Алекс позвонил и попросил срочно выйти.
Зачем?
Я даже посмотреть на своё отражение в зеркале не успеваю, потому что голос у парня был встревоженный.
Какая разница, как я выгляжу, если случилось что-то?
Лифт снова сломался, поэтому я сбегаю вниз по лестнице, выхожу и налетаю на парня, стоящего у подъезда.
А если нас мама сейчас увидит вместе?
Она же с Лёлей гуляет сейчас.
Злюсь, ведь я предупреждала, чтобы он не появлялся около моего дома. И не раз просила. Но он решил всё за всех, как делает это всегда. Мне пока не хочется говорить с мамой о наших с Алексом отношениях, потому что я пока сама ни в чём не уверена. И о споре его дурацком, о шантаже… Я не хочу об этом рассказывать. А ещё… Если уж начнутся разговоры по душам, то придётся и мне спросить у мамы напрямую, почему она изменила Сергею Антиповичу. Разговор там будет точно непростой, а я пока в себе даже разобраться не могу.
— Алекс, я же просила быть осторожнее…
Парень хватает меня за руку. Сжимает пальцы на моём запястье с силой, и я шиплю сквозь стиснутые зубы.
Больно.
Что он о себе возомнил?
— Садись в машину, — холодным тоном выдаёт Алекс.
И я подчиняюсь.
Мне многое хочется сказать ему, но устраивать разборки около дома нет желания. Во-первых, мама может увидеть, во-вторых — соседи слишком бдительные.
Не успеваю даже пристегнуться, как Алекс рвёт с места. Шины визжат, а я вжимаюсь в сиденье.
— Что случилось, скажи уже, наконец! — прошу я, потому что в это мгновение испытываю сильнейшее чувство страха.
— Что случилось? Ты мне скажи. Как так вышло, что ты беременна от меня?
— Беременна от тебя?
Глаза буквально ползут на лоб.
И кто мог придумать такую чушь кроме Золотоусова?
Золотоусов…
Неужели он растрепал кому-то в универе?
Вот же идиота кусок!
Никогда не было такого желания, но сейчас я готова прибить парня.
Да какого дьявола он себя позволяет?
Сначала этот звонок в полицию, а теперь…
Беременна.
— Ты таким образом решила отомстить мне за спор? Так, Злата? — зло спрашивает Алекс.
— При чём здесь спор? Как я могу быть беременна от тебя, если у нас ничего не было даже…
Мне обидно.
В глазах закипают слёзы.
Щиплют.
Тяжело.
Как же тяжело мне в это мгновение выстоять морально.
Поздняков даже не попытался разобраться, сразу начал кричать на меня. Почему не спросил?
— Сейчас отец устроил мне взбучку, потому что встречался с твоей матерью, и она угрожала, говорила, что ты беременна.
— Мама встречалась с твоим отцом?
От удивления у меня даже дыхание перехватывает. Вероятно, всё слишком серьёзно, раз до такого дошло. И мама решила поверить Золотоусову? Кто ещё мог сказать ей такую чушь? Только он. Идиот. Зашить бы ему рот, чтобы не болтал больше.
— Алекс, я ничего не говорила маме. Она не знала о нас… о споре… об этом всём.
Только в это мгновение замечаю, что машина стоит на обочине. Поздняков проехал вперёд и притормозил. Мы больше не несёмся как сумасшедшие.
— В тот день, когда мы сдали Лёлин ДНК, я была сама не своя, пыталась понять, что с тобой творится, а потом Юра… Он сам. Я ему ничего не говорила.
Всхлипываю.
Рассказываю Алексу предположения Золотоусова о том, что я могу оказаться беременной.
Не знаю, как он вообще смог обратиться с ними к маме.
Зачем нужно было это?
Я теперь даже другом для него оставаться не желаю.
— Я не успела ничего сказать ему, потому что увидела тебя и поспешила к тебе. Наверное, Юра подумал, что молчание в нашем случае означает согласие… Поэтому побежал к маме. Саш, я, правда, ничего не говорила такого. Я не хотела, чтобы она знала о наших отношениях, ты же в курсе.
— Золотоусов, — шипит Алекс себе под нос. — Давно надо было ему оторвать язык и засунуть его в одно место, чтобы не трепался. Как же он меня бесит! Какого дьявола лезет? Погоди… — Алекс некоторое время смотрит на меня. Жду, что он ещё придумал. И, признаться, мне немного страшно. — Ты назвала меня только что «Саша»?..
— Ну твоё полное имя ведь Александр, — пожимаю плечами я. — Если тебе не нравится, я не буду больше так к тебе обращаться.
— Назови ещё… — уголки губ парня приподнимаются в улыбке.
— Саша, — повторяю я.
Мне и самой нравится, как нежно звучит его имя. Вот только парень почему-то просил раньше называть его Алексом. Все друзья к нему так обращаются.
— Приятно, когда ты так ко мне обращаешься.
Парень на мгновение смягчается и, кажется, успокаивается, но я пока не могу до конца понять его состояние. С ним происходит что-то крайне странное в последнее время.
— Что тебя тревожит? Это ведь не только новость о моей якобы беременности, правда? Есть что-то ещё…
Некоторое время Алекс смотрит мне в глаза, а спустя пару мгновений тянется ко мне и целует в губы. Он больше не ведёт себя, как ярый собственник, а действует нежно. Движения его губ сводят с ума, заставляют дрожать всем телом. И я отвечаю.
Отстраняется парень быстро, продолжая безотрывно смотреть на меня.
— Именно это меня и тревожит, Злата.
Злата? Мне кажется, или он впервые обратился ко мне по имени? Злата…