Утром проснулась оттого, что мне было жарко, будто я завёрнута в пуховое одеяло, а ещё и дышать совершенно нечем. Разлепила сонные глаза и стала смотреть, что же меня разбудило.
Справа от меня лежал Алан, крепко прижимая меня к себе, ещё и ногу на меня закинул, притянув к себе, а сам мило посапывал во сне. А слева лежал Маркус, он уже не спал и любовался мной.
— Доброе утро, любимая, — прошептал Маркус, наклонившись и поцеловав меня в кончик носа.
— Доброе утро, — ответила ему тихонько, смутившись.
Даже не представляю, как я выгляжу после ночи, умыться я ещё не успела.
— Ты прекрасна! — прошептал Маркус.
Я вопросительно на него посмотрела, он что, мысли читает?
— У тебя очень выразительная мимика, — улыбнулся мой муж.
— Поможешь освободиться? — попросила его, всё-таки утренний зов посетить уборную в любом мире никуда не денется, а Алан очень крепко прижимает меня к себе.
— Я уже не сплю, — пробурчал Алан.
Он притянул меня к себе ещё сильнее, крепко сжал в своих объятиях, наклонился, чмокнул в макушку и отпустил.
Наконец, почувствовав свободу, мышкой юркнула с постели и побежала в ванную комнату. Быстренько привела себя в порядок, вернулась в спальню, а мужья пошли умываться.
Через пятнадцать минут мы спускались в гостиную. Внизу уже собрались все выкупленные вчера мужчины, бегали дети и даже Аделия с мужьями уже встали. Это что же, получается, мы тут самые сони-засони? Мне стало жутко неудобно, за то, что мы так поздно.
— Милая, вижу, что у вас всё хорошо, — улыбаясь, встретила нас Аделия, — Идёмте завтракать, у вас сегодня много дел.
Я была ей благодарна, что она не стала акцентировать внимание на нашем опоздании.
Аделия пригласила всех в столовую. Завтрак был чудесным и плотным, в конце нас всех угостили по чашечке ароматного чая с печеньем, после чего мы собрались в гостиной.
Выяснилось, что вчера было закуплено два экипажа, чтобы добраться до поместья, провиант, одежда, обувь, и пеллеры. Последнее вообще повергло меня в шок сначала своим названием, а потом и принципом действия.
Оказывается, это разработка той самой девушки-учёного. Пеллеры помогают быстро сделать уборку в помещении, один минус — их нужно постоянно заряжать, поэтому набрали побольше, чтобы хватило на всё поместье.
Стройматериалы брать не стали, поскольку не знаем, в каком состоянии находится поместье, нужно сначала всё посмотреть, а потом уже брать то, что действительно нужно. Аделия рассказала, что до поместья ехать примерно семь часов на экипажах. Так что сегодня мы туда добираемся, а что делать дальше, будем смотреть на месте.
У Аделии очень заботливые мужья. Для нас собрали большую корзину провианта, а для меня целый сундук платьев и других нарядов. Всё-таки Аделия и её мужья заметили, что я постоянно в одном наряде и больше у меня с собой вещей-то нет. Кроме этого, нас снабдили зеркалами для общения, которые я раздала мужьям, а остальные пока оставила при себе. Зеркала настроены на моё и Аделии. А моё зеркало вчера настроили на всех, кто присоединяется к нам в борьбе с рабством.
Поскольку во времени мы ограничены, задерживаться не стали и уже, спустя час, мы выдвинулись на выезд из города на трёх экипажах. В первом ехали я, Алан и Маркус. Выкупленные мужчины распределились по двум повозкам по восемь человек в каждой.
День был чудесным, настроение отличным, солнышко светило, согревая меня так, что я воодушевилась. Сейчас всё идёт именно так, как надо. Вот уже показались стены города, мы, наконец, проехали пропускной пункт и двинулись по направлению, по которому вело меня странное зеркальце-навигатор.
Но буквально сразу, за воротами города, на открытой поляне мы столкнулись с огромной толпой. Хорошо, что я сидела в экипаже, с высоты мне было видно, что в центре толпы кучно стояли разодетые женщины, они что-то активно обсуждали. А мужчины, окружавшие их, это, видимо, — сопровождение. Экипажей тоже стояло достаточно много.
Когда мы проезжали мимо, я только мельком бросила взгляд на толпу, и тут же резко попросила Алана остановить экипаж. Оказалось, что там, судя по увиденному, проходят импровизированные торги. В центре стояло трое мужчин, а рядом с ними девушка, которая что-то вещала в толпу.
— Мальчики, остановите экипаж, нам нужно туда, — махнула рукой в центр толпы.
Алан посмотрел на меня непонимающе.
— Похоже, что тут тоже торги, нужно выручать несчастных, — пояснила свои действия.
После этого экипаж был остановлен моментально. Ехавшие за нами экипажи тоже затормозили. Я легко спрыгнула, не дожидаясь, пока мне подадут руку. На что Маркус поморщился.
Да, дорого́й, привыкай, твоя жена сильно отличается от здесь живущих.
Я пошла прямо в толпу. Мужчины расступались передо мной, давай беспрепятственно пройти к месту торгов. Тут и правда собралось много женщин. Они стояли группками и обсуждали выставленных на торги мужчин, решались — покупать или нет. Кто-то здесь находился, чтобы просто поглазеть. А вообще, странно это всё. Разве так можно продавать? Я так поняла из рассказа Аделии, что торги должны проходить в городах и не чаще, чем раз в квартал. Поэтому то, что я сейчас здесь увидела, оставляло много вопросов, на которые я пока не получила ответа.
В центре этой толпы стояло трое мужчин. Высокие, плечистые, в хорошей физической форме, прямо, как пирожки горячие. Ух!
Кто-то из женщин уже активно за них торговался.
Рядом с ними стояла девушка и расхваливала их на все лады.
— Если они такие хорошие, то почему ты их продаёшь? — задала я вопрос.
— Устала от них, вот решила избавиться, рабы хорошие, послушные, — ответила она капризно.
Я же стояла и смотрела на мужчин, и мне было их жаль. Это живые люди, а с ними обращаются, как со скотом. Я сжала кулаки со злости и уже хотела начать их выкупать, слава богине, Аделия снабдила меня деньгами. Я целый сундук монет с собой везу. Но тут с моих рук сорвалось облачко пламени и полетело прямо в мужчин.
О нет!
Я замерла от ужаса. Мало им того, что они рабы, так моя магия решила их добить?!
У меня волосы на голове встали дыбом, а тело покрылось гусиными мурашками.
Я перевела взгляд на свои руки, никакого намёка на магию, руки как руки, будто мне показалось вовсе. Но тут я услышала дружные возгласы и вздохи. Подняла взгляд и ужаснулась.
Передо мной стояло не трое мужчин в самом расцвете сил, а три замученных, худющих мужчины. Одни кожа да кости, тусклые волосы, впалые щёки, потухшие глаза.
О, богиня, что это вообще такое? Как такое возможно? Что происходит?
«Это иллюзия!», «Она иллюзионист!», «Пошли отсюда», «Наказать её нужно, чтобы неповадно было приличных дам обманывать» — зашептались вокруг.
Это же надо иметь столько наглости, чтобы продавать мужчин под иллюзией. Довела их до такой степени, что они еле на ногах стоят, и строит тут из себя избалованную богачку. Р-р-р!
Я была зла на эту девушку. Моя магия на эту злость никак не откликнулась. Толпа, что окружала нас, стала редеть. Только недовольные разговоры и перешёптывания удаляющихся женщин слышались на поляне.
— Сколько ты хочешь за них? — спросила зло у торговки.
Она после того, как спала иллюзия, сама будто в лице переменилась. Вся ссутулилась и даже как будто постарела лет на десять. Она подняла на меня непонимающий взгляд.
— Вы готовы их купить? — спросила она с надеждой в голосе.
— Да, сколько ты хочешь?
— По три монеты за каждого, — ответила она потухшим голосом.
— Хорошо, я забираю их!
Она уставилась своими огромными серо-зелёными глазами на меня, не веря в мои слова.
— Вы… их заберёте?
— Да, я же сказала, я их покупаю.
Она стояла, не шевелясь, смотря на меня. После моих слов по её лицу сбежала сначала одна слезинка, а затем одна за другой побежали слёзы, прокладывая сплошную дорожку по щекам. Но казалось, что она этого вовсе не замечает. Только облегчение видела я в её глазах.
Её поведение обескуражило. Я же перестала понимать, что происходит.
Тут она упала передо мной на колени.
— Госпожа, прошу, заберите и меня с собой!
Я отскочила от неё, испугавшись. Всё-таки для земной девушки коленопреклонство — это что-то дикое и неправильное. Никак не могу к этому привыкнуть и спокойно реагировать.
Но столько мольбы и отчаяния было в этом голосе, что моё сердце дрогнуло. Да что же это такое?!
— Деми, не торопись делать выводы. Она хорошая девочка и может быть тебе полезна, — прошелестел голос богини у меня в голове и снова исчез.
Так, значит? Ну, ладно.
— Поднимись. Пойдём-ка к экипажу, расскажешь мне, что с тобой случилось, — подошла к ней и протянула руку, помогая подняться.
Пока я поднимала девушку с колен, один из её парней покачнулся и упал бы, не успей мои мужья его подхватить.
Маркус подхватил его с одной стороны, а Алан — с другой. Тут к нам подоспели другие выкупленные мной вчера мужчины и помогли оставшимся двум мужчинам дойти до наших повозок.
А дальше произошло странное. От Маркуса отделился сгусток зелёной магии и впитался в тело чуть не упавшего мужчины.
Все, кто был на поляне, уставились на него в недоумении.
— Деми, что это было? — спросил Маркус ошарашенно.
— Знаешь, вчера я узнала, что у тебя лекарская магия и, видимо, это именно она стала просыпаться и потребовалась бедолаге.
— У меня лекарская магия? — спросил Маркус ошеломлённо.
— Да, но давай об этом в поместье поговорим, не хочу, чтобы об этом узнали раньше времени те, кому не следует.
Сегодня ночью я непроизвольно сняла ошейник с мужа и, видимо, его природная магия стала возвращаться к нему. Пожалуй, для каждого из них это что-то невероятное. Остальные мужчины поглядывали на Маркуса завистливо.
— Дорогие мои, дождитесь, когда мы приедем в поместье. Там я смогу сделать то, что обещала вам! — сказала выкупленным мужчинам.
А магия Маркуса не успокоилась, пока не окутала каждого из только что продававшихся мужчин и саму девушку. И только после того, как впиталась в их кожу, всё прошло, будто ничего только что и не происходило.
Но лица подопытных разгладились, на щеках появился румянец. Да и в общем уже не такими страдальцами стали выглядеть, что не могло не радовать.
— Алан, нужно покормить наше пополнение, — попросила мужа поухаживать за мужчинами.
Он кивнул и направился к корзине, которую собрали для нас мужья Аделии. Мужчинам дали хлеб с мясом и сыром, и морс, чтобы запивать.
Девушку я повела к нашей повозке. Маркус помог нам забраться наверх. Как только мы уселись, её я тоже накормила и после того, как она немного перекусила, потребовала от неё объяснения.
— Рассказывай, что произошло? Почему ты продавала своих людей?
Она снова долго плакала и долго не могла успокоиться. Я же велела трогать дальше и не ждать окончания нашего слезоразлива.
Наконец, спустя минут пятнадцать, девушка успокоилась и стала рассказывать.
Зовут её Аманда. Оказалось, что ещё совсем недавно она была замужем. Но все её мужья погибли в один день. Она не стала вдаваться в подробности, думаю, что ей пока больно об этом говорить, и я не стала настаивать. Несколько месяцев она жила одна со своими рабами. Но вот настал тот период, когда деньги закончились, и они стали голодать, тогда она решила, что лучше продать их другим женщинам, хоть голодать не будут. Она маг иллюзий, хоть и слабенький, но сил её хватило на то, чтобы создать иллюзии того, что с мужчинами всё в порядке, чтобы их охотнее купили, и она не волновалась за них.
В город идти было нельзя, там перед торгами проверяют рабов и на иллюзию тоже, оставалось только вот так вне города постараться их продать. Но и тут не вышло. Я помешала её планам. Она рассказывала и плакала.
— Я прошу тебя принести мне клятву о непричинении вреда мне и моей семье и расскажу тебе кое-что.
Она, не колеблясь, поклялась, а я рассказала ей о своей миссии. Долгое время она молчала.
— Знаешь, я могу быть полезна тебе. В своё время мне дали хорошее образование, я могу помочь тебе с образованием детей.
— Так это же отлично! Вот и хорошо! А ты переживала!
Она снова заплакала и, успокоившись, через некоторое время, сказала.
— Спасибо тебе, Деми, если бы не ты, меня бы уже не было на этом свете. Меня тронуло то, как ты болезненно отнеслась к моим мужчинам, переживала за них. А я ведь даже план придумала. Вот продам парней, чтобы не мучились вместе со мной, и уйду к своим мужьям, больше-то меня на этом свете ничего не держало.
Я была в ужасе от её откровения, но слушала, не перебивая, пока она рассказывала мне о том, как жила раньше. В какой-то момент она задремала, положив голову мне на плечо.
Да уж, досталось бедняжке! Но ничего, постепенно, за заботами, мы восстановим её душевное равновесие. Я уверена, что смогу её помочь. Пусть не сама, но наше окружение, сейчас всё только начинает стремительно меняться, изменится и она.