Глава 7

Летели мы часа полтора. Сначала я разве что песни не пела от восторга. Потом постепенно начала ощущать, как затекают ноги, как попа принимает форму драконьих чешуй. А магия, которой Гадор защищал меня от сдувания с шеи, от затекания членов не помогала.

Чтобы отвлечься от ощущений в теле, я решила попробовать поговорить с ним. Навести мосты, как говорила Машка. Вдруг мой господин окажется столь любезен и поддержит беседу.

– Почтенный Гадор… – обратилась я к нему.

Дракон мысленно поморщился: видимо, это обращение ему совсем не понравилось.

Да, дракон. «Мой господин» – это будет наше лакомство. Сладость, которую я буду тебе выдавать за особые заслуги перед отечеством.

Лишь бы ты мои мысли не услышал…

Дракон не услышал. Или не обратил внимания. Или его не интересовал мой комариный писк. Он даже не поправил меня.

И я продолжила:

– А ты в который раз женат, если не секрет?

Это, кстати, интересный вопрос. Может, он женится в шестой или седьмой раз? Или в какой еще незаконный… сто двадцать первый, например? И решил потихоньку прикупить на рынке попаданочку, дабы не привлекать внимания к своим незаконным действиям.

Помолчав, дракон не слишком охотно ответил:

– В первый.

Ого! Но как так? Если здесь модно жениться, а дорогая жена – показатель твой состоятельности, то совершенно непонятно, почему долгоживущий дракон женился в первый раз. Это заставляло еще больше подозревать его в опасных скрытых целях на мой счет. Насколько ему приспичило, что решил даже жениться – впервые в жизни!

Было бы здорово поверить, что умудренный жизнью дракон, увидев меня, впервые влюбился и потащил под венец, пусть насильно, но со всей своей мрачно-прекрасной драконьей страстью. Впервые отважился связать себя узами брака ради большой любви. Но поверить в это я не могла. Тогда что же такое ему от меня понадобилось?

Дракон, явно прочитавший мои мысли, хмыкнул. При этом я начала краснеть, осознавая, что он лицезрел все картинки, сопровождавшие мои мысли.

– Не скажешь, да? – спросила я, чтобы выкинуть из головы романтический бред.

– Не скажу. Пригнись немного, сейчас будет крутой вираж. А я слишком спешу, чтобы вылавливать тебя в полете.

Я, конечно, послушалась. В том, что касалось вопросов аэродинамики и техники полета, он и верно стал моим господином.

Но беседу продолжила:

– А жаль. Я была бы спокойна и довольна, если бы знала всю правду. А так мне только и остается, что гадать на кофейной гуще…

– Гадать на чем? – с неожиданным интересом спросил он.

– На кофейной гуще. Это напиток такой… – вздохнула я и вкратце обрисовала ему, как пьют кофе, как потом смотрят «образы» в гуще. Сопроводила рассказ визуальными образами. И обонятельными тоже – попыталась максимально четко представить аромат свежезаваренного кофе. Дракону, кажется, понравилось. – Не знаю, есть ли у вас кофе, но, подозреваю, может подойти другой рассыпчатый напиток, – закончила я.

Все это время дракон никак не прерывал меня, не глумился и не ставил на место, а слушал с большим интересом и с еще большим интересом спросил:

– И ты хорошо гадаешь на кофейной гуще, раз решила выяснить мои цели именно этим способом?

– Нет! Это я образно выразилась. У нас есть такое выражение, и я перевела его на ваш язык.

– Хм… И тем не менее сегодня вечером покажешь мне, как это делается. Это может оказаться важным, – сообщил он.

– Чем важным?

– Посмотрим… А сейчас помолчи и дай подумать. А то спать уложу.

Я в очередной раз поразилась несправедливости жизни. Он легко читает мои мысли, а я не могу проникнуть в голову этому ящеру и выковырять из нее нужные сведения. Он еще и спать меня уложить может – загипнотизировать, видимо!

– Драконы не ящеры! – бросил Гадор. – И не имеют никакого отношения к пресмыкающимся. Мы – живородящие. Не несем никаких яиц. Запомни это навсегда! И держись. Мы прилетели.

Я вцепилась в шип и пригнулась, потому что мы резко пошли на снижение.

А внизу был целый город. Кварталы, состоявшие из дворцов и обычных корпусов, полигонов для тренировок на улицах и красивых террас, сверху смотрелись просто великолепно! Как цветной макет. А вот там, кажется, пивной ларек… В смысле ларек, где студенты покупают всякую снедь, чтобы перекусить в перерыве. И правда: крошечные фигурки, взяв в руки стаканчики, тут же садились на травку, скрестив ноги. Прямо как у меня дома.

Ах вот ты какая, Академия Магии!

Мне неожиданно стало спокойно. Вот уж где я чувствовала себя дома, так это в высшем учебном заведении. Главное, чтобы здесь не водилось Эйнштейнов.

Впрочем, я рано радовалась. Гадор ведь не учиться меня сюда привез (хотя я не отказалась бы!).

В общем, пока мы спускались, было хорошо, приятно, как будто на американских горках – только замедленных и без спазмов в животе. Но тут грянул гром. Непонятно откуда взялась страшная темно-лиловая туча. Сверкнула молния, другая… Налетел ураганный ветер. Хлынул такой ливень, что я подумала – сейчас меня смоет.

Не смыло. Гадор мысленно поморщился, и вокруг меня вдруг появилось нечто вроде невидимой сферы, через которую не пробивались струи воды.

Ах, какая магия! Мне бы такую. Я мысленно поблагодарила Гадора. Ничего не могу сказать – физически он меня берег. Правда, ногу и руки так и не подлечил пока. Да и косточки мои тогда в Доме Правосудия…

– Долго кости будешь припоминать? – очень зло рявкнул дракон.

Взревел (так, что я чуть не оглохла!) да стрелой устремился вверх. Я вцепилась в свой шип, американские горки внезапно стали самыми настоящими. Что происходит-то? Может, на нас напали? А-а-а! Только попала – и уже в магической битве участвую. Нет, очень интересно, конечно, но мы так не договаривались.

А в следующий миг вытянувшийся дракон изрыгнул… не пламя, нет, а голубую молнию. Прямо в центр пугающей тучи. Туча задергалась, как будто ее ранили в самое сердце, а потом взорвалась множеством лиловых капелек. Гром стих. Молнии больше не сверкали. Внизу красиво блестели на ярком солнце мокрые крыши.

Гадор взревел снова, спикировал вниз (ой, мамочки, как круто-то, вот теперь и спазмы в животе в полном размере!) и заложил угрожающей круг прямо над Академией. Студенты и всякие другие люди внизу даже начали пригибаться, с опаской поглядывая на разозленного дракона, но никто не убегал. Они тут, видать, к такому привычные.

Гадор счел демонстрацию своей мощи достаточной и быстренько приземлился возле стоявшего в сторонке особняка с белыми колоннами.

– Слезай, как залезла! – озабоченно и сердито сказал он мне.

И я осторожно полезла вниз по ноге. Это было не легче, чем забираться. Даже сложнее. Вон, с дерева спускаться тоже бывает страшнее и сложнее, чем на него взгромождаться.

На этот раз дракон был не столь терпелив, его мысленное хмыканье заставляло поторапливаться. В итоге я не выдержала – села на пятую точку и последние метры просто съехала по гладкой чешуе, как с горки.

– Оригинально! – бросил мне сердитый дракон, в мгновение ока превратился в разгневанного человека, схватил меня за руку и начал сверкать глазами, оглядываясь по сторонам.

Тут из-за кустов к нам бросился невысокий мужчина в сером сюртуке и заголосил:

– Ваша милость, простите! Никто не ожидал! Надеюсь, ваша… пассажирка не пострадала? Ой, простите, ваша… супруга…

Вот на лбу у меня, что ли, написано, что мы с драконом связаны скоропостижным браком?! Или просто магия какая позволяет видеть супружескую связь?

– Стихийники из пятой группы, видимо, опять решили потренироваться…

– Всю пятую группу стихийников – ко мне. На ментальную проверку, кто это сделал! – рявкнул дракон так, что дядечка вжал голову в плечи, а я вздрогнула. Суров, батька. Но в данном случае, похоже, справедлив. – Сколько раз я говорил, что правила нужно выполнять! Как будто не знают, что тренировки по стихийной магии вне занятий запрещены. Гнать их поганой метлой из Академии за подобное!

Ага, понятно. Стало даже смешно, хоть совсем недавно вызванный стихийниками апокалипсис мог убить меня. И наверняка убил бы, если бы Гадор не обезопасил.

Молодежь неисправима. Стоило главному начальнику и поборнику дисциплины улететь, как они устроили хулиганскую тренировку. Только начальник вернулся слишком быстро.

– Ваша милость, не извольте беспокоиться! – заголосил дядечка. – Все высушим, все уберем… Сейчас ребят соберу…

– Если вдруг не пойдут на отчисление, – чуть спокойнее бросил дракон, – будут сами и убираться. Чтоб ни капельки нигде, ни ручейка, ни огрызка поваленного дерева! Пойдем, жена, – кинул он мне. – Быстро. Сейчас разберусь с этими бешеными. А потом у меня ректорское совещание. До самого вечера, похоже!

И за руку потащил меня ко входу в белокаменный особняк.

Вот, значит, куда ты спешил, ящер мой чернокрылый. На ректорское совещание. Это – если вдруг кто не знает – такое совещание, где собирается весь «главный командный состав» учебного заведения. Ректор, проректоры по разным направлениям и деканы факультетов. А собравшись, обсуждают дела насущные да важные.

Очень мило. Утречком перед ректорским сгонять в отдаленный город, на рынок заглянуть, поглядеть на новеньких невест. И жениться между делом. Какая прелесть! Чтоб тебя, Гадор, деканы своими отчетами замучили! А мне что прикажешь все это время делать? Гадать на кофейной гуще?

Домишко у дракона был очень даже ничего – и снаружи, и внутри, где я чуть не открыла рот от представившегося мне классического великолепия. Нет, все эти залы, лестница наверх, изысканная мебель были не столько шикарны, сколько исполнены безупречного вкуса. Ничего лишнего и безумно красиво. А еще почти все тут было белым. Словно Гадор подбирал интерьер (сомневаюсь, конечно, что он делал это сам) по контрасту со своей второй ипостасью.

В холле нас встретил еще один пожилой дядечка. На этот раз – весьма благообразной наружности. Этакий классический английский дворецкий с аккуратной стрижкой и невозмутимым выражением лица.

– Моя жена! – кивнул на меня все еще сердитый Гадор. – Характер скверный. Пока будет в моих покоях. Кормить, но в разговоры не вступать, – велел он дядечке.

– Я попросила бы по поводу моего характера… – начала я.

Откуда этому дракону знать хоть что-то о моем характере? Я вообще белая и пушистая, если меня не продавать и не покупать. Если не ломать мне косточки и не пугать страшными рыками.

Но Гадор сверкнул на меня глазами и так сильно сжал мою многострадальную руку, что я предпочла не продолжать. А то вместо покоев запрет еще в чулане!

Невозмутимый дворецкий коротко и почтительно кивнул ректору. Словно заправский холостяк каждый день приводил домой по законной супруге. Вот она, старая «английская» школа!

– Как его зовут-то? – спросила я у Гадора.

– Сэмуанс Крайтон Бестерлак Куанси-младший. Он из почтенного рода дворецких ректоров Академии, – нейтральным тоном сообщил Гадор и добавил с ухмылкой: – Студенты обычно его называют дядя Сэм. Если видят. Он редко гуляет по территории, слишком предан своей работе.

– Понятно, – кивнула я и тихонько подумала, что при случае все же попробую допросить дядю Сэма. Вдруг преданность приказам «его тиранейшества ректора» не столь безоговорочна?

Дракон притащил меня в просторную комнату на втором этаже и задумчиво сказал:

– Сиди здесь. Дверь запечатаю магически. Сэм тебе обед через то окошечко подаст. Станет душно – выйди на балкон. Гулять пока запрещаю. Мне еще нужно… – Тут он осекся.

Но я не обратила на это особого внимания, потому что меня захлестнуло возмущение. Паразит! Он бы еще за ногу меня к батарее привязал! Дверь он, видите ли, запечатает! Я ему жена или кто?

– Разве я пленница, а не жена? – Я вырвала руку и гордо распрямила плечи. Пожалуй, впервые у меня получился тон той самой холодной королевы в изгнании, которой я хотела выглядеть.

– Судя по твоей реакции – это практически одно и то же, – со странным выражением лица сказал дракон. – Вот! – Он резко подошел к шкафу у дальней стены, где стояли книги. Поводил рукой вдоль полки и извлек на свет какое-то тоненькое пособие. Потом еще одно. – Чтоб до вечера прочитала и больше не делала глупостей! Если что непонятно – задашь вопросы. Приду – проверю.

Нахмурился, кинул книги на журнальный столик… и скрылся в неизвестном направлении, хлопнув дверью.

Оставшись одна в шикарном особняке Гадора, я могла только возмущенно смотреть вслед его широкой спине и хлопнувшей двери. Тут-то я наконец и поняла, почему его так зовут. От слова «гад». Однозначно. Родители как в воду глядели, когда имя сынку давали. Дальнейшие объяснения, думаю, излишни. И поведением в последнюю четверть часа он полностью оправдал свое имя.

Еще и экзамен по этим брошюркам решил мне устроить! Ну я ему покажу… Я ему такой экзамен устрою! Не знаю, правда, как. Кстати, что за брошюрки-то? Я присела в кресле возле столика и с любопытством взяла первую. Между прочим, очень полезное издание. Вот бы мне его четыре дня назад. Знаете, что это было?

Загрузка...