Научи меня любить

28

Андрей стоял у входа в диспансер, полностью собравшись. Карие глаза метали молнии. Только что Диана скрылась за дверями психоневрологического диспансера. Алексей разговаривал с врачами. Филатов согласился не вызывать полицию. Ущерб Алексей возместит.

Парень спрятал сжатые кулаки в карманах низко сидящих джинсов. Обернулся и посмотрел на брата. Сейчас он, как никогда понимал, что они не были семьей. И вот такой исход ждал их уже давно.

Дима собирался открыть дверцу своего автомобиля. Его раздирало наконец сказать правду. Открыть глаза младшему на этот сраный мир. Все внутри переворачивалось от отвращения. Диана не просто попыталась свалить свою мерзкую предрасположенность к наркотикам на своего мужа. Начала нести бред, что это он ее заставлял. Хорошо, что Соболев старший достаточно влиятельный человек в этом городе. И слушать Диану не станет никто. Кроме ее сына. Андрей сгорбатился под тяжестью происходящего. И совершенно не понимал, как жить дальше. Он смотрел в упор на машину брата. Рисунок. Сколько раз он видел это в том месте, где ему было хорошо. Элина. Маленькая девочка выросла. Не цепляется за него совсем. Какая же ярость закружила голову парня. Какой безумный всплеск эмоций. Даже обида. Черная, болезненная, прокалывающая насквозь. Со свистом выпустил воздух. Хотел уйти. Сохранить этот рубеж. Остановить свой порыв. До слез. До крови на губах.

Но Дима подошел к брату. Нагло так откинул голову и все же сказал:

— Даже это место ее уже не исправит.

Андрей поднял свой потемневший от ярости взгляд. Рисунок из комнаты Элины! На машине! И Дима поймал этот взгляд. И увидел, как брат смотрит на его машину.

Ему нужен был рывок. Ему нужна была эта встряска. Дима холодно оскалился:

— Пока не был в ее комнате. Но скоро буду! — на боковине своей тойоты он нанес аэрографию, фото из соц сетей Элины. Он знал, что эта картина есть в ее комнате. Он знал ее непреодолимую мечту. И он знал, как сейчас выдергивает влюбленное сердце брата.

Андрей сжал кулаки до белых костяшек. Слова матери прожигали мозг. Она кричала, что Дима был в ее постели. Что маленький змееныш не только подбирался к финансовым возможностям отца, но и медленно разрушал все, что называлось семьей!

— Иди на хуй! — Андрей поиграл плечами. А Дима уже не мог остановиться. Он видел, что его милый добрый братец готов раскрыть глазки и окунуться в реальность.

— Да пора уже, Андрюх! Пора наконец мужиком становиться! Ты хоть и младший, но в твоих руках сосредоточена большая часть бизнеса и надежд твоего папашки.

— Моего?! А не твоего, Дим?! Что у тебя было с моей матерью?! Почему она так говорила?! Знаю, не ответишь! Тебе никогда не было дела до нас! Приходил, как в столовку, между делом, по нужде!

Дима лишь посмеивался. Он хотел этого взрыва. Так будет лучше. Диана была шлюхой всегда! И к нему, к Диме не раз подкатывала своими силиконовыми сиськами. Только мерзко от нее было, похлеще, чем от Тобольской. Диана была рычагом действий Сергея Тобольского. Давно он подловил ее. Давно он совершал дерьмовые поступки ее руками. Алексей Соболев проворачивал темные махинации, с помощью угроз, шантажа и редкого, но все же насилия. А Диана, не только прикрывала, именно доводила до конца косяки отца. Она спала с его партнерами. Она находила пути, как через постель продвинуть своего мужа. Чтобы возвысится самой. Ей хотелось власти! Ей хотелось денег и возможностей! И с Димой она хотела закрутить, только чтобы прижать покрепче! Она вообще не видела границ своего дерьмового стремления к власти! Элина, Андрей, все, кто позволял или казался слабее, все попадали под воздействие поступков Дианы.

— Андрюх, всей правды твое детское сознание не выдержит. Ни хуя не потянешь всего! Ебал я этих баб и ничего не измениться! Алина Тобольская во всех позах передо мной скакала! И мать твоя в штаны лезла! И что?!

Андрея уже трясло не по детски. Он в пару прыжков оказался рядом и со всего маха врезал кулак в челюсть брата.

— Ты дерьмовый брат! Ты сука еблан недобитый! На хуя вообще появляешься в нашем доме?! Тебе же плевать на нас всех! На то, что мать наркоманка! На то, что весь город теперь ее поласкает, как тряпку половую! Тебе плевать, что отец болен и не в состоянии вести дела! Тебе плевать, что семьи Соболевых нет, как семьи! Лишь руины!

Дима сплюнул кровь, и заржал, как реальный придурок. Этот ход он продумывал слишком тщательно. И надо что-то более резкое и грубое. Ему не нужен никто. Цель так близка. Всех разогнать. Всех отпугнуть и остаться одному. В поле. Где рядом останутся лишь те, кто этого заслуживает. Смерть, тюрьма, ненависть и разорение! Вот его спутники. Вот, что останется Диме в итоге! Удары брата не причиняют боли. Удары брата заставляют забыть собственную вину за прошлое. Он виноват. Перед всеми. И искупит эту вину. Не важно какой ценой.

— Это я! Вот такой как есть! Не нравится? Ты знал, Андрюх! Всегда знал!

— Ты хотел разрушить нашу семью!

— Да блять! Только семьи Соболевых никогда не существовало! Есть Соболев Алексей, мечтающий добить каждого вокруг! Есть шлюха Диана! И есть ты!

— Заткнись урод! — Андрей снова накинулся на Диму. Они покатились по земле клубком. Нанося друг другу удары. И уже никто их не останавливал. Просто не было никого вокруг. Дима рассчитывал свои удары. Точнее больше защищался. Ставил блок. Не более того.

— Элина тебе зачем?! Так же поиграешь? Она не сможет быть как твои подстилки! Вставай и дерись! Ты же Демон! Ты же способен меня убить!

— Элина не твоя уже тема! — Дима оскалился кровавыми губами. Когда брат заводил речь об Элине, он заводился с пол оборота. Тут же вскочил и принял стойку. Но нападать все равно не стал. — Сука! Да опомнись уже!

— Она моя! Всегда моя!

— Столько лет тебе давал фору! Стоял в стороне! И что?! Она никогда не была твоей. И уже не будет! Отвали от Элли. Даже если не будет со мной! Андрюх! Она никогда не будет с тобой! И ты это знаешь!

Новая серия ударов. Разбитые в кровь губы, треснутая кожа на костяшках, и внутри такой раздрай, что хоть на стену лезь! Андрей заорал, и нанес несколько ударов по земле! Рука кажется окончательно треснула. Но боли не было. Они лежали оба на земле. Раскинув руки.

— Остынешь, поговорим.

— Катись!

— Я пошел. — Дима ушел. — Ты все знаешь, Андрюх. Соберись уже и повзрослей. Отец никогда не нянчился ни со мной, ни с тобой. Наша жизнь в наших руках. Элина сама примет решение.

Из глаз Андрея покатились слезы. Как песок сквозь пальцы теперь уходили остатки былого счастья.

Дрожащей рукой достал телефон и набрал номер Ани. Сейчас он не собирался ехать домой. Не хотел видеть никого. С Аней можно молчать. Можно просто побыть в тишине. Но когда она ответила, сбросил вызов.

Эль сидела в своей комнате, и в очередной стотысячный раз смотрела то самое видео. Целый сюжет, где Диана главный участник. Скрытые лица. Кроме лица Дианы. Она выдохнула и сжала кулаки. Зубами прикусила сжатый кулак. Ну и кто это сотворил? Хорошо, поселок закрытый. Здесь совсем не просто промышлять журналистам. Но зато охрану точно увеличили. И даже добавили видеокамер. По ночам чаще слышен лай собак. Кинологи обходят каждый кусочек поселка. Потому что уже поймали двух шпионов возле дома Соболевых. Диану отправили на психологическое обследование. И, как сказал Алексей Соболев, отправит жену на принудительное лечение. А после подаст на развод.

Элина слушала его, когда он явился к ним в дом. Слушала и хотела закричать, а зачем он им отчитывается. Эта информация для Софии? После того, ка Ренату осмотрел врач и все кое-как выдохнули, София молча ушла. И не появилась, даже когда пришел Алексей.

В этот раз Элина разглядывала его более внимательно. Он стар. Слишком стар для ее 27-летней сестры! Он не имеет право так поступать! Он мучает Софию! А она мучается от этой любви! Алексей Викторович Соболев — темноволосый, темноглазый. Сыновья полностью в него пошли. Властный, высокомерный, владелец отелей, застройщик и владелец многих зданий (фирма называется starry sky above- звездное небо над головой, или SSА) по всему миру. Он построил империю. Везде и всюду катается на машине с водителем, и в сопровождении охраны. О нем пишут в журналах и говорят в новостях. Но он такой же человек, как и все. И под глазами залегли глубокие тени. Лицо стало бледным и морщинистым. В темных прядях все больше появляются седые пропалены.

Он умеет защищать свою семью? Или только топить и унижать? Его жена, какой бы не была стервой, сейчас в беде. Возможно ее постоянно безумные глаза это не просто плохая привычка, а скрытая тоска по вниманию и заботе! Андрей всегда был слишком увлечен ею, Элиной. Может это потому, что ничего другого и нет! А Дима? Он правильно сделал, что сбежал когда-то!

И София смеет ее осуждать? Когда сама пытается любить настоящее чудовище! Грустно. Как нестерпимо грустно.

— Где сейчас Дима и Андрей?

— Зачем тебе это знать?

— Вам не все равно? Чем вы, Алексей, лучше Дианы? Нашли крайнего, обвинили меня в своих проблемах. Но разберитесь хорошенько. Вы же сами во всем виноваты. Почему Диана так на меня ополчилась?! С таким же успехом можно любого обвинить.

— Она больна.

— Просто, хочу знать, где Дима и Андрей?

Элина ушла после того, как услышала ответ. В телефоне вызовы только не те, которые она хотела увидеть. Дима так и не позвонил. И вряд ли захочет продолжения. Он видел ее обнимашки с Андреем. И это не просто обида. Это его собственное видение ситуации.

Она все же вошла в комнату к маме. Та лежала на высоких подушках. Спит? Развернулась, чтобы уйти. Но тут послышался слабый голос:

— Это все правда?

Элина подошла к матери. Присела на краешек кровати. Вся комната, да и все крыло родителей всегда было, как самое уютное гнездышко.

— Нет, конечно, мам. Мы обе не самые лучшие дочери, но не все правда, что сказала Диана. За Софию отвечать не стану. Она у нас умница и красавица. Сама разберется со своей жизнью.

— Что же происходит? Неужели я такая плохая мать! Как я старалась быть вам не только родителем, но и другом! Где я ошиблась?!

— Мам, перестань. Врач сказал, что у тебя давление скакануло! Не хочу опять тебя доводить! У нас все хорошо! Мне же пока только двадцать! Вся жизнь впереди! И мои проблемы, это то, что я обязана пройти сама! Я люблю и тебя и папу. И вы мои лучшие друзья. Все мои друзья всегда завидовали тому, какие вы у нас! Мам! Не надо вот сейчас делать из мухи слона! Диана реально под кайфом была! Ты же видела! В таком состоянии что угодно могла ляпнуть! Она же сама себя подставила и просто искала крайнего.

— София уже взрослая. А ты. Эль. Ты только не смей так поступать. С Андрюшей вы хорошая пара. У вас, как и нас с отцом будет мир и гармония! Эль! Андрюша же в тебе души не чает! Такая любовь в его глазах! Куда же ты несёшься, как сломанный трамвай!

— Мам. О чем ты?

— Дима. Соболев. Он же… дикий. Он такой колючий! Я не знаю, конечно, всего. И он может быть самым замечательным для тебя сейчас! Но он много лет был таким, каким мы его знаем! Эль! Рано или поздно эта сущность снова победит! Жить с таким человеком очень сложно и больно, девочка моя.

— Есть маленькая проблема. Мне никто другой не нужен.

Рената привстала. И насупила брови.

— Дай пожалуйста воды.

Элина протянула бокал матери. Та сделала глоток. Посмотрела в глаза дочери и сказала:

— Я никогда ничего вам не запрещала. Не ставила условий.

— Но находила способы влиять на наши решения. Мам. И сейчас ты попытаешься сделать тоже самое.

Элина встала.

— Я лучше пойду. Отдохни. Мы все еще обсудим.

— Нет. Нечего обсуждать. Я против ваших отношений с Димой. Никогда не позволю этому случиться. Он чужой. И способный на жестокость. Он обидит тебя, Эль! Обидит по хлеще физического воздействия!

— Ты всегда любила папу. Он всегда был таким доброжелательным, ласковым? Он же тоже подстраивается, старается! Любые отношения это две разные жизни, соединенные в одну! Это труд! Это понимание и доверие! Это долгие притирания и старания!

— Старания двоих!

— Хватит ма. Отдохни. Правда. Я волнуюсь за тебя.

— Тогда обещай!

— Не могу.

Эль вышла. И медленно побрела до своей комнаты. Сейчас так было пусто и тяжело. Так словно ее всю вытряхнули, а потом попытались назад все впихнуть. Все вместе с мусором и пылью. За короткий период времени так много всего случилось. Словно земля не круглая, а перевернутая и очень угловатая!

Она залезла под одеяло. Не раздеваясь, не включая свет. Сил не осталось совсем.

Даже плакать не могла.

Одеяло медленно начало сползать. Элина судорожно вздохнула. Она точно, на сто процентов знала, что это тот единственный, кого она хотела прижать сейчас. Нет. Она хотела согреться в его горячих объятиях.

Он целовал ее губы, шею, царапая колючей щетиной. Забинтованная рука шершаво прошлась по шраму на животе. Одеяла, одежда за пару секунд все улетело в стороны. Кожа к коже, дыхание в дыхание.

Он навис над ней. В полумраке лунного света реально казался Демоном.

— Ты пришел украсть мою душу?

Он знал, какими струнами играть, чтобы ее тело задрожало от накатывающих волн. Рукой сжал ее горло. И зубами захватил нижнюю губу.

— Еще раз будешь так собой рисковать, перед всеми накажу?

— Как же? Отшлепаешь?

Зарычал так утробно, словно зверь! Спустился ниже и скрутил сосок. Так что девушка вскрикнула.

— Я могу быть жестоким! Ты вообще не способна страх почувствовать?!

Элина ухватила его забинтованную руку и прижала к губам.

— Ты рисковал больше. Дим! Ты! — говорить о том, что он знал и что известно еще, какой в этом смысл. Сейчас другие эмоции накрывали с головой.

— Нет! При таком скоплении людей она просто спектакль устраивала! Но ты откровенно нарывалась!

— Хотела завлечь все ее внимание на себя! Может выяснить по больше. От вас ни от кого ничего не добьешься. Где она сейчас?

— Это уже не важно. Она под присмотром.

— Твоя рука.

— На мне заживает, как на собаке.

Элина попыталась присмотреться в темноте. Слишком темно. И он склонился так близко, заслоняя любой проблеск.

— Я пришел тебя хорошенько…

— Заняться со мной любовью?

— Нет. Потрахаться.

И без лишних прелюдий, он всадил ей по самые яйца. Выгнулся и застонал. Она влажная, жаждущая и такая же обжигающая! Словно домой вернулся! Как это возможно! Один секс влечет за собой следующий! И нет конца этому безумию. Элину выдохнула и крепче прижалась к мужчине.

Он перевернул ее так, чтобы оказаться под ней!

Он пришел! Сам пришел! В ее комнату!

— Прижмись ко мне и подними немного попку! — ухватил ее за бедра и сам начал двигаться. Врезаться все грубее. Опуская ее на себя! Увеличивая темп! Девушка охала и всхлипывала, ловя свой эротический экстаз. Он ее сжигает заживо. Позвоночник словно звенит от резких толчков. Головка упирается в самые потаенные места, доставляя истинное удовольствие! Она начала делать резкие выпады, когда безумный оргазм бешеной волной накрыл все тело. И Дима резко перевернул ее. Впился в раскрытый рот. И трахал так сильно, что шлепки эхом разносились по комнате.

Он кончил бурно и остро! Сам едва сдерживая громкий вопль.

— Эль, ты доведешь меня до смерти! Я никогда так не кончал! Никогда! И снова в тебя. Скажешь, если что-то пойдет не так.

Элина застыла под ним. Ей вдруг дико захотелось все рассказать. Но так хорошо еще было. И так не хотелось услышать от него грустные слова.

— Останешься?

— Хочешь нагоняй от родителей? — но он и не собирался уходить. — я хочу тебя, Элли. Хочу еще. Хочу слышать твои вопли. Ты реально охуенно орешь, когда кончаешь.

— Поэтому ты мне рот закрыл?

— Ты не только своих поднимешь, но и весь поселок.

— Ты это делаешь со мной.

Он прошелся рукой по ее бедру. Размазывая свою сперму по гладкой коже. Пальцами проник в горячую и нежную плоть. И снова его член был наготове.

— Ты моя, Элли! Сейчас ты моя. И мне плевать кто против! Плевать! Я за тебя всех порву к херам! Раздеру, как британский флаг! Любого! И трогать тебя могу только я! Тебе понятно?!

— А если ты исчезнешь? Надолго ли тебя хватит? Каждый раз, при встрече ты одним своим взглядом, словно прощаешься.

— Мы же не застрахованы ни от чего, принцесса. Каждый день может быть последним. — а про себя думал, что она права. Прощается. Каждый раз прощается. И умирает от этого.

Они уснули уже под утро. И когда Элина открыла глаза, увидела Диму при солнечном свете, вскрикнула. Его лицо превратилось в маску из кровоподтеков. Не только рука забинтована. Он весь сплошная рана. Слезы выступили на глазах. Попыталась коснуться лица.

— Черт! Соболев! Ты же не мог вчера в боях побывать! Что же случилось.

Он застонал. Приоткрыл лишь один глаз. Потому что второй полностью заплыл.

— Поцелуешь? Нужна реабилитация полная. — и тут он увидел картину на потолке. — Видел ее лишь в твоих соц сетях. Но это на много круче в реальности. Сама додумалась?

— Это не важно сейчас.

Элина отстранила его руки. Встала. Она натянула на себя пижамку. И хотела выйти, когда дверь в спальню открылась. Вошла Рената.

— Молодой человек покиньте наш дом.

— Мам. Ты устроишь разборки чуть позже. Это и мой дом тоже. — Элина смотрела на Диму, который вовсе не смутился появлению Ренаты. Совершенно спокойно, как султан возлежал на подушке. В этом весь Дима. — А этот человек, если ты заметила, мам, не много ранен. Обработаю его раны, и он уйдет.

Рената и Элина схлестнулись взглядами. Дима присел, разглядывая мать и дочь. Ух! Обе настоящие воительницы. Как же хороша его рыжая ведьма. После бурной ночи губы припухли. Кожа раскраснелась. Глаза сияют. Хороша! До невозможности! Только его ли?!

Дима попытался встать, но не смог. Андрей хорошо его отколошматил. Поморщился.

Рената бросила на него недобрый взгляд.

— Хорошо. Я буду в розарии. Дмитрий, подходите, поговорим.

— Нет. — Элина скрестила руки на груди, — никаких разговоров. Мы еще ничего между собой не решили. Мам, вы будете говорить, когда придет время.

— Я в норме! — он лишь издал звук но его одернули.

— Молчи.

Рената повернулась, чтобы уйти, но кинула:

— Я против ваших отношений. Вы совершенно не подходите друг к другу.

Элина принесла аптечку. А Дима уже оделся и стоял у двери.

— Я пойду, Элли. Поговорю с твоей мамой.

— Скажешь, что готов жениться? Влюблен по уши? Что?! Тебе не о чем с ней говорить. Сам говорил, между нами только секс.

— И тебя это устраивает? — впервые в жизни ему было противно от самого себя. От своих принципов построения отношений. Кажется, он начинает желать гораздо большего. С ней. Не время. Еще не время. — Молчишь? Нет, Элли, тебе не сравниться со мной. Не стать таким как я. И да, я точно не из тех покладистых мальчиков, которые могли бы стать твоей парой.

Элина заставила его сесть на край кровати. И начала обрабатывать ранки.

— Поехали в больницу. Ты очень плохо выглядишь? Как ты умудрился ночью такое вытворять?

— Твой Тотошка меня отделал. — он произнес это с такой гордостью. Словно его сын занял первое место в соревнованиях. Элина даже улыбнулась.

— Дим, ты пытаешься быть засранцем, а в итоге, наоборот получается. Андрею нужна была встряска. Но вам лучше помириться. Вы оба словно чужие, а защищаете друг друга.

Она тихо чмокнула его в нос. Дима обнял ее за талию и слегка прижался лицом к ее животу. Он дышал сейчас полной грудью. Рядом с ней. Сердце ускорялось. Рядом с ней. И даже его синяки, в какой-то мере из-за того, что он рядом с ней.

— Не надо больницу. Я поеду. Много дел.

— И даже не будешь звонить.

— Не буду. Знаешь же.

— Приедешь ко мне?

— Не приеду.

— Хорошо. Ты меня отвлекаешь. У меня тоже много дел. Ты Диану выставил напоказ? Дим?

— Я.

— Из-за меня? Хотя нет. Не только из-за меня. Андрей тоже заслуживал правды.

— Ты все знаешь. Пойду.

— Ты на самом деле спал с Алиной?

Он молча встал.

— Я плохой мальчик, Элли. Никогда этого не скрывал.

— Ненавижу тебя.

— И правильно делаешь.