Пленница драконов

— Их немного. Исполнять мои желания. Не выступать против меня. Подчиняться мне.

Слова падали, будто камни.

— То есть делать все для твоего удовольствия.

— Именно.

— А что получу я?

— Защиту. Тебя никто не тронет.

— Кроме тебя.

— Кроме меня. Также ты ни в чем не будешь нуждаться, тебе не придется думать о том, где взять кусок хлеба на завтрашний день.

— А если я забеременею? — спросила я на всякий случай. Я не собиралась говорить Двэйну о том, что не могу иметь детей. — А что, если я уже беременна? Сегодня ночью Вард очень старался.

— На этот счет можешь не волноваться, — бросил Двэйн небрежно. — В вине были травы, предотвращающие зачатие. Кстати, я захватил твой подарок, — сказал Двэйн, отодвигаясь и протягивая мне деревянную шкатулку.

Я могла лишь удивленно моргать.

— И что там? Список моих обязанностей по пунктам?

— Открой. Рассвет. Уже можно.

— Так ты все это спланировал заранее! — озаренная догадкой, почти выкрикнула я. — Зачем же была нужна эта ночь? Чтобы унизить меня?

— Когда это наслаждение унижало кого бы то ни было? — Двэйн вскинул темные брови. Увидев, что я продолжаю смотреть на него, он вздохнул: — Ты ведь хотела покинуть то место?

— Да.

— И ты его покинула.

— Убийственная логика, — пробормотала я, отодвигая крышку шкатулки.

Внутри на алой бархатной подкладке лежал флакон ароматного масла, пахнущего сиренью, а рядом устроился фаллос, выполненный из светлого дерева и обтесанный так гладко, что мне казалось, в него можно смотреться как в зеркало.

— И это, по-твоему, самое главное? — поднимая глаза на дракона, спросила я.

— Получать наслаждение от жизни — вот что самое главное, — рассмеялся он, рывком притягивая меня к себе. — У нас ещё есть время до прибытия. Надеюсь, карета не загорится.

Его руки легли на мои плечи, спуская с них платье. Коробка с неприличным содержимым полетела на пол.

— Но нас могут услышать, — попыталась воспротивиться я, уворачиваясь от огненных поцелуев, которыми дракон щедро осыпал мою шею.

— Обязательно услышат, — хмыкнул он, прикусывая кожу чуть повыше ключицы. — Когда ты будешь кричать от наслаждения.

Его руки уже скользили по обнаженной груди, пальцы перекатывали моментально затвердевшие под его умелыми ласками соски.

Тянущее ощущение внизу живота было таким знакомым и приятным. Но к чему все это приведет в итоге?

— Я не хочу тебя, Двэйн, — выдохнула я, заставив наконец дракона оторваться от моей шеи и груди и посмотреть мне в лицо.

— Правда? — обманчиво спокойным голосом поинтересовался он, кончиком длинного пальца проводя по моей нижней губе.

— Да.

— Что ж, в таком случае, я не могу продолжать, — твердо сказал он, убирая руки и отпуская меня.

Я недоверчиво смотрела в его глаза, пытаясь понять, какую игру он ведет.

— Правда?

Двэйн кивнул.

— Только будь добра, пересядь на другую скамью. — Он взял мою руку и прижал к штанам, к самому паху, прямо к напряжённой плоти. — Иначе я могу не сдержаться.

Я отдернула руку и, повернувшись спиной к Двэйну, попыталась пересесть на скамью напротив.

Карета ехала с бешеной скоростью, подскакивая на неровной дороге. Я пошатнулась и почувствовала на своей талии руки Двэйна. Он опрокинул меня на сиденье, навалившись сверху. Быстро поднял платье, прошёлся по бёдрам и запустил руку между ног. Я вздрогнула, когда два его пальца оказались внутри меня. Мое тело ответило тут же: выступившая влага почти сразу оросила пальцы дракона.

— Обманщик! Наглый врун! — прошипела я, чувствуя, как набухшие соски трутся об обитую бархатом спинку сиденья.

— Это ты обманщица, моя драгоценная, — прорычал Двэйн, наваливаясь сверху и придавливая меня своим весом.

Его пальцы продолжали двигаться внутри, и в какой-то миг я начала отвечать на эти движения, делая выпады навстречу и постанывая от разливавшегося по телу бешеного возбуждения.

В следующий миг пальцы заменил член Шрейна. Он вошёл резко, но я была готова принять его, такой большой, жаркий, заполнивший меня полностью.

Двэйн брал меня сильными, крепкими толчками, будто пытаясь опровергнуть мою ложь, доказать, что я хочу его так сильно, что сердце вот-вот выскочит из груди, а тело разлетится на осколки.

Карета подскакивала на ухабах, но Двэйн держал меня крепко, мы словно оказались в своем мире, скрытом от посторонних. Мире, где существовал только влажный звук входящий и выходящей из тела плоти, шумное дыхание Двэйна и мои громкие стоны.

Двэйн на секунду замер, перестав двигаться, его пальцы сомкнулись на моей шее, поглаживая местечко, где бился пульс.

— Ты хочешь меня, Роза? — прорычал он.

Я вцепилась пальцами в спинку сиденья так сильно, что они побелели. Сердце выстукивало бешеный ритм, кровь шумела в ушах, голова кружилась, во рту пересохло, а платье прилипло к телу.

— Да, — выдохнула я, не в силах отвергнуть реакцию тела на Двэйна. Я действительно хотела его. Видимо, какие-то драконьи феромоны вступили в контакт с моими человеческими, заставляя меня дрожать от нетерпения и нетерпеливо двигать бедрами.

— Знаю, — усмехнулся дракон, в несколько глубоких толчков доводя меня до оргазма.

Я закричала от пронесшегося по телу цунами, а Двэйн закрыл мне рот рукой. Его семя мощной, горячей струёй наполняло меня. Кончив, он привлек меня к себе на колени и прижал к широкой груди.

Его ладонь легла на мою грудь, сжав холмик. Палец медленно обводил ореол соска. Едва придя в себя от оргазма, я вдруг осознала, что снова хочу Двэйна.

— Это какая-то драконья магия? — тихо спросила я, касаясь его губ.

Он поймал мои пальцы губами и, легко прикусив, коснулся языком. Я поспешно убрала руку. Каждое прикосновение Двэйна опаляло меня, я с трудом подавляла желание наброситься на него.

— Я не могу насытиться тобой. Почему? — озвучил он мои собственные мысли, касаясь моих губ своими.

Я обвила его шею руками, привлекая ближе. Двэйн, видимо, не ожидавший от меня такого, подался ближе, обхватывая мою талию и чуть приподнимая. Я села на него верхом, бедрами чувствуя эрегированный член, готовый войти в меня, и дразнящие медленно опустилась на него, чувствуя, как толстая плоть входит, а мои внутренние стенки принимают ее, туго облегая со всех сторон.

На этот раз Двэйн двигался медленно, почти нежно. Подскакивавшая карета направляла его движения.

Я гладила его шею, широкие плечи, чувствуя пальцами жёсткие и мокрые от пота волосы на груди. В карете пахло сексом, терпким драконьим запахом и сиренью.

Когда оргазм мягко накрыл меня, проникнув в каждую клеточку тела, Двэйн собрал мои волосы в кулак и чуть оттянул, заставив меня закинуть голову. Пока я качалась на ласковых волнах оргазма, Двэйн прижался языком и губами ко впадинке на моем горле. Потом, словно передумав, отстранился.

Я в последний раз опустилась на член Двэйна, и дракон с громким рычанием кончил.

Мы едва успели привести одежду в порядок, Двэйн затушил загоревшуюся декоративную подушку, как карета остановилась, и дверцы распахнулись. Двэйн вышел и подал мне руку, помогая выйти.

— Госпожа! — услышала я знакомый голос.

— Лали! Что ты здесь делаешь? — Я изумленно посмотрела на спешившую ко мне девушку. Видимо, она ехала рядом с кучером.

— Я забрал и твою служанку. Все равно ее бы убили за то, что недосмотрела за тобой, — пояснил Двэйн таким будничным голосом, словно говорил о погоде.

Я едва успела бросить взгляд на огромный, уходящий ввысь замок, уютно устроившийся в горах. Рассвет уже вступил в свои права: огненно-красные лучи подсветили темную громаду замка, раскрасили ярким светом башни и галереи, зубчатые стены и подъемный мост.

Вместо рыцарей на стенах стражу несли пять черных драконов, облетавших замок по периметру. Я замерла, завороженная их полетом.

Из замка уже высыпали встречающие своего повелителя жители и слуги.

— Мой владыка! — выкрикнула симпатичная русоволосая девушка, бросившаяся к Двэйну.

На незнакомке было богатое темное платье, но даже оно не могло скрыть большой живот.

Двэйн протянул девушке руку, а она припала губами к перстню на пальце дракона, скромно опустив глаза.

— Роза, — обратился ко мне Двэйн, — познакомься, это моя эссия.

Глава 9

Девушка подняла на меня большие серые глаза, в которых я заметила жгучее любопытство.

— Эссия? — растерянно переспросила я.

— Камилла вынашивает наследника клана черных драконов. Моего сына. Камилла, это Роза. — Двэйн кивнул полноватой представительной женщине лет шестидесяти в темно-коричневом платье. Ее каштановые волосы с пробивающейся сединой скрывал чепец. — Госпожа Ариза — смотрительница замка, — пояснил мне Двэйн, после чего обратился к представленной женщине: — Устройте Розу и ее служанку в лучших пустующих покоях и покажите ей все.

— Да, мой владыка, — присела Ариза, потом, распрямившись, сделала мне знак следовать за ней.

Я беспомощно посмотрела на Двэйна, но он уже разговаривал с подошедшим к нему немолодым драконом, опиравшимся на золоченую трость.

— Сын, — сказал он, кивнув Двэйну.

— Отец, — приветствовал тот.

Значит, этот дракон — отец Двэйна. Я во все глаза рассматривала мужчину, чья осанка даже выдавала привычку повелевать.

— Быстрее! — не очень-то вежливо одернула меня Ариза. Я спохватилась и поспешила за ней.

Мы прошли через главные ворота, по пути к нам присоединились шепчущиеся служанки. Свита Камиллы, как я поняла. Мы быстро пересекли мост и вошли в неприметную дверцу одной из башен.

— Откуда ты, Роза? — поинтересовалась Камилла, поглаживая свой выпирающий живот. — Где владыка Двэйн нашел тебя?

— В замке серебряных драконов.

— Да-а, — протянула она, — он ведь отправился, чтобы провести ритуал для эссии владык Варда и Роя.

— Так и есть, — сказала я, не желая признаваться, что именно я и есть та самая эссия.

— И чем же ты так впечатлила нашего владыку, что он решил сразу же предоставить тебе самые лучшие покои? — язвительно спросила девушка, останавливаясь и преграждая мне путь.

— Камилла, если хотите, спросите у него сами. Я чертовски устала и была бы признательна, если бы мне показали мою комнату.

Камилла недовольно поджала губы, смерив меня неприязненным взглядом.

Подхватив длинное платье, она повернулась ко мне спиной и, вскинув голову, пошла дальше. Я вздохнула и поплелась следом.

— Девушки, не отставайте, — услышала я голос Аризы и прибавила шаг.

Спать хотелось ужасно. Ещё больше хотелось помыться. Мне казалось, что моя кожа пропахла запахом Двэйна, а на губах до сих пор горели его поцелуи. Пройдя по длинной галерее и спустившись по лестнице, мы наконец оказались на месте.

Ариза распахнула двери в просторную спальню. По сравнению с ней комната, которую я занимала у Варда и Роя, показалась мне жалким сараем в сравнении с шикарной гостиницей.

— Это точно для меня? — усомнилась я, рассматривая обитый парчой диван, шикарную кровать, столбики балдахина которой были не деревянными, а мраморными, камин, украшенный резьбой и позолотой.

Ариза сухо кивнула.

— Это твои покои. Здесь есть отдельная купальня. Если тебе нужна служанка…

— У меня есть служанка. Благодарю, госпожа Ариза.

— Для служанки маленькая комната находится за той дверью, — Ариза кивнула на неприметную дверцу в углу. — Если тебе что-то понадобится, дай знать. По вечерам наложницы собираются в общей гостиной гарема, где обмениваются новостями, играют в игры, читают или вышивают.

Я замерла на месте. Мне показалось, что я ослышалась.

— Гарема?

— А ты что думала? Что верховный владыка сделает тебя своей супругой? — рассмеялась Камилла. Послышались отдельные смешки ее прихлебательниц.

— Эссия… — мягко упрекнула Ариза.

— И сколько же здесь девушек? — поинтересовалась я.

Камилла пожала плечами.

— Так много, что владыка не знает даже их имен. Кто-то удостоился чести провести с ним одну ночь, кого-то он не призвал ни разу, а я, — тут Камилла погладила свой живот, — благословлена Вечным Огнем, потому что вынашиваю наследника клана черных драконов, изначальных повелителей Эрдракка.

— Но для этого тоже понадобилась всего одна ночь, — не смогла удержаться я от шпильки.

Ариза нахмурилась, а Камилла закусила губу. Я посмотрела в ее лицо, гадая, знает ли она, какая участь ожидает ее. Должна ли я рассказать ей правду? Мои размышления прервала сама Камилла.

— Тебе повезет, если владыка вспомнит о твоём существовании хотя бы однажды. Радуйся, пока отдельные покои находятся в твоём распоряжении. Наложницы живут в гораздо более стеснённых условиях.

Камилла развернулась и вышла, оставив после себя удушливый аромат духов. Ее свита убралась вслед за ней.

— Девушка, постарайся подружиться со всеми. В гареме должен царить мир, чтобы наш владыка был доволен, — наставительно произнесла Ариза, после чего тоже вышла.

Я села на кровать и осмотрелась по сторонам. Потрясенная роскошью спальни Лали стояла с открытым ртом.

— Будем надеяться, что Камилла права, и он действительно больше не вспомнит обо мне, — пробормотала я.

Но дракон вспомнил.

— Госпожа! — Лали стащила с меня вышитое одеяло. — Госпожа, вставайте!

— Оставь меня! Я хочу спать!

— Госпожа, вставайте! Владыка приглашает вас к себе! Быстрее!

Я села и зло посмотрела на служанку.

— Который час?

— Вы проспали весь день. Смотрите, что прислал для вас владыка! — Лали в восторге указала на огромные сундуки, из-за которых в просторной комнате стало тесно.

— Что там?

— Ткани, каких я никогда не видела! Вам успели сшить два платья, а к завтрашнему утру будут готовы ещё несколько! Владыка даже обо мне подумал, можете себе представить? Прислал и мне платье! А здесь, — Лали указала рукой на маленький сундучок на туалетном столике, — жемчуг и камни, и даже зеркало в серебряной оправе! Таких богатств даже у леди Фэй и Селлии не было! Видимо, вы действительно приглянулись владыке Двэйну.

— Не говори ерунды. Он нашел новую игрушку и, надеюсь, скоро обо мне забудет.

Я не разделяла восторгов захлебывающейся от переизбытка чувств Лали.

— Не говорите так, госпожа! — с ужасом воскликнула она, потом, оглянувшись на дверь, зашептала: — Эссия Камилла весь день следила, что это за сундуки носят к вам в покои. То-то ее злоба разбирает!

— Мне меньше всего хочется, чтобы еще и здесь на меня кто-то злился. Я была бы рада отдать все эти сундуки Камилле, лишь бы навсегда избавиться от драконов и их внимания!

— Госпожа, — простонала Лали, — да как же так можно говорить, во имя Вечного Огня! А если услышит кто. В гареме и у стен есть уши.

— Хватит причитать, лучше покажи платья, — велела я.

Через полчала я не узнала саму себя. Из зеркала на меня смотрела богачка, словно шагнувшая с экрана какого-нибудь исторического фильма: сиренево-голубое платье с цветочным тканым узором ниспадало струящими невесомыми складками. Синие камни, судя по всему драгоценные, украшали вышивку на груди и золоченый пояс. К платью прилагалась легчайшая накидка из ткани с градиентом, крепившаяся на запястьях, локтях и плечах лентами цвета сирени. На моих волосах Лали закрепила изысканную диадему с сапфирами.

— И завершающий штрих, — довольно произнесла Лали, прикасаясь к моей шее смоченной духами стеклянной палочкой.

— Снова сирень, — задумчиво произнесла я.

— Владыка прислал, — кивнула Лали.

— Да на мне сейчас драгоценностей больше, чем в ювелирном магазине, — пробормотала я, проводя рукой по диковинной вышивке платья.

— Вы очень красивая, — восхищенно выдохнула служанка. — Пойдемте, госпожа, владыка ждет.

Мы вышли в общую гостиную. Все диваны и даже места на бортике фонтана, стоявшего посреди гостиной и тихо журчавшего струйками льющейся воды, были заняты.

— Здесь что, собрались все? — краешком губ прошептала я.

— Только те, кто делил ложе с владыкой, — также тихо ответила Лали. — Не удостоившиеся этой чести наложницы живут отдельно.

— Обалдеть! — только и смогла выдохнуть я.

Это был один из тех фантастических случаев, когда встреча с бывшими твоего нынешнего любовника приобрела размеры вселенской катастрофы.

Я пробежалась глазами по девушкам. Сколько их? Пятьдесят, шестьдесят? Больше?

Словно по команде, они уставились на меня такими жадными взглядами, что я почувствовала себя примерно так же, как чувствовали себя драгоценные камни под моим микроскопом, если бы у камней были чувства. Все разговоры стихли, десятки пар глаз молча изучали каждый сантиметр моего наряда, чтобы обсудить после, когда я уйду, и оценить степень привязанности Двэйна.

— Хорошего вам вечера, Роза, — важно кивнула мне Азира, когда я пересекла наконец гостиную и вышла в коридор. — Здесь есть короткий ход к покоям владыки.

Смотрительница гарема распахнула передо мной прикрытую вышитым гобеленом дверь. Я поблагодарила Азиру и ступила на ярко освещенную лестницу. Тотчас дверь за мной закрылась, и я услышала звук поворачиваемого ключа. Я мысленно хмыкнула, оценив такую предусмотрительность. Если бы дверь не запирали, бедняге Двэйну пришлось бы подушками отбиваться от настырных дамочек каждый день.

Поднявшись наверх, я замерла перед дверью, сжав руки в кулаки. Я должна разыграть роль на отлично, да так, чтобы дракон мне поверил и потерял бдительность. Нельзя совершить те же ошибки, что я совершила у серебряных драконов.

Я толкнула дверь и вошла в покои черного дракона. Служанка, молоденькая, но хмурая девушка, указала рукой на соседнюю комнату.

— Подождите там, владыка скоро будет.

Я кивнула и прошла дальше. Шторка из бус, за которой располагалась спальня, тихонько звякнула. Оказавшись в помещении, я замерла на месте. Если моя комната напоминала номер элитной гостиницы, то покои Двэйна походили на хоромы какого-нибудь восточного падишаха.

Убранство комнаты я могла бы описать двумя словами — черное золото. Роскошно, но в то же время изящно. Кровать с черным шелковым бельем под золотым балдахином привлекла мое внимание сразу. Стараясь не думать о том, что вскоре на этой кровати произойдет, я ходила по комнате, стараясь хоть чем-то себя отвлечь до появления Двэйна.

Я оценила размеры книжной полки, на которой обнаружились пухлые тома в драгоценных переплетах, провела пальцем по отполированной до зеркального блеска каминной полке, понюхала незнакомые цветы в шикарной напольной вазе.

Подойдя к столу, я увидела знакомую шкатулку, а также нарисованные на пергаментах эскизы украшений, но не они привлекли мое внимание, а несколько крупных сапфиров, аметистов и…

— Красные бериллы! Не может быть! — громко ахнула я, увидев на столе Двэйна россыпь этих редчайших драгоценных камней.

Я наклонилась, с изумлением обнаружив, что камни настоящие. Да здесь же целое богатство! Я не понаслышке знала, сколько стоят такие камни на аукционах. Здесь бы хватило на безбедную жизнь не одному человеку.

— В моей сокровищнице есть и красные алмазы, и камни, которые мы называем «восход солнца»*, - услышала я глубокий голос, от которого по моей коже побежали мурашки. Я моментально распрямилась. Надо же было так увлечься и не услышать приближения дракона! — При ярком свете они сияют тремя цветами.

— Розовым, красным и оранжевым, — подхватила я, оборачиваясь. — В моем мире тоже есть эти камни, но они очень редки. Прости, я не смогла удержаться и не взглянуть.

На Двэйне была темно-синяя вышитая туника и штаны. Он внимательно осмотрел меня с головы до ног.

— А еще в моей сокровищнице есть огромный рубин, красный, словно драконья кровь.

— Ты что же, хвастаешься? — не смогла удержаться я от шпильки, делая шаг в сторону. Дракон обошел вокруг меня, постепенно сокращая расстояние.

Присутствие Двэйна, его чувственная сексуальность действовали на меня опьяняюще. Это было странное чувство. Странное и опасное.

— Как можно, моя драгоценная, — притворно изумился он, вставая за моей спиной. — Я соблазняю тебя.

— И как? Обычно это действует? — нервно спросила я.

— Ты мне скажи, — тихо сказал он мне на ухо своим глубоким голосом.

— В своем мире я работала с драгоценностями. Этим тебе меня не удивить.

— Значит, мне досталась не только красивая, но еще и умная наложница, — не то промурлыкал, не то прорычал он. — Тебе очень идет это платье, Роза. Но без одежды ты мне нравишься больше. — Большие ладони накрыли мои плечи и заскользили вниз, стягивая накидку.

Я крепко сжала губы, чтобы не вспылить и не сказать Двэйну, что я думаю о его собственническом тоне. Справившись с собой, я снова заговорила.

— Стоило ли тогда присылать все эти дары? Не лучше ли сразу приходить к тебе голой?

Он так резко развернул меня к себе, что я громко охнула. Двэйн приподнял мой подбородок, заставив взглянуть в свои глубокие зеленые глаза. Его большой палец заскользил по моей нижней губе, и я прерывисто вздохнула.

— Я ждал целый день, представляя, как твоя одежда полетит на пол, а ты будешь выполнять любое мое желание, — прошептал он мне в губы. Как я поняла из общения с Двэйном, он предпочитал отвечать только на те вопросы, на которые считал нужным ответить.

— Почему ты не сказал, что у тебя есть эссия?

— А что бы это изменило? — Зеленые глаза ласково скользили по моему лицу. В их глубине я видела мерцающие золотые искры.

— Она знает об ожидающей ее участи?

Двэйн чуть нахмурился.

— А откуда ты это знаешь?

— Я очень любознательна, — криво усмехнулась я.

— Не забивай этим свою голову, Роза. Тебе ничего не грозит, если ты волнуешься за себя.

— Но Камилла все-таки знает? — настаивала я.

— Нет. И ты не должна говорить, — сверкнул глазами Двэйн, а его голос прозвучал угрожающе. — Тебя это не касается. Здесь ты не эссия.

— Вард и Рой придут за мной? — задала я вопрос, который не давал мне покоя даже во сне.

— Обязательно придут, — кивнул Двэйн, костяшками пальцев поглаживая мою щеку. — Драконы ничего не отдают просто так. Но ты не должна волноваться об этом, Роза.

— Ведь ты тоже не отдаешь свои игрушки, я помню, — невесело усмехнулась я. — У меня есть предложение, Двэйн.

— Какое, моя драгоценная? — Он приблизил свои губы и принялся покрывать легкими поцелуями-прикосновениями мои губы. Сначала верхнюю, потом нижнюю.

— Я согласна провести у тебя месяц. За это время я… — Я прикрыла глаза, собирая остатки храбрости. — Я позволю тебе делать со мной все, что ты захочешь.

— Неужели? — рыкнул Двэйн, пальцами скользя по обнаженной коже рук: от плеч до запястий и кончиков пальцев.

— Но после этого срока ты отпустишь меня. И позволишь уйти.

— И куда же ты пойдешь? — хмыкнул он, скидывая мою накидку и расстегивая золотой пояс платья. Пряный запах, исходящий от кожи Двэйна, щекотал мое обоняние, заставлял кровь закипать, а сердце биться быстрее.

— Тебя не должно это волновать. Я просто хочу снова стать свободной.

— И вернуться в свой мир? — Двэйн ловко распустил ленту, державшую горловину платья, и легкая ткань, словно облако, скользнув по моим бедрам, опустилась на пол. — Этого ты хочешь, Роза? — спросил он, отходя на шаг и любуясь мной. В потемневших от страсти зеленых глазах горели искры желания.

Двэйн медленно снял тунику, не сводя с меня глаз, затем распустил завязки штанов. Я будто глупая добыча, зачарованная прекрасным гибким хищником, не могла пошевелиться и избавиться от наваждения.

— Да, — выдохнула я наконец, глядя на натянувшуюся ткань штанов в области паха. — Это все, чего я желаю.

Двэйн сделал шаг навстречу и резко притянул меня к себе. Моя грудь сплющилась о его мускулистое тело, сердце бешено застучало в груди, а ноги стали ватными.

Грубым, жадным поцелуем Двэйн смял мои губы, заставляя открыть рот и принять его язык. Нежности не было в его движениях, лишь губительная, бешеная страсть и желание утвердить свою волю. Он целовал меня бешено, глубоко, держа обеими руками так, чтобы я не могла вырваться. Губы у меня болели, вжимающееся в него тело стало словно чужим, грудь налилась, а между ног уже было мокро.

Когда Двэйн наконец отстранился, я жадно хватала ртом воздух, мне казалось, что я умираю от нехватки кислорода, а дракон, глядя на меня своими мерцающими глазами, ясно давал понять, чего он хочет. Сам он прислонился к столу, опершись на него руками. Я видела, как его сильные пальцы сжимают край столешницы.

Я опустилась на пол, стянув с бедер Двэйна штаны. Крупная налитая плоть оказалась прямо перед лицом. Подняв на дракона глаза, я увидела немой приказ, которого нельзя было ослушаться. Обхватив губами разгоряченную плоть, я вобрала ее и принялась осторожно посасывать, чувствуя вкус смазки.

Ладонями я гладила сильные бедра Двэйна. Бедра умелого наездника, искусного воина. Подняв руки выше, я почувствовала, как напрягается его живот под моими прикосновениями. Я замерла, обхватив член руками, и снова взглянула на Двэйна.

— Продолжай, — велел он хрипло. — Не останавливайся.

— Ты согласишься на мои условия, Двэйн? — тихо спросила я.

Он чуть наклонился, сжав мою челюсть пальцами. В прищуренных глазах сверкнуло едва сдерживаемое недовольство.

— Продолжай!

И я продолжала. Обхватив гладкую, теплую головку члена губами, я точечными движениями касалась ее центра, заставляя Двэйна почти рычать. Одарив ласками головку, я вобрала в рот крупную плоть, ощущая, как она скользит между языком и небом, глубже, еще глубже, доставая до горла, но даже так не убираясь полностью. Я гладила руками корень члена, порхающими движениями ласкала бархатистую кожу пальцами, чуть надавливала на потяжелевший мешочек мошонки.

Между ног у меня было горячо и влажно, низ живота жгло неутоленное желание. Неожиданно Двэйн отстранил меня, смахнул со стола все, что там было, — бесценные камни полетели в разные углы комнаты, — и, заставив меня встать с коленей, почти бросил на гладкую поверхность животом. Приказав мне раздвинуть ноги, погладил местечко между ними, одобрительно хмыкнул и резко вошел внутрь. Рукой он сгреб мои волосы, заставляя чуть выгнуться.

Дракон двигался быстро, будто ему не терпелось дойти до финала. Я поймала себя на том, что подстраиваюсь под его бешеные выпады, двигая бедрами навстречу. Он входил глубоко, вырывая из моей груди громкие, хриплые стоны, заставляя кожу пылать, а сердце бешено биться.

Неожиданно Двэйн остановился, отпустив мои волосы. Я легла на стол, тяжело дыша и наслаждалась передышкой. Сердце стучало в таком диком темпе, будто хотело выскочить из груди. Интересно, можно ли умереть от наслаждения?

Я повернула голову набок, чтобы увидеть, как Двэйн откидывает крышку знакомой шкатулки, которая теперь в одиночестве красовалась на столе, и достает оттуда смазанный маслом с запахом сирени гладкий, отполированный фаллос. Я облизал губы, чувствуя знакомый огненный вихрь внизу живота.

— Твой подарок, — шепнул Двэйн, проводя фаллосом между моих ягодиц и чуть надавливая им на узкое отверстие.

Я выставила попку, когда Двэйн усилил нажим, вводя игрушку глубже. Мои внутренние стенки туго обхватили прохладную поверхность фаллоса, низ живота свело сладкой судорогой в ожидании того момента, когда Двэйн начнет двигать им и двигаться сам.

— Тебе нужно научиться терпению, моя драгоценная, — сказал Двэйн, начиная мягко вводить фаллос и вырывая из моей груди очередной стон.

Я жадно устремилась ему навстречу, когда дракон одновременно подался вперед и стал легко водить игрушкой вперед-назад, постепенно наращивая темп. Казалось, воздух в комнате наэлектризовался, как перед грозой. Мне хотелось, чтобы Двэйн прекратил эту сладкую, чувственную пытку, перестал мучить меня предвкушением наслаждения, подарить которое было сейчас в его власти.

— Прошу тебя… Двэйн…

— Скажи, чего ты хочешь, Роза, — велел он, проводя свободной рукой по моей спине.

— Тебя, — простонала я, скользя грудью по мокрой от пота поверхности стола.

Сзади я услышала довольное, одобрительное хмыканье, после чего Двэйн резкими, глубокими, насаживающими движениями начал пронзать мое тело, разгоряченное его умелыми ласками.

Стол раскачивался от наших яростных движений, пряный запах Двэйна смешался с запахом сирени, и я почти теряла сознание от жгучего, обволакивающего меня ощущения наполненности.

Нежности здесь не было места, осталась дикая, почти звериная похоть. Я громко стонала, вцепляясь пальцами в край стола, пока Двэйн бешено двигался внутри меня.

— Ты принадлежишь мне, Роза. Вся. Целиком и полностью. Запомни это. Хорошо запомни, — с каждым его словом толчки становились все глубже и яростнее, а я почти теряла сознание, словно распадаясь на атомы, на мельчайшие частички истинного удовольствия, которые жгли мое тело.

Двэйн с рычанием вошел в меня последний раз и замер. Его семя устремилось внутрь, а потом, когда он отстранился, потекло по бёдрам. Липкое, горячее, словно обжигающее кожу.

Мое тело сковал сладостный спазм, после которого огненный вихрь, от которого тело пылало от макушки до кончиков пальцев на ногах, подхватил меня и унес туда, где было лишь чистое блаженство.

Какое-то время я просто лежала, не в силах подняться, но вскоре волна удовольствия, накрывшая меня, медленно отступала, входя в берега. Так искры затухающего костра продолжают вспыхивать отдельными язычками пламени.

Придя в себя после бешеного двойного оргазма, тяжело дыша, я встала и, подняв платье, прижала его к себе.

— Разве я разрешал тебе уйти, Роза? — удивленно спросил Двэйн, наблюдая за мной. Полностью обнаженный, он стоял, прислонившись к каминной полке, с которой взял кувшин с вином и налил себе целый кубок. Осушив его в несколько глотков, подошёл ближе и протянул руку, взглядом приказывая отдать платье.

— У нас есть время до утра.

— Но ты не ответил…

На мои губы лег указательный палец.

— Ты получишь все ответы, когда мы закончим, — пообещал он, отставляя кубок и делая приглашающий жест в сторону своего королевского ложа. — А пока я хочу сполна насладиться твоим обществом.

— Скажи сейчас, Двэйн, — упрямо сказала я, выше вскидывая голову.

— Ты что, снова споришь со мной?

— Я всего лишь хочу получить ответ.

Двэйн, улыбаясь краешком губ, смотрел на меня с таким выражением, словно видел перед собой кого-то, кого не стоит воспринимать всерьез. Видя, что он продолжает молчать, я обошла его и направилась к выходу из спальни.

— И куда же ты, моя драгоценная? — донесся мне в спину его смеющийся голос.

— Доброй ночи, Двэйн. Видимо, договориться у нас не получится.

Дракон настиг меня внезапно. Набросившись сзади, он прижал меня к своему сильному, обжигающе горячему телу. Выхватив из рук платье, отшвырнул его куда-то в сторону, а затем развернул меня лицом к себе, не давая пошевелиться, хотя я сопротивлялась как могла.

— Ты уйдешь, только когда я позволю тебе, Роза, — угрожающе произнес он, а я запоздало вспомнила о том, как опасно злить дракона.

_________________________

*Падпараджа (также называют «восход солнца») — розовато-оранжевые сапфиры.

Глава 10

Остаток ночи я запомнила плохо. Часы до рассвета превратились в буйство эмоций и ощущений на пределе. Несколько раз Двэйн терял контроль над своим пламенем и поджигал кровать. Под утро в комнате пахло палеными перьями. Обуглившаяся подушка валялась на полу, от нее вверх поднималась струйка дыма.

— Такое ощущение, что в этой комнате кого-то пытали, — устало выдохнула я, придя в себя после очередного оргазма. — Кто-нибудь умирал после ночи с драконом? Мне кажется, я сейчас умру.

— А с кем же я проведу следующую ночь? — самодовольно поинтересовался Двэйн, поворачивая голову и глядя на меня.

Волосы у него были спутаны, грудь тяжело вздымалась, но покрасневшие глаза удовлетворённо мерцали.

— У тебя целый гарем. Думаю, кто-нибудь согласится тебя порадовать.

Двэйн привлек меня к себе и легко коснулся губами макушки.

— Я представлю тебя отцу.

— Что? Зачем? — Я вспомнила того величественного мужчину, который встречал нас у ворот замка. Он не показался мне очень дружелюбным. — Это лишнее.

— Сейчас возвращайся к себе, но будь готова к вечеру, — велел Двэйн. — Платье тебе пришлют.

Я встала и нетвердой походкой прошла к тому месту, где на полу лежало платье. С трудом надев его и повернувшись к Двэйну, поняла, что он следит за мной. Чувствуя, как щеки заливает жар, — хотя чего бы мне стесняться после такой-то ночи! — я резче, чем собиралась, напомнила:

— Ты ничего не ответил по поводу моего предложения.

— Какого, Роза?

Я закрыла глаза и медленно сосчитала до пяти. Потом открыла их и спокойно сказала:

— Я провожу месяц у тебя, выполняю все твои желания, а потом ты меня отпускаешь.

— Так ты это серьезно? — расхохотался дракон. — Я решил, что это какая-то шутка.

Я недоуменно смотрела на его веселье.

— Нет, черт возьми! Это не шутка!

Двэйн перестал смеяться и, заложив руки за голову, ответил:

— Мой ответ — нет.

— Почему? — прорычала я. — Почему ты сразу не сказал, а заставил меня вытворять все это сегодня? Здесь, с тобой!

— Не обманывай себя, моя драгоценная. Ты же сама этого хотела. И заметь, мне не понадобилось прибегать к помощи возбуждающих эликсиров.

Двэйн вдруг легко поднялся и подошел ко мне. Я отскочила в сторону.

— Не подходи ко мне! Не смей касаться! Обманщик! И почему я только поверила тебе? Ты ничуть не лучше Варда и Роя!

Не слушая моих возражений, дракон подходил, пока я не уперлась спиной в стену и расстояния между нашими телами не осталось.

Он положил руку на мое горло и чуть сжал. Я чувствовала, как шумит в ушах кровь, отбивая дробь, стучит сердце, а тело готово снова слиться с Двэйном, как будто мало нам было ночи!

— Я хочу уйти, — твердо сказала я, хотя вовсе не чувствовала уверенности.

— Ты помнишь, что я говорил о правилах? — тихо поинтересовался Двэйн.

Я молчала. Нажим руки усилился. Было не больно, но унизительно. Прищуренные зеленые глаза требовали ответа. И я знала, какой ответ должна дать.

— Да.

— Тогда выполняй их, Роза, — прорычал он. — И даже не думай о побеге, — словно читая мои мысли, добавил вдруг дракон. Видимо, удивление все-таки проскользнуло на моем лице, потому что Двэйн продолжил: — Я же сказал, что читаю тебя, будто открытую книгу. Я тщательно охраняю свою сокровищницу, а все свои сокровища я знаю наперечет.

Двэйн разжал руку, позволяя мне уйти. Я смерила дракона неприязненным взглядом и, развернувшись, заспешила прочь из его покоев.

— Она вернулась только под утро.

— Всю ночь у владыки провела.

— Служанки говорят, его покои почти сгорели.

— Он прислал ей ещё несколько платьев.

— Пригласил на ужин со своим отцом.

Обрывки разговоров, шепотков и пересудов то и дело долетали до меня, пока я пересекала гостиную гарема, чтобы отправиться на злополучный ужин.

Я поспала до вечера и все равно чувствовала себя разбитой. После такого секс-заезда на драконе, как я мысленно окрестила ночь с Двэйном, требовался отдых основательнее нескольких часов.

— Роза, — окликнула меня Камилла.

Я посмотрела на эссию Двэйна.

— Ты тоже идёшь на ужин?

— Естественно. Я же эссия, — так гордо ответила она, что мне захотелось рассмеяться.

Мы вышли с территории гарема и двинулись по коридорам и лестницам в основную часть замка.

— Говорят, ты всю ночь провела у владыки, — начала разговор Камилла.

Я мысленно закатила глаза. Меньше всего мне хотелось обсуждать прошлую ночь с ней.

— Угу.

— Наш владыка быстро увлекается и также быстро остывает. Имей это ввиду, Роза, — весело заметила она.

— Учту.

Какое-то время мы шли в молчании, пока Камилла снова не заговорила:

— Ты видела девушек. Их много, очень много. А тебе сразу же достались лучшие покои. Я бы на твоем месте не радовалась.

— Спасибо за предупреждение, Камилла, — вежливо отозвалась я.

— Откуда ты, Роза? — подозрительно спросила она, беря меня за локоть и заставляя остановиться.

— Из замка серебряных драконов, я ведь уже говорила.

— И какую должность ты там занимала? Где владыка увидел тебя? Ты не похожа на обычную служанку. Ты даже не называешь нашего владыку его титулом. Если он узнает об этом, будет недоволен.

— Ты можешь рассказать ему, если хочешь, Камилла, — я дернула рукой, высвобождаясь из цепких пальцев эссии.

Серые глаза девушки опасно сверкнули, но она справилась с эмоциями.

— Я лишь хочу, чтобы владыка был доволен, Роза. В этом наш общий долг.

— Ну конечно, как же я могла подумать иначе, — в тон ей ответила я.

Остаток пути до обеденного зала прошел в молчании. Когда мы вошли в помещение с двумя жарко натопленными каминами, оказалось, что стол накрыт на четверых.

Камилла устроилась на своем месте.

— Роза, проходи, садись, владыка и его отец скоро будут, — приветливо указала она на место напротив, как будто только что мы не обменялись не самыми любезными словами.

Я решила, что с сумасшедшими надо играть по их правилам и, так же широко улыбаясь, села на предложенное место.

Я успела устроиться на стуле вовремя, потому что двойные двери распахнулись, и в зал вошёл Двэйн со своим отцом. Двэйн был в темно-зеленой тунике, черных штанах и высоких кожаных сапогах. На его отце красовался костюм из дорогой, расшитой узорами ткани. Он опирался на трость, набалдашник которой был выполнен в виде драконьей головы с глазами-сапфирами.

Подойдя ближе, Двэйн сказал:

— Роза, это мой отец, милорд Даррэль эр Истраллиорд. Отец, это Роза. Моя новая аша́я.

Мне резануло слух слово «новая». А где, интересно, старая? Черноволосый дракон посмотрел на меня темными, будто ночь, глазами. Он небрежно кивнул мне, и на этом изъявление его вежливости закончилось.

— Новая? — спросил он, устраиваясь на другом конце стола. — Если мне не изменяет память, это у твоего брата была ашая.

— Ашая? — прищурилась Камилла. — Владыка, это очень большая честь. Многие в гареме могу быть недовольны.

— Главное, чтобы был доволен я, эссия, — отрезал Двэйн, сверкнув в сторону Камиллы глазами. Она быстро переглянулась с его отцом и опустила глаза.

— Конечно, владыка. Просто я хочу, чтобы все жили в мире.

Слуги наполняли кубки золотистым вином, Двэйн смотрел на меня. От его взгляда у меня перехватило дыхание.

— И кто такая ашая? — поинтересовалась я.

— Откуда ты, девушка, если не знаешь, кто такая ашая? — недовольно поинтересовался отец Двэйна, делая глоток вина.

— Я похитил Розу из замка серебряных драконов, — ответил за меня Двэйн.

— Похитил? — усмехнулся Даррэль. — Что ж, это добрая традиция.

Я осушила кубок вина для храбрости и, дерзко посмотрев на Двэйна, сказала:

— А похищать чужую эссию — это тоже добрая традиция?

Я понимала, что только желание насолить Двэйну за то, что произошло ночью, развязало мне язык, ведь я не горела желанием возвращаться к Варду и Рою.

Кубок выпал из пальцев Даррэля, вино потекло по белоснежному полотну скатерти, Камилла охнула, прижав руки к груди, а Двэйн продолжал отрезать себе кусочек мяса как ни в чем не бывало.

— Это правда? — угрожающе тихо спросил Даррэль.

— Истинная правда, — довольно кивнул Двэйн, отправляя в рот кусок.

— Что ты наделал, сын? — побагровел Даррэль, со стуком опуская кулак на стол. — Ты хоть понимаешь, что ты наделал?

Двэйн отложил нож и вилку, медленно запил пищу вином и только после этого посмотрел на отца.

— Я сделал то, что посчитал нужным, отец.

— Вард и Рой знают, что это сделал ты?

— Они не сильно умны, но связать мой отъезд и исчезновение Розы, думаю, у них хватит мозгов, — спокойно ответил Двэйн.

Он вообще был поразительно спокоен. В отличие от меня. Я уже сто раз пожалела, что яд Сибиллы не лишил меня голоса насовсем.

— Это просто неслыханно! Ты нарушил непреложный закон Эрдракка! Серебряные явятся за своей эссией, и тогда быть войне!

— Пусть попробуют пойти против меня и тогда узнают, какова сила верховного. — Видя, что его отец собирается что-то возразить, Двэйн сказал: — Я все сказал, отец. Оспаривая мой приказ, ты лишь портишь мне аппетит, — предупреждение прозвучало с угрозой.

— Ты верховный, сын. Тебе решать, я могу лишь дать совет. И мой совет — избавься от девчонки немедленно, — отец Двэйна посмотрел на меня таким взглядом, словно мысленно уже убил, расчленил и закопал в замковом саду. Я крепче сжала в руке тканевую салфетку.

— Может быть, воткнете в меня нож прямо сейчас? — возмущенно выпалила я.

Скулы и шею Даррэля начал заливать нездоровый румянец.

— Да как ты смеешь обращаться ко мне, ты…

— Молчать! — процедил Двэйн. Над столом воцарилась тишина, прерываемая лишь шумным дыханием Даррэля. — От Розы я избавлюсь лишь в том случае, если она вызовет мое недовольство. Не раньше. А сейчас я бы хотел насладиться своим ужином, — прорычал Двэйн.

Остаток трапезы прошел в молчании. Мне кусок не лез в горло, Двэйн мрачно пил вино, его отец постукивал пальцами по столу, а Камилла бросала на меня полные ненависти взгляды.

— Твой брат никогда бы не допустил подобного, — сквозь зубы процедил Даррэль какое-то время спустя. Он явно был не из тех, кто легко сдается.

— Дарион не был безгрешен, он совершал ошибки, как и все мы, — недовольно произнес Двэйн, прожигая отца взглядом.

— Но Дарион…

Двэйн встал так резко, что ножки тяжелого кресла противно заскрипели по каменному полу.

— Камилла, возвращайся к себе. Доброй ночи, Роза. Сегодня можешь не приходить, — велел Двэйн своим приказным тоном, который я ненавидела.

— Очень рада этому обстоятельству, — не удержавшись, язвительно ответила я, вставая. Взглядом Двэйн мог бы убить меня, если бы хотел. — Прошлая ночь совершенно меня вымотала… владыка, — добавила я, пряча усмешку.

Морщина на лбу дракона словно по волшебству разгладилась, хотя в глазах все еще горел огонь.

— Иди, — уже мягче сказал он.

Я бросила на Даррэля мимолетный взгляд. Отец Двэйна сидел прямо, будто проглотил свою трость. На нас он даже не посмотрел. Мы с Камиллой выскользнули из зала.

— Значит, ашая, — протянула она какое-то время спустя.

— Кстати, кто это?

— Главная наложница, — с нехорошим смешком пояснила Камилла. Я не ответила. Да и слова здесь были излишни. Не дождавшись от меня комментариев, Камилла снова заговорила: — Надеюсь, он был осмотрителен.

— На что ты намекаешь, Камилла?

— Только на то, что мне понадобилась всего одна ночь с владыкой, чтобы забеременеть.

Я вспомнила, как горячее семя Двэйна много раз за ночь устремлялось внутрь меня. Но ведь он не знает, что я не могу иметь детей. Я вспомнила, как он пил вино. Может быть, в нем как раз и были травы от зачатия? Или в моей пище?

Одним словом, волноваться по этому поводу точно не стоило.

— Что ж, надеюсь, что он был осмотрителен, — пожала я плечами.

Мы проходили узким коридором, и Камилла резко остановилась. Внезапно она толкнула меня. В ее тонких руках оказалась скрыта немалая сила. От неожиданности я спиной припала к стене, а Камилла встала напротив, сжав мою шею. Я обеими руками схватила ее запястье, пытаясь отвести в сторону, но Камилла была немного выше меня и полнее. К тому же растущий внутри нее сын дракона явно придавал ей силы.

— В своем мире я оставила мужа и дочь, — угрожающе зашипела она. — Хорошенько запомни это, перед тем как встать у меня на пути. Поняла? — Она сжала свои тонкие острые пальцы. Украшения на вороте платья впились мне в горло. Перед глазами начали расползаться черные мушки.

Камилла резко разжала пальцы, и я буквально сползла вниз по стене, жадно хватая ртом воздух и кашляя.

— В этом замке будет только одна эссия. И это буду я, — глядя на меня сверху вниз, сказала Камилла.

Затем развернулась и не спеша двинулась дальше. Вскоре стук ее каблучков замер вдали.

Я какое-то время сидела на ледяном каменном полу, пытаясь отдышаться и растирая горло.

Что от меня хочет эта сумасшедшая? Чтобы я приказала Двэйну не кончать? Видимо, драконий ребенок забрал ее последние мозги!

Проклиная на чем свет стоит драконов, их мир и чародеек, которые и придумали всю эту ерунду с призванными, я направилась в свою комнату, где Лали тут же напала на меня с вопросами.

— Ашая! Вы — ашая! — захлопала она в ладоши.

— Прекрати, пожалуйста, пока сюда не сбежались все, — огрызнулась я, падая на кровать и растирая горло.

— Что с вами, госпожа? — спросила служанка, заметив мое состояние.

— Камилла не желает видеть здесь еще одну эссию, только и всего, — пояснила я.

— Вы должны сказать владыке! Вы же помните, что с вами чуть не сделала леди Сибилла.

Да, это я помнила, и урок усвоила.

— Здесь есть лекарь, Лали? Позови ко мне лекаря, прошу.

— Вам плохо, госпожа?

— Мне нужно выспаться, хочу, чтобы лекарь дал мне какое-нибудь успокоительное, а еще лучше снотворное.

Лали кивнула и вскоре вернулась с лекарем. Ей оказалась круглая, словно яблоко, женщина.

Накапав в кубок с водой несколько капель сон-травы, она протянула мне бутылек.

— Я оставлю вам целый флакон. Возьмите, ашая, принимайте по паре капель, когда вас будет мучить бессонница.

Я могла лишь удивленно вскинуть брови. Ну вот, уже и знахарка знает, что у Двэйна появилась ашая. Видимо, слухи по гарему разлетались быстрее ветра.

Я сжала в руке заветный пузырек, думая о том, что он мне несомненно пригодится. В голове уже оформлялся план, пока что смутный и неясный, но многообещающий.

А еще мне понадобятся силы и все актерское мастерство, на которое я способна, чтобы Двэйн ничего не заподозрил.

Приказав себе успокоиться и чувствуя, как под действием настойки закрываются глаза, я легла спать и почти сразу уснула. А наутро меня разбудил встревоженный голос Лали:

— Госпожа, просыпайтесь! Они здесь! Владыки Вард и Рой пришли за вами!

Глава 11

Я проскользнула в дверь и оказалась сбоку от сидевшего на троне Двэйна. Короткий путь показал присланный Двэйном слуга.

Сам черный дракон, услышав мои шаги, повернул голову и слегка кивнул на стоявших в паре метров от него Варда и Роя, словно предлагая полюбоваться представлением. Двэйн был мрачен, но в глубине его зеленых глаз я видела озорные искорки. Да ведь ему все происходящее доставляет удовольствие!

Увидев меня, братья одновременно воскликнули:

— Роза!

Я вздрогнула. Двэйн бросил на Варда и Роя взгляд, заставивший их замолчать, хотя я видела, что Вард с трудом сдерживает ярость.

— Роза, я позвал тебя, чтобы владыка Вард услышал кое-что, — заговорил Двэйн.

— И что же? — спросила я, с трудом сглатывая слюну, показавшуюся мне горькой.

Только сейчас я поняла, что Двэйн может со спокойной душой вернуть меня братьям, и я снова окажусь в их власти — беспомощное, жалкое существо.

— Что ты теперь моя ашая.

Из груди Варда вырвалось почти звериное рычание. Его рука метнулась к висевшему в ножнах на поясе кинжалу, но, заметив, как подобралась стража, Вард руку опустил.

— Но владыка Двэйн! Это недопустимо! Она моя призванная, моя эссия!

— Ты не расслышал меня, Вард? — Двэйн медленно поднялся и спустился с возвышения, на котором стоял его трон. — Эта девушка принадлежит мне.

— Но как же закон, владыка? — Вард бешено сверкнул синими глазами. Если бы он мог, то убил Двэйна на месте.

— На землях Эрдракка закон — я.

Двэйн подошел к Варду почти вплотную, словно подначивая напасть. Я обхватила себя руками. Меня бил озноб, хотя в зале жарко полыхали несколько каминов.

— Но вы похитили мою эссию!

— Если тебя так легко обокрасть, владыка Вард, ты не имеешь право называться драконом. — Вард сжал руки в кулаки, его крепко сомкнутые губы превратились в линию, а взгляд был способен испепелить на месте, но Двэйн невозмутимо продолжал: — Правила тебе известны, владыка Вард. Ты можешь бросить мне вызов и, если победишь, забрать Розу. А можешь вернуться в свой замок не покалеченным.

— Но ведь тогда клан серебряных драконов останется без наследника! — процедил Вард. — Вы же знаете, что каждый дракон может призвать лишь одну эссию.

Двэйн кивнул, сложив руки на широкой груди.

— Конечно, знаю, ведь этой мой предок сделал так, чтобы у драконов Эрдракка была возможность получить потомство, — спокойно ответил Двэйн, глядя на Варда сверху вниз.

— Но ваша эссия скоро принесет вам наследника!

— А у серебряных драконов уже есть принц Хаген, — невозмутимо парировал Двэйн.

Вард нетерпеливо тряхнул головой. Было видно, что он тщательно просчитывает варианты. Неожиданно он перевел взгляд на меня. Я словно парализованная замера на месте. Мне хотелось скрыться, убежать, спрятаться за этим огромным золотым троном от его пронизывающего взгляда, но я лишь неимоверным усилием воли вскинула подбородок. Я не позволю себя запугать.

— Роза, вернись ко мне. Вернись, подари мне дитя и я дам тебе все, что ты захочешь.

— Кроме моей жизни, — горько ответил я. — Мне известно, что происходит с призванными, Вард.

Двэйн одарил меня странным взглядом, значение которого я истолковала как «об этом мы поговорим позже».

— То есть ты согласна умереть, рожая от верховного? — зло спросил Вард.

— Владыка Вард, — протянул Двэйн, обходя серебряного дракона вокруг, — то, что мы будем делать с Розой, тебя не касается.

— У меня есть предложение, верховный. Я готов оставить вам свою эссию на определенный срок. Скажем, на пару недель. За это время вы сполна насытитесь ей, а потом отправите обратно в наш замок. Условие только одно — моя эссия не должна забере…

Договорить Вард не успел, потому что тяжелый кулак Двэйна опустился на его голову. Серебряный дракон отлетел в сторону и тяжело упал на пол.

Я задохнулась от возмущения. Торговать мной, будто животным! Я уже открыла рот, чтобы возмутиться, как Вард легко вскочил на ноги и остановился напротив Двэйна.

— Поединок. И немедленно, — процедил Вард, прищурившись.

— Брат, одумайся, — тихий голос Роя прозвучал громко в пустом зале. Он положил руку на плечо Варда и чуть сжал. — Ведь верховный…

— Вы принимаете вызов, верховный? — Вард дернул плечом, сбрасывая руку Роя.

— С удовольствием, владыка, — протянул Двэйн, чуть наклонив голову.

Драконы еще какое-то время изучающе смотрели друг на друга, потом, не сговариваясь, быстро покинули зал.

— Довольна? — угрожающе спросил голос сзади. Я подпрыгнула от неожиданности. Обернувшись, увидела тихо стоявшего позади отца Двэйна.

— И чему я должна радоваться? — спросила я, собираясь пойти вслед за драконами. Даррэль ухватил меня за локоть, заставляя остановиться.

— Я знал, что из-за тебя у нашего клана будут неприятности, — смерив меня взглядом черных глаз, проговорил он. — Лучше бы тебе вернуться к призвавшему тебя дракону.

— Лучше бы мне вернуться в мой мир, милорд Даррэль, — в тон ему ответила я. — И если вы знаете, как это сделать, скажите, а я непременно воспользуюсь вашим советом.

— Если бы такая возможность была, ты бы уже была там, девушка, уж поверь.

— Тогда не нужно говорить мне, что я должна делать, — отрезала я и, вырвав свою руку, заспешила из зала.

Вести по замку распространялись с космической скоростью, в этом у меня уже была возможность убедиться. Когда я выбежала из зала, жительницы гарема, придворные и слуги уже спешили к выходу из замка, на заднем дворе которого располагалась большая турнирная площадка.

— Госпожа! Подождите меня! — запыхавшаяся Лали нагнала меня на дорожке, ведущей туда, откуда доносилось множество возбужденных голосов. — Это правда? Неужели владыка Вард посмел вызвать верховного?

— Да.

— Значит, эссия Камилла не зря так встревожена.

— А ей-то чего бояться? — фыркнула я, высматривая драконов.

Мы подошли к толпе, образовавшейся на поляне. Центр площадки был пуст, но вот от толпы отделились двое и прошли в середину. Вард и Двэйн.

— Она боится вас.

— Меня? — Я машинально прикоснулась к горлу, вспоминая, как пальцы Камиллы больно сжались на нем. Вард и Двэйн молча поклонились друг другу и разошлись в разные стороны. Толпа расступилась еще шире.

— Будьте осторожнее, госпожа. Страх вселяет в людей странные мысли и заставляет совершать еще более странные поступки.

— Знаю, Лали, знаю, — ответила я, вспомнив Сибиллу и ее попытки убить меня.

В толпе раздались крики и разговаривать дальше стало невозможно. Казалось, весь замок высыпал, чтобы наблюдать за поединком. Я ждала, что вынесут оружие, дуэльные пистолеты или, на худой конец, сабли, но, к моему изумлению, драконы далеко отошли друг от друга и одновременно перевоплотились. Только что друг напротив друга стояли двое мужчин, а через мгновение, легко взмахнув крыльями и оттолкнувшись от земли сильными лапами, в воздух уже поднялись два ящера: черный и серебряный.

Полуденное солнце ярко играло на серебристой драконьей броне Варда, матовая же чешуя Двэйна, казалось, поглощала солнечный свет. Серебряный дракон, гибкий и легкий, плавно скользил над поляной, черный, более крупный и мощный, резко рассекал воздух огромными кожистыми крыльями. Драконы кружились, словно позволяя зрителям полюбоваться древним танцем силы, мощи и ярости.

Я, зачарованная увиденным, не могла оторвать взгляд от происходящего в небе. Неожиданно, будто услышав только им одним данный сигнал, драконы набросились друг на друга. Лязгнули крепкие драконьи зубы, замелькали мощные крылья, сверху на утоптанную площадку полилась кровь. Я сжала руки в кулаки, больно вогнав ногти в кожу ладоней, самой себе боясь признаться, что слежу за каждым движением Двэйна.

Черный дракон, сделав резкий выпад, сомкнул челюсти на гибкой шее серебряного ящера. Вард когтями прорвал на груди броню Двэйна, и алая кровь черного дракона окрасила когти серебряного.

— Нет! — выдохнула я.

Но, как оказалось, волновалась я напрасно. Двэйн не зря носил звание верховного. Сомкнув зубы-лезвия на шее Варда еще сильнее и вырвав целый клок плоти, он заставил серебряного дракона отстраниться и тут же нанес ему очередной удар — крыльями и хвостом. Вард закружился в воздухе, не в силах удержаться, будто ветер стал ему теперь злейшим врагом.

Гибкое серебряное тело плохо слушалось Варда. Он попытался выпустить струю пламени, но из перекушенного горла хлестала алая кровь, и вместо огня из пасти шел лишь черный дым.

Черный дракон развернулся в воздухе и легко, почти играючи выдохнул огонь, что обжигающей волной накрыл Варда. Толпа охнула.

— Вечный Огонь его помилуй! — выдохнул кто-то рядом.

Закопченный серебряный дракон с прокушенным горлом, переворачиваясь в воздухе, полетел вниз. Достигнув поляны, он с диким грохотом приземлился на утоптанную площадку. Толпа притихла, к Варду никто не приближался. Даже Рой, нахмурившись, стоял в стороне.

— Почему ему никто не помогает? — спросила я Лали.

— Нельзя, госпожа. Верховный вправе забрать его жизнь.

Словно вторя словам Лали, рядом с Вардом плавно опустился Двэйн. По телу серебряного дракона прошло едва заметное мерцание, и на его месте оказался Вард. Он тяжело дышал, кровь толчками выходила из прокушенного горла.

Перевоплотившийся Двэйн, туника которого оказалась порвана в тех местах, куда вонзились когти серебряного дракона, подошел к Варду и приподнял тому голову, оттянув выпачканные в крови серебряные волосы.

— Никогда не смей выступать против своего владыки, — сквозь зубы проговорил Двэйн, разжимая пальцы.

Толпа восторженно заревела, впечатленная великодушием своего владыки. Вард тяжело опустил голову в пыль. К нему сразу же бросился Рой.

Обернувшись и найдя глазами меня, Двэйн двинулся навстречу. Толпа в страхе расступалась перед ним. Мрачное выражение лица меня испугало, но ноги словно приросли к земле, я не могла сделать ни шагу.

— Мой владыка, позвольте помочь вам, я…

— Прочь! — рявкнул Двэйн рванувшейся к нему Камилле. Она обиженно прикусила нижнюю губу, но больше заговорить не посмела.

Когда дракон оказался рядом со мной, он рванул меня к себе, больно впиваясь поцелуем в губы. Я протестующие дернулась, но Двэйн не был намерен дарить мне снисхождение.

Положив одну руку мне на затылок, а другую на талию, он с такой силой прижал меня к своему горячему, будто огненному телу, что я не могла пошевелиться. Его язык властно раздвинул мои губы и начал свой неудержимый танец.

Двэйн целовал меня грубо, жадно, как воин, вернувшийся с битвы и празднующий победу жизни над смертью, хотя, насколько я могла судить, его жизни ничто не угрожало. Окружающие нас голоса слились в невнятный гул, я обхватила лицо Двэйна ладонями, неосознанно лаская его, хотя собиралась сопротивляться такой явной демонстрации его собственнического инстинкта.

Отстранившись, Двэйн несколько секунд смотрел на меня, затем, легко перекинув через плечо, понес в замок. Вслед нам смотрели шепчущиеся жительницы гарема, невозмутимые слуги, недовольно поджавший губы отец Двэйна и Рой с едва дышавшим Вардом.

Красивое лицо последнего выглядело жутко и мне стало не по себе, хотя сейчас у меня были проблемы поважнее.

— Куда ты меня тащишь? Что за варварство, Двэйн? — Я попыталась соскользнуть с мощного драконьего плеча, но получила удар по ягодицам и не получила ответа.

Оказавшись в одном из едва освещенных коридоров, ведущих в глубь замка, Двэйн поставил наконец меня на ноги и тут же прижал к стене.

— Что все это…

Губы Двэйна не дали мне договорить. Накрыв мои, он жадно покусывал их, лизал, будто прося прощения за недавнюю грубость.

Не говоря ни слова, Двэйн приподнял мое платье, скользнул пальцами внутрь лона. Его пальцы жадно, но недолго скользили внутри меня, потому что влага выступила сразу. Двэйн приподнял меня за ягодицы и насадил на свой член. Я обвила его талию ногами, позволяя крупной плоти скользнуть глубже. Двэйн вколачивался в мое тело резко, почти вбивая в каменную кладку стены.

«На спине наверняка останутся синяки», — подумала я отстраненно, вцепляясь ногтями в его плечи, раздирая кожу, прибавляя к боевым ранам дракона раны любовные. Смесь запахов витала в коридоре: пота, крови, смешанных с пряным запахом Двэйна и ароматом сирени, исходящим от моей кожи.

В несколько резких толчков Двэйн довел меня до оргазма, я гортанно вскрикнула, запуская ногти еще глубже под его кожу. Рык Двэйна вторил моему.

Это было словно безумное наваждение, водоворот, утянувший нас на вершину страсти и не выпускающий из своих глубин.

— Ты принадлежишь мне, Роза, — выдохнул он мне в шею, когда горячая струя его семени наполнила меня. — Только мне.

Дыхание с хрипом вырывалось из моего горла, в теле образовалась лёгкость, мне казалось, что, налети сейчас ветер, я смогу на его волнах умчаться куда-то ввысь, к облакам.

Кое-как приведя в порядок свою одежду и одернув мое платье, Двэйн сгреб мою ладонь и потащил за собой.

— Куда ты меня ведешь? Да остановись же! Тебе нужно обработать раны, — протестующе заговорила я, пытаясь затормозить, но Двэйн не останавливался.

— Раны меня сейчас волнует меньше всего, — хищно откликнулся он, оборачиваясь, подхватывая меня на руки и прижимая к своей теплой груди. Кровь из его ран пачкала мое платье, ее стальной запах щекотал обоняние.

— А что тебя волнует? — едва дыша в его объятиях, хрипло спросила я.

— Ты.

Двэйн отпустил меня лишь под утро. Уставшая и почти обессиленная от его ненасытных ласк, я еле передвигала ногами, спускаясь по лестнице, ведущей в гарем.

Я тронула за плечо служанку, ожидавшую моего возвращения. Та задремала на своем посту, сидя на небольшом неудобном стуле. Открыв глаза, девушка улыбнулась мне, заперла дверь и быстро растворилась в замковых коридорах.

Я же медленно побрела в свою спальню. Когда до общей гостиной оставалось всего ничего, до меня донесся разговор.

— Пригласи ее и немедленно, — услышала я тихий, но настойчивый голос Камиллы. Я прижалась к стене и замерла на месте.

— Но эссия, госпожа Азира не сильно жалует эту старую ведьму, — ответил протестующий, незнакомый мне голос.

— Ты меня вообще слушаешь? Когда я что-то приказываю, изволь выполнять! Я вынашиваю наследника клана черных драконов, имеет значение только то, чего хочу я! Понятно тебе?

— Да, эссия, конечно. Я приглашу ее.

— И побыстрее. Мне нужно кое-что узнать.

— Слушаюсь, эссия.

Дождавшись, пока девушка уйдет, я ещё какое-то время постояла, а потом двинулась вперёд. В общей гостиной сидела Камилла и занималась рукоделием.

— Ашая, — притворно улыбнулась она.

— Эссия, — кивнула я, слишком устав, чтобы притворяться.

— Вы плохо выглядите.

«А ты умрёшь через год», — хотелось мне сказать, но я прикусила язык. Имею ли я право говорить эту жестокую правду?

Я пожала плечами, направляясь к своей комнате, но Камиллу такое окончание разговора явно не устроило.

— Надеюсь, владыка Двэйн понимает, чем нам всем грозит его необдуманное поведение.

— Эссия, вы что же, подвергаете решения вашего владыки сомнению? — приподняла я бровь, останавливаясь и глядя на Камиллу.

Но ту оказалось не так-то просто смутить.

— Он и ваш владыка, ашая. Не забывайте об этом.

Решив, что спорить у меня нет ни сил, ни желания, я смерила Камиллу взглядом и, развернувшись, отправилась к себе. Едва я вошла в комнату, как ко мне бросилась Лали.

— Ашая, вы выглядите такой усталой. А ваши волосы, — Лали в ужасе прикрыла ладошкой рот, рассматривая мои опаленные локоны. — Владыка… Он… Он не был с вами груб? Когда он унес вас, я так перепугалась!

Я вспомнила, сколько раз Двэйн доводил меня до исступления этой ночью и улыбнулась. Нет, грубым он точно не был. А вот научиться контролировать свой огонь ему бы не помешало.

— Все в порядке. Мне просто нужно поспать.

Я легла в кровать. Сил не осталось даже на то, чтобы сходить в купальню.

— Что с Вардом?

Лали прикрыла меня вышитым одеялом.

— Владыки вернулись к себе, но, видит Вечный Огонь, они так просто не отступятся. Но вам не нужно думать об этом, госпожа. Верховный сможет вас защитить.

«Кто бы меня защитил от него», — мрачно подумала я, вслух же сказала:

— Лали, узнай, кого приказала привести к ней Камилла.

Я быстро пересказала служанке подслушанный разговор. Девушка кивнула.

— Отдыхайте, ашая, все узнаю.

Я заснула со спокойным сердцем, а когда проснулась, Лали заговорщически мне подмигнула.

— Предсказательница, госпожа.

— Что? Какая предсказательница? — Я плохо соображала спросонья.

— Эссия приказала привести к ней предсказательницу.

— Вот оно что, — протянула я и улыбнулась, чувствуя, как улучшается настроение. — Устрой и мне с ней встречу. Только так, чтобы никто не знал.

Когда Лали ушла, я продолжала улыбаться. Правду говорят, что иногда лучше ничего не делать и все как-нибудь устаканится само собой. Однако, как мне пришлось позже убедиться, этот принцип работает не всегда.

Глава 12

— Дайте мне вашу руку, ашая, — проскрипела сидевшая напротив старая карга. Немытые седые волосы выглядывали из-под цветастого платка, грязь под ногтями явно говорила о том, что гигиену данная личность не сильно уважает.

Однако я с готовностью протянула ей ладонь, хотя в своем привычном мире старалась обходить так называемых предсказательниц стороной. Вот до чего можно довести здравомыслящего человека!

— Говорите мне все как есть, — велела я. Лали я отослала сторожить у двери, чтобы нам никто не помешал.

Старуха пожевала губами и нахмурилась.

— Вижу много испытаний и долгую дорогу. А еще любовь и богатство.

Я приуныла. Не зря я не очень-то верила во все эти гадания и предсказания. Вот вам весь суповой набор: любовь, дорога и богатство.

— И детей? — ехидно поинтересовалась я, крайне разочарованная.

Старуха пристально посмотрела на меня и покачала головой.

— Чего нет, того нет. Ваше чрево пусто и таким навсегда останется.

Я сглотнула.

— Что еще вы видите?

— Опасность. Рядом с вами есть тот, кто желает вам смерти. — Я кивнула. Имя этого человека было мне известно. Камилла. — Вы должны быть осторожны.

— Буду. Скажите мне еще вот что. Есть ли в Эрдракке кто-то, обладающий силой?

— Силой? — непонимающе переспросила предсказательница.

— Сродни вашей, но… — я замолчала, подбирая подходящее слово, — на порядок выше и могущественнее.

— Такой силой обладали лишь чародейки, ашая, — понимающе кивнула предсказательница. — Не уверена, что могу вам помочь.

Я протянула гадалке заранее приготовленный мешочек с монетами. Накануне я приказала перепуганной Лали продать подаренное Двэйном зеркало.

— А если хорошенько подумать?

Старуха деловито взвесила мешочек на ладони, потом быстро спрятала его в складках своего балахона.

— Память у меня совсем плохая стала, ашая. Я вдруг вспомнила, что есть на землях Эрдракка провидица Фрила. Говорят, на любой вопрос знает ответ, а свой род она ведет аж от первых чародеек.

— Где ее найти? — быстро спросила я.

— Она скрывается, ашая, и не задерживается на одном месте долго. Да оно и понятно. Когда драконы извели весь твой род, будешь бояться.

Я вытянула из шкатулки нитку отборного розового жемчуга и покачала им перед носом предсказательницы.

— Вам несказанно повезло, госпожа, ведь провидица Фрила будет на ярмарке в Истраллиорде через два дня, — зашептала гадалка. — В заведении старой Греты, что на главной площади. Но вам понадобится много золота, чтобы встретиться с ней, очень много. И она принимает не всех.

— Меня она примет, — задумчиво проговорила я, потом посмотрела прямо в выцветшие глаза гадалки: — Вы мне ничего не говорили и со мной не виделись. Надеюсь, это понятно.

— Что понятно, госпожа? У меня плохая память, она меня часто подводит.

Мы обменялись понимающими взглядами, после чего я позвала Лали и попросила ее проводить гадалку. Оставшись одна, я подошла к зеркалу и долго смотрела на свое отражение, думая, что мне понадобится все мое актерское мастерство, чтобы совершить задуманное.

— Лали, — сказала я, когда служанка вернулась, — Двэйн что-нибудь говорил про сегодняшний вечер?

— Да, госпожа. Владыка распорядился, чтобы вы пришли к нему в покои в обычное время.

— Вот как. Хорошо. Но до вечера еще есть время. Тебе известно, где находится Истраллиорд?

— Это город примерно в получасе езды от замка.

— Я бы хотела туда съездить. — Служанка замялась. — Что такое, Лали?

— Владыка был зол, когда увидел вас на поединке. Пока вы спали, он позвал меня к себе и сказал, чтобы я передала вам… — Лали замялась.

— Продолжай, — велела я.

— Одним словом, он не хочет, чтобы вы выходили из замка. Скорее всего, он опасается, как бы владыки Вард и Рой что-нибудь не задумали. Он также приказал любому, кто посмеет выпустить вас дальше замковых ворот, немедленно отрубить голову.

— Чертов дракон! — процедила я сквозь зубы, думая, как мне выбраться из замка, если и здесь меня будут стеречь как самую настоящую пленницу. А я-то искренне верила, что удрать отсюда будет проще!

Задумавшись, я побарабанила пальцами по туалетному столику, а затем улыбнулась своему отражению. Время до вечера пролетело незаметно, но в назначенный час я была готова.

С комфортом устроившись в кресле у окна и расправив складки платья, я принялась ждать.

— Госпожа, — осторожно заговорила Лали, видя, что я никуда не собираюсь, — час настал. Вам нужно идти к владыке.

— Это нужно ему, Лали. Вот пусть сам и приходит.

Лали вытаращила голубые глаза и хотела что-то сказать, но тут в комнату вошла смотрительница гарема.

— Ашая, почему вы еще здесь? Поторопитесь. Владыка Двэйн терпением не отличается.

— Госпожа Ариза, передайте владыке, что я отказываюсь выходить из своих покоев.

— Я не могу передать это ему, ашая, — покачала головой смотрительница. — Приказы владыки должны выполняться.

— Что ж, в таком случае, вам придется вести меня силой, но тогда я подниму такой крик, что разбужу и мертвых драконов, если такие имеются на этих землях.

Смотрительница, подумав, кивнула и чуть склонила голову.

— Я передам ваши слова владыке, госпожа. Но вы затеяли опасную игру, Вечный Огонь вас сохрани.

— Но ведь в нее играю я, вам-то чего бояться, — не очень вежливо ответила я.

Меня и так трясло от страха, а слова смотрительницы храбрости мне не прибавили.

Не прошло и десяти минут, как в мои покои ворвался Двэйн — стремительный и очень недовольный. Створки дверей распахнулись и громко хлопнули, ударившись о стены. Я вздрогнула от неожиданности и резко поднялась. Какое-то время мы смотрели друг на друга, я чувствовала, как по телу пробегает дрожь от обжигающего взгляда дракона, а потом Двэйн медленно подошел ко мне.

— Как это понимать, Роза? — угрожающе спросил он. — Что за детские выходки?

— Какие именно? — Я вскинула голову, стараясь не отводить взгляд от пронзительных зеленых глаз.

— Я о твоем поведении. Мои наложницы так себя не ведут.

— Но я не одна из твоих наложниц, Двэйн, как бы ты не утверждал обратное.

— Вот как, — нехорошо усмехнулся он. — Я начинаю думать, что слишком возвысил тебя.

— Возвысил? — Я удивленно приподняла брови. — Но моя жизнь здесь ничем не отличается от той, что я вела у серебряных драконов.

— Что ты имеешь ввиду?

— Твой приказ. Разве ты не запретил мне выходить из замка? Вард и Рой поступали точно так же. Твои наложницы, хоть изредка, но могут покидать гарем, а меня ты запер, будто я опасная преступница.

Двэйн покачал головой, складка между его бровей обозначилась еще четче.

— Не переиначивай мои слова, Роза. Я делаю это для твоей же безопасности.

И хотя мне хотелось вспылить, я призвала на помощь все свое благоразумие. Нет, так я ничего не добьюсь. Нужно менять тактику и срочно. Изобразив на лице легкую улыбку, я сделала к Двэйну шаг и, проведя ладонью по его груди, тихо сказала:

— Я не могу все время сидеть взаперти, Двэйн, пойми. Это сводит меня с ума. В своем мире я была свободной и могла идти, куда захочу, ни у кого не спрашивая разрешения. Мне нужна хотя бы капля свободы. К тому же наложницы все время говорят про Истраллиорд. Мне бы так хотелось взглянуть на город, ведь теперь моя жизнь будет проходить здесь. Сегодня девушки из гарема рассказывали, что побывали на ярмарке, а я весь день просидела взаперти. — Я пальцами чертила узоры на изумрудной тунике Двэйна, боясь, как бы он не посмотрел в мои глаза, заметив там обман. Двэйн прикоснулся к моему подбородку, заставив меня приподнять голову и встретиться с ним взглядом. — Пожалуйста, — выдохнула я, когда Двэйн наклонился и приблизил губы.

Он мягко коснулся моих губ, легкими поцелуями-прикосновениями обласкал верхнюю губу и чуть прикусил нижнюю. У меня перехватило дыхание от этой нежности, хотя я и понимала, что, захоти Двэйн, он может уничтожить меня. В памяти еще была сильна картина поединка.

— Нужно было попросить сразу, а не устраивать представление для всего гарема, — также тихо ответил он, хлопнув меня по ягодицам. — Собирайся. Возьми плащ и попроси проводить тебя к конюшням.

Через несколько минут я уже стояла рядом с Двэйном. Мы оба была в длинных плащах с капюшонами.

Конюх выводил из конюшни настоящее страшилище — черного коня-тяжеловоза. Тот мотал огромной головой, раздувал широкие ноздри и всем своим видом показывал, что происходящее ему не по нраву.

Я подумала, что, зная, где находятся конюшни, смогу умыкнуть лошадь и скрыться, но если все кони здесь подобны этому, то придется придумать что-то другое.

Однако конь чудом преобразился, стоило Двэйну подойти ближе. Он боднул дракона в плечо своей головой, а Двэйн ласково потрепал его по шее.

— Готова? — спросил он легко подхватывая меня и помогая сесть на своего огромного коня. Ловко вскочив следом, Двэйн устроился позади меня.

— Что, у самого богатого дракона Эрдракка не нашлось второй лошади? — съязвила я, чувствуя, как тепло от тела Двэйна проникает под мой плащ.

— А ты сможешь удержаться верхом, моя драгоценная? Хотелось бы вернуться в замок хотя бы к рассвету, — хмыкнул он, одной рукой обхватывая мою талию и прижимая ближе к себе, а другой удерживая поводья. Конь, послушный воле Двэйна, взял с места мелкой рысью.

Сначала я пыталась держать спину прямо, уж слишком опьяняющее действие оказывало на меня присутствие дракона. Но вскоре спина затекла и мне пришлось опустить голову на каменное плечо Двэйна.

До города мы добрались быстро, оставив далеко позади груженую бочками телегу, едущую из замка. Возница почтительно склонился, приветствуя своего владыку.

— Кажется, наша маскировка не удалась, — заметила я.

— В городе до нас никому не будет дела.

— А что в этих бочках? — поинтересовалась я.

— Мы закупаем для жителей замка все необходимое в городе и на ближайших фермах, — пояснил Двэйн.

Оставив коня в одной из платных конюшен, мы пешком двинулись по главной улице города. Двэйн оказался прав — еще одна пара в плащах не привлекла ничье внимание. Улицы были запружены разным людом, съехавшимся со всех сторон на ярмарку. Мне хотелось вызнать про заведение госпожи Греты, но я понимала, что делать это нельзя. Главное, что теперь я знаю дорогу.

— Этот город очень старый? — спросила я, рассматривая расхваливавших свой товар купцов, продавцов сладостей и уличных зазывал. И хотя уже был вечер, жизнь на улицах кипела.

— Да. Первый черный дракон основал его, — отозвался Двэйн, потом потянул меня за руку к фонтану посреди площади.

Огромный дракон, выполненный из сверкающих черных камней с глазами-изумрудами, расправив крылья и устремив вверх изящную голову, стоял в середине фонтана. Бившие вверх струи воды словно не смели его касаться.

— Это фонтан желаний, — пояснил Двэйн. Он достал из кармана золотую монетку и вложил в мою руку. — Говорят, если загадать желание и бросить монету, оно обязательно исполнится.

— Правда? А почему бы не попробовать с его помощью снять проклятие?

Двэйн покачал головой.

— Многие пробовали. Не вышло. Воды этого фонтана не обладают достаточной силой.

— А ты сам? Пробовал что-нибудь загадать?

— Нет. Я полагаюсь только на свои силы, а не на волю случая.

— А я, пожалуй, рискну.

Я подошла к фонтану, зажав монетку в руке. Брызги воды падали на лицо, оставляя на нем мокрые капли. Гул голосов отступил, смешавшись с шумом воды.

«Пусть мое сокровенное желание исполнится», — попросила я, глядя на скульптуру черного дракона и думая о том, как покидаю этот мир. Бросив монетку в фонтан, я повернулась к улыбающемуся Двэйну.

— И что ты загадала?

Я широко улыбнулась в ответ.

— Знаешь поговорку — любопытство сгубило…

— Кошку? — спросил он, приближая лицо к моему и губами убирая каплю воды с моей щеки.

— Дракона, — ответила я, делая шаг назад. — Что, здесь и посмотреть больше нечего, кроме одного фонтана?

Двэйн усмехнулся.

— Когда будешь проситься обратно в замок, я припомню тебе эти слова.

Двэйн оказался прав. Мы побывали в одном из местных трактиров, где плотно поужинали, посмотрели кукольное представление на главной площади, полюбовались мастерством умельца, выдувавшего из цветного стекла украшения. Двэйн купил мне браслет из прелестных сиренево-синих бусин.

— Не стоило, — сказала я, когда он взял мою руку и закрепил браслет на запястье. — Но спасибо, он и правда очень красивый.

Двэйн сжал мою руку в своей ладони и ничего не ответил. Мы прошли туда, где собралась толпа, в центре которой наголо бритый мужчина-дракон выдувал изо рта разноцветное пламя на радость собравшейся публике. К моему удивлению, всполохи огня поднимались над шумевшей толпой и взрывались искрами в темнеющем небе. Вокруг дракона в танце кружились три девушки в развевающихся разноцветных юбках, маленькими бубнами они отбивали ритм.

— Моему брату бы понравилось, — вырвалось у меня. — Его завораживал огонь.

— У тебя есть брат? — спросил Двэйн, привлекая меня к себе.

— Был. Двоюродный, но мы были очень близки. Он погиб. — Мы помолчали, глядя на языки цветного пламени. — А что насчет твоего брата? Ты познакомишь меня с ним? Твой отец говорил на том ужине про какого-то Дариона.

Я посмотрела в лицо Двэйна. Сполохи кружившего над нами огня придавали его мужественному лицу зловещее выражение. Яркие зеленые глаза мерцали.

— Он умер. Восемь месяцев назад.

— Вы были очень близки?

— Мы близнецы, Дарион был лишь на несколько минут старше меня. И эти несколько минут определили его судьбу, — проговорил Двэйн грустно.

— Что с ним случилось? — вырвалось у меня. — Прости, не говори, если не хочешь, — поспешно добавила я, увидев мрачное выражение на лице Двэйна.

— Его просто не стало, — нехотя сказал Двэйн, потом посмотрел на меня. — Нам пора возвращаться.

Когда мы вернулись в замок, я падала от усталости.

— Если под предлогом прогулки по городу ты пыталась избежать сегодня моей постели, завтра тебе предстоит провести в ней вдвое больше времени, — проворчал Двэйн перед дверями в гарем. Он притянул меня к себе, запечатлев на лбу целомудренный поцелуй.

— Помилуйте, владыка, — притворно ужаснулась я, отстраняясь. — Как я могу? Ведь тогда ваши наложницы решат, что вы слишком возвысили меня.

— Отдыхай, Роза. Увидимся завтра, — Двэйн легко пробежался пальцами по моей щеке. Я опустила ресницы, наслаждаясь его лаской. — Я хорошо провел сегодня время.

— Я тоже, Двэйн. Спасибо тебе.

Дракон кривовато улыбнулся и, повернувшись, вскоре исчез в переплетении коридоров.

Я прикрыла глаза и судорожно вздохнула. Несмотря на все, что со мной произошло с момента моего попадания в этот мир, сегодняшний вечер мне действительно понравился.

Я открыла глаза, прижав руки к бешено стучавшему сердцу. Нет, нет, это все наваждение. Люди часто любуются чем-то опасным и красивым. Вот и я любовалась Двэйном. Только и всего. Так восхищаются хищником, чья сила, мощь и природная необузданная сила завораживают, но стоит потерять бдительность, и она сметет тебя, сотрёт подобно цунами.

Успокаивало лишь то, что со своей ролью я справилась на отлично. И узнала гораздо больше, чем планировала. Надеюсь, мой план удастся.

В ту ночь я спала крепко.

Глава 13

— Проходи, моя драгоценная, — сидевший за столом Двэйн сделал приглашающий жест рукой.

— Не называй меня так. Мне это не нравится, — сказала я, подходя ближе.

Двэйн приподнял голову и с интересом посмотрел на меня.

— Вот как. Но ты действительно обошлась мне очень дорого, — сверкнул он улыбкой.

Я не видела Двэйна почти сутки. По гарему ходили странные слухи, начиная с того, что он отправился на охоту и заканчивая тем, что вскоре он привезет невесту. Когда я услышала от Лали последнюю сплетню, замерла с гребнем в руке, не в силах пошевелиться. А что, если это правда? И хотя такое положение вещей очень бы меня устроило, ведь тогда Двэйн оставил бы меня в покое, все же я не могла заглушить чувство внезапно вспыхнувшей ревности.

И вот теперь, увидев Двэйна, я почувствовала, как снова начинаю закипать. Ну почему этот дракон постоянно выводит меня из себя? Макс никогда так не делал. Наши отношения напоминали этакую тихую гавань, где было спокойно и уютно. Но вот с Двэйном уютно я себя не чувствовала. При каждой встрече с ним я ощущала себя как оказавшаяся в море во время шторма лодка. И как вести себя во время шторма по имени Двэйн я представляла слабо.

Мне казалось, стоит сделать одно неверное движение, и стихия поглотит тебя, захватит полностью, сметет и раздавит своим бешеным напором и первозданной неукротимой силой.

Приказав себе не реагировать на его слова, я подошла поближе к столу и, увидела, что Двэйн с помощью поистине средневековых инструментов мастерит какое-то украшение.

— Ты что же, сам делаешь ювелирные украшения? — поинтересовалась я, глядя, как в его сильных руках сверкает крупный аметист.

— Почему тебя это удивляет?

— Я знаю, насколько это тонкая работа даже в моем мире, где есть все инструменты, а ты используешь… — Я указала рукой на замысловатые палочки, пилочки и крючочки, которыми Двэйн ловко орудовал. — Кстати, что это будет?

— Я ещё не решил. Камни сами подскажут, какую форму им принять. — Двэйн покрутил в пальцах заготовку украшения — аметист в окружении сапфиров.

— Красиво, — выдохнула я, зачарованная игрой бликов внутри камней. — Это для твоей невесты? — не смогла я удержаться от вопроса.

— Невесты? — Двэйн окинул меня заинтересованным взглядом. — С чего ты так решила?

— По гарему ходят разные слухи, только и всего, — пожала я плечами.

— Не ревность ли я слышу в твоем голосе, Роза? — приподнял он черную бровь.

Двэйн отложил украшение и поманил меня к себе. Я подошла ближе, и тут его рука обвилась вокруг моей талии. Дракон усадил меня к себе на колени, заглянул в глаза.

— Нет, — сухо отозвалась я. — Всего лишь любопытство.

— Посмотри на меня, — велел он.

Я подняла взгляд. Изумрудные глаза Двэйна с вертикальным зрачком смотрели, казалось, в самую душу. Костяшками пальцев он погладил мою щеку, шею, опустив ниже, к ключице, а потом еще ниже, к бешено стучавшему сердцу.

— Что ж, я удовлетворю твое любопытство. Я еще слишком молод, чтобы жениться. Как только я перестану получать удовольствие, — он с нажимом произнес это слово, — от своей жизни, обязательно женюсь. А пока что меня вполне устраивает то, что я имею. Ты ведь говорила, что разбираешься в камнях, — без перехода продолжил Двэйн, удивив меня сменой темы разговора. Придвинув стоявшую рядом шкатулку, он распахнул ее. — Мне прислали эти рубины. Сможешь определить их подлинность?

— Попробую, — кивнула я, стараясь не показывать дракону, как мне хочется поскорее прикоснуться к россыпи великолепных камней, небрежно лежавших на серой подкладке.

Пересмотрев камни на свету лившегося через балкон заходящего солнца, я покрутила каждый камешек в пальцах, рассматривая игру бликов на гранях. Один из матовых камешков явно к рубинам не относился. Я отложила его в сторону.

Вернувшись в комнату, я взяла со стола Двэйна кусочек лежавшего там стекла, взглядом спрашивая разрешения. Он кивнул. Проведя по поверхности каждым из камешков, я забраковала еще один.

— Могу я попросить принести мне стакан молока?

Двэйн кивнул и позвал служанку, передав ей приказ. Когда девушка вернулась, я по очереди опустила каждый камень в стакан, смотря, как молоко становится розоватым от свечения камней. Лишь пара камней не придала молоку другую окраску. Оставшиеся камни я также по одному приложила к горлу. Еще один не прошел проверку — он нагрелся моментально, тогда как настоящие камни остались холодными.

— Это подделка, а это гранат, — закончив, я указала на пять отдельно лежавших камней.

— Ты действительно разбираешься в драгоценностях, потому что ты одна из них, — задумчиво проговорил Двэйн, лаская меня взглядом. Во время проверки он тщательно следил за моими манипуляциями.

— Так ты знал, что там есть подделки? — прошептала я, поняв, что дракон меня проверял.

— Конечно. Я же дракон, мне достаточно одного взгляда на драгоценность, чтобы понять, подлинна ли она. Но мне было интересно, правду ли ты сказала. Теперь я вижу, что ты не лгала. Ты с какой любовью относишься к камням, хоть они и не живые, — задумчиво проговорил Двэйн, поглаживая заросший щетиной подбородок.

— Я любила свою работу.

— Пойдем, — сказал вдруг Двэйн, поднимаясь и протягивая мне руку.

— Куда?

— Покажу тебе свою сокровищницу.

Помедлив, я все же вложила свою руку в ладонь Двэйна.

Он подошёл к своей кровати, и я уже подумала, что дракон меня обманул, но тут Двэйн взмахнул рукой, кровать окуталась золотым сиянием, а потом беззвучно отъехала в сторону, открыв в полу ход с уводящей вниз лестницей.

— Ты как истинный дракон спишь на своих богатствах? — хмыкнула я.

— Почти.

Двэйн спускался первым, я медленно шла за ним. Лестница вела все ниже и ниже под замок. Я потеряла счёт каменным ступеням, от которых исходило сильное золотистое свечение.

Наконец перед нами встала глухая кладка стены. Двэйн положил на нее ладонь, и стена, окутавшись опять же золотым свечением, растаяла. Моим глазам предстал огромный, уводящий вдаль зал, набитый всевозможными богатствами: предметы роскоши, сундуки с золотом, драгоценными камнями, отборным жемчугом, золотая и серебряная посуда, разнообразное оружие с инкрустацией, — все сверкало, переливалось, блестело в свете факелов, зажегшихся, стоило нам вступить в зал.

— Моя сокровищница, — просто сказал Двэйн.

— Неужели ты знаешь здесь каждую вещь? — спросила я, гадая, на сколько жизней здесь припрятано богатств.

— Каждую. И если что-то пропадет, непременно узнаю.

Мне стало страшно от того, что я задумала. Я посмотрела на Двэйна. Казалось, даже его повадки чуть изменились — опасный хищник пристально осматривал свою территорию. Совсем как недавно в поединке с Вардом.

— Но зачем ты привел меня сюда?

— Хотел показать тебе кое-что.

Мы продвигались вперед. От бесконечного золотого блеска слепило глаза, и я прищурилась.

— Я уже почти ослепла, — проворчала я.

Двэйн хмыкнул. Мы вошли в зал поменьше, в котором на декоративных колоннах-подставках лежали самые крупные драгоценные камни из виденных мною. Мой рот против воли открылся от изумления.

— Вот то, за чем я ездил. В моих горах нашли самый крупный из существующих в Эрдракке красный алмаз.

Я вышла из-за спины Двэйна и замерла. Большой овальный камень искрился в свете факелов, рассыпав по лежавшим рядом драгоценностям кроваво-красные блики.

— Прикоснись к нему.

Я подошла к камню, кончиками пальцев проведя по его сверкающим граням. Камень был ледяным. Холодная, пугающая красота.

— Он прекрасен, — только и смогла я сказать.

— Знаю, — довольно отозвался Двэйн. — Это жемчужина моей сокровищницы. Вряд ли найдется что-то более прекрасное. Кроме тебя, моя драгоценная, — добавил он.

Я смотрела в сверкающую, без единого изъяна, глубину камня и думала, что вряд ли тоже увижу что-то более красивое.

Двэйн обвил руки вокруг моей талии.

— Никому я еще не позволял зайти сюда.

— Почему же позволил мне?

— Я вижу, что в тебе нет алчности, присущей многим смертным. А еще ты способна оценить красоту. — Мы немного помолчали, потом Двэйн заговорил: — Я кое-что сделал для тебя.

Он покачал перед моим лицом короткой цепочкой, на которой висел небольшой камушек — младший брат того, что лежал сейчас передо мной.

— Я не могу…

— Можешь. Я хочу, чтобы у тебя была частичка этого алмаза.

Двэйн нежно обвил мою шею цепочкой. Камешек уютно устроился во впадинке горла.

— Я… у меня нет слов, Двэйн, — сказала я, поворачиваясь.

— А нам они и не нужны, Роза.

Дракон привлек меня к своей груди, подхватил на руки и вынес из сокровищницы. Когда кровать встала на место, а платье упало к моим ногам, Двэйн мягко толкнул меня на перину.

Завороженная блеском в его глазах, я не могла сопротивляться. Под моим пристальным взглядом Двэйн разделся и подошел к кровати. Разведя мои бедра, он устроился между ними. Его руки заскользили по моему телу, поглаживая, лаская, даря невыносимое ощущение нарастающего возбуждения.

Двэйн наклонился надо мной и провел носом от уха до основания шеи, остановившись там, где во впадинке горла устроился подаренный им кулон. Я жадно втягивала запах его кожи, терпкий, сводящий меня с ума.

— Сирень. Твой запах, — прошептал он, чуть прикусывая нежную кожу на шее. — Мне кажется, я почуял тебя в замке Варда ещё до того, как ты вошла в комнату, — улыбнулся он, беря мое лицо в ладони и покрывая его нежными прикосновениями-поцелуями.

Мне стало неловко из-за того, что я задумала, но я обвила шею Двэйна, заглушая голос совести, и притянула его ближе.

— Ты всю ночь собираешься потратить на разговоры? — прошептала я ему в ухо, прикусывая мочку.

Хмыкнув, Двэйн опустил голову к моей груди и сомкнул губы сначала на одном соске, покусывал его и обводя ореол языком, а затем на другом, одарив его точно такими же ласками.

Позволив себе расслабиться, я решила сполна насладиться всем, что Двэйн посчитает нужным мне дать этой ночью, ведь завтра… Языком Двэйн проложил жаркую дорожку между моих грудей, по животу вниз, к самому холмику лона, и все мысли вылетели у меня из головы.

Я шире развела бедра, между которыми устроился дракон, и прерывисто выдохнула, когда его губы поставили огненное клеймо на моем лоне.

Пальцы Двэйна скользнули внутрь, двигаясь медленно и плавно, поглаживая меня, пока его язык дразнящими движениями порхал по чувствительному клитору. Я закрыла глаза, двигая бедрами в такт движениям пальцев Двэйна. Его горячий язык, казалось, зажёг мою кровь, заставляя меня громко стонать и стискивать пальцами шелковые простыни.

Двэйн был прав: ему не требовались никакие эликсиры, чтобы возбудить меня и заставить хотеть его ласк. Слухи, ходившие про черного дракона, были правдивы — он был очень умелым любовником.

Под веками вспыхивали разноцветные огни, совсем как те, что я видела в сокровищнице дракона. Казалось, они цветными осколками разлетаются по каждой частичке тела, проникая в кровь.

Неожиданно Двэйн сомкнул губы на клиторе и принялся посасывать его. А когда на чувствительном местечке сомкнулись зубы и чуть прикусили разгоряченную ласками плоть, я громко вскрикнула.

Но Двэйн не собирался заканчивать происходящее так быстро. Я открыла глаза, встретившись с его полным мужского самодовольства взглядом, в котором горело пламя страсти. Дав мне лёгкую передышку и любуясь умоляющим выражением в моих глазах, он возобновил свои сладостные пытки. Несколько раз он подводил меня к пику, замирая на грани, не давая получит заветное наслаждение.

Огненный вихрь кружился внизу моего живота, я пыталась отстраниться, думая, что не смогу больше выдержать, но Двэйн лишь дьявольски улыбался.

— Ты хочешь убить меня? — жалко прошептала я, чувствуя, как неудовлетворенное желание жжет все тело.

— Ни за что, — хриплым от страсти голосом прошептал Двэйн, закидывая мои ноги себе на плечи и одним мощным толчком врываясь в тело.

Я приняла его с радостью, чувствуя яростное движение плоти. При каждом выпаде Двэйна в комнате что-то ярко вспыхивало, кожа на его плечах превратилась в драконью чешую, я ладонями чувствовала твердые пластинки.

Я выгнулась, стараясь слиться с ним в единое целое, позволяя дикой страсти поглотить себя, мечтая сгореть в огне, который и во мне разбудил Двэйн.

Оргазм взорвался обжигающими искрами, зажёг нашу кожу, и это не было преувеличением.

— Мы горим! — в ужасе выдохнула я, когда Двэйн вошёл в меня последний раз, а его семя щедро пролилось внутрь. На моих руках действительно плясало пламя — оранжево-красные язычки весело танцевали на коже, не причиняя ни малейшей боли. У Двэйна же пламя охватило ещё и плечи.

— Мой огонь не опасен для тебя, — голос Двэйна был довольным и умиротворенным. Он щёлкнул пальцами, погасив пламя и на наших телах, и в комнате.

Едва отдышавшись, Двэйн снова привлек меня к себе, впиваясь поцелуем в губы.

— Снова? — изумленно выдохнула я, отстранившись, чтобы отдышаться. Поцелуи Двэйна, казалось, лишали меня кислорода. Я провела руками по обжигающе горячим плечам дракона. — Наутро от твоей комнаты ничего не останется.

— Значит, мы найдем другое место, — прошептал он мне в губы, одновременно врываясь в мое тело.

Я сомкнула ноги за спиной Двэйна, чтобы он смог проникнуть еще глубже.

«Что ж, — вспыхнула отстраненная мысль, — перед осуществлением задуманного я смогу хотя бы насладиться происходящим».

Я дождалась, пока дыхание Двэйна выровняется, и, поднявшись, посмотрела в окно. Приближался рассвет, а значит, нужно поторопиться. Действие снотворного — а именно его я добавила в масло для тела, воспользовавшись приемом самого Двэйна, — должно продлиться до обеда завтрашнего дня. Когда Двэйн проснется и поймет, что меня в замке нет, я успею встретиться с провидицей и скрыться.

Сняв с шеи подаренное Двэйном украшение, я положила камень на подушку, в последний раз погладив его пальцами.

Одевшись, я подошла к столу, взяла шкатулку с рубинами и спрятала ее в складках платья. Какое-то время я прислушивалась к бешено грохотавшему в груди сердцу, думая, что если Двэйн меня поймает, мне не выжить. Вряд ли можно обокрасть дракона, — а именно это я и сделала, — и остаться безнаказанной.

Я бросила взгляд на кровать, где, лежа на животе и обняв руками подушку, крепко спал дракон. Не в силах удержаться, я подошла ближе и быстро коснулась губами его теплой щеки, закрыла глаза, вдыхая терпкий аромат драконьей кожи. Я провела пальцами по мощной спине, с изумлением увидев, как кожа под моими пальцами на миг превращается в сверкающую чешую, а простынь рядом со мной вспыхивает. Двэйн беспокойно заворочался, а я, похлопав по струйке пламени ладонью, резко встала, ругая себя за допущенную слабость.

Спустившись по лестнице в гарем, я проскользнула в свою комнату, переоделась в платье попроще и накинула плащ. Я взяла с собой все подаренные Двэйном украшения. Они мне понадобятся, чтобы продержаться в этом мире, пока я не найду способ вернуться домой.

Вздрагивая на каждом шагу, я пробралась в кухонные помещения. Повар свои владения охранял хуже, чем дракон сокровищницу. Кухня была открыта, а гулкий храп повара долетал из смежной комнаты.

Пока Двэйна не было в замке, я узнала, что очередная телега с бочками отправится из замка ближе к рассвету и выедет она из подсобного кухонного помещения. А если замок патрулируют летающие в небе драконы, то выбраться можно только одним способом. Прокравшись в заветное помещение, я увидела телегу, с вечера нагруженную пустыми бочками.

Подхватив полы плаща, я забралась на опасно скрипнувшую телегу и залезла в бочку. Ноги моментально затекли. Сверху я положила крышку, и теперь могла видеть происходящее сквозь небольшую щель в досках бочки.

Примерно через час, показавшийся мне вечностью, я услышала шаги, фырканье запрягаемой лошади, скрип от тяжелого тела, устраивавшегося на козлах телеги, а затем и причмокивание. Наконец, качнувшись, телега двинулась.

Это было самое дерьмовое путешествие в моей жизни. По шкале комфорта это было что-то среднее между пытками инквизиции и приступом клаустрофобии.

Все тело затекло, мне захотелось в туалет, желудок свело от голода, да еще телега подпрыгивала на ухабах, и тогда моя голова пребольно стукалась о крышку. Я проклинала драконов, себя и неумелого возницу, который словно специально выбирал плохую дорогу. По моим подсчетам прошла целая жизнь, когда телега наконец остановилась, и раздались голоса.

— Снова за вином? Ну в замке горазды пить! — хохотнул голос. Мне захотелось взвыть от разочарования. Я-то думала, что путешествие закончилось, а мы едва подъехали к главным воротам!

— Поговори у меня, вот доложу милорду Даррэлю, отправит тебя на границу сторожить развалины старого замка!

Раздался хохот, затем возница причмокнул и телега снова поехала, а я могла только гадать, как долго продлится путешествие.

Когда повозка вновь остановилась, в щелку я разглядела темное бревенчатое строение. Фыркали лошади и пахло навозом. Возница, кряхтя, слез и куда-то ушел. Тут же появились двое молодых мужчин и принялись выгружать бочки. Они работали молча, и, лишь когда очередь дошла до той бочки, в которой сидела я, один заметил:

— Эта какая-то тяжелая.

— Не нашего ума дело. Может, там сушеные яблоки или еще что.

— Пахнет точно не яблоками, — отозвался первый.

— Не нашего ума дело, — повторил второй. — Пусть старший разбирается.

Наконец «грузчики» убрались, все стихло, и я решила, что сейчас самое время выбираться. В туалет захотелось с утроенной силой.

Я надавила на крышку, и она подалась. Я встала, распрямившись в полный рост и постанывая от того, как хрустят затекшие суставы. Выбравшись из бочки, я поняла, что нахожусь в очередном хлеву, а где-то за стеной раздаются голоса. Благо, ворота были не заперты, и я спокойно выскользнула из помещения.

К моей великой радости, я оказалась в Истраллиорде. Натянув капюшон на голову, я заспешила по улицам, освещенным рассветным солнцем. Немного попетляв, вскоре я оказалась на центральной площади. Спросив у расставлявшего товары купца о заведении госпожи Греты, я узнала, что это всего-навсего таверна около фонтана.

Войдя внутрь и увидев за стойкой дородную женщину, я подошла к ней. Положив на прилавок кошель с монетами, тихо сказала:

— Мне нужно увидеть провидицу Фрилу. Это срочно и очень важно.

Трактирщица подняла на меня сонные глаза.

— Кого?

— Провидицу Фрилу, — повторила я.

— Не знаю такую, — равнодушно отозвалась трактирщица.

Сердце сделало тревожный скачок. Неужели гадалка меня обманула? Я достала из кармана один рубин и подвинула его к трактирщице.

— Я хочу с ней встретиться.

— Уходи отсюда, девушка, я же сказала, что знать не знаю, о ком ты толкуешь.

Слезы подступили к глазам, но я не позволила им пролиться. От злости хлопнув по стойке рукой, я развернулась и заметила ведущие наверх лестницы. Поняв, что встреча с провидицей — моя последняя надежда, я рванула по ступенькам.

— Эй, стой! Куда?! — понесся вдогонку возмущенный вопль.

— Госпожа Фрила! — громко закричала я, устремляясь по коридору, в который вывела лестница. — Мне нужна ваша помощь!

— А ну замолчи! Всех постояльцев мне перебудишь! — бушевала позади трактирщица, пока я колотила во все двери.

Я достигла последней двери и уже хотела замолотить кулаками в нее, когда дверь открылась, явив мне худую женщину лет сорока.

— Простите эту сумасшедшую, ради Вечного Огня! — трактирщица догнала меня, схватив за руку и чуть не вывернув ее. — Ворвалась и устроила здесь непонятно что!

— Пропусти ее, госпожа Грета, — тихо велела женщина, пристально глядя на меня. — Она не обманывает. Ей действительно нужна моя помощь.

Глава 14

— Ты призванная, — утвердительно произнесла провидица, когда я вошла, а трактирщица прикрыла за мной дверь.

— Да. И очень хочу вернуться обратно. Мне сказали, что вы можете помочь. — Я подождала ответа на свои слова, но Фрила молчала, пристально впившись в меня взглядом серых глаз. Тогда я снова заговорила: — Пожалуйста, помогите мне. Я не хочу здесь быть, мне нужно вернуться.

Провидица медленно покачала головой.

— Я всего лишь потомок первых чародеек. Древняя магия больше не звучит в моей крови.

Я чувствовала, как зародившаяся было у меня надежда разлетается на куски.

— Но мне сказали, что вы сможете помочь. Прошу вас, я смогу заплатить, у меня есть деньги. Вот, — я достала из кармана плаща спрятанные там драгоценности и шкатулку с рубинами, — возьмите все, только умоляю, помогите!

— Сядь, — велела мне Фрила, пока я пыталась впихнуть ей в руки драгоценности. — И забери свои деньги. Я беру оплату только за оказанную помощь.

Она указала на застеленную старым выцветшим покрывалом кровать. Я устало опустилась, Фрила села рядом.

— Вы не поможете мне, — убито прошептала я, чувствуя подступающие слезы.

— Я не смогу вернуть тебя обратно, — мягко сказала Фрила. — У меня нет такой силы.

Я сжала в руках шкатулку так, что побелели пальцы. Все напрасно, все зря. Я навсегда останусь здесь, в этом диком, чужом для меня мире.

— Что же мне делать? — пробормотала я, обращаясь сама к себе.

Если Двэйн найдет меня, мне не жить. А если я попадусь Варду и Рою, будет еще хуже. Я резко встала. Нужно уходить. Бежать из этого города и поскорее. А куда? Неважно, сначала я должна скрыться от Двэйна.

— Куда ты собралась, девушка? — спросила Фрила.

— Не знаю. Знаю только одно — здесь мне не выжить. С самого моего появления в этом мире меня пытаются убить. А сегодня я обокрала черного дракона, чтобы заплатить за ваши услуги. Так что если вы действительно не можете мне помочь, я должна уехать из города и поскорее.

— Так ты и есть та призванная, из-за которой верховный участвовал в поединке? — Фрила в ужасе прикрыла рот ладонью.

— Да. Но это не спасет меня, когда он узнает, что я сбежала.

Фрила подошла ближе и, накрыв мои запястья своими руками, закрыла глаза. Ее ладони оказались теплыми и сухими. Примерно полминуты спустя она подняла блеклые ресницы и снова взглянула на меня.

— Тебе нельзя уходить далеко. То, что ты ищешь, находится рядом, — сказала вдруг Фрила, нахмурившись. — Боги привели тебя в нужное место. Я вижу это.

— Как это понимать? Здесь где-то есть портал?

Я принялась осматривать комнатку, словно надеясь обнаружить заветную дверь.

— Не знаю, — нахмурилась гадалка. — Но мне кажется, именно тебе я должна рассказать то, что передается в моем роду от матери к дочери уже много поколений подряд. — Ты ведь слышала о проклятии чародеек. Первый черный дракон пожертвовал многим, чтобы разрушить его, но в любом из миров все имеет свою цену. Ты понимаешь меня?

— Нет, — покачала я головой.

— Из поколения в поколение в моем роду передавалась одна истина — жертва.

Фрила замолчала, глядя на меня. Я моргнула.

— Я… я не понимаю. Какая жертва? Я, что, должна кого-то убить? И тогда я смогу уйти из этого мира?

От такой перспективы мурашки побежали по телу.

— Нет, это должна быть добровольная жертва. Хорошо это запомни. Драконы живут, лишь забирая из чужого мира и ничего не отдавая взамен. Нужно принести добровольную жертву.

Провидица замолчала.

— И это все? — убито спросила я, безуспешно подождав от нее каких-либо объяснений. — Только два слова? Вы больше ничего мне не скажете?

— Нет, девушка. Это все, что мне известно.

Я попыталась снова протянуть ей драгоценности, но она сделала шаг назад и подняла руки ладонями вверх.

— Мне ничего не нужно. Верни драгоценности дракону. Нельзя красть у верховного. Он найдет тебя и быть беде.

Нахмурившись, я убрала драгоценности. Возвращаться в замок я не собиралась. Если провидица отказывается от оплаты, это ее дело. Деньги пригодятся и мне.

— Что ж, если вы больше ничем не можете мне помочь, прощайте.

Пройдя мимо провидицы, я услышала брошенные мне вдогонку тихие слова:

— Пусть хранит тебя древняя сила и старые боги.

Я спустилась по лестнице, вышла из трактира, предварительно надев капюшон, и застыла в замешательстве. Куда мне идти? Что делать дальше? Проведя в библиотеке серебряных драконов много часов, я вспомнила, как долго рассматривала карту Эрдракка. Где-то там, далеко в восточных землях, раньше стояла цитадель чародеек. Может быть, там я найду ответы? Может ли случиться такое, что не все чародейки мертвы?

Здравый смысл кричал, что я хватаюсь за соломинку, но я упрямо отгоняла эти мысли. Пока что это был единственный план. Нужно найти лошадь, а потом прибиться к какому-нибудь каравану купцов, чтобы они смогли обеспечить мне охрану. Сомневаюсь, что одинокая путница на этих землях не вызовет вопросов.

Даже такой сырой план внушил мне некое подобие уверенности, и я почти с воодушевлением пошла в конюшню в надежде купить себе коня.

Я свернула в переулок, воспользовавшись той же дорогой, которой вел меня Двэйн. Час был ранний, и на улицах было пустынно, поэтому я совершенно не ожидала нападения. Широкая, явно мужская, ладонь легла на мой рот, другая обвила за талию, в нос ударил резкий травяной запах, и я потеряла сознание.

Открыв глаза, я сначала не поняла, где нахожусь. Незнакомая спальня, кровать с шелковым бельем, приятно холодившим кожу. Опустив взгляд ниже, я поняла, что полностью обнажена. Я встала и принялась искать свое платье. Пробежалась взглядом по богатым гобеленам на стенах, расставленным повсюду сундукам с монетами и разноцветными камнями.

— Сокровищница дракона? — спросила я саму себя.

— Комната в сокровищнице, — отозвался знакомый голос. Я поспешно обернулась и увидела Двэйна. Он вышел из-за перегородки и был мрачен, будто грозовая туча. — Когда мне нужно что-то обдумать, я отдыхаю здесь.

Дракон медленно приближался. Он был полностью в черном.

— А зачем здесь я?

Я попятилась, но тут Двэйн сделал едва уловимое движение рукой, и лежавшие на полу тонкие золотые цепи, которые я не заметила, обернулись вокруг моих лодыжек, не давая ступить и шагу. Еще одно движение длинных пальцев и точно такие же тонкие цепи спустились с золотой балки сверху и обвились вокруг моих запястий. Полностью обнаженная, я еще оказалась и скована по рукам и ногам.

— Ничего не хочешь сказать мне, Роза? — спросил дракон тихим, но угрожающим голосом.

Я облизала вмиг пересохшие губы.

— Хочу. Тот фонтан желаний на главной площади — полное дерьмо.

Однако Двэйн мою шутку не оценил.

— Я ведь предупреждал тебя, Роза. А ты нарушила правила. Обманула меня. Обокрала, причем дважды, — тихо сказал он, скользя по мне взглядом. Вот его глаза остановились на моей груди и опустились ниже, вбирая каждую клеточку моего естества. От этого проникающего под кожу взгляда я покраснела с головы до ног. Так, по крайне мере, мне показалось.

— Почему дважды? — охрипшим голосом спросила я.

— Взяла мои камни и сбежала сама. Ты воспользовалась моим же приемом — масло для тела со снотворным, — невесело хмыкнул он.

Я поняла, что отпираться бесполезно.

— Как ты нашел меня?

— На всякий случай приставил слежку. Драконы славятся умением оставаться незаметными, когда это необходимо. А твой вопрос про те бочки сразу навел меня на мысли. Я же говорил, что вижу тебя насквозь.

— Почему тогда позволил мне сбежать?

Двэйн подошел ближе. Сложив руки на широкой груди, он смотрел на меня чуть нахмурившись. Но глаза… Они были похожи на изумруды. Яркие, но холодные и равнодушные.

— Когда дракон, которого я назначил следить за тобой, разбудил меня и сказал, что ты сбежала, мне стало интересно, что ты задумала. Зачем ты встречалась с провидицей?

— Так ты знаешь и про нее?

— Я знаю все, что происходит на подвластных мне землях. Она считает себя провидицей, а на деле обычная шарлатанка.

— Ты… ты убил ее? — Я сглотнула образовавшийся в горле комок.

— Откуда у тебя такие кровожадные мысли? Считаешь меня чудовищем?

— Да.

Двэйн покачал головой.

— Будешь разочарована. Мне не за что было убивать ее. К тому же она не взяла у тебя камни.

— Значит, ты убьешь меня.

Двэйн помолчал, скользя взглядом по моему лицу.

— Почему ты убежала, Роза?

— Я никогда не скрывала, что это чужой для меня мир.

— И что, ты нашла способ вернуться обратно? — жестко спросил он, беря пальцами мой подбородок и сжимая. Я дернула головой, но дракон держал крепко.

— Нет.

— Так я и думал. Потому что такого способа нет.

Двэйн повернулся и отошел к столу, на котором в свете множества свечей переливались украшенные мозаикой шкатулки. Он откинул крышку самой большой, достал из нее что-то золотое и задумчиво повертел в руках. Наверняка какие-то сделанные из золота орудия для пыток. Именно так мне, по крайней мере, казалось.

Я дернула руками, но цепи, хоть и не причиняли боли, еще крепче обвились вокруг запястий и лодыжек.

Двэйн наконец нашел то, что искал, и направился ко мне. В кулаке он сжимал какой-то продолговатый предмет.

— И что ты сделаешь? Будешь пытать меня, а потом убьешь? — Я дернула зазвеневшими цепями. — Тогда сделай это поскорее! Если я не могу вернуться, здесь мне тоже жить незачем!

Двэйн усмехнулся, скривив уголок идеального рта.

— Чем тебе не угодил мой дворец, Роза? Я сделал тебя своей ашаей, ты ни в чем не нуждаешься…

— Это не мой мир, я чужая здесь!

Двэйн лениво пошевелил пальцами и золотые цепи, сковывавшие мои запястья, тихо звякнув, натянулись и заскользили вверх, вынуждая меня поднять руки над головой.

Двэйн подошёл почти вплотную, разжал кулак, предлагая мне полюбоваться средних размеров кожаной плетью с золотой рукоятью. Я судорожно вздохнула.

— Это место теперь — твой дом. А твоя жизнь принадлежит мне. Как и ты сама, — прорычал Двэйн, одной рукой сжав мое лицо и сминая поцелуем губы. Это был требовательный, жадный, жаркий поцелуй, от которого у меня закружилась голова и перехватило дыхание.

Я не могла увернуться, не могла убежать, не могла приказать оставить меня в покое. А дракон все яростнее целовал меня. Его зубы сомкнулись на моей нижней губе и чуть потянули, пальцы крепче впивались в скулы, а тело прижимались к моему. Я качнулась ему навстречу, и Двэйн с рычанием отстранился.

Я опустила взгляд на его напряжённый пах, увидев, как сильно натянута ткань штанов.

— Сегодня ты не дождешься снисхождения, Роза.

Пот выступил у меня на спине и побежал между лопатками. В сокровищнице вдруг стало невыносимо жарко. Двэйн взвесил на руке плетку и провел ей по моему подбородку, шее, ключицам, между грудей, по животу, изгибу бедер, а потом поднялся выше. Когда полоски кожи оказались между моих ног, я дернулась.

— Не нужно меня запугивать, — хрипло сказала я. — Если хочешь избить, приступай!

Прилива храбрости я вовсе не ощущала, но и унижаться не собиралась. Двэйн обошел меня и встал сзади. Ощутив прикосновение металла к своей шее, вздрогнула.

— Ты забыла свой кулон, — тихо сказал Двэйн, отдавая горячим дыханием мое ухо. Холодный драгоценный камень улёгся во впадинке горла, холодя кожу.

— Я… я не могу взять его. Он мне не нужен. Также как и ты.

— Думаешь, что отказываясь от моих даров, ты отказываешься и от меня?

— Так ты не будешь бить меня? — вместо ответа спросила я, с ужасом поняв, что Двэйн может сделать со мной что угодно, и никто не придет мне на помощь.

— Есть много других способов наказать беглую наложницу. Я мог бы продать тебя, но поступлю иначе.