Лучший друг

Глава 25. Марк

Господи, что мне ответить Тане?

Да что я могу ответить? Никогда не чувствовал себя более жалким дерьмом, чем сейчас. Думал, не будет уже хуже того, как любимая девушка опозорила меня на свадьбе, но нет, оказалось, что бывает и хуже.

Я обманул жену, встретившись с бывшей. Нахера я поехал, если не собирался трахаться с ней? Не собирался же? Были мысли, но к действиям я бы не решился перейти, не упал бы так низко. Потом получил пизды от хахаля Вероники. Я даже ответить достойно не смог этому бугаю. Ударил его пару раз, а вот он меня отделал, так что скорую вызывать пришлось. Ника ушла с ним, успокаивая его, а я, как чмо последнее уехал на скорой. И ведь получил ни за что — это самое обидное. Надеюсь, это хотя бы тот самый членоносец, кому наяривала Вероника на том видео?

Думал только об одном, как объясню жене, что со мной произошло. Накидывал варианты, чтобы не облажаться ещё сильнее. Даже придумал парочку стопроцентных. А теперь Таня уходит…

Артур с Димкой должны понять меня, как мужика. А что я скажу родителям? А родителям Тани? Пиздец, я даже не знаю, что сказать ей самой.

Я должен был как-то остановить её, но я не хотел и не мог. Таня права, я даже нашу дружбу похерил, что уж о нашем браке говорить? Навешал наивной девочке на уши лапши, воспользовался её влюблённостью, цинично трахнул, выставил на посмешище перед родственниками и друзьями. Разве такое прощают? Я бы не простил.

Лучше будет, если она уйдёт. Раз уж не сложилось, то уже и не сложится. Я буду последним мудаком, если заставлю её остаться. Зачем ей быть и дальше моей женой, если я её не люблю? Я думал, что смогу полюбить, я честно старался, но у меня ни черта не вышло.

— Ты со мной больше не разговариваешь? — поторопила меня Таня.

Я восхищался её мужеством. Она так спокойно и сдержанно уходит. Не бьёт посуду, не рвёт свидетельство о браке, не орёт в истерике. Она очень сильная, а я тряпка бесхребетная. Я не смог сделать её счастливой, я её недостоин.

— У меня нет слов в своё оправдание, — сказал, как есть, устало потерев лицо ладонями. — Я знаю, что поступил мерзко, и знаю, что ты меня не простишь. Так к чему этот разговор?

— Ты даже не сожалеешь?

— Конечно, сожалею. Скажи, что мне сделать, чтобы ты на меня не злилась.

— Я не знаю, Марк.

— Тогда уходи, — отрезал я.

— Так просто? Мне просто уйти? — накалялась Таня, и я понимал, что это не к добру.

— Что ты хочешь от меня? — я поднялся с кровати и встал напротив неё. — Скажи, что ты хочешь от меня услышать?

— Объяснений, Марк. Как так получилось, что ты стал таким уродом?

— Я всегда таким был, Танечка, прости, — криво ухмыльнулся я. — Уродом и мерзавцем. Хорошие девочки влюбляются только в плохих мальчиков.

Из-за обезболивающих, которыми меня накачали в неотложке, я немного притормаживал. Иначе как объяснить, что я пропустил момент, когда мне прилетела увесистая пощёчина от Тани. От неожиданности я отшатнулся от неё. В ухе зазвенело. Разбитая губа, снова треснула и начала кровоточить. Таня дружила со спортом, поэтому рука у неё была тяжёлая. Это было заслуженно и сильно!

— Мудак сраный! — злобно выпалила Таня, и следом мне в лицо полетело её обручальное кольцо.

Со звоном оно шмякнулось на пол и укатилось куда-то под кровать. Ну, вот, я смог даже её вывести из себя.

— Прощай, Марк. Желаю вам счастья с Вероникой! Вы друг друга стоите!

— Таня! — я попытался схватить её за руку, но она оказалась проворней.

— Не смей прикасаться ко мне своими грязными лапами! — грозно зашипела она. Я был не в той физической форме, чтобы применять к ней силу и пытаться задержать. От боли в рёбрах я еле стоял на ногах. — Даже на глаза мне не смей попадаться!

С этими словами она подхватила с пола свою сумку и вышла из комнаты. Я услышал, как хлопнула входная дверь, и упал на кровать без сил.

Долго лежал без сна, думая о случившемся. Боль в рёбрах была настолько адской, что я не сомкнул глаз до утра. Поспать бы. Забыться сном, чтобы только не думать ни о чём.

Пытался успокоить себя тем, что бывают ситуации и пострашнее, но ничего ужасней со мной ещё не происходило. Я разъебался в хлам о грабли по имени "Вероника". Сделанного не воротишь, но я всё продолжал и продолжал жалеть себя.

Хотел потешить своё самолюбие, смакуя слова Вероники о том, как сильно она раскаивается в предательстве, при этом поступив ничуть не лучше её самой. Бедная Таня. Я разбил ей сердце. Я всё ещё помнил, как мне было больно в тот миг, когда я узнал об измене любимого человека. Мне до сих пор было больно, и это ощущение никуда не делось, лишь притупилось немного.

На работу я, конечно же, не пошёл, взяв больничный. Контракты, которые я должен был заключить в ближайшие две недели, почти все полетели к чёрту. Это означало, что я останусь без премии. Слава богу, с работы не попёрли, и на том спасибо.

Было обидно вспоминать, сколько времени у меня ушло на поиск новых клиентов банка, и с каким старанием я их облизывал. Я для этого рвал жопу, чтобы потом всё так тупо просрать?

Мне казалось, что жизнь закончена.

Я потерял даже Таню — единственного человека, который мог бы меня сейчас поддержать. Я потерял себя самого.