Последняя Ягиня, или Советы вредного домового

Глава 12

Коза, проводив меня до крыльца, ушла под яблоню и снова улеглась в тень. Поднявшись по ступеням, я зашла в светлицу и, сев возле окошка, взялась за пяльца. Решила потихоньку заканчивать уже вставленный в них рушник. Рядом, мигнув, повис огонек с посланием. Взяла его в руку и сжала. Кощей не все сказал… Видимо, сбила его с толку упоминанием жены.

«Вход в город пока закрыл. К сожалению, не учел, что он стал потреблять так много магии и вызвал аномалию, высасывая все, что мог, из окружающего мира. Прошу не распространяться об этом месте, все-таки надеюсь, ты понимаешь, о чем я».

М-да, теперь еще гадай, кто придумал эту ложь с побегом беременной Марьи! Кому хоть сплетня выгодна? Кощея иметь во врагах смерти подобно! Все его недруги давным-давно мертвы…

Раздался щелчок открывающегося портала. Кого еще нелегкая принесла? Выглянула в окошко – Адель? Что-то случилось? Слуги ведьмы шустро заносили свертки, коробы и даже мебель. Я решила выйти на порог, крикнув Василию:

– Собери покупки со двора, пока не знаю, что там прибыло. Наверное, комплектация гостевой и спальни… От всего понемногу.

– Да, хозяюшка! – Домовой чем-то был доволен.

Адель, проверив, все ли внесли, подошла ко мне. Я отступила, пропуская ее в избу. Проводила в гостиную, и мы расположились в креслах.

– Проход пропал, просто исчез. Доложили только сейчас. Они даже понятия не имеют, когда это произошло! – Тяжело дыша, она откинулась на спинку.

– Ну, столько шума создали вокруг него…

Расторопный домовой поставил нам по чашке чая и вазочке с выпечкой.

– Еще… Девушки, которые пропали, вдруг дали о себе знать, – вздохнула ведьма. – Они не хотят выходить замуж сейчас, а те женихи, что были им назначены, отвергнуты.

– Назначены? – Удивленно подняла я брови.

– Конечно, они же из крестьянских семей. Взяты на обучение, выдаем стипендию, поселили их в хороших комнатах… Сыты, обуты, одеты… А за чей счет? Будущих мужей!

– Ты сейчас себя слышишь? – нахмурилась я. – Еще скажи, что и ты с этого что-то получаешь!

– Получаю подарки в качестве благодарности! – невозмутимо ответила Адель.

– Ты явно с ума сошла! Что с тобой? Ты же никогда не была такой! Зачем тебе все эти подарки, деньги? Для кого ты их собираешь? В могилу потянешь? Сколько тебе осталось? Сотня или меньше того? Любовь и парность на подарки променяла?! – Я непонимающе уставилась на нее.

– И что? Сейчас я хочу хорошо жить… Ты-то тоже это осознала!

– У меня денег после батюшки осталось столько, что еще моим праправнукам хватит! Но у меня шанс есть, что они будут! А ты? Ты кому все оставишь?

– Не твоего скудного ума дела! – закричала Адель, вскакивая.

– Да, не узнать тебя! Ты со стороны посмотри, как это выглядит! По сути продаешь девочек замуж! Ты же никогда так не поступала! А другие ведьмы ковена поддерживают тебя?

– Не тебе меня осуждать! Думаешь, не знаю, что уже третий кандидат около тебя ошивается? От большой любви замуж собралась? Станислав – самородок, магии крохи, а уже по всему уезду растрезвонил, что свадьбу с тебой назначил!

– Так я не торгую девушками! За подарки! – Мне очень не понравились ее слова про так называемого женишка!

Ведьма встала и с достоинством королевы направилась к выходу. Молча, прямая, как палка, с поджатыми губами.

– Когда в следующий раз будешь девушку продавать очередному «выгодному» жениху, подумай, как это выглядит со стороны… А еще проверь себя на порчу или заклятие. Не верю, что из доброй женщины, опекающей сирот, ты вдруг стала алчной тварью! – желчно выплюнула я.

Она же просто ушла с показным хладнокровием, но я знала, что каждое мое слово бьет Адель хлеще пощечины. Недолго думая повесила запрет для нее на вход в мой дом. Вдруг настолько изменилась, что захочет мстить?

Ну что, посмотрим, что мне пришло из заказов? Большую часть я все-таки уже получила. Теперь доставили мелочи и мебель, даже серебро с вензелями привезли.

Я осмотрела то, что осталось в холле.

– Василий, вот эти два посудных шкафа – в гостиную. Туда же фарфор и серебряную посуду. Также занавески и тюль. Ковер перед креслами надо постелить, но чуть позже. Сейчас буду лаком все покрывать в два слоя! А завтра с утра и занавесим окно, стены тканью отделаем, ковры уложим. Красота будет… – мечтательно вздохнула я. – Начнем раскладывать безделушки красивые по полочкам… А то до сих пор лежат упакованные!

– Хозяюшка, дверь бы поменять входную, не смотрится она туточки! – вклинился в мою речь домовой.

– Чего? – Удивленно оглянулась. Точно, забыла! Два красивых окна теперь, а между ними старая дверь осталась.

Не хотелось тратить много магии… Что уж поделать, вместо пуховой перины опять на печи заночую!

Напряглась, начиная переделывать, и вскоре на месте двери появилась новая: резная, дубовая. Сейчас еще найду ручки в виде львов, покрою их лаком, и будет картина маслом!

Покрытие наносила с верхнего этажа. Прошлась по спальне, гостевой, кабинету, лестнице, холлу, двери тоже не забыла. В итоге, обработав в два слоя все, что нужно, опять уморилась. Умылась в тазу в светлице, поужинала и забралась на печь. Сейчас огневик меня силами подпитает… А завтра дел снова невпроворот!

Мысли толком не давали уснуть. Слишком много их было, и все противоречили друг другу.

Завтракала все так же в раздумьях, не понимая, что предпринять и на что решиться, а о чем забыть.

– О чем, Ягинюшка, призадумалась? – тихо спросил домовой. Он взялся за тесто на хлеб, ставя квашню.

– О многом, и это не дает мне покоя…

– Неужто о вчерашних словах ведьмы? Забудь! Живи своим умом! Тебе самой надо решить, что для тебя важнее. Расставь все по полочкам: что-то – повыше, что-то – пониже. И вот увидишь, что с глаз долой, а что вообще в сундук, не вспоминать бы!

– Ты прав, так и сделаю. Дам себе день – два. Приведу мысли в порядок, а там, может, решиться само собой.

– Пойдем-ка, хозяюшка, порядок до конца наводить? А то что ж кладовую не по делу забили?

– Пошли, отвлекусь заодно, – согласилась я, допивая чай.

Вышла в холл. Пожалуй, начнем с часов напольных, им тут самое место. Взмах руки – и они встали в гостиной около дверей. Стены решила оставить просто белыми, с покрытием из легкой ткани с почти невидимым серебристым узором. Рядом со входом и около лестницы расположились шесть трехрожковых канделябров. Ковровая дорожка легла вниз по ступеням от самого порога. А над головой повисла бронзовая люстра с хрустальными подвесками на тридцать свечей.

Окна украсила легкая органза на резном карнизе. Двери в светлице и гостиной на выходе перекликались одинаковой резьбой цвета мореного дуба и бронзовыми ручками в виде львов.

– Красиво, да? – подмигнула пыхтящему домовому, расставляющему свечи.

– Нужно еще докупить! Все, что есть, уйдет сегодня в канделябры и на люстру, про запас не останется! – буркнул тот.

– Внесла в список, давай теперь в гостиную. Она так-то заполнена, но надо ковер постелить, безделушки по полочкам расставить… А еще я вспомнила, что хотела ванную сделать! Но для такого дела лучше знающего мастера звать.

– Это еще зачем?

– А чтоб зимой не в тазу умываться, а в красивой раковине! Да и баню каждый раз зачем топить?

– Не барское дело, в тазу плескаться?

– Чем ты опять недоволен?

– Сто лет сидела, а тут так рьяно взялась за переделку! И замуж срочно, за абы кого!

– Ты чего это опять возомнил о себе?! – Уперев руки в бока, следила за тем, как он размещает фарфоровые статуэтки. Мимоходом отметила, что здесь бы еще камин не помешал…

– Да ничего… Не думал, что будет так суетно!

Не стала ему отвечать – сама уже вымоталась донельзя! А все лень-матушка, как белке в колесе крутиться приходится! Кажется, даже схуднула чуток! Сделала себе заметку про камин, да и про дрова надо не забыть… Был бы леший жив, вообще проблему бы быстро решили! Он бы мне поваленных деревьев принес, и все, на зиму обеспечена!

Окинула взглядом гостиную, смотря, что еще можно добавить. По-моему, все на месте: шторы, ковер, посуда, стол…

– Так, на стол скатерть нужно, ту, что с шелковыми кистями! Вазу посередине поставим – засушу цветов каких-нибудь осенних… Да, и про часы забыли! Давай сюда те, что с кукушкой! А в виде совы ко мне лучше отнести.

Как только домовой управился, поднялась в свою новую спальню. Сегодня хочу тут ночевать. Хватит на лавке да на печи ютиться!

В целом, комната была уже готова, оставалась лишь гардеробная. Там еще предстояло все развесить и расставить, ведь вещи так и стояли нетронутыми в сундуках.

Под ногами расстелился ковер, часы переместились на туалетный столик. Раскрыв дверцы, я подмечала, что и куда повешу. Из первого быстро достала платья – они пришли сразу с деревянными вешалками. Белье и обувь отправились по полочкам, за ними перчатки, платки… Две шкатулки с украшениями оставила на столике с большим зеркалом. Возле него стояло красивое резное кресло. Платки, что купила на рынке, тоже нашли себе место. А два освободившихся сундука я расставила по обеим сторонам от кровати.

– Что, без дела оставишь? – уточнил Василий.

– Нет, сюда постельное белье будем складывать, за зиму сошью. Еще и подушки пуховые, рушники смастерю…

Гостевую спальню особо не стала украшать. Постель, ковер, шторы, небольшой письменный стол и стул – вот и вся комната. Вместо гардеробной поставила простой, но вместительный шкаф. На очереди был лишь кабинет, но там осталось разложить то, что покупалось про запас или вместо закончившихся ингредиентов. Пора было начинать писать новый список покупок и переделок… чтобы ни о чем не забыть!

Домовой уже принес три ящика и две корзины. Но так как сам был сведущ, облегчил мне задачу: стал расставлять все по полкам или класть в ящичек в специальном комоде. Травки аккуратно развесил по стене.

Я поправила чернильницу, взяла чистый лист бумаги и села, уставившись на него. Снова нахлынули ночные думы, словно комары жужжа в голове. И что мне с ними делать?

Во дворе вдруг что-то загрохотало, раздались дикие крики петуха и козы… Это еще что такое?!

Пришлось поторопиться: не терплю, когда у меня во дворе кто-то хозяйничает! Но перед избой никого не оказалось, и я трусцой побежала на задний двор.

Станислав, каким-то ветром занесенный сюда, держал подмышкой петуха, выдергивая из него перья. На живую ощипывал птицу! Коза была заперта в сарае и истошно вопила.

Недолго думая кинула в парочку заклинание обездвиживания. Вернее в ведьмака… Ну и зацепила живность в руках! Идя к козе, чтобы выпустить ее, заметила, что нужник открыт. Сюртук Станислава валялся пожеванный, а рядом лежала куча почти съеденных листов бумаги. Едва я открыла дверь, коза стрелой вылетела, чуть ли не сбив меня, и воткнула рога в филейную… ну, не очень филейную, а тощую часть ведьмака! С точностью пушечного ядра! Тот улетел прямиком в нужник, проваливаясь в яму.

Я только и смогла прижать ладонь ко рту, застыв от неожиданности. Из ямы вылетел недовольный петух, изрядно ощипанный. Отряхнулся и важно так пошел… Слегка покачиваясь, заквохотал. Коза же решила закончить дело: дожевать бумаги.

Из нужника вылез Станислав. Брань во дворе стояла отборная, я прямо заслушалась. Такого виртуозного исполнения еще ни от кого не слышала! Скажу прямо, была в восхищении! Вот не терплю ругательств, но тут хоть записывай для потомков!

Мастер крепкого словца угрожающе двинулся на козу. Единственное, чему я была рада, – сильно женишок не испачкался, нужник же новый. Но восстанавливать придется!

– Не трогать! – рявкнула на весь двор и всем сразу.

Ведьмак замер с протянутой к козе рукой. Та сделала вид, что вообще шла мимо… и не собиралась никого насаживать на рога. Подхватив последний кусочек бумаги, потрусила на поляну за забором. Петух же, собравшийся в атаку со взъерошенными перьями, прикинулся глухим и слепым и, пошатываясь, поплелся следом за подругой.

– Значит, так! – На ум пришло решение первого мучающего меня вопроса. – Я тебя не достойна! Насчет приданого обманула – нет его! Характер у меня, как у батюшки Змея Горыныча: нервный, злобный, чисто змеюка!

Говорю, а сама смотрю ему в глаза и творю заговор, чтобы убедить в своих словах.

– Ты никого не искал, все следы вели по ложному пути. Образ, что нарисовал, забудь – его не существует. Девочки-сиротки, которых не нашел, обычные, неодаренные. Крестьяне ошиблись, не было чудес! Ступай, не состоится у нас свадьба!

Сама бочком, зажимая нос, обошла его стороной. Ведьмак, словно задумавшись, глянул на меня, подбирая сюртук и магическим пассом очищая себя.

– Старая карга! Обманщица! – Очнувшись, заторопился на выход.

– Иди-иди, с миром, пока… – нахмурилась я.

Домовой подсунул ему камешек под ноги, придавая скорости при падении в портал. Я же повесила новый запрет на посещение – теперь для Станислава.

Села на крыльцо, оперлась на колени локтями и вздохнула, смахивая с щеки внезапно побежавшую слезу.

– Хозяюшка? – О ноги потерся банник в облике кота.

– Не видать мне деток, не смогу я переступить через себя!

– Своих не будет, чужих сирот приласкай. – Кот забрался ко мне на руки и громко затарахтел. – Добро всегда воздастся!

– Что ты сейчас сказал? – Подхватив банника, заглянула ему в глаза.

– То и сказал… Дай сиротам познать материнскую ласку!

– Так ты же прав! – Прижала Степана к большой груди. Вот и решение второй моей проблемы, сон укравшей! У Кощея-то, вон, сколько девок, а наставницы нет! Все равно не смогу переступить через себя и пойти на мезальянс! Пусть хоть так знания в мир уйдут, может, потом и родится Ягиня мне на замену…

Кот, поняв, что я не собираюсь его отпускать, растворился из моих объятий и заново появился на дорожке.

– Ох, петуха же надо спасать! У него только хвостовые перья начали отрастать! – спохватилась я и побежала за мазью. Хотя тут уже нужно не мазать, а целиком купать!

Сделала новый раствор, пожиже. Сейчас в баньке в таз с водой засуну, и пусть купается. Не забыть бы руки заговорить, а то сама вся буду в шерсти…

Помню, в юности сделала мазь да начала лечить приблуду-лисенка, больного лишаем. Про руки не вспомнила, а через три дня на пальцах такой шикарный мех вырос!..

Повеселела от воспоминаний, пока шла на поле, чтобы забрать раненного в бою рыцаря. Петух лежал под деревом, закатив глаза. Видать, хорошо ему досталось. Коза тыкала его носом, пытаясь расшевелить.

– Давай-ка, дружок, полечим тебя! – Подхватила тельце птицы и понесла в баню. – Степан, скажи домовому, пусть накапает настойки для придания сил. Думаю, пять капель хватит! – Петух в моих руках снова закатил глаза. – Э, нет, десять лучше!

Банник налил теплой воды в таз. Я добавила туда спасительный раствор и уложила раненого рыцаря. Раскрыв ему клюв, напоила настойкой. Быстро и тщательно смочив тельце страдальца, усадила его на верхнюю полку.

– Сохни тут! Нечего шастать по двору! – велела я.

Вышла из бани и направилась в дом. В голове постепенно стихало шуршание мыслей, ранее не дающее покоя. Но пришла новая. Небольшая, скорее соринка, мешающая собрать все в кучу и разложить по полочкам.

Решила послать Кощею весточку о том, что с обучением я помогу, но позже. Пока нужно довести до конца ремонт в избе. Еще и квартира должна поспеть к осени… Нечего как семиделиха за все хвататься!

Отобедав, я ушла в сад. Пора обрезать лишнюю траву, чтобы двор не портили заросли. Но едва я вышла на порог, как меня буквально оглушил почти победный крик петуха. Да не абы где, а на самом верху избы!

– Много ему десять капель-то было! – кивнула себе и сняла магической петлей нетрезвого победителя зла. Закутав в полотенце, унесла в сарай и посадила в гнездо для курей. Те были возмущены и смотрели с неодобрением. – А что поделать? Терпите, бабоньки! Мужик же! – пожала плечами, уходя в сад.

Завтра будет новый день, будет и пища! С этими словами я, опять намаявшись к вечеру, ложилась спать на новую и мягкую перину.

Домовой накормил меня завтраком от души, словно я сроду не ела. Видно, и впрямь похудела!

Прикинула, что хочу сделать сегодня. С переделкой дома пока закончено, а шитье оставлю на зиму. Ах да, козу собиралась перед холодами вычесать! Пух у нее хороший, белый, платок будет красивым! Если еще и неплотно связать, а с рисунком, получится сказочно!

Найдя пуходерку и вооружившись ею, ушла к сараю.

– Идем-ка, милая, сюда! – Поманила животинку куском черного хлеба. Машка подошла ближе. Обнюхав все, что было в моих руках, подставила бок и меланхолично зажевала хлеб.

Пуха было много. Вычесав оба бока, прошлась по шее и даже немного полному животу. Случайно прикоснувшись к нему, замерла. И правда, девочки! Но то, что я там увидела, мне совсем не понравилось. Не могут неродившиеся козочки разумными быть!

Надо поднять записи матери, вернее мои. Мама хоть и была батюшкой грамоте обучена, но все писала я, когда перенимала у нее опыт. Каждый рассказ был учтен, даже сказки, которые она мне в детстве поведала. Ведь, как говорится, сказка – ложь, да в ней намек!

– Забыла про твоего дружка! – В сарае раздался возмущенный клекот петуха.

Вынув из полотенца, опустила на пол рыцаря. Встряхнув остатками перьев, он стал важно вышагивать. Покачала головой – как выпадет свободная минутка, надо поднимать записи. Я должна понять, что это за странная парочка!

Козу вывела на поле, оставив калитку открытой. Набрала ведро чистой воды и поставила в тень сарая. Насыпала живности ячменя и пошла собирать пух. Сразу прочешу его еще раз и буду прясть, а то сильно сваляется, если полежит.

До обеда веретено было полным. Нить получилась тонкой и гладкой, без единого комка. Смотав в клубок, убрала в корзину. Еще пару таких – и все, можно связать шаль! Пока ела, поняла, что особо важных дел на послеобеденное время не запланировано. Завтра с утра пойду со списком по лавкам и на рынок. Нужно еще и записку Марии послать, чтобы о доставке в дом Адель сама мне сообщала. Осталось доработать пух и сесть за пяльцы. Тоже своеобразный отдых взамен привычной суете.

– Василий, приготовил список того, что завтра покупать придется? – Я закончила прясть и наконец-то довышивала один из рушников. Пальцы уже немели, а глаза чесались от усталости. Даже зажженные свечи не помогали. Ужин стыл, ведь я твердо решила довести дело до конца. Только отвлеклась один раз, заведя козу в сарай и закрыв ее там.

– Да, хозяюшка! Умоталась ты опять сегодня, может, завтра отдохнешь?

– Зима впереди, тогда и отдохну! И это, приготовь мне суму заговоренную. Не понесу большие корзинки – тяжести таскать надоело. Дай мне маленькую для виду!

Умывшись в тазу, снова вернулась к мыслям о ванной возле спален. Может, найти завтра мастеров, что сарай и баню делали? Небось без работы остались! Удача-то будет действовать по нарастающей!