Нестандартное обучение

9

Как я?..

Мысль всплывает уже внутри, тихо, будто я сама боюсь её до конца сформулировать.

Как я вообще могу это описать?

Смешно.

Я поднимаюсь.

Ноги слушаются не сразу, тело всё ещё отзывается странно — тянет, дрожит где-то глубже, чем мышцы. Холод воздуха ощущается сильнее, чем должен, и я автоматически оглядываюсь, ища вещи.

Они где-то есть.

Должны быть.

Но взгляд не цепляется.

Мысли всё ещё не до конца возвращаются.

Костян подходит тихо.

Без спешки.

Просто поднимает с пола свою рубашку, стряхивает её одним движением — и в следующую секунду оказывается рядом.

Я даже не успеваю среагировать.

Он накидывает её мне на плечи.

Ткань тёплая.

Его.

Сразу.

Я чувствую это слишком отчётливо.

Он аккуратно поправляет ворот, чуть тянет рукава вниз, как будто это что-то привычное, естественное.

— Так лучше, — тихо говорит, скользя взглядом по лицу, уже без той жёсткости, что была раньше.

Пальцы на секунду задерживаются на плече.

— Было… интересно… — выдыхаю, сама не до конца понимая, что именно имею в виду. — Учитывая, что у меня и обычно-то не было… не знаю сколько уже…

Слова повисают.

Я не заканчиваю.

Просто провожу рукой по лицу, будто пытаюсь стереть лишнее, и всё-таки поднимаю на него взгляд:

— Кость… как работать теперь?

Он усмехается.

Не громко.

Спокойно.

Пожимает плечами, чуть склоняет голову, разглядывая меня внимательнее.

— Да так же, — говорит просто.

Я смотрю на него пару секунд.

Пытаюсь уложить внутри его «да так же» — и понимаю, что не могу просто кивнуть и сделать вид, что всё нормально.

Выдыхаю.

Качаю головой.

— Нет, Кость… — тише, но уже ровнее. — Так же не получится.

Провожу рукой по волосам, чуть сильнее, чем нужно.

— Если я начну путать работу и… — короткая пауза, — всё остальное, я в какой-то момент просто не среагирую как надо.

Смотрю на него прямо.

— Или ты не среагируешь. Или он.

Костян чуть усмехается.

Просто склоняет голову, смотрит на меня дольше, чем нужно, и спокойно, почти лениво отвечает:

— Ника… — тише, без давления. — Это был просто секс.

Он делает шаг ближе, но не касается.

— Не стратегия. Не решение. Не то, что определяет, как ты стреляешь или как я прикрываю.

Уголок губ тянется вверх.

— Мы не на первом задании, чтобы от этого развалиться.

Коротко кивает в сторону двери:

— И он тоже.

Смотрит обратно на меня, уже чуть серьёзнее:

— Если ты начнёшь накручивать — вот тогда и начнутся проблемы.

Тише:

— А если оставишь это там, где оно есть… — взгляд скользит по лицу, — это просто способ сбросить напряжение.

И уже мягче, почти по-дружески:

— Не всё надо превращать в катастрофу.

— Да, Кость… — выдыхаю, уже тише. — Надеюсь на это.

Чуть отвожу взгляд, поправляю на себе его рубашку, как будто это помогает собраться.

— Я в душ…

Разворачиваюсь, делаю шаг, и в этот момент он негромко усмехается за спиной.

— Мм… — тянет лениво. — Может, с тобой?

Я останавливаюсь на секунду.

— Я, между прочим, только разогнался, — добавляет с лёгкой насмешкой. — Могу помочь… чтобы ты окончательно пришла в себя.

И уже мягче.

— А то ты какая-то… слишком серьёзная после всего этого.

— Я сама, — спокойно, без резкости.

Оборачиваюсь на него на секунду, уже ровнее, без той растерянности, что была раньше.

— Я не страдаю, если что, — добавляю чуть тише. — Просто… думаю, как теперь работать, а не как это всё повторить.

Я пожимаю плечами, будто это самое обычное объяснение:

— Мне сейчас важнее голову на место вернуть, чем продолжать.

Просто кивает, чуть щурится, как будто для себя что-то отмечает, и отвечает уже без всяких подколов:

— Понял, — спокойно. — Правильно думаешь.

Он проводит рукой по затылку, усмехается едва заметно:

— Иди. Приводи себя в порядок.

Я киваю и разворачиваюсь.

Ухожу в ванную.

Дверь закрывается, и вместе с этим будто отрезает их обоих — но не до конца.

Вода включается.

Шум глушит всё.

Я упираюсь ладонями в край раковины, опускаю голову, пытаюсь собрать мысли.

Но они идут плохо.

Рвутся.

Не держатся.

А ощущения — остаются.

Слишком отчётливо.

Как будто тело не понимает, что всё уже закончилось.

Я чувствую это.

Руки — с двух сторон.

Разные.

Одни — тёплые, уверенные.

Другие — холоднее, жёстче.

Два дыхания.

Разный ритм.

И от этого внутри снова становится тесно.

Я зажмуриваюсь, подставляю лицо под воду, будто это может смыть не только усталость, но и всё, что осталось под кожей.

Не смывает.

Только чуть тише делает.

Наверное, если бы это были не коллеги, всё воспринималось бы проще. Я бы просто оставила это где-то внутри — как яркий, выбивающий из привычного опыт, к которому не обязательно возвращаться, но который почему-то не хочется стирать. Без попытки разобрать, без лишних выводов.

Потому что, если честно, сейчас нет ощущения грязи. Нет того внутреннего «не так», которое обычно приходит, когда переходишь какую-то свою границу. Было остро, неожиданно, слишком… но при этом — честно. Без принуждения, без игры в то, чем это не является.

И, наверное, дело в этом.

Секс ведь не всегда про что-то большее. Не всегда про чувства, последствия или обязательства. Иногда это просто про момент, про состояние, про то, как люди пересекаются в одной точке — и не врут себе в эту секунду.

Если все взрослые. Если все понимают, что делают. Если никто никого не тянет туда, куда тот не хочет.

То почему нет?

Вопрос только в другом.

Не в том, что было.

А в том, что будет дальше.

Потому что сейчас нам нужно жить вместе. Работать. Считывать друг друга с полуслова, прикрывать спины, не сомневаться в реакции другого в нужный момент.

И вот это уже важнее любого «интересно».

Главное — чтобы то, что произошло, не начало мешать. Не полезло туда, где не должно быть ничего лишнего.

Иначе цена будет слишком высокой.

Я выхожу из душа, проводя рукой по влажным волосам. Воздух в квартире кажется другим — тише, плотнее, как будто здесь уже всё улеглось, а у меня внутри — нет.

Взгляд автоматически ищет их.

Никого.

Ни на кухне, ни в гостиной.

Это даже… облегчает.

Я ничего не говорю, просто разворачиваюсь и иду в спальню. Закрываю за собой дверь, не до конца, как была привычка с первого дня, и опускаюсь на кровать.

Тело тяжёлое.

Но не от усталости.

Скорее от того, что слишком много всего прошло через него за один вечер.

Я ложусь, утыкаюсь щекой в подушку, натягиваю на себя одеяло, как будто это может хоть как-то зафиксировать меня в одном состоянии.

Закрываю глаза.

Пытаюсь уснуть.

Но не получается.

Отголоски всё ещё здесь.

В теле.

В дыхании.

В памяти, которая будто специально подкидывает фрагменты — обрывками, без логики, но слишком живыми.

От этого по коже снова пробегают мурашки.

Я морщусь, переворачиваюсь на спину, потом снова на бок.

— Так, всё… Ника… — шепчу почти беззвучно. — Спи.

Пытаюсь выровнять дыхание.

Считать.

Я всё-таки засыпаю.

Резко, как будто просто выключили.

Без снов, без обрывков — проваливаюсь сразу.

И так же резко просыпаюсь.

Утро.

Свет уже пробивается сквозь шторы, мягкий, ровный. Я лежу пару секунд, не двигаясь, прислушиваюсь.

К квартире.

Тихо.

Ни шагов, ни голосов, ни привычного движения.

Потом — к себе.

И там тоже… тихо.

Без вчерашнего шума в голове, без рваных ощущений. Тело спокойное, дыхание ровное, как будто всё это осталось где-то за пределами этого утра.

Я выдыхаю, сажусь, провожу рукой по волосам.

Встаю.

Выхожу из комнаты — пусто. Кухня, гостиная — никого. Даже как-то непривычно после всего.

Я не задумываюсь долго, просто достаю что-то из холодильника, ем стоя, без особого аппетита, больше по привычке. Горячий чай немного возвращает в реальность.

Мысли начинают складываться в более-менее ровную линию.

Работа.

Нужно просто вернуться в неё.

Я уже собираюсь идти обратно в комнату, когда звонит телефон.

Савва.

Я беру сразу.

— Да.

Он не тянет, говорит по делу, как обычно:

— Костю с Димой дёрнули. По Максу.

Короткая пауза, будто проверяет, ловлю ли я.

— Там ускорение пошло. Его сейчас глубже заводят, нужна подстраховка.

Я молчу, слушаю.

— Ты пока на месте, — продолжает спокойно. — Включаться рано. Но расслабляться тоже не стоит.

Щёлчок клавиатуры где-то на фоне.

— Я тебе сейчас скину пакет. Посмотри внимательно.

Я уже иду обратно в комнату, сажусь на край кровати.

— Что там?

— По внештаникам, — отвечает он. — Не общие вещи, а нормальная кухня. Как ведут себя встраиваемые, где чаще всего сыпятся, на чём палятся.

Пауза.

— И отдельно — по легендам. Не базовые, а те, которые живут долго. Как держать линию, когда начинаешь путаться сам.

Я киваю, хоть он и не видит.

— Там будут кейсы, — добавляет Савва. — Реальные. Где люди вытащили и где — наоборот.

Чуть тише:

— Тебе это сейчас пригодится.

Я смотрю в окно, на свет, который уже стал ярче.

— Поняла.

— И Ника, — останавливает он перед тем, как сбросить.

Короткая пауза.

— Не пытайся быть идеальной. Там такие долго не держатся.

Связь обрывается.

Телефон в руке чуть вибрирует — начинают приходить файлы.

Я смотрю на экран.

И чувствую, как внутри снова появляется движение.

Но уже другое.