Любовь дракона. Осколки прошлого

Глава 32

Я сидела за огромным белым столом, неверяще глядя на свои запястья. Кто бы мог подумать, что мне, доктору Асташевской, когда-то наденут магические ограничители. Внутри возникло иррациональное желание засмеяться. Но я подавила его, проглотив вязкую слюну.

Преступница? Так можно про меня сказать? Я ведь никого не убивала, не грабила, не… Можно было до бесконечности перечислять эти самые «не», исход не менялся. Меня заключили под стражу. Сейчас мне не помогло бы даже влияние приемного отца, который, скорее всего, еще больше поседел за это время. «Прости, папа…», — прошелестела в голове мысль. Да и Урракс будет бессилен. В Пармире весьма чтили закон, правила. А я их грубо, я бы даже сказала нагло, нарушила.

Интересно, если бы я обладала даром предвидения, стала бы что-то менять? Скорее всего, вряд ли. Я, как никогда, ощущала неотвратимость своей судьбы. Но знаете, что меня примиряет с собственной участью? Виктория. Смешно, правда? Пусть она и не была врачом, но я верила, что она вывернется, а сульт найдет. Такова ее натура. Моя натура. И в этом немногом мы действительно составляли единое целое. Дело оставалось за драконом: отыскать того, кто сможет его активировать. Я не единственная, кто был на такое способен. По крайней мере, хотелось верить в это изо всех сил.

До меня донесся прохладный ветерок. Странно, откуда он в этом полностью закрытом месте. Я зябко повела плечами, чувствуя, как по коже побежали мелкие мурашки. Сколько я сидела вот так одна? Час? Два? Время потеряло свою ценность. Здесь оно просто-напросто застыло в одной точке. Внезапно прозвучал короткий тонкий сигнал и дверь открылась, впуская высокого мужчину с непроницаемым лицом.

— Доктор Асташевская, — то ли просто констатировал факт, то ли так поздоровался со мной, блюститель порядка. Я лишь кивнула в ответ, не сводя настороженного и ожидающего взгляда с него. — Интересная у вас биография, доктор, — он сел напротив меня, сцепляя руки в замок и пристально смотря в ответ.

— Я бы не сказала, — внутри все колотилось и переворачивалось от тянущего напряжения.

— Серьезно? Знаете еще кого-то, кто смог бы вот так виртуозно дважды провернуть Ритуал? — мы оба знали о чем он говорит.

— Лично, конечно же нет. Но… Его же не так просто запретили. Значит, в прошлом были те, кто совершали этот обряд более грамотно, чем я, — деланно пожала плечами.

— Таки не соглашусь с вами, — дракон, а это был именно он, судя по золотисто-коричневой радужке глаз. — Как раз они были дилетантами. Вы же в курсе, что так преступники избавились от своей личности, абсолютно обнуляя свое сознание?

— Да, — вдаваться в подробности и рассказывать все, что я узнала про этот Ритуал, желания не было.

— Так вот. Вы же пошли дальше. Полностью сохранили свое сознание, память, избавившись только от той части себя, которая отвечала за порывистость, если так можно выразиться. Я ничего не упустил? — вздернул он бровь. В эту минуту ощутила себя лабораторной мышкой, которую любопытный ученый разглядывал прежде, чем вскрыть ей пузо. Пока что совершенно не понимала, чего же добивается этот мужчина. — Да, кстати. Я не представился, чем нарушил правила. — Мне показалось, что эту фразу он бросил не просто так. Впервые с момента появления в этом месте дракона, я решилась посмотреть на него напрямую.

Это был молодой парень с лукавыми золотисто-коричневыми глазами, о чем я уже упоминала. Прямой нос, чуть припухлые губы, причем верхняя была немного тоньше другой, светлые густые волосы и идеально отглаженный строгий костюм с кипенно-белой рубашкой, делали его совершенно неподходящим для этой работы. Он не подходил этому месту. Если бы я встретила его где-то в другом месте, то скорее всего, подумала бы, что он обычный клерк.

— Нравлюсь? — лукаво блеснули чудесные глаза.

— Нет, — и, кажется, этот ответ его обескуражил. Он не выдержал, откинув голову назад и хрипло рассмеялся.

— Неожиданно, — все еще улыбаясь, произнес он. — Обычно женщины говорят совершенно другое.

— Мы все разные, — коротко пояснила я.

— Это точно. Только вот мне совершенно непонятно, как такая честная девушка, как вы, могла оказаться в Управлении, — он словно предлагал мне начать свой рассказ. Только, если он думал, что я тут же начну свой душещипательный рассказ, то и тут его ожидал очередной сюрприз. Я не хотела этого делать. Во-первых, мне казалось неправильным стараться влиять на ход дела. А тем, что я начала бы оправдываться, скорее всего, действительно приравняла бы себя к тем, кто был привычен такому месту. А во-вторых, он уже и так все знал. Просто не хотел все карты сразу выкладывать на стол. — Знаете, мне впервые не хочется кого-то упрятать за решетку, чтобы потом он лишился жизни. Мне кажется, что мы с вами созвучны в этих желаниях.

Что я могла на это ответить? Ровным счетом ничего. Безусловно я не хотела лишиться своей свободы, работы, родителей, Урракса… Но, что конкретно сейчас я могла противопоставить закону? Ничего. Каждое мое слово могло быть трактовано превратно. Наверно, все же лучше молчать. Блюститель порядка сам выведет на ту дорогу, которой мы и пойдем вместе.

— Карс Мовертон, — прозвучало во внезапно образовавшейся тишине. Я снова посмотрела на дракона. — Так меня зовут.

— Приятно познакомиться… Наверно, — прошелестела в ответ, чем снова заставила его улыбнуться.

— Знаете, а мне тоже приятно. Сижу один на один с красивой и свободной девушкой, — где-то за непроницаемым стеклом что-то грохнулось, а Карс даже ухом не повел, — и вот думаю, что впервые и сам готов нарушить установленные правила.

Это была игра в кошки-мышки. Он будто бы прощупывал мое слабое место. Если действительно провести параллель с дорогой, то получалось, что дракон постоянно вел меня ухабистой тропинкой. То тут кочка, то там ямка. А мне же оставалось стиснуть зубы и терпеть.

— Мне кажется, что в вашем Управлении уже достаточно тех, кто нарушает закон… Не будьте, как все, — дала я непрошеный совет.

— Ох, Тория, как же вас угораздило? — уже серьезнее спросил он.

— Господин Мовертон, давайте прекратим эту словесную дуэль? Поверьте, я не та ведьма, которая станет вас слезно умолять отпустить меня на свободу. Я все прекрасно понимаю.

— Хорошо. Раз вы хотите играть по-взрослому, давайте поговорим серьезно, — он открыл папку, которая появилась щелчком пальцев из воздуха. Он медленно открыл первую страницу, на которой была представлена вся информация обо мне. Я увидела, что к анкете прилагалась еще и моя фотография. — Вам предъявлено обвинение о нарушении ритуала подмены личности. Что вы можете сказать по этому поводу?

— Виновна, — в висках бешено бился пульс, на лбу выступил холодный пот. Но идти на попятную означало бы поставить под удар всех, кого я любила.

— Ох, это будет сложно, — неожиданно пробормотал мужчина. — Вместе с вами в Управлении на стадии допроса находятся Мария Лучинская и Евгения Звонкая, — родные имена, как обухом ударили по голове.

— Не трогайте их. Во всем этом только моя вина, — отчаянно попросила я. — Отпустите их. Мне ничего больше не нужно. Хоть к смертной казни приговаривайте! Только их не трогайте! — и снова грохот за стеклом. А я уже давно поняла, что все же мы с Карсом не одни в этом замкнутом помещении. По ту сторону кто-то был. И интуиция упрямо шептала, что там мой дракон.

— Я не могу не предъявить им обвинения. Они шли на этот Ритуал с широко открытыми глазами и чистым сознанием. Это цитата, кстати, — я устало прикрыла глаза. Кто бы сомневался, что девочки и здесь решат быть со мной до конца.

— Они врут. Это я их заставила. Как ведьма, я гораздо сильнее их. Они не заметили магических чар, которыми я связала их с собой. У них не было выбора.

— Тори, вы поразительно, я бы даже сказал, убийственно для самой себя жертвенны. Разве можно так подставляться ради кого-то? И, к слову, магические путы на вас не с целью удержать. Отсюда вы и так сбежать не сможете, при всех ваших, кхм, талантах. Сигнал от них идет на артефакт правды. И если до этого вы были со мной честны, то сейчас нагло врете. Давайте не будем омрачать между нами отношения, — он снова щелкнул пальцами, и папка вместе с наручниками на моих запястьях просто исчезли. — Тори, расскажите почему вы решились на этот Ритуал? Как вы его провели?

— Сейчас… или тогда? — нервно хихикнула я, с головой выдавая все скопившееся внутри напряжение.

— Я не скрою, что меня интересуют два временных промежутка. Но все же, хочется лелеять надежду, что вашу историю я узнаю… чуть позже. Ведьма, которая приложила максимум усилий, чтобы жить правильной, хорошей жизнью, будем говорить элементарными понятиями, ни за что бы не пошла на преступление… во второй раз.

Я молчала. В голове строились теории, одна сумасшедшее другой. Зачем ему это? Он же и так все знает. В Управлении нарушители попадают уже с готовым «резюме жизни». Так почему он так упорно пытается выведать у меня правду? Или это не он так сильно хотел услышать мои мотивы? Я снова посмотрела в сторону стекла, как будто и правда смогла бы там что-то увидеть.

— Вам не понять, — попробовала уйти от ответа.

— Вы знаете, я гораздо умнее, чем могу показаться, — серьезно произнес он, облокачиваясь на стол, и становясь таким образом ближе ко мне. — Я хочу открыть вам тайну.

— Какую?

— Нас с вами никто не слышит. Камеры, — он кивнул на правый угол за моей спиной, — не пишут. Это разговор между нами двумя. Я хочу вас вытащить, Тори. Просто помогите мне чуть-чуть.

— Я не понимаю, — пролепетала растерянно я. — Зачем?

— Потому что Урракс Вальтрекс не мог увлечься пустышкой. Потому что мой брат с вашим появлением наконец перестал был засранцем и действительно понял, что в жизни самое главное. Потому что вы нужны Дариусу. Что-то мне подсказывает, что ты и Урракс дадите ему полноценную крепкую семью. Потому что впервые за два десятка лет мы с братом наконец поговорили, и смогли примириться со взаимными обидами. Вот мои истинные причины. И, поверь, я сейчас сильно рискую своим местом. Но я знаю, ради чего и кого это делаю. Поэтому прошу, Тори, расскажи почему ты пошла на этот Ритуал? Снова, — иногда правда может выбить землю из-под вас, оглушая, выводя из равновесия. Сейчас я ощущала себя, словно выброшенная на лед рыба. Открывала и закрывала рот в попытке сделать живительный вдох. И не могла. Пыталась найти схожие с Урраксом черты и не находила. — Ты все узнаешь. Надеюсь, тихим семейным вечером, — это была последняя фраза, после которой я решилась нырнуть в ледяную прорубь.

Рассказ начался сам собой. Сначала тихо, неуверенно я рассказывала о встрече с Урраксом, о тех эмоциях, что он вызвал во мне, что бесил невероятно. Рассказала про Хранителя того места, где обитал Дариус, как Урракс «познакомил нас». Карс на этом месте смеялся, как мальчишка. А потом… потом начались совершенно другие эмоции, глубокие, необъяснимые.

— Когда я узнала про сульт и его действие… Казалось, что все ради чего я пошла однажды на преступление, померкло. Я видела маленького мальчика, а помочь не могла. Это было сродни тому, что кто-то подвел бы итог моей профессиональной деятельности и сказал, что я оказалась бездарным врачом. И вообще все было зря. Знаешь, что я увидела, когда сообщила Урраксу и его родителям, что с Дариусом нужно будет попрощаться так или иначе?

— Что? — он прокаркал это слово.

— Горе. Всепоглощающее. Эмоция, из которой сложно выбраться, сложно не сойти с ума. Я, как наяву, увидела, что будет с этими тремя драконами, если они лишатся маленького комочка счастья. Суди, как хочешь, Карс. Может это моя фантазия, чисто женская, но… Я готова была землю рыть, чтобы сберечь мальчика для них.

— Какую роль во всем этом сыграла Виктория? — он уже и имя ее знал. Интересно… что с ней?

— Все в порядке. Ты же изучала закон. Ей претензии предъявить никто не может. Она скорее пострадавшая сторона, — иначе и быть не могло. Я это знала. Но мысль согревала, значит, артефакт будет найден.

— Я бы не смогла найти артефакт.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что вместе с Викторией я удалила из своего сознания такие качества, как хитрость и изворотливость. В Виктории же этих качеств с лихвой. Плюс метка о нарушении закона тоже оказалась при ней. Хотя этого нюанса при проведении ритуала я не знала. Я была «чистой», Карс. Никто бы даже разговаривать со мной не стал.

— Почему не доверилась Урраксу?

— По той же причине. Он не был в этом мире… Что? — недоуменно уставилась на него.

— Тория, вы — два дурака, ты в курсе?

— О чем ты?

— Урракс знаком с преступным миром, как никто другой. Странно, что этого наш чистюля тебе не рассказал, — уже вовсю потешался надо мной его брат.

— Ты скажешь или нет?

— Слышала когда-нибудь о Холмах Трех Тузов? — я нахмурила брови, силясь воскресить в памяти что-то похожее. И в голове, как лампочка, вспыхнуло озарение. Подпольный игорный клуб, который «славился» разным… С виду приличный бар, по ночам становился местом настоящего разврата. Я совершенно не понимающе уставилась на Карса.

— Что? Так и не поняла, к чему я клоню? — покачала головой.

— Урракс и двое его друзей были собственниками этого клуба. Поэтому каждая собака среди альтернативного люда знает, кто такой Ракс.

Челюсть с громким треском опустилась на пол.

— Но это еще не все, — что, есть еще что-то, способное внести особый колорит в этот разговор? — Тебе знакома Валенсия Рабрракс?

— Нет, — нахмурилась я. Этого имени совершенно точно не было среди закоулков моей памяти.

— А если Валерия Лис? — с моего лица сошла вся краска, ноги и руки в миг ослабели.

— Она ищет тебя, Тори. И совсем не ради праздной беседы. Ты стала номером один в ее личном списке тех, кого она должна убрать, если ты понимаешь, о чем я, — а я понимала. Кристально чисто. — И к несчастью, ходит она под тем, у кого находится сульт, — ловушка захлопнулась с диким треском, отрезая мне любой путь к отступлению…