Наследница неба. Утерянные крылья

Шаг XII

На утро, закончив препирания с самой собой, Яна выбралась из покоев. Не вечно же прятаться! От стен по бокам двери отлипло две серые тени – новые охранники. Лир и Кид, познакомились ещё вчера. При виде лайири, Яна ощутила чувство сожаления и тоски по прежним надзирателям. Пересилив себя, поздоровалась. Лир с Кидом кивнули, но остались холодны и собраны. Совсем другие, не то что вечно весёлые Рид с Диком… Так, хватит!

– Где сейчас ваш Властелин? – как не старалась, но голос выдал охранникам всю невыплаканную за вчера горечь.

– Властелин находиться на совет, – последовал ровный ответ. Отлично.

– Отведете меня в библиотеку?

– Да. У госпожа свободный пер–р–ремещение.

Вот как. Скрестила руки под лифом тёмно–фиолетового нейори, подобранным новой служанкой.

– И что, если прикажу, и на совет проводите?

Коты переглянулись, очевидно, на этот счёт распоряжений не поступало. Яна решила избавить их от сложного выбора, на совет она не рвалась. Ей нужно в совсем другое место, пока князь занят.

– В библиотеку–то идём?

– Да, госпожа.

Добрались быстро. Путь Яна помнила хорошо, да и расхаживать по мрачному замку, полному тэргов, а в особенности «дружелюбных» женщин, не хотелось вовсе. Посетило чувство, что она никогда не сможет привыкнуть к преследующим хищным орлиным взглядам и шепоткам. Яна нахмурилась подобным мыслям, сбившись с шага. Вот ещё! И не собиралась привыкать! Общий сын ещё ничего не значит! Седон о нём даже не помнит…

Так Яна себя успокаивала, подходя к дверям библиотеки. Лайири упросила подождать снаружи. Как и ожидала, хранитель Кайенар выплыл сразу из–за высоченных, до самого потолка, стеллажных мрачных рядов.

– Ну здравствуй, наследная принцесса. С чем пожаловала?

Балансируя в воздухе нижней дымчатой частью вместо ног и опираясь локтями и спиной на полки с книгами, Кай вальяжно расплылся в жаждущей ухмылке, упиваясь обрушившимися на него эмоциями. Сомнения. Злость. Преданность. Сожаление. Растерянность. Много различных чувств, но главное, среди их числа теплилась любовь – самая скрытная и яркая. Принцесса в последнюю ещё сама не верила. Но полудух ей этого не скажет. Гораздо интереснее будет наблюдать за развитием событий.

– А ты не догадываешься? – парировала Яна, стараясь хотя бы внешне выглядеть спокойно, но прекрасно помня, что хранитель библиотеки питается чужими эмоциями.

– Теряюсь в догадках. Честное слово! – продолжал гнуть Кайенар, улыбаясь как пресытый кот, обожравшийся сметаны.

Яна злилась. На него. На себя. Да на всех! И только одна мысль удерживала её на месте. Нужно проверить теорию, и потом уже от её верности принимать дальнейшие решения. Ладони вспотели от волнения, Яна сжала в руках прозрачно–фиолетовую ткань нейори.

– Скажи мне… ты уверен, что настоящая Реянна умерла?

– А что, успела вжиться в роль и не хочешь уступать место? – пошутил полутэрг, осклабившись.

Как же Яне хотелось придушить Кая, жаль, что это ничего не даст. Хранитель итак не жилец, вот и развлекается, как может.

– Ладно, ладно! – полудух примирительно поднял обе ладони вверх, видимо, прочитав на лице принцессы жажду убийства. Ему конечно ничего не грозило, но кривляться перестал. Подплыл к гостье ближе и двинулся вокруг тоненькой фигурки. – Уверен полностью. В день смерти мне сказала Оракул.

– Что? Оракул?

Яна припомнила из снов–воспоминаний старицу с посохом из древнего храма у Зеркала Судьбы. И эта зачем–то вмешалась?

– Да, – молвил полудух, не прекращая кружить об гостью, – Оракул вызвала меня через Анарин (подмирье). Сказала, что произошло в храме. И что однажды объявится иная принцесса.

– И зачем сообщила именно тебе, Кай? – Что–то Яне казалось эта благодетель подозрительной.

– Чтобы предупредить твою кончину и не дать королю Дарьярда уничтожить тэргов? – предположил, проигрывая бровями и мускулами на обнажённой груди.

– Вернее, королеве? – закинула удочку, не обращая внимания на лишний флирт. Полудух маневрировать прекратил, завис напротив Яны.

– Может, и королеве, – задумался, всматриваясь в лицо принцессы, и вдруг очертил костяшками пальцев по её румяной щеке. Ожидаемо отшатнулась. – Хм. Вижу, нашли с Седоном общий язык?

Медленно и показательно хранитель библиотеки привлек руку к своим губам, ноздри шевельнулись, он с наслаждением втянул остаточный запах женщины на своей коже. Яну передернуло. Как наркоман какой–то! А Кайенар проговорил:

– Так что, принцесса? Нравится ли тебе жить чужой жизнью? Воспользуешься ли ты подаренным судьбой шансом? Или по–прежнему желаешь вернуться в свой далекий и, уверен, скучный серый мир? – янтарные глаза полутэрга взирали пристально, не пропускал он ни одной эмоции, терзающей стоящую перед ним гостью.

Пока треклятый хранитель изучал её, у Яны пульс бил в ушах фейерверки. Тэрг задел слишком опасную тему. И не выдержав накала, Яна стремительно покинула библиотеку. Позорно сбежала. От самой себя.

Но кое в чём она уверилась: Кайенар действительно верил в смерть «настоящей» наследницы Дарьярда. И был не причём, как Яна считала изначально. Полудух не знает всей правды. С походом в библиотеку вопросов не убавилось, а наоборот.

– Что–то случиться, госпожа? – поинтересовались лайири, когда взвинченная Яна выбежала в коридор.

– Нет… – отозвалась запыханно, словно ей пришлось преодолеть пару винтовых лестниц. – Всё хорошо. Напугалась просто. Идёмте.

Но когда проходили картинную галерею, Яну неожиданно окрикнули. И кто?! Та самая темнокожая безумная танцовщица и трюкачка с праздника в честь Виринии. Статная, гордая, в белоснежном полупрозрачном нейори, с красиво завитыми локонами смоляных волос, изящно поднялась с резной лавочки и направилась к ним. Выкрашенные в алый цвет губы женщины растягивала предвкушающая улыбка.

– Принцесса Реянна, моё почтение, – не поскупилась слегка присесть в поклоне. Яну передернуло от разворачивающегося перед ней цирка. – Сочтите за честь, прогуляться со мной по завораживающему саду нашего Властелина? Сейчас как раз цветут восхитительно красивые кусты бегелики.

– И зачем же? – Яна грубила, нисколько не стараясь завуалировать своё негативное отношение. Интуиция подсказывала, что от прогулки не стоит ожидать ничего хорошего.

– Разве вас не одолевает скука и одиночество в чуждом для вас месте? Властелин послал меня составить вам приятную компанию, чтобы развеять тоску по вашему далёкому дому, – голос источал яд, щедро политый мёдом.

Яна наконец, вспомнила имя тэргянки. Эйна. Неужели её вправду подослал князь? Наследница Дарьярда сузила глаза, пристально всматриваясь в потревожившую её покой львицу. Да, пожалуй, именно с этим хищным животным ассоциировалась для Эйна. Что ж, раз тэргянке не терпится завести «дружескую» беседу, они побеседуют.

– Оставьте нас, – велела лайири. Но Кид заявил, что князь приказал, не выпускать госпожу из поля их зрения. – Хорошо, держитесь позади.

– Прошу, принцесса, – Эйна грациозно указала рукой в нужном направлении и повела в сад замка.

Яна не могла похвастать такими отточенными манерами и умением держать себя, поскольку долгое время провела на Земле, где подобный этикет уже давно не актуален. Призналась себе, что этот факт злил. Тэргянка определенно хотела показать своё превосходство. Чтобы завоевать доверие или поставить госпожу на место? Это–то и предстояло Яне узнать.

– Правда они прекрасны? – справилась Эйна уже в саду, любовно оглаживая насыщенно–синие бутоны кустовых цветов, тянущие свои густые ветви высотой полтора метра. Наклонилась перед спутницей, беспардонно выставив на показ глубину своего слишком откровенного декольте, и с наслаждением вдохнула аромат бегелики. Яна непонимающе вздёрнула бровь. Тэргянка её что, соблазнить пытается?

– Эти кусты сажала покойная мать князя, – пояснила Эйна, всё любуясь и не забывая проводить кончиками тёмных пальцев по бархатным синим лепесткам. – Княгиня как–то обмолвилась сыну, что однажды рядом с ним появится женщина, такая же прекрасная, как и эти цветы. Она станет для него всем, самой жизнью, подарит верность и сына. Наследника, с которым князь покорит мир.

Эйна выпрямилась и наградила Яну победным взглядом.

– И, – шаг на Яну, – такая женщина есть у Властелина. Она верна Седону и носит под сердцем его дитя. И именно из её покоев Властелин вышел сегодняшним утром. – Тэргянка вложила в ладони Яны сорванный бутон бегелики, сожалеюще улыбнулась: – А другая женщина, несомненно тоже прекрасная, князю больше не нужна, как женщина. Лишь инструмент для достижения цели.

Яна ощутила в ладонях острую боль, растерянно опустила глаза: под синим бутоном проступила алая кровь. Шипы порезали кожу. Кровь. Чужая для этого места.

Бутон выпал из рук на каменную плитку, разбился, распался на лепестки. Взгляд Яны наткнулся на небольшой, но уже заметно округлый живот тэргянки под тонкой белоснежный тканью. Бам! Грохотнуло болью предательства осознание в сердце, и Яна поспешила прочь из сада чарующей красоты.

Обед и ужин пропустила. Больше не хотелось выходить из четырёх надоевших стен. Не хотелось видеть никого из тэргов, совсем никого. Даже не потрудившись переодеться в ночное платье, Яна лежала поперёк постели, сначала рассматривала вычурную лепнину на потолке пока не стемнело, а после закрыла глаза и представляла, как они с сыном гуляют в парке аттракционов на Земле.

Но отсиживаться в одиночестве ей не позволили. Порядочно поздно скрипнула дверь. Балконная. Потому что входную наследница Дарьярда предусмотрительно заперла, а вот о балконной не подумала. Поздний наглый гость прокрался к комоду и зажег одну из свечей, разогнавшую по углам комнаты сгустившийся мрак. Стук каблуков сапог, посетитель подошёл близко к кровати.

– Зачем ты здесь? – не открывая глаз, но и так зная, кто стоит рядом.

– Мне не рады?

– Нет. Уходи туда… где… должен сейчас быть, – колючий обод царапал горло, нужные слова с трудом проталкивались на волю. Яну всё жгла боль предательства. Хотя о каком предательстве может идти речь, если князь ничего не помнит и ничего не обещал?

– Хм… – что–то звякнуло, – и где, по–твоему, я должен сейчас быть?

– Там… с кем провёл прошлую ночь и утро.

По спальне прокатился громкий смех. Да князь издевается! Отсмеявшись, Седон пошутил:

– Боюсь, мой рассудок не выдержит ещё одной ночи в компании бумаг и советников замка.

Компании советников и бумаг? Так он не провёл ночь с Эйной? Яна запуталась. Не знала кому верить. Однако оставался ещё один факт. Ребёнок тэргянки. Яна открыла глаза, села на постели и совсем встала, чтобы лучше видеть мужчину. В полумраке очень смуглая кожа Седона казалась ещё темнее, но не оттеняла его красоты и мужественности. Фиолетовая радужка горела в темноте, а чёрные узоры знакомо вертелись в ней.

Седон потянул руки, но Яна отшатнулась, сгребая в охапку все свои силы для выяснения правды. Слабый отголосок боли в ладонях напомнил о цветах в саду.

– Скажи… что за синие кусты цветов растут в твоём саду?

– Синие цветы? – Седона привело к принцессе беспокойство. С момента, как алкаров лорд в другом мире её чуть не взял силой, она ведёт себя странно. Закрылась за глухой бронёй и никого не подпускает. Сегодня после похода в библиотеку и прогулки с Эйной, совсем перестала выходить из покоев. А теперь задаёт странные вопросы. – Это кусты бегелики. Их сажала моя… мать.

Вспоминать о матери оказалось больно, но дрянная принцесса решила расковырять старые раны.

– А что… она как–то сказала тебе о них?

– Что сказала? – повторил, наконец разгадав умысел разговора. Улыбнулся, сократив разделяющее его и Реянну расстояние. – Это было о–очень давно, но я помню каждое её слово, – обволакивал бархатным голосом, привлекая принцессу к себе, заглядывая в широкие от удивления голубые сапфиры. – Мама говорила, однажды рядом со мной появится женщина. Её красота сравнится лишь с красотой бутонов бегелики. Она будет чиста сердцем и помыслом. Верной мне, несмотря ни на что. Пойдёт со мной рядом, на какой бы я не ступил путь, какой бы выбор не сделал. Никогда не предаст. А ещё подарит мне сына. Наследника, зачатого в любви. И я встретил такую.

Яна слушала завораживающий голос Седона; таяла, как снег в горах, плавилась, как железо в огне, в его крепких объятиях; не сопротивлялась, когда он накрыл её губы своими, затягивая в нежный поцелуй. Но опомнилась, почувствовав, как горячие ладони князя скользят с её спины ниже.

– Нет! – отвернула лицо в сторону, поскольку оттолкнуть мужчину не получилось. Слёзы обиды подступили к глазам. – Не надо…

– Почему, не надо? – хрипел Седон, пытаясь словить желанные губы, но принцесса вновь и вновь уворачивалась. А потом князь уловил языком солёную влагу. – Почему ты плачешь?

– Сед, прошу… – всхлип. – Иди к своей женщине. Она ведь носит под сердцем твоего ребёнка!

– Что? Ты о ком это? Какой ещё женщине? Какой к алкарам… ребёнок?! – князь вообще перестал понимать, что происходит, как принцесса сорвалась на крик.

– Да иди ты уже к Эйне!!

– К Эйне? Ах вот в чём дело. Рея, послушай… – но принцесса не желала слушать. Седон обхватил ладонями её лицо: – Слушай! Эйна носит ребёнка не от меня!

– Что? – Яна невяряще замерла. Она, наверное, ослышалась?

– Ребёнок. Эйны. Не. Мой. – Повторил чётко. – Эйна вчера приходила ко мне, пыталась выдать желаемое за действительное. Она понесла от другого тэрга. Я точно знаю, что её ребёнок не мой, потому что я всегда контролирую последствия своей страсти.

– Ты… настолько уверен?

– Уверен, – князь стёр пальцами слёзы с щёк Яны и приблизил её лицо к своему. Шепнул: – Прошло так много времени с момента разговора с матерью. Я успел забыть о нём. Но ты напомнила. Ты – Рея, та самая. Только твоя красота сравнима с бутонами бегелики. Их яркая синева отражается в твоих глазах. Я прошу, после того, как мы покончим с войной, останься со мной. Раздели со мной жизнь и когда–нибудь подари мне наследника.

Лучшего признания Яна и не ждала. Не рассчитывала, успев похоронить свою первую и как оказалось единственную любовь.

– У тебя уже есть наследник, – робко улыбнулась, наблюдая за крайне удивленным и растерянным князем. – Кулон Богов у тебя с собой?

Седон кивнул и достал его. Яна с волнением сажала в руке Аметистовое Сердце, положила на неё ладонь мужчины и свою вторую сверху. Попросила закрыть глаза и закрыла свои, мысленно взывая богов послать Властелину тэргов все виденные ей ранее образы, а также передать облик сына. И боги услышали наследную дочь Цакары, показав всё необходимое и вернув ему утраченную память.

– Рея, ты… они… наш сын… Димка… – Седон путался в словах и мыслях, склеивая вместе старые события и новое. – Я был таким дураком!

– Шшшш… теперь ты всё знаешь, – Яна сама поцеловала своего мужчину. – Вместе навсегда.

– Да. Вместе навсегда, – повторил их забытое обещание друг другу.

Ночь воссоединения Властелина тэргов и наследной дочери Цакары длилась очень и очень долго, под покровом которой князь вымаливал прощение у своей принцессы и дарил любовь.

Прошло несколько дней.

Яна и Седон вместе готовили план, как им пробраться в Дарьярд за предпоследним осколком. Князь настаивал на инкогнито из мотивов безопасности, а Яна… Яна уговаривала прошмыгнуть по тихому по тайным ходам и разыскать её отца, что Седона категорически не устраивало.

– Ты разве не помнишь, что случилось в прошлый раз?! – выпрыскивал возмущения князь красочно жестикулируя руками над письменном столом, заваленным чертежами и свитками. Яна сидела на краю стола и выслушивала гневные речи спокойно.

– В тот раз мой отец впал в ярость, его тоже можно понять. Попробуй поставить себя на его место, представь, что твоя дочь приводит однажды возлюбленного из вражеского рода. Как бы ты отреагировал?

– Не разбираясь снес бы этому возлюбленному голову с плеч.

– Что и требовалось доказать. Ты ещё легко отделался. – Яна развела руками, улыбаясь. – Гнев мешал моему отцу мыслить здраво. Я знаю, он сожалеет, я видела это. И я тоже скучаю по нему.

– Видела она… – Седон устало плюхнулся в кресло, поставил локти о стол и вцепился руками в собственные волосы. Страх всё потерять, в особенности Реянну и сына, которого никогда не видел и не держал в руках, стискивал раскаленными цепями грудь, мешая дышать. Одно неверное решение способно привести к краху. А на князе помимо прочего ещё лежала ответственность за подданных, и не только тэргов. – Ты понимаешь, что предлагаешь сунуться в самое пекло?

– Послушай, – Яна наклонилась и огладила мужчину по голове, – я знаю, где находятся тайные лазы. Мы пройдём по ним и, минуя королеву с её дочерью, объяснимся с отцом. Необходимо объясниться! А иначе, если ты просто выкрадешь осколок, то развяжешь новый виток войны. Последствия могут оказаться губительными.

– Я знаю, Рея. Знаю, – поймал в плен своих рук ладони принцессы и привлек обе к губам. Признался: – Я боюсь тебя потерять. Никогда я не ощущал себя таким слабым, но мне нравиться эта слабость.

– Не потеряешь больше. Отец примет тебя. Теперь примет.

– Надеюсь, родная.

И всё–таки Властелин тэргов вскоре сдался. Признал правоту возлюбленной. Если они хотят прекратить войну, то для подписания мирного договора с королём Старгилом Лионом всё равно придётся говорить. Так почему не сейчас?

Согласно решили выдвигаться втроем: Яна с Седоном и один из лайири. Попытался напроситься Рид, но принцесса мигом осадила пыл раненого кота, ещё и обещание стребовала: оставаться защищать Тиезей и Гин.

– Ты сполна выплатил мне долг, Рид, – высказала, обняв полукота. – Я желаю, чтобы ты жил, поэтому с нами идёт Кид.

– Я понять вас, госпожа. Прошу бер–речь себя, – расстроенно обнял в ответ. Приказ есть приказ.

– Конечно.

Седон выудил из закромов замка одежду патрульных. Заранее переодевшись, со следующим рассветом Яна, Седон и Кид оседлали юного дракона и понеслись навстречу ветру и приключениям. Таргон, такое имя крылатому ящеру дала принцесса. По ментальной связи предупредила других драконов, и те вовремя передавали сигналы о местонахождении патрульных стражников, почасово облетающих воздушные границы Дарьярда. Никто в королевстве и не догадывался, что все драконы вновь обрели разум, что несомненно играло плюсом.

Летели в тишине. Яна грелась в объятиях Седона, а лайири сидел ближе к хвосту, приглядывая за тылом. Вдруг Яна вспомнила о песне Богини в зимнем саду Дарьярда и рассказала о ней князю, также о голосах, которые привели её в заброшенный храм на Земле.

– Хм, действительно, похоже на предсказание, – размышлял, перебирая в пальцах выбившиеся из косы Яны чёрные локоны. А Яна жмурилась от удовольствия. – Если собрать все факты воедино, то ты появилась как раз на кануне Виринии, и мы начали собирать осколки кулона, чтобы остановить войну между нашими народами.

– Это что же, значит у меня в груди бьётся Чистое Сердце? – захихикала.

– Почему смеёшься? Похоже, все так и есть. Только мы вместе разгоним Тьму в лице безумной королевы, – поддержал князь шутку, поцеловав принцессу в лоб.

– Хотелось бы верить…

– Властелин, мы пр–риближаться к гр–раница Дарьярд! – предупредил наблюдательный Кид.

– Ну что, твой ход, Рея. Показывай обходные пути.

Яна кивнула и связалась с драконом, направляя в нужный воздушный туннель. Волнение подымалось в наследнице, скоро она встретится с отцом!

Повезло. В королевство проскользнули незамеченными. Как раз настало время смены патрульных, и Яна «под шумок» провела дракона в стойла. Из–за защитных шлемов никто из дворцовых не признал в прибывших чужих, им почти без труда удалось проникнуть в потайные ходы замка. Яна надеялась, что король не сообщил королеве о ходах. Они всегда были их маленькой тайной.

– И где нам искать твоего отца? – Седон тихо из–за спины. Кристаллом он освещал дорогу, поскольку даже малый всплеск магии могли засечь.

– В кабинете. Подойдём и подождём, когда появится, – отозвалась шепотом. Стены каменные, звукоизоляция замка хромала.

– Надеюсь, Лиона не хватит удар при виде нас.

– Всё будет хорошо, – скорее себя успокаивала. Проходы то узились, то чуть расширялись, но всё равно иди можно было только колонной. Под сапогами хрустели мелкие камни и кости грызунов, в нос лезла пыль с затхлым запахом, но Яна упорно шагала вперёд, перебирая в памяти правильные повороты. От страха чудилось, что вот–вот кто–нибудь да выпрыгнет из–за угла, хоть сама королева с алкарами. Внезапный шум заставил вскрикнуть, но Седон вовремя закрыл Яне рот.

– Шшш… это просто крыса, – крепче прижал к себе. В подтверждение упомянутый князем грызун маленькой серой тенью пробежал рядом. Яна сквозь гомон собственного сердца расслышала противный писк. Брр! – Всё нормально?

Кивнула, и Седон отпустил. Пошли дальше. Парочка поворотов, три подъёма по лестнице и они оказались у нужного места. Наследница прижалась щекой к холодному камню стены, прислушались – ничего.

В кабинете Короля стояла тишина. Обоюдно решили выжидать, пока Лион явится. Ждали не долго. В скором времени в кабинет кто–то вошёл, в нескольких голосах Яна распознала отцовский, остальные, наверное, советники. Но вот разговоры стихли, король выпроводил собеседников и зашуршал бумагами. Яна покосилась на Седона с Кидом, мол, пора, и нажала на определённые камни в стене, открывая потайную дверь. Король, заслышав отворяющийся тайный ход, обернулся, обнажил меч. Удивился своим патрульным.

– Что это всё значит? – не робел перед очевидной опасностью. Седина давно закралась в светлые волнистые волосы мужчины, однако храбрость воина никуда не исчезла. Но когда один из названных гостей снял шлем, Лион побелел лицом.

– Реянна… – меч выскользнул из ослабевших рук, грохнувшись на напольную плитку. – Неужели, мои подслеповатые глаза не подводят меня? И это не очередное видение?

– Нет, папа. Это я!

Яна кинулась к королю на шею, колючая борода отца щекотала нежную кожу, совсем как в детстве. Лион дрожащими руками крепко привлёк к себе дочь, всё ещё не смев поверить в происходящее. Но в своих объятиях ощущал материальное тело дочери.

– Ре–ея. Девочка моя! Ты вернулась, – слёзы радости и облегчения лились из голубых глаз, по щекам короля. Наконец, он обрёл свою родную кровиночку! Всё эти длительные и холодные вёсны Лиона грела надежда, что дочь жива и однажды вернётся. И вот она здесь. – Но как? Расскажи мне, как всё было!

– Мы всё вам расскажем, но сначала, Ваша Милость, заприте двери, – смутно знакомый низкий властный тон, прозвучавший от потайной стены, заставил монарха вздрогнуть и напрячься. Лион впился взглядом в мощную фигуру позади дочери, предчувствие не обмануло, когда Седон также снял шлем.

– Ты…

– Я, – князь тэргов непримиримо сузил глаза, отбросив в угол уже ненужный шлем патрульного. Кид последовал примеру Властелина. – Совру, если скажу, что рад этой встрече.

– Седон! – возмутились Яна, извернувшись в руках отца, смерила князя не довольствием. Потом повернулась к родителю: – Нам всем предстоит долгий разговор.

Двери в кабинет заперли. Расселись кто за стол, кто в кресла, затянулась продолжительная беседа. Яна с Седоном поведали королю Дарьярда, что произошло после того, как он отверг избранника дочери; историю тэргов, о Виринийской ночи; о кознях королевы, её связь с алкарами, и о попытке убийства наследной принцессы «руками» тварей Грани. Яна рассказала отцу, как жила все эти годы на Земле, и что у него есть трёхлетний внук.

– Внук… – потрясённым эхом выдохнул Лион, вскочил не зная зачем и рухнул обратно в кресло. У него есть внук! И дочь нашлась! Не это ли настоящее счастье?! Вскинулся. – Поверить не могу, я – дед! Когда я его увижу?

– Папа, я… мы… – Яна не знала, как помягче сообщить отцу, что встреча пока невозможна. Слово взял Седон.

– Прежде, чем я заберу своего сына с Земли, на Цакаре должна прекратиться война, – тяжёлая ладонь князя хлопнула по полированному столу, выражая серьёзность намерений. – Мы воюем порядком и несём лишь убытки.

Старгил Лион III огладил аккуратную бороду, думал, взвешивал все «за» и «против». Посмотрел на притихшую дочь: Реянна сидела осунувшись, совсем неподобающе леди, её тяготила долгая разлука с сыном. Король решил, что настало время глобальных перемен.

– Согласен. Дети должны взрослеть в мире, – мужчины скрепили договор рукопожатием. – Полагаю, князь Тиезея, вам что–то нужно в моём королевстве? И не только рука моей старшей дочери?

– А вы проницательны. Один из осколков находится в Дарьярде.

– И где же его искать?

За Седона ответила принцесса:

– Драконы говорят, что он таится в сокровищнице.

– И как он…

Короля прервал стук в двери, а затем раздался приторный голосок королевы:

– Моя любовь, ты пропустил обед. Тебе не здоровится? Почему двери заперты?

– Любовь, значит… – зашипел Лион, кинув взгляд на дочь. Как же он был слеп и доверчив! Обвинял всех и вся, кроме истиной змеюки! – Что ж, на ловца и зверь бежит. Мой будущий зять, отвори–ка двери.

– Хм, с удовольствием, – Седону не меньше короля не терпелось разобраться с королевой, но это право принадлежало не ему.

Князь отодвинул засов и раскрыл перед Генаей двери. Отвесил приветственный поклон, остолбеневшей королеве и приглашающе протянул руку.

– Ты… – начала, но когда заметила стоящую подле мужа девушку в одежде патрульных, от лица Генаи отхлынула краска, и кожа почти сравнялась цветом с белоснежной портьерой кабинета. – Н–не может быть… жива…

Сознание стремительно покинуло королеву. Князь тэргов, скрепя зубами, подхватил падающее тело и усадил в пустое кресло. Как ему хотелось прямо здесь и сейчас свернуть королеве шею! Однако, в принципах Седона уничтожать врага, когда тот находится в ясном сознании. Отойдя от обморочной, словно от прокажённой, Седон привлек к своей груди Реянну и пообещал:

– Она за всё ответит, Рея.