я успела не на шутку привязаться.
Если мое присутствие угрожает их безопасности. Ох, как не хотелось даже думать на эту тему. Чего проще — обещали тебе, что все будет в порядке и за тебя все решат? Вот и сиди тихонечко, не высовывайся.
Мыслишка такая соблазнительная, так хочется пожать плечами и пусть за тебя отдуваются другие. И почему я никогда не поступаю так, как подсказывает этот самый умный кусочек мозга?
Ужин закончили в молчании и тихонько разошлись по своим комнатам. Фимка, правда, сделал было попытку перехватить меня в коридоре, но Ник уволок его буквально за шиворот. Я проводила их взглядом и ушла к себе. Думать.
Думала я весь вечер и еще половину ночи. Не надумала ничего хорошего. Вопросов было больше, чем ответов.
Начнем с того, что я так и не поняла, какого черта этому хмырю в капюшоне от меня надо. И не видела способа это выяснить. Особенно если эти 'жутко секретные тайны' никто не стремится обсуждать в принципе. Ясно только, что ничего хорошего.
Теперь дальше. Чем дальше я рассуждала, тем более странным казалось мне поведение Маркетиоса. С одной стороны он, велев мне сидеть дома и носа не высовывать, обещал защиту. Вот именно, с одной стороны. Зачем тогда он рассказал мне о том парне, у которого исчезла вся семья? Чтобы подчеркнуть опасность и с силу вражьего племени, а также собственную крутость? Мол, всех убью, один останусь, как говорил один небезызвестный герой моего когда-то любимого фэнтези. Оххх, не знаю.
Значит, тут что-то другое. Спрашивается, что именно? А ничего хорошего. Додумалась я только до того, что таким завуалированным способом маг дал мне понять, насколько мое присутствие здесь нежелательно. Даже сама мысль об этом была редкостно неприятна, но не способ ли это разбудить мою разоспавшуюся совесть и освободить жилплощадь? Да нет, не может быть. Но…
Если поразмыслить, ведь это правда. Живу тут как у Христа за пазухой и в ус не дую, на всем готовом. Вряд ли мой вклад в научную деятельность Маркетиоса настолько ценен, чтобы бог знает сколько времени содержать в доме неизвестно откуда свалившуюся девицу, еще и потенциально опасную. Которая как минимум раз в неделю, а то и не один, портит дорогостоящую магическую утварь.
Да, я сюда не по собственной воле попала. Но не вставать же теперь в позу, мол 'не виноватая я, они сами пришли и вызвали'. Глупо и некрасиво, особенно после того, что отнеслись здесь ко мне вполне по человечески, и люди эти мне теперь не чужие.
Ох, вот тут самая большая дохлая собака и прикопана. Я не хочу подвергать никого из моей новой… ну да, семьи… никакой опасности. Пусть даже Маркетиос действительно сможет меня защитить, чего это ему будет стоить? А остальным? Ник и Фимка только-только вернулись в лицей, у Нойры столько планов, сам маг… а, да что говорить. Каждый из них стал мне близок и дорог. И рисковать ими я не хотела ни в коем случае.
Значит, надо уходить? А куда? Куда я могу тут пойти, и что вообще буду делать? Вот когда я недобрым словом покрыла и собственную лень, и сто раз помянутые 'особенности характера'. Дождалась, идиотка, когда хвост подожгли, а где ближайшая лужа, разузнать вовремя не удосужилась.
В результате, у меня ни денег, ни толковых знаний, ни даже идей нет. Я не знаю, куда мне идти. Не знаю, чем заняться. Понятия не имею, как заработать хотя бы на хлеб. Нет, стоп. Это уже немного преувеличено. Как-нибудь заработать, я, конечно, сумею. В самом крайнем случае полы мыть я умею… ОЙ! Ах черт… я забыла про магию. Здорово. Значит даже поломойкой меня никто не возьмет — кому нужна работница, от которой домашнюю утварь надо беречь, как от огня.
Все эти мысли возникали в голове сумбурно и беспорядочно, метались, перебивали одна другую, и только окончательно сбили меня с толку. В результате я сначала обозлилась, потом впала в глубокую депрессию, потом опять обозлилась, плюнула, и решила, что утро вечера мудренее. Все равно кроме глупостей или возможных неприятностей ничего не придумывается. И завалилась спать, даже не умывшись, зато в обнимку с котом.
Увы, мои надежды на то, что к утру я поумнею, не оправдались. Стоило открыть глаза, как затаившиеся где-то в темном углу мерзкие мысли хищно накинулись на меня всей толпой, злорадно потрясая невеселыми перспективами и бесполезными сожалениями. Отчаянным усилием воли я слегка разогнала эту мрачную тучу и трусливо сбежала из уединенного местечка, где никто не мешал мыслям меня терзать в теплую и благоухающую выпечкой кухню.
Вопреки обыкновению без всякого аппетита поклевав завтрак, я поплелась во двор — обычно в это время Нойра начинала гонять меня, как петух обленившуюся курицу по курятнику. Я стонала, ворчала и всячески пыталась увильнуть от бксполезных, на мой взгляд, издевательств над своим ни на грамм, зараза, не худеющим туловищем, но сегодня даже этого не получилось. В смысле — выползла добровольно и молча. Плохи мои дела.
А Нойры вот как раз и не было. Вздохнув, и помахав ручкой неосуществившейся надежде въехать в привычную колею и уселась в тенек и опять задумалась. Лучше бы бегала и палкой махала, честное слово.
А что тут думать… надо уходить из такого уютного и привычного дома и пытаться устроиться в этой жизни самой. Хватит уже выезжать на чужом горбу, в конце концов мне не пять лет.
Итак, давай подумаем, что у нас имеется из положительных моментов. Мдаааа… негусто что-то. Вообще ничего не придумывается, если честно. А из отрицательных? О-о-о-о! Полным полна коробушка: магией я пользоваться не могу. Мало того, что самой магичить не светит не под каким соусом, даже сделанное другими я не смогу использовать. Надо вообще теперь жить, не снимая перчаток, вряд ли кто-то за пределами ставшего уже родным дома будет в восторге от девицы, выводящей из строя его любимые дорогостоящие вещицы одним прикосновением. Мало того, что в жизни не расплачусь за убытки, так еще и внимание привлекать буду, как клоун на мессе. Не годится.
Стало быть, поиски работы осложняются в…черт знает сколько раз. Плюс ко всему, как раз привлекать внимание к своей особе мне нужно меньше всего. Так я и не поняла, чего хмырю в капюшоне и прочим ключникам от меня надо, но высянять это подробнее не хотелось совершенно. Меньше знаешь, лучше спишь.
Значит, надо как можно скорее исчезнуть из виду, желательно вообще из города уехать. Ох, как тоскливо… мало того, что я понятия не имею, куда податься, так еще и просто уезжать не хочется. Страшно, и… я буду скучать. По мальчишкам в первую очередь, по Милене с ее воркотней, даже по Маркетиосу. В своем мире я так давно потеряла это ощущение семьи, что почти забыла о нм, а здесь… здесь оно вернулось.
От таких мыслей я совсем приуныла и тоскливо уставилась куда-то прямо перед собой, не особенно обращая внимание на то, что вижу. Чисто выметенный двор, вон у стены стоит бочка с водой и какая-то Миленина метелка, явно магическая, судя по чуть заметному желтоватому свечению. Уже, между прочим, почти разрядилась, пора 'подзаправить' магией в соседней лавке. Взгляд бездумно скользнул дальше, по верхушкам деревьев на черепичную крышу, тоже тихонько светившуюся заклинанием от протечки, вон флюгер свежеизготовленный, так и сияет, наверняка будет предсказывать погоду лучше, чем прежний, который под конец своей погодной службы предсказывал исключительно дождь, даже если почти плавился на жарком солнышке. Стоп!
Я подскочила на месте и заморгала, осененная внезапной мыслью. Ну конечно! А что, если мое главное несчастье и недостаток превратить в достоинство? Почему бы нет, ведь…должно получиться! Я же ВИЖУ магию! Пусть я не могу ею пользоваться и вообще предпочитаю держаться подальше, но я часто вижу то, чего не может заметить даже Маркетиос!
Сколько раз я ставила его в тупик, мимоходом заявляя, что вот эта непонятная штукенция так и пышет каким-то хитрозлобным заклинанием, (цвет ее мне не нравился, что ли…) а вот этот шикарный с виду амулет полное барахло, потому что магия на него намотана извне, как нитка на катушку, и истончается с каждой минутой. Больше двух дней не протянет.
Откуда я сама это знала, я никогда так и не смогла объяснить, просто видела и все. Мало того, пару раз по его просьбе я даже 'обезвреживала' какие-то 'побочные эффекты' и прочие пакости, просто втягивая вредоносную магию в себя — мне-то совершенно по барабану, полезная это, скажем, газонокосильная магия, или злобнозверская порча. Впитывается со свистом, и ощущения абсолютно одинаковые, то бишь, кроме короткого удара 'тока' вообще никаких.
Я вскочила и нервно зашагала по двору, мотаясь от забора до метелки, словно ополоумевший маятник. От мыслей в голове сразу стало тесно, и каждая норовила распихать соперниц и вылезти на первое место. А что, ведь это действительно шанс! Осталось только сообразить, как им воспользоваться и при этом не влипнуть в очередные неприятности.
Пометавшись так минут десять, я поняла, что самой мне не хватает информации. Замерла на месте, пару минут простояла столбом, а потом — была не была, помчалась в дом, разыскивать Нойру.
На мой стук довольно долго никто не реагировал, но потом дверь открылась и появилась мрачная, как ноябрьская туча, хозяйка. Глаза красные и… ооооо! И запах, знакомый до тошноты. Мадам вчера что-то отмечали? Или горе заливали? Не знаю, но результат всегда один получается — дичайшее похмелье, приступ которого и был мне продемонстрирован во всей красе.
Так что до того, как начать конструктивный разговор, пришлось предпринять ряд не менее конструктивных действий. Намочить в умывальнике полотенце, которое Нойра тут же водрузила на свою больную головушку и сгонять к Милене за неким зельем, по утверждению страдалицы, самым что ни на есть магическим, а по моим наблюдениям — самым обыкновенным рассолом. Скорее всего из под огурцов.
Это зелье и в моем родном, насквозь антимагическом мире всегда считалось волшебным, и тут не подвело. Меньше чем через полчаса Нойра смогла думать еще о чем-то кроме раскалывающейся головы и норовящих пуститься в бегство внутренних органов.
Я сразу взяла быка за рога, то есть продемонстрировала Нойре свои способности, раздраконив ее туалетные принадлежности (магическая зубная щетка первым делом начисто облысела, а 'лучшее в мире средство, сохраняющее ваше дыхание свежим и зубы белоснежными, изготовленное с помощью новейших достижений магической мысли, рекомендованное ассоциацией лучших магов-врачевателей!' полезло из коробочки противной зеленоватой пеной, заполнив комнату запахом самой натуральной болотной тины. Могло и хуже быть…
Нойра слегка обалдело наблюдала за моими действиями и опомнилась далеко не сразу. Однако, она справилась с собой и успела остановить меня до того, как я, войдя в демонстраторский раж, изничтожила все магические предметы в комнате.
Видимо, этого она и опасалась, когда ласково и в то же время решительно оттеснила меня к собственной кровати, куда и усадила, на всякий случай придерживая за плечи. Для начала заверив меня, что она полностью удовлетворена уже уничтоженными предметами туалета, и вообще под впечатлением, Нойра осторожно спросила, что именно я хотела ей доказать этой демонстрацией.
Я перевела дух, и с сожалением покосилась на туалетный столик, полный всяких так и светящихся магией интересных штучек. И принялась объяснять. По ходу дела я все стремилась еще раз на практике продемонстрировать свои способности, но Нойра держала меня крепко.
Способности совершенно точно ее впечатлили, хотя она и раньше об этом слышала, но во первых, не так подробно, а во вторых я в основном ругалась и жаловалась, в очередной раз обнаружив, что не могу пользоваться каким-нибудь магическим удобством.
Рассказал и показав все, на что я в тот момент была способна, я замолчала и выжидательно уставилась на собеседницу. Она не менее внимательно таращилась на меня. Так мы просидели, наверное, с полминуты, и я не выдержала первая:
— Ну? Что?