Не обожгись цветком папоротника

Глава 8

Домна сидела на завалинке, держала на коленях кувшин с квасом, и наблюдала за мужем. Ивар с Ланом что-то ковали у плавильни. Так увлеклись, что и не оторвать. Вчера до позднего вечера жгли, стучали, шипели раскалённым металлом в воде, сегодня чуть свет опять к своем печи. Домне стало любопытно, но влезать женщине в мужские дела не годится. Вот поэтому она и сидела тут праздно в самый разгар дня. Ивар уж заметил, освободится маленько и к ней подойдёт кваску попить. Заодно и расскажет.

Домна перевела взгляд на младших детей. Под яблоней Забава и Айка что-то строили из дощечек. Похоже, хоромы.

– Смотри, Айка, тут у нас будут курочки. А тут Ночка. У Ночки телёночек родился.

Айку, конечно, рановато оставлять с Забавой, та сама ещё мала, но пусть привыкает.

Домна поглядела по сторонам. Куда, интересно, запропастилась баушка? Обычно она доглядает за малыми ребятами, а тут нет её.

Наконец Ивар потянулся, разминая затёкшую спину:

– Отдохнём малость, сыне.

– Батя, я на речку схожу скупнусь, – отозвался Лан, скидывая кожаный фартук.

– А не рано ли? Вода холодная.

– Да ну, бать, тепло нынче как. А я весь чёрный от копоти.

– Ну, иди.

Лан снял с тына свою рубаху, не стал её надевать, так и пошёл босой, в одних портках. Рубаху понёс в руке. Сильное мускулистое тело его уже загорело и блестело от пота. Ивар полюбовался крепкой ладной фигурой сына, и не скажешь, что ему пятнадцати ещё нет, крикнул вдогонку:

– Гнедка напои.

– Ладно.

Ивар повернулся к жене, взял предложенный квас, разом опорожнил полкувшина.

– Хорошо! – крякнул он. – И погода добрая. Коли завтра ветра не будет – посеем просо.

– Вдвоём пойдёте или Малого с собой возьмёте?

– Малого возьмём. Нехай привыкает.

– А, может, мы бы помогли?

– Не, сами управимся.

– А то б пособили? – всё же стала настаивать Домна.

– Нет. Свои дела делайте. С огородом управились?

– Да, недавно закончили с Яриной. И Тиша помогала. То к нам бегала, то за скотиной смотрела.

– А Василиса?

– А Василиса по дому нынче. Хлеба наказала ей испечь. Да постирать надо.

– Как она?

– Вроде ничего. Может, отойдёт со временем маленько.

Помолчали. Тяжело вспомнились Василисы слёзы сразу после случившегося.

– Да, нехорошо вышло.

Заливистый смех Забавы отвлёк внимание.

Полюбовались играющими детками. Хоромы под яблоней были уже построены. Игра перешла в следующую стадию:

– Пошёл барашек за водой и встретил деда с бородой. Этот колодец с водою холодной, – щекотала Забава запястье Айки, – этот колодец с водою тёплой, – сестричка продвинулась вверх по руке до локтя, – здесь вода горячая, – настала очередь плеча. Айка молча смотрел на сестру. Из полуоткрытого рта его стекала чистая слюнка, – а здесь кипяток, – Забава стала усердно щекотать брата под мышкой. Тот заливисто захохотал, уворачиваясь от проворных пальчиков.

– Пестунья уж выросла? – усмехнулся Ивар.

– Да, считай, выросла. Давно ли агукала? А вы с Ланом нынче управитесь? – кивнула Домна на непонятную работу мужа.

– Нет, придётся пока отложить. Вот засеемся, тогда посмотрим.

– А что вы опять удумали?

– Да понимаешь, в городе видел штуковину такую на окна, из слюды сделана. Дюже красиво. А тут Малой нашёл хороший кусок слюды, да ещё у меня было немного. Хочу попробовать такое же окно сделать.

Домна ничего особо не поняла, но расспрашивать подробнее не стала. Увидит ещё, если получится, а то расспросами спугнёт удачу.

– Ну, пойду работать, – Ивар встал, – рано ещё отдыхать.

Домна тоже встала. Надо было сходить за водой. Женщина взяла вёдра, коромысло и вышла за ворота. И почти сразу же наткнулась на Лябзю.

– Здравствуй, соседушка, – фальшивым голосом запела та, кланяясь в пояс, – давненько тебя не видела. Я уж испугалась, не захворала ты часом.

– И тебе доброго здоровья, – чуть сдержано ответила Домна. Лябзю она недолюбливала, – нет, не хвораю. А чего я стала незаметная, о том не ведаю. Тебя я видела недавно. Даже здоровалась с тобой.

– Да ты, никак, на колодезь идёшь? И я туда.

«Уж не караулила она меня? Или сказать что хочет? Не случилось бы чего», – Домне стало тревожно, но ответила то, что положено:

– Пошли вместе. С хорошим попутчиком и дорога короче.

Хотя дорога на колодец была не такой уж долгой. Находился он в центре селения, и сходились протоптанные тропинки к нему, как солнечные лучики со всех сторон, от всех дворов. А дворов в том селении было не так уж и мало. Три рода в давние времена нашли здесь, на крутом берегу Русы, своё место, переплелись, перероднились так, что не сразу и разберёшь, кто есть чей. Да и пришлые люди притулялись. Общество и чужих не обижало, хотя и не встречало с распростёртыми объятьями. Но всяк понимал, что всем на этой земле места должно хватить.

– С тятенькой мы нынче из городу вернулись. Гостинцев привезли невиданных, ткань заморская на сарафан, ажно горит. Народу в городе, Домнушка, тьма. Самого князя видала… И Еремея тама видала… – Лябзя скосила глаз на свою спутницу, желая видеть её реакцию. А смотреть и вправду было на что. Домна резко остановилась, словно наткнулась на невидимую преграду, побледнела. Лябзя молчала, наслаждаясь произведённым эффектом.

– Что… он…? Он в городе?

– Да, в городе. Видела его, как тебя вижу, лопни мои глаза, коли вру.

– Разговаривали? Как он?

– Да как? – но Лябзя тут замолчала и притворно закатила глаза. – Ой, я ж забыла! Ой, побегу домой, кабы чего не случилось… забыла… поросят закрыть. А то на огород убегут, беды наделают, – Лябзя подхватила полы понёвы и понеслась в сторону своего двора, фальшиво охая и мотая головой.

Домна ошеломлённо смотрела вслед. Мысли вихрем проносились в голове. Еремей нашёлся. Это хорошо или плохо? Надо Василисе это знать или лучше нет? И что он делает в городе? Вот Лябзя, ну погоди у меня! Я у тебя всё выпытаю. Ишь, нашла потеху, людей дразнить. Как бы Василисе не ляпнула. Надо спешить.