Он кивает на стол: там пышные сырники, сметана, ягоды, тосты с авокадо и огромная чашка ароматного американо. Мой желудок благодарно урчит.
— Выглядит потрясающе, — искренне говорю я. — Когда ты успел все это?
— Не забывай о моей профессии, — подмигивает Михаил. — Люблю начинать день с чего-то вкусного. Садись, пока не остыло.
Я осторожно опускаюсь на стул. Михаил наливает мне кофе, добавляет молоко — точно так, как я люблю. Откуда он знает?
— Ты… запомнил, как я пью кофе? — удивляюсь я.
Он пожимает плечами, садится напротив:
— Запомнил. И ещё помню, что ты вчера говорила, будто не умеешь кататься на коньках. А я взял билеты на ВДНХ, едем на каток, где лёд даже в плюсовую температуру.
Моё сердце делает кульбит.
— Ты серьёзно? После всего…
— После всего, — он делает паузу, смотрит прямо в глаза, — я хочу, чтобы этот день стал особенным. Если ты, конечно, не против.
В голове вихрь мыслей: сестра, работа, неопределённость… Но тут же всплывает воспоминание — его руки на моей талии, жар его губ, смех, когда мы танцевали под какую-то старую песню…
— Я… я согласна, — выдыхаю я. — Но предупреждаю: я упаду в первый же момент.
Михаил протягивает руку, и я, не раздумывая, вкладываю свою ладонь:
— Тогда я буду рядом, чтобы поймать. Обещаю.
Его пальцы мягко сжимают мои. Тепло его ладони передаётся мне, разгоняя последние остатки тревоги. Я встаю, чувствуя, как внутри расцветает что-то новое. Новый год начинается неожиданно и дарит мне счастье.
— Но сначала завтрак. — Михаил нежно проводит пальцем по моему запястью, и меня окатывает жар и желание.
Снова сжимаю бёдра. Если я также буду на него реагировать, то всё может закончиться в кровати. В считаные секунды я понимаю, что я не против. Но инициатором точно не буду.
— Ты покраснела, — замечает Михаил.
— Я немного смущена. Сижу в твоей одежде. Коньки, конечно, хорошо, но мы не подумали об одежде. В платье я не смогу кататься, — развожу руками.
— Ерунда, заедем к тебе домой, — кусок завтрака встает комом, беру кофе и запиваю, чтобы протолкнуть еду.
— Ко мне? — вспоминаю, вроде дома чисто, я убиралась. Можно ехать.
— Уверен, что если я предложу тебе надеть мои вещи ты будешь против.
— Нет, но я в них утону. Посмотри на меня, — снова поправляю халат.
— Признаюсь, что меня возбуждает твой вид в моих вещах.
— Провоцируешь? — прячусь за кружкой кофе.
— Возможно, — лукавая улыбка снова появляется на губах.
Мы завершаем завтрак, — Михаил встает, убирает со стола. А потом снова оказывается за моей спиной и произносит:
— Одевайся. А я пока соберу термос с чаем и что-нибудь на перекус.
— А ты не видел мою сумку? — шепчу.
— Вчера ты ее оставила на диване. — Киваю, но не двигаюсь.
А затем Михаил обнимает меня, руки жгут через халат. И проводит носом по шее.
— От тебя пахнет моим гелем, — киваю, не доверяя голову. — Будишь во мне собственнические желания, — затем он целует меня в висок. — Беги.
Меня долго просить не надо. Потому что в голове бродят дикие мысли, развернуться и поцеловать его, и я уверена, что мы никуда не поедем. А я пока не готова. Вру себе и бегу.
— Я скоро.
Нахожу свою сумку, ловлю себя на мысли: впервые за долгое время я не думаю о проблемах. Есть только этот момент, запах кофе, улыбка Михаила и предвкушение чего-то по-настоящему волшебного.
Нахожу сумку на диване. Нахожу, что искала.
— Спасибо.
Влада действительно сунула туда пакетик с запасным бельём. Иду в хозяйскую спальню. И когда я достаю белье, меня бросает в жар. Владка положила мне кружевное белье. Качаю головой, слов нет. Блин, надо позвонить сестре. Быстро переодеваюсь, поправляю волосы и застываю, глядя на подаренный браслет. Невероятный подарок.
Когда возвращаюсь, нахожу Михаила в гостиной, изучающим что-то в телефоне, рядом стоит рюкзак. Он надел свитер.
— Готова? — спрашивает он, вскидывая брови.
Я киваю, стараясь унять дрожь в коленях:
— Более чем. Поехали ловить моменты, которые не хочется забывать.
Он улыбается, берёт меня за руку, и мы выходим из квартиры. Солнце светит ярко, воздух свежий — кажется, это будет один из тех дней, которые потом вспоминаешь с улыбкой.
Дорога до моей съемной квартиры проходит как в тумане. Когда авто свернула на нужную улицу, начала продумывать, что одеть на каток. И потом можно будет сходить в кафе или кино. Решила взять блузку, сменные носки и пару трусиков.
— Мне подняться?
— Я постараюсь быстро.
— Не торопись, я сделаю пару звонков.
— Хорошо.
Выбралась из машины и устремилась к подъезду, пока шла, чувствовала его взгляд. Смогла выдохнуть, когда скрылась в подъезде. Пока ждала лифт, позвонила Владке. Только она не взяла трубку. Написала ей голосовое:
«Я жива. Меня не съели. Как сама? Напиши, как проснешься. С Новым годом, систр. Люблю тебя».
Как только попала в квартиру, начала раздеваться. С платьем была аккуратна. Повесила его на стул. Тут же сменила трусы. Чувствовала себя в стрингах голой. Схватила пакет, взяла из шкафа ещё одни, затем достала блузку, носки и майку, всё сложила и убрала. Натянула водолазку, джинсы. В прихожей взяла шапку, натянула куртку, помотала шарф. Посмотрела на себя в зеркало, щеки горят, губы блестят.
— Что я творю?