Гримуар чернокнижника

Глава 1

В зале придорожного трактира царила утренняя суета. Я успела съесть половину порции еще горячей яичницы с ветчиной, пока мой спутник изучал всех посетителей придирчивым взглядом. Такая бдительность была чрезмерной. Небольшой городок под названием Данвич стоял на пути королевского тракта. Здесь, в самом центре континента, всех чудовищ и разбойников давным-давно вывели, так что большинство путешественников обходились вовсе без охраны.

Но Натаниэля такие мелочи не волновали. Высокий и жилистый, он ловко обращается со всеми видами оружия и носит при себе арсенал, которого хватило бы для целого отряда. Вдобавок Нат – оборотень. Вторая ипостась дает ему более чуткий слух, острое зрение и невероятное обоняние, а также способность двигаться быстрее любого человека.

Он появился в замке пятнадцать лет назад, сразу после рождения близнецов, и посвятил себя охране нашего семейства. Руководил отрядом замковой стражи и вместе с отцом учил сражаться меня, моих братьев и сестер. Среди обитателей замка очень немногие были осведомлены об истинной природе начальника стражи.

Рассказывать о себе и своем прошлом Нат не любит. Кроме того, что клан оборотней он покинул давно и не по своей воле, я почти ничего не знала. Несмотря на внешнюю суровость и неразговорчивость, за эти годы Натаниэль стал для нас вторым дядей. Мы обожаем его так же, как Майкла, младшего брата отца. Отличие только в том, что Майк, известный путешественник и исследователь, появляется в нашем замке наездами, в промежутках между экспедициями, а Нат все время рядом.

В последние несколько дней вся его забота и внимание доставались одной мне, и это явно было чересчур. Я скептически поинтересовалась:

– Ты действительно считаешь, что кто-нибудь здесь может быть опасен?

– То, что кто-то безобидно выглядит, не значит, что он таковым и является, – наставительно заметил оборотень.

– Не поспоришь, – фыркнула я, проследив за его взглядом, направленным на третью участницу нашей компании.

Невысокая и хрупкая Изабелла, весело болтавшая с трактирщиком, наглядно подтверждала только что высказанное мнение. Она была одной из самых сильных ведьм, которых я знала, уступая только матушке. Пару лет назад Белла приехала в Нортрингтон, столицу нашего королевства, на летний фестиваль чародеев и осталась в качестве первой помощницы городского мага.

Иногда мне казалось, что отношения моих сопровождающих выходят за рамки рабочих или, по крайней мере, могли бы за них выйти, если бы Нат хоть на мгновение отвлекся от своих обязанностей. К сожалению, рассчитывать на такое не приходилось.

– И ты действительно не будешь спорить? – вскинул брови Натаниэль. – Это что-то новенькое. Впрочем, я только рад.

Он придвинул к себе тарелку, на которой громоздилась тройная порция жареного мяса.

– Насчет Беллы я спорить не буду, но остальные посетители трактира абсолютно безобидны, признай это.

Нат одарил меня укоризненным взглядом.

– Кажется, ты только что обещала не спорить.

Я раздраженно фыркнула.

– Ты мне и шагу не даешь ступить!

Натаниэль помрачнел и отодвинул тарелку.

– Ваше высочество, я отвечаю за вашу безопасность перед королем и королевой.

Официальное обращение означало, что шутки закончились. Но я не сдавалась.

– Сейчас я просто мэтрина Штольц. Другие девушки моего возраста ходят свободно.

– На других мне наплевать! – рыкнул оборотень.

– Тише, не привлекай ненужное внимание, – остановила его Изабелла, вернувшаяся к столу в разгар нашей перепалки. – Мы ведь именно поэтому не взяли большой вооруженный эскорт. – Не успела я обрадоваться поддержке, как она добавила: – Вам обоим нужно быть осторожнее и не вести такие разговоры там, где их могут услышать чужие уши. Я прикрываю нас чарами, но когда меня нет поблизости, будьте сдержаннее.

– Да кому мы нужны? – буркнула я.

Изабелла вздохнула.

– Потерпи еще немного, к обеду мы доберемся до острова Вран. Там на каждом углу патрули, так что ты сможешь от нас отдохнуть.

Мне стало совестно.

– Я не хочу отдыхать от вас. Просто сейчас я себя чувствую трехлетним ребенком, которого даже на шаг не отпускают от себя строгие родители.

Нат фыркнул, возвращаясь к своей тарелке.

– Потерпи еще полдня, ребенок. Потом мы передадим тебя на попечение черного мага, и ты поймешь, что ведьма и оборотень – не самая худшая компания.

При мысли обо всем, что меня ожидает в ближайшее время, настроение моментально испортилось.

Наш путь лежал на остров Вран, где несколько столетий назад был основан университет общих и магических наук, к сегодняшнему дню ставший самым известным учебным заведением на континенте. Там же, на острове, находится резиденция Дозора, ордена магов.

Благодаря присутствию волшебников, а также накопленным за века деньгам и связям остров был вне политики. Учиться в университете мог любой сдавший вступительные экзамены. По неписаным правилам на время обучения титулы студентов отодвигались в сторону. Шейхи, герцоги и принцессы превращались в мэтров и мэтрин. Мама не преминула строго сказать, что о приличном поведении забывать не следует, а папа со смехом припомнил парочку историй времен своего студенчества, напрочь это опровергающих.

Отец с отличием окончил общий факультет, а мама была вольнослушательницей на магическом и прошла трехлетнюю программу экстерном за пять месяцев, после чего родила меня и к учебе уже не вернулась, несмотря на уговоры преподавателей. На этом фоне тот факт, что я даже не была уверена в своем поступлении, становился еще более огорчительным.

Способность общаться с призраками встречается крайне редко. Мама рассказала мне о том, что знала, честно предупредив, что сталкивалась с призраком лишь однажды. С поисками наставника возникли проблемы. Ближе всего мои способности были к некромантии. У обладателей такого дара есть две дороги: стать зловещим чернокнижником, практикующим темные искусства и живущим вне закона, или официальным черным магом, принеся нерушимую клятву не использовать свой дар во вред. Первые известны по древним легендам и статьям в газетах, которые приписывали чернокнижникам все мало-мальски непонятные происшествия, а вторые скрывают имена и лица и служат в Дозоре. По понятным причинам ни тех, ни других пригласить в наш замок на роль учителя не вышло бы.

В итоге мама смогла договориться с одним из своих старых знакомых. Доминик Мур, пожилой чародей, уже давно забросивший опасные странствия и осевший на острове Вран, преподавал в университете и согласился в течение месяца до начала экзаменов заниматься со мной. По итогам я должна была разобраться со своими способностями и поступить на магический факультет.

Вся семья не сомневалась в успехе, только я не разделяла общего оптимизма. Братьям и сестрам магия давалась легко, а вот у меня даже простейшие задания вызывали затруднения. Фактически получалось только общаться с призраками. Я справедливо опасалась, что для поступления этого будет недостаточно, и переживала, что выставлю себя неумехой перед маминым знакомым.

Этим проблемы не ограничивались. В последние несколько месяцев в Тенории, нашем королевстве, несчастья следовали одно за другим. Вспышки неизвестных ранее болезней, внезапная засуха, сгубившая половину урожая, нападения нечисти на обозы, чего не случалось уже десятки лет, опустошили казну и вселили страх в сердца людей. Родители метались из одного города в другой, пытаясь снизить ущерб. Мама подозревала за всеми происшествиями чью-то злую волю, но никаких подтверждений этого найти не удавалось. Уезжать на учебу в такой момент казалось мне предательством, но все родные в один голос твердили, что упустить этот шанс будет просто глупо. К следующему году чародей вполне мог передумать.

После памятного бала, на котором я нежданно-негаданно заполучила в свое владение лампу с джинном, было искушение вручить ее родителям и стать героиней. Двумя желаниями можно было поправить наши дела, а третьим снова вернуть джинна в лампу. Я медлила. После короткого, но памятного общения хитрый обитатель лампы не внушал доверия.

Поиски в библиотеке замка подтвердили мои опасения. Немногие авторы, упоминавшие в своих историях джиннов, единогласно считали, что коварство и злопамятность этих созданий не уступают их могуществу. Исключением был только живший несколько столетий назад легендарный маг по имени Джафир. Его желания джинны якобы исполняли без подвоха и без счета. Большинство историков считали эту фигуру мифической.

Вскоре в газеты просочились слухи, что старинный клад, найденный Гастоном, оказался проклятым. При попытке взять из сундука даже мелкую монетку на человека начинали сыпаться несчастья. Клад пришлось передать в Дозор. Замок продолжал висеть в воздухе, но его обитателям начали сниться кошмары. Сейчас маги пытались разобраться в зловредном колдовстве и вернуть замок на землю, а королевской семье пришлось переехать в другую резиденцию.

Стало ясно, что прибегать к помощи джинна не стоит. Беда в том, что несчастья и не думали заканчиваться. На востоке мороз побил свежие посевы, на западе крысы напали на продуктовые склады, и даже в замке народ все громче поговаривал о проклятии. Снова вспомнили, что мама была и остается ведьмой, отец стал мрачным. Я не могла рисковать, рассказывая родителям о джинне.

В последние пару недель все было тихо. На семейном совете родители посовещались и решили, что откладывать мое поступление на год нет смысла. По поводу самой поездки мнения разделились. Нат настаивал на большом вооруженном отряде, отец возражал, что это привлечет ненужное внимание. Крепко поругавшись, все наконец согласились, что Натаниэль и Изабелла вдвоем смогут одолеть целую армию, а выглядят куда безобиднее отряда.

Дорога до острова шла по королевскому тракту. Мы ехали в неприметной карете без герба. Одежда была удобной, не роскошной. Немногочисленные драгоценности лежали в багаже, я надела только зачарованное мамой серебряное кольцо, которое ношу постоянно. Мы не выделялись среди других путешественников, что не мешало Нату пребывать в состоянии вечной подозрительности. На острове нас ждал арендованный домик. После поступления я должна была переехать в общежитие. Ну или вернуться домой вместе с Натом и Беллой, если провалюсь.

Эта мысль не давала мне покоя. После напоминания о скорой встрече с магом, который должен был решить мою судьбу, в желудке похолодело. Изабелла ткнула Натаниэля в бок своим острым кулачком.

– Хватит ее пугать! Видишь же, она и так нервничает!

Оборотень не смягчился.

– Вот и хорошо, будет осторожнее. У меня дурное предчувствие.

Изабелла поджала губы.

– У тебя каждый день дурное предчувствие.

– Ладно, – сказала я с напускной небрежностью. – В крайнем случае этот Доминик Мур просто подтвердит, что моих способностей недостаточно для обучения, и мы все вместе вернемся домой.

Мои спутники отвлеклись от перепалки и уставились на меня с одинаковым изумлением. Первой отмерла Изабелла.

– С чего тебе это в голову пришло?.. Так вот почему ты себе места не находишь! Бри, ты в любом случае будешь учиться в университете, не волнуйся на этот счет.

– Мы все прекрасно знаем, что я не владею магией в отличие от всех остальных членов моей семьи.

– Не всех, – напомнил Нат. – Грегори тоже не маг. И это не помешало ему закончить учебу с отличием.

– Папа учился на общем факультете. Для поступления туда нужно сдать сложнейшие экзамены или заплатить кучу денег.

– На этот маловероятный случай мы везем с собой целый сундук драгоценных камней, – ошеломила меня Белла. – Но я бы на твоем месте не переживала – маги ни за что не упустят человека с твоим даром. Специалистов по черной магии очень мало, каждый из них на вес золота.

– Я не специалист, – напомнила я угрюмо. – Я могу видеть призраков – на этом все.

Натаниэль подмигнул мне.

– Поэтому ты и едешь учиться. – Он понизил голос. – Послушай, я многое могу сказать про старика, но надо отдать ему должное, он далеко не дурак.

– Так ты знаешь этого Мура? И молчал?

– Это не самые приятные воспоминания.

Оборотень, не отдавая себе отчета, приложил ладонь к груди.

– Это он сделал тебе татуировку? – пораженно выдохнула я.

На груди Натаниэля красуется сложный рисунок из переплетенных рун, который защищает его от действия любой магии. Оборотень не любит говорить об этом и никогда не рассказывал, как он обзавелся такой защитой, только однажды обмолвился, что к этому причастны родители.

– Да. Не то чтобы он очень этого хотел, но Зои его уговорила.

– Мама это умеет, – развеселилась я.

Опасения начали отступать, но внезапно послышался знакомый вкрадчивый голос:

– Моей госпоже стоит только пожелать, и она окажется в университете, – прошелестел джинн, напомнив о еще одной нерешенной проблеме.

Лампу приходилось постоянно держать при себе, чтобы на нее ненароком кто-нибудь не наткнулся. В замке джинн сидел тихо, но стоило только отъехать, как он повадился общаться со мной, суля исполнить любые желания. Слышать его могли только я и призрак, ставший моим постоянным компаньоном. За время нашего общения я успела узнать, что его зовут Персиваль и он обожает читать мне мораль.

Перси тут же появился рядом и обеспокоенно взглянул на меня.

– Гризельда, не вздумай!

– Ты начинаешь надоедать мне, унылый призрак, – протянул джинн с отчетливой угрозой в голосе.

– Твоего мнения никто не спрашивал, – высокомерно бросил Перси.

– Я смотрю, кто-то изрядно осмелел. Совсем недавно, когда твоей хозяйке действительно требовалась помощь, ты трусливо сбежал, стоило мне только нахмурить брови, а сейчас разговорился.

– В отличие от тебя хозяев у меня нет. Гризельда – моя подруга, и я не позволю тебе…

– Да кто ты такой, чтобы что-то мне не позволять?

– Не пытайся меня запугать! Гризельда достаточно умна, чтобы навсегда оставить тебя в лампе, а сидя в ней, ты мне ничего не сделаешь!

– Ты в этом так уверен? – прорычал джинн без всяких признаков веселья.

– Только попробуй, и я…

– Замолчите оба! – не сдержалась я.

Натаниэль и Изабелла замолчали на полуслове и уставились на меня с одинаковым вопросом в глазах. Я вздохнула.

– Извините, это я не вам, а парочке чересчур болтливых призраков.

Персиваль поджал губы с видом оскорбленного достоинства и растворился в воздухе. Джинн тоже исчез.

Не приходилось сомневаться, что участь навсегда остаться в лампе его нисколько не прельщает и он приложит все усилия для того, чтобы оттуда выбраться. И вот тогда не поздоровится всем, кто будет вокруг, а больше всего – человеку, который приложил все усилия, чтобы не дать ему освободиться еще две недели назад, то есть мне.

Я отодвинула неприятные мысли и встала из-за стола.

– Отправляемся? Нас ждет остров Вран!