Адское пламя. 7. Приворот для демона

Глава 12

Прикрыв глаза, Тереза прильнула к губам Марбаса. Она осторожно зарылась пальцами в его волосы. Наощупь они оказались удивительно шелковистыми, как кошачья шерсть.

Он ответил, обнимая за талию. Одна рука скользнула вверх по позвоночнику. Плавное движение, отзывающееся сотнями мурашек. Когда ладонь добралась до обнаженной шеи, на тело нахлынула волна тепла.

В поцелуе Марбас изводил нежностью и неторопливостью. Он явно провоцировал, чтобы Тереза первой потеряла контроль. А сам медленно сминал ее губы своими, давая прочувствовать каждый момент.

Она ослабела в кольце объятий. Возбуждение, как тягучая патока, потекло по венам, нарастая жаром внизу живота. Прогнувшись в спине, Тереза подалась ближе к Марбасу.

Его язык искушающе прошелся по ее губам. Она приоткрыла рот, принимая игру. Новый взрыв ощущений вскружил голову. Языки чувственно сплелись, и Тереза подчинилась томительному и сладкому темпу.

Ладони медленно спустились на плечи Марбаса, а после – вниз по его груди. Полезли мысли, как он выглядит без рубашки, когда ткань не скрывает красивое тело. Пальцы дотронулись до верхней пуговицы, но потом замерли.

С заметным усилием Марбас прервался. Глаза лихорадочно заблестели, а с еще приоткрытых губ слетело сбившееся дыхание.

– Не играй со мной, – хрипловато выдохнул он. – Ты понятия не имеешь, чего мне стоило не сорвать с тебя это платье еще в машине.

Марбас проследил кончиками пальцев смелый вырез платья. От плеча, по ключице, совсем близко к груди… У Терезы сорвалось дыхание. Сердце, замерев, сбилось с ритма.

– Прости, не знаю, что на меня нашло, – смущенно пробормотала она.

Тереза отвернула лицо. Лишь бы не видеть, какой жадный и влекущий стал взгляд Марбаса.

Он поймал за подбородок, вновь поворачивая к себе.

– Поздно, – прозвучало жестко, как приговор.

Поцеловав, Марбас напоследок прикусил ее нижнюю губу. Тем временем пальцы нашли застежку на платье. Он потянул язычок «молнии» вниз медленно, почти беззвучно. Взгляды встретились, и Тереза поняла, что еще можно все остановить. Только уже не смогла.

Марбас мягко опустил спиной на ковер. Трепещущий свет огня обрисовал плечистую мужскую фигуру. Тереза погладила по щеке, а после пальцы прошлись по шее к воротнику рубашки. Кожа Марбаса показалась раскаленной.

Он наклонился ниже, украв еще один поцелуй. А потом губы легкими касаниями скользнули по шее. Кончик языка игриво проследил пульсирующую жилку.

Тереза запрокинула голову, невольно изгибаясь навстречу. Вырвался тихий стон. Пальцы, поджимаясь, зарылись в ворс ковра.

Марбас провел ладонями по фигуре Терезы. Показалось, что его руки притронулись к каждому сантиметру тела, изнывающего от возбуждения. А потом платье медленно сползло с плеч, и горячие поцелуи покрыли ключицы.

Необъяснимый страх нахлынул резко, одной волной. Марбас просто провел рукой вверх по бедру Терезы, а в голове вспыхнули кадры из прошлого. Пульс оглушительно застучал в висках.

– Марбас… – тихо, с тревогой слетело с губ.

Тереза уперлась ладонью ему в грудь. Получилось вяло. Тело слишком ослабело от возбуждения.

Марбас взял за руку. Он прислонился губами к запястью, искушая нежным поцелуем и жарким дыханием. Она посмотрела, запутавшаяся, испуганная собственными ощущениями.

– Доверься мне, – даже шепот прозвучал властно, с гортанными нотками.

Марбас перехватил оба запястья одной рукой, заводя над ее головой. Тереза слегка шевельнулась. Привычка проверять хватку. Стало понятно, что можно освободиться в любую секунду: Марбас просто слегка придерживает.

Другой рукой он отвел с лица Терезы прядь волос. Она замерла от ласкового прикосновения. Даже дыхание затаилось в груди.

– Я – не он, – тихо сказал Марбас. – А ты не можешь бояться вечно.

– Отпусти, – выдавила Тереза.

Он коротко выдохнул. Марбас закрыл глаза, будто пытаясь смириться с поражением. Хватка разжалась. Отстранившись, он собрался встать, но Тереза удержала. Она нежно взяла его лицо в ладони, а после погладила по чуть растрепавшимся волосам. На ее губах расцвела легкая улыбка.

– И как демон может быть таким? – промурлыкала Тереза, слегка приподымаясь навстречу.

Она вовлекла Марбаса в долгий трепетный поцелуй. Каждое касание губ – благодарность за понимание. За то, что забрался так глубоко в душу, как сама Тереза не позволила бы.

Она медленно провела руками по рубашке Марбаса, чуть сминая. А потом пальцы принялись ловко высвобождать пуговицу за пуговицей. Не разрывая поцелуя, Тереза запустила руки под ткань. Захотелось вслепую изучить тело, которое, казалось, создал античный скульптор.

Приспуская платье дальше, Марбас наощупь исследовал все изгибы фигуры. Властные, бесстыдные, пьянящие прикосновения. Тереза сама не замечала, как от эмоций пальцы царапают его широкую спину.

Он освободил от платья быстро и ловко. Взгляд по-собственнически прошелся по обнаженному телу, отчего кожа, по ощущениям, полыхнула огнем.

Дыхание Терезы сбилось от нетерпения, и она стянула рубашку с плеч Марбаса. Он отбросил ее прочь. Отсветы огня заиграли на красиво сложенном теле. Каждая деталь показалась идеальной: широкие плечи, выразительные мускулы, линии пресса, от которых взгляд невольно опустился еще ниже, к черным брюкам… Перехватить инициативу Тереза не решилась, но Марбас уже сам расстегнул пряжку. От одного этого движения предвкушение вспыхнуло ярче.

Он разделся сразу до конца, тут же склоняясь сверху. Изогнувшись, Тереза помогла избавиться от бюстгальтера. Кружевные трусики предательски повлажнели, но торопиться с ними Марбас не стал.

Его поцелуи обжигали кожу, и тело откликалось на каждый. А сильные руки касались так, что было невозможно сдержать стоны. Ни секунды, чтобы опомниться. Пальцы Марбаса умело сминали грудь, и тут же ладонь скользила по бедру. Он дразнил затвердевший сосок, а в следующий миг дыхание перехватывало от умелой ласки через трусики.

Тереза то хваталась за широкие плечи, то пыталась вцепиться в ворс ковра, как в простынь. Тело извивалось от каждого прикосновения. С губ все громче срывались стоны. Они смешивались с громом, рокочущим на улице.

– Марбас… – Тереза уже не останавливала, а почти умоляла продолжить.

Это стало последней каплей. Их взгляды встретились, и она увидела в глазах Марбаса неприкрытое, животное желание. Он практически сорвал с нее белье. Пальцы властно сжали ее бедра. Почувствовав его в себе, Тереза выгнулась всем телом. Он вошел в нее со сдавленным стоном, почти рыком. Нетерпеливым, жаждущим большего.

Толчки быстро становились глубже, интенсивнее. Казалось, еще немного – и они дойдут до боли, но эта грань сводила с ума. Тереза подавалась навстречу каждому движению бедер Марбаса. Она обвивала его руками и ногами, цепляясь, как за последнюю опору. А с губ срывались все более громкие и протяжные стоны.

Он глушил их поцелуями, пылкими и отрывистыми. Тереза чувствовала на коже его рваное дыхание, и оно обжигало, возбуждая до предела. Слыша гортанные стоны Марбаса, она приподымалась навстречу еще и еще. Только бы почувствовать его глубже, на полную.

За окнами лил дождь, и вспышки молний играли на обнаженных телах. Они вместе задыхались от страсти, чувствуя подступающее удовольствие. С каждой секундой оно становилось все ярче, сильнее, ближе к грани.

У Терезы вырвался протяжный вскрик. Сознание унеслось куда-то далеко. Осталось только острое наслаждение, пронзающее все клеточки тела.

Сквозь этот туман она почувствовала, как Марбас продолжает двигаться. Сжав ягодицы Терезы, он насадил ее еще глубже. С его губ слетел чувственный стон. Низкий и чувственный, этот звук прошел вибрацией по телу. Прогнувшись в пояснице, Тереза растворилась в удовольствии, одном на двоих, а за окном взорвался самый громкий раскат грома.

Она без сил опала на ковер, тяжело дыша. Марбас опустился рядом. Немного придя в себя, он приподнялся на локте. Взгляд скользнул по ее обнаженному телу, любуясь в свете огня.

– Может, переберемся в спальню? Или ноги не держат, и мне отнести тебя на руках? – усмехнулся Марбас.

Склонившись, он коротко поцеловал Терезу в изгиб плеча. Она толкнула со смущенным смешком. Поддавшись, Марбас откинулся на спину. Тереза прижалась к нему, обнимая, и веки скользнули вниз в сладкой истоме.

Снаружи продолжала бушевать гроза, а внутри зрела необъяснимая тревога. Однако думать об этом не хотелось. Для Терезы существовал лишь лесной домик, уютный треск огня и два забытых бокала. Только горячее тело Марбаса и стук его сердца.