Лорд Стужа и Я

Глава 19

Шерилин

— До вечера продержишься? — спросил Саверин, нагнувшись над ящиком.

И в сером тумане другого измерения моргнул огромный, во все пространство двери, красный драконий глаз.

— Да я-то в порядке, просто выбраться не могу. Я сам проход пока открывать не умею.

— А как же мы его накормим, если кристаллы в академию не пронести? — запаниковала я.

— Откроем Решу проход за территорией. Реш, ты чувствуешь рефракта? Сможешь откликнуться на зов?

— Конечно! Наша связь нерушима! — пафосно заявил дракон, но мне спокойнее от его слов не стало.

Саверин вот тоже безмятежным совсем не выглядел. Он даже объявляя меня невестой выглядел более счастливым, чем сейчас. Да и я, надо сказать, из-за переживаний о рефлекте совершенно перестала злиться на Стужу и его сомнительные заявления. Я согласна называться хоть его мамой, лишь бы помог Решу раскрыть все свои возможности.

— Хорошо. Жди в районе полуночи, Шер тебя позовёт. Кристаллы будут, — заверил Саверин и закрыл крышку.

Вот и что бы я без него делала?

— Спасибо. Как я теперь должна себя вести, чтобы не опозорить тебя случайно? — спросила, решив не вредничать и к упрёкам не возвращаться. — Это ничего, что твоя невеста работает управляющей техническим персоналом?

— С этим есть небольшие проблемы, но мы скажем, что ты работаешь и учишься на подготовительных курсах, чтобы быть ко мне ближе. Ведь обычные слушатели не живут в академии.

Я покачала головой.

— Кто нам поверит, Саверин? Ректор и Скит знают про клеймо преступницы.

— Им можно и полуправду сказать. — Стужа отказывался признавать, что его решение было неудачным. — Ректор вообще просил меня тебя поддержать и защитить. Скажем, что девчонки на тебя взъелись, и я решил их отпугнуть своим именем.

У него все так просто! А мне вот казалось, что вранье будет расти, как снежный ком, и приведёт к ещё большим проблемам. Например, узнает его мать и временный совет дома Стужи. Что они скажут? Или Саверин собирается им всю правду рассказать? Тогда вообще непонятно, что со мной будет. Вцепятся в моего рефлекта, и век мне воли не видать.

Однако сказанного уже не вернуть, да и времени на споры нет. Саверину надо было бежать по своим делам, а мне домовушек собирать. Потом в столовую и на учёбу. Не представляла, как я смогу на чём-то сосредоточиться и как вообще доживу до полуночи.

— Ладно, посмотрим, что из этого выйдет. Обманщика заберёшь?

Я полезла в сумку, чтобы отдать запрещённый артефакт. Даже думать страшно, что было бы, если бы стражи нашли не только гребень, но и его.

— Да оставь, может пригодится ещё.

Я категорично мотнула головой — не дай Стихии! Вытащила из старой сумки обе вещицы и протянула Саверину.

Видимо, он уловил ход моих мыслей, поэтому возражать не стал. Спрятал гребень и артефакт в карман и ушёл.

Я же пошла собирать домовушек, а как только отправила их домой, сложила в новую сумку учебные материалы, оторвала талончик на обед и тоже покинула общежитие.

Все мои мысли крутились вокруг Реша. А вдруг что-то пойдёт не так? Вдруг у нас с Саверином не получится его накормить кристаллами и перетащить в свое измерение? Как будет выглядеть эта наша «нерушимая связь»? И как позвать рефлекта за стенами академии?

Мысленно прокричала «Реш, ты меня слышишь?» и услышала в голове отчетливое «Слышу и вижу». Стало совсем капельку легче.

Правда, ненадолго.

Потому что, войдя в столовую, я поняла, что слухи в академии разносятся со скоростью лесного пожара. В этот раз управляющие общежитиями собрались не просто полным составом, а сидели за двумя сдвинутыми столами вместе с ещё тремя сотрудницами, включая главного библиотекаря. Только вот одно место — в самом центре — пустовало.

Я прикрыла глаза, настраиваясь на очередное испытание. Не оставалось сомнений, что место оставили для меня. Девушки не сводили взгляда со входа, а как только я вошла, призывно замахали руками. Все семеро.

— Шерилин, иди к нам! Мы тебе место заняли! — зычно гаркнула на всю столовую Лота, чтобы я не и подумала сесть за другой стол.

Ну что ж, ничего не поделать, придётся отбиваться от вопросов. Я набрала побольше еды, чтобы было чем занять рот в слишком уж неудобные моменты, и двинулась к собранию.

— Здравствуйте все, — поздоровалась, делая вид, что вообще ничего не произошло.

Поставила тарелки на стол, убрала поднос в держатель и села.

— Ну рассказывай, как давно вы с Саверином Стужей знакомы? — спросила Лужана Распутье, не позволив мне даже приборы в руки взять.

— Да это ерунда, лучше расскажи, почему вы решили стать парой? — влезла со своим вопросом Росина.

— У тебя должно быть что-то очень ценное, раз наследник дома Стужи сразу на это лапу наложил, — сказала слишком догадливая библиотекарша.

А я немного зависла. Этот момент мы с Саверином даже не рассматривали. И вот что мне сейчас отвечать?

Врать я отчаянно не любила. Возможно, потому что мне с детства приходилось скрывать от дяди свою магию, и чувство вины перед людьми, которые меня вырастили, мешало счастливо жить. Однако и тогда, и сейчас я понимала, что иногда не остаётся выхода, и правду приходится скрывать. Конечно, сказать, что старшая библиотекарь права и у нас с Саверином договорной союз, было бы самым лучшим выходом, но ведь тогда у всех появится вопрос, что же такого наследник дома Стужи во мне раскопал? И всё вскроется раньше времени. Поэтому я смущённо улыбнулась и промямлила:

— Лучше у Саверина спросите, как он так быстро понял, что я его судьба. Ну а что касается меня, то кто я такая, чтобы отказывать будущему главе дома?

— Но он тебе хотя бы нравится? — грозно спросила Лота.

— Милая, что ты такое говоришь? — округлила на неё глаза Росина Оттепель. — Как лорд Саверин может не нравиться?

— Ну не знаю, для меня он мелковат, — возразила Лота, а я воспользовалась их спором, чтобы набить рот.

— Ты у нас отдельная песня. А Шерилин — девушка хрупкая. Ей самое то.

— А свадьба когда? — дождавшись, когда я прожую, вклинилась с вопросом Лужана.

— Мы решили не спешить. Мне ещё академию надо окончить, — протараторила я и быстренько засунула в рот новую порцию мяса и овощей.

— Так-так, значит, леди Тиера Стужа ещё о новости не знает! — ехидненько протянула библиотекарша.

— Ну, наш будущий глава никогда не делился с матушкой своими сердечными делами, — вступила в разговор блондинка, которую мне даже не представили. — Куда интереснее реакция леди Винтери Стужи. Она, бедняжка, надеялась стать женой главы.

Кошмар! Вот я точно знала, что вгонит нас Саверин своим враньем в неприятности. Хорошо, что я не планирую жить в Изобильном витке. Получу образование, выращу Реша и уеду в Остаточный. Там мне будет наплевать, что обо мне думают в столице.

— Шерилин, ты с таким остервенением жуешь это мясо. Оно жёсткое? Или не ожидала, что помолвка принесёт столько забот? — фальшиво обеспокоилась моим настроением библиотекарь.

Девушке я не нравилась с самой первой встречи совсем непонятно почему. Не мог же и с ней Стужа крутить шашни? Хотя, возможно, у неё просто такая манера общаться. Есть у нас в госпитале кастелянша, так вот она все время ворчит, а на деле милейшая женщина. Не буду делать поспешные выводы.

Я проглотила мясо и улыбнулась Ларе Распутье приветливо.

— Не угадала. Я просто тоже своим ещё не сообщала, но представляю, как они воспримут новость. Меня вообще-то учиться отправляли, а не замуж выходить.

Мои слова неожиданно вызвали горячую дискуссию. Девушки разделились на два лагеря: одни утверждали, что родственники мои расстроятся, потому что мне надо учиться и спешить некуда, а другие доказывали, что жене главы дома Стужа можно вообще академическое образование не получать, потому что её задача — быть красивой и рожать здоровых детей. Этот спор дал мне возможность съесть свой обед в относительном спокойствии и улизнуть из столовой.

У меня оставалось ещё тридцать минут до начала занятия, но я решила пойти к аудитории сразу. Надо ведь ее хотя бы найти. Я помнила, что ее номер 912С, и знала, что это девятый этаж северного строения. Центральное здание академии построено квадратом, в центре которого расположены спортивные площадки и магические арены. И оно просто огромное! Поэтому для быстрого передвижения использовались пространственные эскалаторы, а с непривычки в них легко можно запутаться.

Зашла в пустое фойе — перемена ещё не началась — и даже успела в тишине добраться до схемы эскалаторов. Умудрилась, повозив по ней пальцем, понять куда мне идти, но тут прозвенел гонг, и академия враз наполнилась топотом, гомоном и смехом. Я по инерции сжалась в комок, но быстро вспомнила, что на мне красивая форма, на плече новая сумка, из другого измерения за мной наблюдает всегда готовый помочь рефлект и вообще я невеста Саверина Стужи. Расправила плечи и важно пошла к нужной стене в переместительное фойе.

К счастью, никто из студентов на меня внимания не обращал — все спешили перебраться в нужную аудиторию. Я написала на панели управления эскалатором 912С и принялась ждать прибытия своих ступенек. Это заняло всего секунд десять. Но когда двери разъехались в стороны, с эскалатора шагнули в коридор мои подопечные — пятикурсники из дома Зной во главе со Скитом.

Интересно, он уже знает? Вот же непруха! Не дай Стихии Саверин ещё ничего не успел другу объяснить, и это придётся делать мне! А судя по тому, как Скит замер, пропуская подданных вперёд, все так и есть!

— Заходи, ты же наверх собиралась? — любезно пригласил меня на ступени Скит, когда на них, кроме него, никого не осталось.

— А ты разве не приехал? — с надеждой спросила я.

— Провожу тебя, — «обрадовал» парень.

Пришлось к нему присоединиться.

Двери артефакта закрылись, и ступени понесли нас в нужное крыло через преломленное порталами пространство. Ушло на это секунд двадцать.

— Ну вот я и на месте. Спасибо, что проводил.

Сделав шаг в переместительное фойе девятого этажа, предприняла я последнюю попытку избавиться от Зноя. Неудачную, само собой. Но я в успех и не верила.

— У нас сейчас с ректором было занятие для огневиков, и он мне сказал о результатах твоих замеров, — шагнув за мной, сообщил Скит.

Ага, значит, про заявление Саверина он пока не знает! Чуточку легче, но и про свои способности говорить не хотелось.

— Да, я была у него и отказалась от немедленного поступления на первый курс. Вот сейчас иду на освоение дара. Готовиться буду к следующему году, — отчиталась я перед будущим главой своего дома, которому в любом случае когда-нибудь буду вынуждена подчиняться. Ну разве что за исключением случая, в котором стану женой представителя другого дома. В смешанных браках девушки переходят под крышу мужа.

— Огней сказал. Но слушай, Шер, отражение — редкий и ценный дар, а десять единиц потенциала — это уровень выше среднего. Я вот так навскидку могу припомнить всего три семьи, в которых были сильные отражатели. Может быть, есть и ещё, но это надо по книге родов смотреть. Позволь мне тайно проверить, к какому роду ты принадлежишь? Клянусь, это останется в секрете, если ты сама не захочешь разглашения.

Снова он за своё! Эта тема мне не нравилась так же сильно, как и тема помолвки.

— Скит, но зачем это ворошить? Я объясняла ректору и тебе повторю: наверняка у моего биологического отца есть семья и дети. Зачем будоражить прошлое и вытаскивать наружу его связь с кристалломанкой и незаконнорожденную дочь?

Вообще-то мне было плевать на благополучие неведомого папаши, просто казалось, что ректор и Скит как мужчины этот довод воспримут лучше всего. Однако я упустила один момент: передо мной стоял будущий глава дома и мыслил он как глава, а не как обычный мужчина.

— Причины у меня две и обе весомые, — ответил Скит, когда мы дошли до аудитории 912С и остановились у окна.

В коридоре, к сожалению, было пусто, и секретничать нам никто не мешал.

— Ты хочешь использовать меня как компромат против кого-то из подданных? — догадалась я.

— Да. А другая причина в том, что мой дед был бестией с рефлектом и обладал всеми огненными дарами, а это значит, что ты можешь быть моей родственницей.

Я припала к подоконнику пятой точкой, чтобы не рухнуть от удивления, и прикусила губу. Могла ли моя мать связаться с кем-то настолько значимым из дома Зной? Вообще-то кристалломанки красивые и для магов своей иной энергетикой очень притягательные. Правда, если не злоупотребляют и не начинают угасать. Среди них много актрис, певиц и жриц любви. Но всё же связь с такими женщинами считалась недостойной высших аристократов. Что будет, если она вскроется? Не захотят ли меня устранить как досадную улику?

— Скит, зачем тебе это знать? — выдохнула я.

Боюсь, голос выдал мой страх.

— Шерилин, клянусь, никто не узнает! — Зной поставил руки на подоконник с двух сторон от меня и, нагнувшись, уставился в глаза. — Поверь, это лично мне важно знать: родственники мы или нет.

А вот этот его намёк мне не понравился больше всего остального!

Я уперлась ладонями в грудь Зноя, оттолкнула и выскользнула из-под его руки.

— Даже не думай об этом! — взволнованно прохрипела, отпрыгнув в сторону и с перепугу выпалила: — Мой жених — Саверин Стужа.

Дура, дура, дура! Сама себе вырыла яму и прыгнула в неё с разбега!

Изумление Скита было настолько сильным и ярким, что его можно было руками потрогать!

— Шери, о чем ты?! Как такое возможно? Сав тебя принудил? — немного придя в себя, засыпал меня вопросами Скит.

Но, к счастью, в переместительном фойе открылись сразу несколько дверей, и я отделалась короткой фразой:

— Нет, не принудил. Спроси у Саверина, он тебе сам расскажет.

Скит покачал головой и пошёл к эскалаторам. Надо отметить, что убитым горем он не выглядел, а значит вёл какую-то свою игру, хоть его намёк и эмоции мне точно не привиделись. Однако ломать над этим голову не осталось возможности — к аудитории спешили мои сокурсники.

Много! Человек тридцать. Но двери продолжали открываться, а эскалаторы выплевывать все новых и новых слушателей подготовительных курсов. Парни и девушки в обычной одежде горожан и в форме без нашивок стекались к аудитории нескончаемым потоком. Юные, явно младше меня, и однозначно более расслабленные, они чувствовали себя в академии как рыбки в воде. Галдели, а на меня вообще никакого внимания не обращали.

И тут до меня дошло некоторое несоответствие. Академия огромна! Но у меня в общежитии живёт пятьдесят студентов. У Лоты примерно столько же, и если в остальных общежитиях всё как у нас, то выходит, что на пяти курсах учится всего двести пятьдесят человек. Зачем тогда академии столько этажей и аудиторией?

Ответ на свой вопрос я получила, когда двухстворчатые двери распахнулись, и нас пригласили в огромный лекционный зал. Ряды столов и стульев стояли полукругом перед небольшой сценой с доской и столом преподавателя. Этот огромный зал вместил бы человек пятьсот, и к началу занятия наполнился на две трети. Я заняла место за столом в третьем ряду, достала пособие, письменные принадлежности и приготовилась записывать важную информацию о развитии дара, но преподаватель начал со вступления.

— Добрый день, уважаемые слушатели, — сказал усиленным магией голосом статный мужчина с суровым лицом и ежиком каштановых волос. — Кто-то из вас посещает занятия регулярно, кто-то сегодня пришёл впервые, кто-то нашёл время явиться после долгого перерыва, поэтому я начну как обычно. Меня зовут профессор Земелий Распутье, и я помогу вам раскрыть дар. Но это все равно не значит, что вы в нашу академию поступите, а если даже поступите, то сможете перейти на второй и следующие курсы. По печальной статистике, лишь десять процентов пришедших на первый курс магов получают диплом. Из них всего один процент ходил на курсы. Вы должны помнить, что высшие аристократы, которые составляют девять процентов успешных студентов, начинают готовиться к поступлению задолго до вас. И лучшие преподаватели занимаются с ними индивидуально. Поэтому вам придётся стараться изо всех сил. Не пропускайте занятия, если хотите добиться успеха!..

Ой-ой-ой! А Скит с ректором предлагали сразу пойти на первый курс, да ещё и с опозданием? Да за кого они меня держат?! Я, конечно, умная, но не гений! Я даже представить не могла, что тут так сложно учиться! Пятикурсники сильно утомленными не выглядели.

Зато стало понятно, для чего нужно так много учебных помещений. Видимо, чтобы вместить всех, кто постепенно, но с треском вылетит.

— …Конечно, очень многое зависит от дара и магического потенциала. Всем нам известно, что ниже восьми у высших аристократов он не бывает. Поднимите руку те, у кого потенциал восемь или выше… — попросил профессор и обвел взглядом всех присутствующих.

Я тоже глянула вправо, влево, оглянулась — никто руку не поднимал. Ну и я не стала. Хватит с меня сегодня повышенного внимания.

— …Ну вот. Значит, начнём с азов. Знаете ли вы, что определённый измерителем дар — это не приговор, а склонность? — Я не знала, но обрадовалась. Это оставляло мне пространство для манёвра. — Если по какой-то причине вас не устраивает выданный артефактом результат, всегда есть возможность попытаться развить другой или даже несколько даров. Конечно, больших высот вы таким образом не добьётесь, но сможете стать универсалом, которые всегда требуются во всех сферах нашей жизни. К тому же, если вы сумеете под моим руководством к концу курсов освоить несколько полезных даров, то сможете поступить в бытовой, артефакторский, целительский колледж или даже в институт искусств. Учиться там проще, да и по времени меньше.

И вот вроде ничего оскорбительного профессор не говорил. Ведь ещё пару дней назад я была бы счастлива окончить целительский колледж и вернуться к работе в госпитале, а сегодня почувствовала возмущение. Чего это он так отговаривает нас попытаться взлететь на самый верх? Лично у меня в душе закипал азарт, и я даже думать уже не хотела о том, чтобы покинуть академию, не получив полного образования. Сама удивилась произошедшим со мной метаморфозам и только к самому концу лекции до меня дошло: а ведь это меня Реш накручивает!

— …Задание будет прежним, — подводя итог, сказал препод. — Выберите подходящий себе, но не определённый замерщиком дар, откройте посвященный ему параграф и пытайтесь сделать первое упражнение. Ну а кто это задание уже сделал, прошу подходить ко мне по одному.

Отодвинулось сразу множество стульев, и слушатели потянулись к сцене.

А я откинулась на спинку и задала рефлекту мысленный вопрос: «Решик, почему ты так настойчиво подталкиваешь меня к учёбе?», и он тут же откликнулся: «Ну а как тебе без знаний? Кому много дано, с того больше спрос».

Я поежилась. Ответственность — это страшно. Но, кажется, придётся к ней привыкать.