– Почитаешь? Нет, расскажи! Нет, не эту! Папа! А-а!
– Щас защекочу!
Нет, она мне не надоела!
Но мне кажется, она устала уже настолько, что чтение ей сейчас не нужно.
Нужно просто закрыть глаза и спать.
– Иди сюда!
Притягиваю ее к себе подмышку и плотно прижимаю рукой.
Машка хохочет, дергает ногами, выкручивается, но не сильно.
Ну или сильно, но на большее она уже не способна.
– Я с тобой буду спать! – гордо заявляет она.
– Да спи! Места много! – смеюсь.
Мне постелили на полу.
Они живут в однушке.
В комнате два дивана. Один Машин, второй Лисин.
Оба расстелены, но Лиска в комнату заходить не торопится.
Посматривает на нашу с Машкой возню из коридора.
Делает вид, что одежду мою гладит.
Ага.
Я вот так сразу и поверил, что тебе в десять вечера гладить приспичило.
Я валяюсь на полу.
Жестко. Матраса нет. Подо мной лишь одеяло.
Но мне все равно.
Главное, что Машунька рядом.
И…
И как-то настойчиво лезет в голову мысль, что спать рядом с Лиской мне тоже понравится. Даже на полу.
– Хочешь, песню спою? – спрашиваю уже почти притихшую дочь.
– Хочу…
– Где-то на белом свете…
– Это веселая.
– М… Нужно грустную?
– Нужно протяжную…
– В мой нежный сад, ланфрен ланфра… Достаточно протяжная?
– Не знаю… Пой…
– В мой нежный сад, ланфрен ланфра… – начинаю тихо.
Это наша с Лисой песня. Смотрел ей в глаза и пел.
– Лети, моя голубка…
Притихла…
Притихли. Обе. Машунька спит у меня на плече, а Алиска замерла в коридоре.
Вижу ее чуть-чуть. Оперлась спиной на стену, стоит, кажется, всхлипывает.
Аккуратно привстаю, подхватываю Машу на руки, переношу на диван.
Подойти к Алисе?
И что?
Того серебра, что звенело между нами пару часов назад, сейчас нет и в помине.
Попробовать поговорить?
Или молча поцеловать?
Это пошло… Это…
– Давай спать, – раздается рядом, и вдруг гаснет свет.
Ну что ж. Пусть так.
Лежим в темноте.
Ни я, ни она даже не пытаемся делать вид, что спим…
– Почему ты не сказала о ребенке? – спрашиваю Лиску.
– Я была уверена, что ты женишься… – отвечает она.
– Лис, ну что за дурь! Ну ты же могла… – шепчу возмущенно. – Я не знаю… спросить у общих знакомых!
– У кого? – также возмущенно всхлипывает. – Ну и, – мнется, – я ж уехала…
– Куда? – спрашиваю.
– К матери сначала, – вздыхает Лиса. – Я носила тяжело, работать вообще не могла. Сохранение и сохранение… А мать психанула и…
В комнате повисла тяжелая тишина.
– И что? – требую продолжения я.
– Ну и ляпнула, что нафига ты сохраняешь, может, лучше и не…
– Ч-ч-ч-ч-ч-ч… – шиплю, хочется сказать что покрепче, но… – Лиск, где твой рационализм? Ну хоть бы на алименты на меня подала!
– Стас! – умудряется выкрикнуть шепотом. – Знаешь, я вот сейчас жалею, что я все те видео удалила! Ты бы их посмотрел!
– Блин… – хватаюсь за голову. – Ладно… Пока все живы, все можно исправить. Да, Лис?
А она молчит.
– Лис? – требую с нее ответа.
– Да, – отзывается она еле слышно.
А я поворачиваюсь к ее дивану, приподнимаюсь на локте…
.