Мой горячий сосед. Скорая SЕX-ПОМОЩЬ

ЭПИЛОГ

— Стас, мне жарко! — шлёпаю босыми ступнями и с унылым выражением лица, придерживаясь за поясницу, забираюсь на постель.

Беременность в летний период — это тяжело!

Я напрочь отказалась от одежды, кроме трусиков, и изредка надеваю свободные футболки мужа.

Как врач Стас поддержал моё желание каждый день ходить голышом перед ним.

— Что мне сделать, ночнушка? — подсаживается ко мне вплотную и кладет ладонь на моё выдающееся пузико. Вздрагиваю. Гормоны настолько шалят, что меня откровенно тянет на сексуальные приключения и эксперименты.

— Подуть на тебя? — игриво дует на ушко, заставляя меня съежиться от блаженства. Грудь вообще покрывается мурашками и гудяще пульсирует.

— Или в особо горячее и жаркое местечко? — провокационно шепчет на ушко и пальцами лезет за резиночку трусиков.

— Пошляк, — в ответку кусаю мужа за подбородок, и словно невзначай, его пальцы соскальзывают на мою киску. И натирают через взмокшую ткань.

— Мне просто жарко, и я вспотела, — оправдываю слабость своего тела. И чуть шире развожу бедра, чтобы сильнее ощутить пальцы мужа.

— Конечно, дорогая, — издевательски хмыкает мне в грудь. — Если раньше твои сиськи были просто шикарными, — кончиком носа Стас обводит мои набухшие соски. — То сейчас они просто ахуенные, — размашисто облизывает мои бедные сосочки и обдувает, играя на контрасте ощущений. Взвизгиваю. Чувствую нервирующий узел, стягивающий низ живота. Боже!

Наглаживает мой животик и вбирает в рот правую грудь. Сладко и влажно посасывает сосок, играясь с ним кончиком языка. Начинаю потеть ещё сильнее. Господи, Стас, не помогает!

— Ты делаешь только хуже... — хнычу под пытливыми ласками мужа, который удивленно мычит на моё замечание.

— Я еще больше мокрая...

С хлопком выпуская мою грудь, Стас лукаво лыбится.

— Где? — и снова натирает пульсирующую киску через трусики. Хлопаю его по запястью и ошпариваю грозным взглядом.

— Как думаешь, мне можно? — стыдливо краснею от своего вопроса, и соски ещё твёрже становятся.

— Трахаться? — муж хохочет и как всегда прямолинеен, как отбойный молоток. — Твой гинеколог сказал мне, что секс даже полезен в принципе перед родами, — такую серьезную мордашку делает, что прям тяжело не поддаться убеждениям.

— Думаешь, на слово тебе поверю? — царапаю мужа по линии челюсти зубками, вырывая из могучей груди рык.

Стас отчаянно хочет, чтобы ему перепало. Но как врач, в первую очередь он понимает, что мой комфорт превыше всего.

Сползаю с мягких подушек и демонстративно ложусь на бочок.

— По крайней мере, мы можем хотя бы проверить совет твоего гинеколога... — Стас хрупко дышит, прижимаясь ко мне теснее со спины. Ласкает мой выдающейся животик. Напевает и нежно целует в щеку. Блаженно лыблюсь, рассыпаясь от нежностей мужа.

— Тебе лишь бы потрахаться, — оборачиваюсь через плечо, различая похоть, плещущуюся на дне зрачков. Стас почти жалостливо скулит, трогая и ощупывая мою задницу. На мне ничего, кроме розовых стринг.

— Говорит девушка, которая минутой раньше интересовалась можно ли ей трахаться, — щипает меня за сосок, и я врезаюсь попкой в пах мужа. — Блять, но ты такая... — трется пахом о мои сочные ягодицы, показывая свою твердую эрекцию. — Я хочу тебя, ночнушка, — целует и покусывает мой нижнюю губу. — Дико сексуальную, мою беременную девочку... — теплой ладонью настойчиво наглаживает животик. Даже этих ласк достаточно, чтобы жалкие ниточки от стринг промокли в моей смазке. — Я хочу, чтобы ты постоянно была на моем члене. Всегда.

— Ладно я могу согласиться, что секс действительно полезен перед родами. И даже можно понять, кто родится... Если, конечно, не обманывают, — слегка поддразниваю мужа, запуская пальчики в его волосы, прежде чем схватиться за футболку сзади.

Стас прижимается членом к моей прикрытой дырочке. Приспускает мои стринги до колен. И не успеваю я опомниться, как он погружается в мое гостеприимное влажное тепло. Рвано стонет мне в губы, обнимая сильными руками моё пузико, пока мы оба лежим на боку. Самая безопасная и максимально удобная поза.

— Стас... — хнычу, чувствуя, как его толстый член проникает в мою нежную киску. Обильная смазка растекается по члену. Набухшая плоть буквально купается в моем природном липком кремушке. И любимый утыкается лицом мне в шею.

Боже, на седьмом месяце беременности удовольствия слишком сильные и обострённые!

Стас интенсивно шарашит бедрами, вплотную прижимаясь к моим и заставляя член дергаться внутри моих сжимающихся стеночек. Хрипло стонет на каждый толчок.

— Боже, Стас, ты дикий! — визжу, когда он залетает в мою сочащуюся и опухшую киску до упора и склоняется, чтобы укусить за сосок.

— Не могу дождаться, когда ты начнешь кормить грудью... — облизывает мои соски, заливая их слюной. И жестко мнет сверчувственную грудь. Выкручивает, сука, соски. А ведь грудь связана с маткой и ощущения просто крышесносные.

— Извращенец!

Но так заводят его пошлости!

— Детка, мне нужно двигаться или я лопну, — полизывает мой сосок, и я закатываю глаза. Одной рукой сжимаю в кулак воротник его футболи, второй хватаюсь за поясницу мужа, чтобы двигался ритмично. Без гребаных остановок.

— Пожалуйста... — задушенно кричу и облизываю его щеку. Жар между нашими телами достигает пожара. Накачанные бедра мужа рывками таранят мою онемевшую от трения киску.

Завожу ладошку за спину мужа и хватаюсь за идеальную задницу. Стоны вырываются из нас обоих. От тяжёлых вздохов становится невыносимо душно. Обрывочные стоны Стаса у меня под ушком прошивают током. Заставляют визжать от радости и переизбытка эмоций.

Муж жмется щекой к моей сочной груди, вскользь посасывая розовый сосочек. А я запутывают пальцы в его волосах, когда он рычит от наслаждения, наполняя мою киску спермой.

Голубоглазый негодник помогает мне пережить кайф, дразня бьющую током бусинку клитора. Мои бархатные стеночки плотно сжимаются вокруг толстого члена, и я с криком кончаю поверх мужской плоти.

Но губы мужа безостановочно ласкают мою грудь, заставляя стонать при каждом облизывании и посасывании. Сладкая влага явно остается на языке. Маленький признак того, что я уже почти готова к грудному вскармливанию ребенка.

— Такой сладкий вкус... — член снова твердеет внутри меня и словно набухает еще сильнее, пока я согреваю его меж своих уютных стенок и хнычу, принимая всего целиком.

— Я люблю тебя, ночнушка, — приглаживает мои взмокшие прядки волос и нежно целует в губы.

— Я тебе сильнее, нарушающий покой, сосед-извращенец, — цапаю мужа за нижнюю губу, переполненная счастьем.

Мужчина, нарушивший мой размеренный уклад жизни, стал моей главной любовью!