Отец подруги. Я не буду твоей

Глава 14

Я заперлась в ванной и включила душ, а сама позвонила Ревану. Пока шли гудки я села в угол и постаралась успокоиться.

— Анфиса? — ответил мне Реван. — Я приятно удивлен.

— Реван Викторович... — начала я и у меня мгновенно пересохло во рту, — я... звоню вам по просьбе Яны... Пожалуйста, помогите ей с деньгами...

— Стоп-стоп, — он перебил меня, — у меня что, дежа вю? Анфиса, это ты?

— Да, — тихо ответила я.

— Что у тебя там шумит? — строго спросил он.

— Душ, — я вдруг всхлипнула, думая что у меня ничего не получится.

Я ведь озвучила свою просьбу. А Реван отвлекается на какие-то посторонние вещи. Может он хочет слиться?

— Что мне нужно сделать, чтобы вы помогли Яне? — воинственно спросила я, а у самой голос дрогнул.

Почему я так боюсь этого человека?

— Курносая, ты мне скажи, что случилось? — его голос как мне показалось стал более мягким и вместе с тем похабным.

— Значит, вы не поможете, да? — прямо спросила я.

— Ну-ка хорош наезжать! — Реван меня строго осек. — У меня просто не сходятся концы с концами. Я уже выслал деньги на лечение Марии. Это мама Яны. Я перевел деньги на карту ее матери — бабушки Яны. Я знаю, что эта истеричка Мария не возьмет с меня денег. Дам ей наличные — она их сожжет или еще что-нибудь сделает. Поэтому я все перевел ее матери. Врача уже ищу. Завтра проеду, разведаю кто из них лучше сечет в этом.

— Это правда? — я не поверила тому, что так легко отделалась.

Ведь если Реван не станет меня этим шантажировать, то мне не придется ему продаваться.

— Позвони бабушке Яны и спроси, — ответил он.

— Спасибо, — тихо проговорила я. — До свиданья.

На это Реван рассмеялся и не дал мне закончить разговор.

— Нет, курносая, подожди. Объясни мне что это за хрень. Ты там приняла что-то? Что за странный звонок?

Я замолчала. Реван ведь открыто оскорбляет меня, нет? Мне нужно как-то оправдаться или лучше просто закончить разговор?

— Извините, — пробормотала я, собираясь уже отключить телефон.

— Анфиса! — он снова включил строгость. — Я понимаю, у нас с тобой разговор не получается. Мне похрен уже на этот испорченный телефон, когда вы вчетвером не можете ни о чем договориться. Я имею в виду тебя, Яну, ее мать и бабушку. Ты мне скажи что с тобой. Что именно с тобой?! Почему ты сейчас на грани того, чтобы разреветься мне в трубку? Ответь мне только на этот вопрос.

— Просто... все сразу навалилось, — ответила я.

— Что навалилось? — спросил он. — Расскажи.

— Да нет, — выдохнула я. — Я справлюсь.

— Ты мне скажи, курносая, тебе есть у кого попросить помощи? — снова спросил он. — Хоть кто-то может сделать твою ситуацию легче и проще, кроме тебя самой?

Я как будто даже задумалась на несколько секунд, но все же ответила:

— Нет.

— А я могу?

— Нет, — решительно ответила я.

Я планировала совсем другое. Я хотела попросить помощи у Ревана, но прямо сейчас снова испугалась этого.

— Ты либо обманываешь саму себя, либо это проблема какого-то всепланетного масштаба, — сказал он. — Напомню тебе, если ты забыла: тебе восемнадцать. Это нормально если ты чего-то там боишься, или не знаешь как поступить. Это нормально, что ты где-то хочешь сбежать от ответственности, а где-то покапризничать. Ты еще девчонка. Не наваливай на себя слишком много. К тому же ты красивая девчонка. Ты понимаешь, что одно твое правильное решение сделает твою жизнь очень легкой?

— Какое решение? — не сразу сообразила я, но была удивлена, что Реван нашел как меня успокоить.

Может я и вправду пытаюсь унести за раз слишком много? Почему я так впрягаюсь за Яну? Очевидно же что восемнадцатилетняя студентка никак не сможет вытащить тяжелую больную мать подруги. Я не врач. У меня нет никаких связей и знаний в этой области. У меня нет работы и очевидно, что я сейчас не найду сразу высокооплачиваемую работу. А если я буду работать пусть даже официанткой, няней или домработницей, то я только выгорю, чем заброшу учебу и разочарую маму, но точно не сильно помогу материально Яне.

Но с другой стороны наверное я пока слишком наивная и честная, чтобы вот так слиться без боя. Мне ведь совесть не позволит бросить подругу в беде.

— Не тупи, курносая, и не строй из себя полную дурочку, — ответил Реван. — Я уже сделал тебе предложение. Я готов тебе платить, если ты станешь моим украшением. Будешь всюду со мной ходить, улыбаться, хихикать когда я буду тебя обнимать. Согласна?

Это был бы выход. Он ведь по сути даже интим мне не предлагает. Но я действительно не полная дурочка. Я понимаю зачем я Ревану. Он по любому начнет ко мне приставать.

— Нет, — все же ответила я. — Я позвонила только для того, чтобы попросить за Яну. Только за этим.

— Упрямая! — рыкнул Реван. — Какая же ты упрямая! Просто скажи мне отчего ты ревела!

— Не скажу! — твердо ответила я. — Я не стану спать с вами! И не стану вашей карманной собачкой, которую вы будете носить с собой подмышкой.

— А вот тут ты сильно ошибаешься, — усмехнулся Реван. — Ты все равно станешь моей, Анфиса. Это неизбежно.

— Нет! — я сжала кулачки. — Извините, Реван Викторович, но мне придется заявить на вас в полицию, если вы не прекратите преследования.

— Ну заяви, — он был абсолютно уверен в себе. — Сама посмотришь что будет.

На этот раз я уже испугалась и завершила разговор, а затем поместила номер Ревана в черный список. Однако подсознание кричало мне, что Реван точно не остановится, и мне еще придется отбиваться от него.

И тут же мне на телефон пришло сообщение с незнакомого номера:

«Ты станешь моей! И очень-очень скоро»...