Просыпаюсь в коконе одеяла и подушек. Глаза открывать не хочется — снился какой-то чудесный сон. Правда, не помню его, но на душе так хорошо. Потягиваюсь и понимаю, что это не моя подушка и, что самое невероятное, — не моя кровать. Распахиваю глаза и вижу высокий потолок с деревянными балками. Так!
Резко поворачиваюсь, и в голове бахает.
— Блин! Владка, зараза, — бормочу себе под нос.
Поднимаюсь на локтях и понимаю, что я у Михаила дома. И, что самое удивительное, я в его спальне, и я раздета. Меня не сковывают движения. Смотрю вниз и вижу футболку огромного размера. Но нижнее белье на мне.
— Уфф. — Щеки заливает румянцем. А мне хотелось, чтобы он воспользовался мной?
Дурында. Можно посыпать голову пеплом. Прикусываю нижнюю губу. Выдыхаю.
Почему я решила, что это его спальня, спросите вы? Здесь ощущается его аромат, как будто Михаил недавно вышел из спальни. И спальня точно мужская, все говорит об этом, и мне она нравится. Но в спальне нет часов. В комнате полумрак, шторы блэкаут на окнах. Но там светло. И засыпала я точно в другой комнате. Значит, Михаил принес меня сюда, переодел и уложил спать. Но соседняя подушка не помялась, значит, я была одна. Галантный до кучи. Ну пипец. Где таких делают? Надо позвонить сестре и сообщить, что я жива. Хотя уверенности, что она сама жива, у меня нет. Она оставалась с парочкой бутылок шампанского…
— Н-да, кому-то сегодня будет очень плохо.
А я вроде ощущаю себя хорошо. В голове чуть тянет, но душ и кружка кофе приведут меня в порядок. Какая же я умница, что не стала больше пить вчера. Встаю с кровати и на цыпочках ступаю по теплому полу. Мне нужно найти туалет, умыться и почистить зубы. Первую дверь открываю — я нахожу ванную. Тут есть все: душевая кабина, унитаз, раковина, большое зеркало. Подхожу к комоду. Открыв двери, нахожу стопку полотенец. Халаты висят рядом на крючках, в углу за матовыми стеклянными дверями — что-то типа сауны.
Возвращаюсь к двери, но, увы, защелки нет.
— Блин.
Но очень хочется в туалет, и я быстренько делаю свои дела. Ура. Можно выдохнуть. Посмотрела на гнездо в волосах, криво улыбнулась. Ну, это ничего. На раковине нахожу новую зубную щетку. Позаботился. Приятно. Зараза он. Все больше и больше мой новогодний герой мне нравится. И это опасно. И пока чищу зубы, вспоминаю вчерашнюю ночь. И его жаркие и жадные поцелуи.
— Мамочки, — сжимаю бедра.
Внутри разливается жар. Определенно Михаил меня возбуждает. А как он готовит!
— М-м-м, — стон вырывается из груди.
И я понимаю, что голодна. Но вчера мне казалось, что я больше не смогу съесть и кусочка. Смотрю на душевую кабину с тоской. Но что мне делать с нижним бельем? Ходить голой не входило в мои планы. Зажмуриваюсь и снимаю трусики. Мою их, выдавливая гель для мытья рук. Мне нужна батарея или фен. Но осмотр ванной комнаты мне ничего не дал. Почему я не подумала об этом?
— Стоп.
В памяти всплывает вчерашнее прощание с сестрой. Владка же сунула мне в сумку какой-то пакетик. А где моя сумка?
Ладно, сначала душ, потом пойду искать сумку. Снимаю лиф, не снимая футболки, беру полотенце, вешаю тут же на крючок, рядом с халатом, и прислушиваюсь к тому, что происходит за дверью. Пока тишина. Трусики повесила на полотенцесушитель. Позор джунглей. Но выбора нет. Мне нужны запасные трусики. Щеки краснеют. Ведь я точно помню, что Михаил отпускать меня домой не собирался. Да и что там делать? Работу искать. Хочется шарахнуться об косяк. Но приличные организации тоже отдыхают. Поэтому сначала душ, потом кофе, и там дальше будет видно. Вроде Михаил собирался на ВДНХ.
Эпическое будет действо. Оля и коньки. Ну что ж. Включаю воду и тут же приступаю к водным процедурам. Пока Михаил не проведал спящую красавицу. Надеюсь, у него хватит такта, и он не зайдет в ванную, пока здесь льется вода. Хватит рассуждать. Выдавливаю гель для душа и намыливаю себя во всех стратегических местах. Голову мыть не буду, стараюсь не мочить ее. Я молодец, справилась быстро, и меня не застукали голой. Замоталась в полотенце, затем посмотрела на халат. Но решила снова надеть футболку, а сверху халат. Вспомнив о своей голой попе…
Посмотрела на свое нижнее белье, которое одиноко висело на батарее. Нехай будет. В самом деле, это же нормально: у всех есть трусы. Вышла из ванной, обалдела, увидев заправленную кровать. Он был здесь. Пошла искать кофе и хозяина дома.
И как только я попала в гостиную, уловила аромат еды и кофе… Улыбка сама собой расцвела на лице. Я медленно иду на аромат — ноги чуть подкашиваются от смущения и странного предвкушения. В гостиной — панорамные окна, сквозь которые льется утренний свет.
Утренний свет заливает гостиную сквозь панорамные окна. Часы показывают полдень. Елка по-прежнему притягивает взгляд, затем камин, а потом и диван, на котором мы вчера уснули. Хозяина дома нет. Наверное, он на кухне. Стараясь не шуметь, я прохожу дальше.
Вхожу и замираю: Михаил стоит у кухонного острова спиной ко мне. На нем светлые джинсы и футболка, волосы чуть влажные — только что из душа. Внутри все сжимается от стыда: я заняла его ванную! Где же он тогда мылся? Но эти мысли отступают.
Он оборачивается, замечает меня и на мгновение замирает. На его лице появляется легкая улыбка, от которой у меня внутри все переворачивается.
— Доброе утро, — произносит он низким, чуть хриплым голосом. — Как спалось?
Я нервно поправляю халат, который так и норовит распахнуться:
— Спасибо, хорошо… Извини, что заняла твою ванную.
Михаил смеется, и этот звук почему-то мгновенно меня расслабляет:
— Да ладно, я рад, что ты чувствуешь себя как дома. Кофе? Завтрак?