Глава 3

Я готова отскочить от Альберта, как ошпаренная, но получается только дернуться и вновь обессиленно замереть в крепких руках. Чувствую себя птицей, угодившей в силки. Стремлюсь улететь прочь, но охотник заприметил добычу.

Несмотря на возмущенное пыхтение женщины рядом, Альберт отпускает меня неторопливо, будто нехотя. Позволяет отстраниться на крохотное расстояние и тут же берет меня за плечи. Медленно проводит горящим взглядом от груди к лицу. Пытается смахнуть растрепанные им же пряди – и лучше рассмотреть меня, но я наклоняю голову, уворачиваясь.

– Валерия, – произносит хрипло. То ли представляет меня родственнице, то ли пробует имя на вкус и тут же съедает без остатка. Бывшую невесту он таким же обволакивающим тоном звал? Привычка осталась?

Отмерев, протискиваю руку между нашими телами – и прячу паспорт в складках платья, придерживая.

– Моя жена, – невозмутимо озвучивает случайно присвоенный мне статус. Как факт. И смело поворачивается к… матери?

Боковым зрением успеваю поймать ухмылку на его волевом лице. Опомнившись, опускаю голову, и еще несколько локонов выпадают из прически, если так можно назвать образовавшееся на моей голове лаковое гнездо. Прячусь за липкими волосами, как за ширмой.

Украдкой поглядываю на свой «тайник», нервно ковыряю обложку паспорта пальцами. Да я съесть его готова, как шпион, лишь бы Альберту не возвращать.

– Не понимаю, – лепечет женщина, ближе подходит. Но лица моего разглядеть не может. – Это же не Лерочка, – определяет по общему внешнему виду.

В сознании вдруг всплывает образ идеальной невесты Туманова. Мне до настоящей Валерии далеко, особенно после «нападения» дикого мужа.

Меня будто из-под локомотива достали, но оттряхнуть забыли. И опять тянут обратно, ведь в следующую секунду талию обвивает мощная рука, а мое миниатюрное тело влетает в каменное изваяние. Альберт обнимает так, будто заявляет права на меня и наглядно показывает, что я связана с ним узами брака. Будь проклят этот штамп!

– Что происходит, сын? – прорезает воздух мужской бас, а следом громыхают приближающиеся шаги. Я чуть ли не приклеиваю подбородок к груди, сжимаясь в напряженный комочек, лишь бы спрятаться от родителей Альберта. Неловко. Стыдно. Хочется сквозь мраморный пол ЗАГСа провалиться. – Очередная диверсия? – добавляет его отец тихо, но строго.

От неожиданности едва не выпускаю из руки паспорт, но в последний момент впиваюсь в него ногтями – и заворачиваю плотнее в белоснежный фатин.

– Да, но не моя. Впервые я не при чем, – слышу насмешку во фразе Альберта. Его будто веселит вся эта ненормальная ситуация. – Я потом все объясню, а сейчас… – намеренно выдерживает паузу, раздражая родителей и пугая меня, – нужно провести свадебную церемонию до конца.

Игнорируя дальнейшие слова родителей, Туманов плотным кольцом обхватывает мое запястье и тянет за собой в сторону торжественного зала. Пытаюсь вырвать руку, но тщетно. Муж шагает тяжело, ускоряется, потому что опять злится.

Из-за накатившей паники не контролирую свое тело. Ноги отказываются подчиняться импульсам мозга, и я едва не падаю с каблуков. Вновь оказываюсь в руках Альберта.

– Если ты действительно не виновата, тебе бояться нечего. Успокойся, – правильно трактовав мое поведение, убедительно произносит Туманов. Без давления или насмешки. Словно мы и правда сможем договориться.

Да, конечно, только мне придется жить с ним под одной крышей и рожать детей. Последнее точно без меня! Я образование получить хочу. С Павликом мы сразу обсудили, что не будет торопиться с детьми и…

Всхлипываю, только сейчас осознав, что жених меня бросил! А муж неизвестно что сделает со мной, когда мы наедине останемся. Хотя после поцелуя несложно догадаться…

Стараюсь избегать прямого зрительного контакта с Альбертом, потому что он меня обезоруживает. Окинув взглядом холл, замечаю Стасю в дальнем углу. Она наблюдает за нами, переминается с ноги на ногу, взволнованно кивает мне.

Бросаю многозначительный взгляд на дверь недалеко от нее – и подруга быстро ориентируется, скрываясь за ней.

– В туалет хочу, – бесстыдно выпаливаю и добиваюсь нужного эффекта. Альберт закашливается. – Сильно, – морщусь я для большей убедительности. – И заодно в порядок себя приведу, – демонстративно сдуваю волосы с лица, которые после всех "приключений" на паклю похожи.

– Хорошо, – соглашается Туманов и жестом подзывает кого-то. Охранник возникает из ниоткуда. Огромный шкаф, на которого я настороженно смотрю исподлобья. И невольно дрожать начинаю. – Проводи мою жену в… – резко осекается.

Сканирует меня, косится на внушительной комплекции мужчину, мрачнеет и отрицательно качает головой.

– Свободен, – отмахивается. – Сам провожу, – меняет решение, но оно тоже меня не радует.

Чем дальше мы уходим от гостей, тем сильнее скручиваются мои легкие. Боюсь попасться и раздраконить Альберта, но не могу не рискнуть. Паспорт в руке скоро в мокрую тряпку превратится.

– Вы и внутрь со мной пойдете? Может, еще и платье придержите, пока я… – безумный тремор превращается в сарказм.

– Не язви, девочка, – закатывает глаза Туманов и ослабляет хватку на моем локте. – Надо будет – зайду и придержу, – чеканит строго, но снижает громкость, когда из туалета девушка посторонняя выходит.

В холле появляется еще одна пара молодоженов. Видимо, они следующие в очереди на роспись в лучшем ЗАГСе города. Вплывают неторопливо, "работая" на фотографа. Веселые, шумные гости суетятся вокруг.

– Иди, – подгоняет меня Туманов, недовольно зыркнув на толпу. Беспокоится, что опоздаем? Да ради него всех остальных сдвинут, уверена!

Хочу подшутить над ним дерзко, но своевременно захлопываю рот. Прошмыгнув в туалет, прикрываю за собой дверь.

Окидываю взглядом кабинки. В одной из них показывается Стася.

– Ты чего от меня прячешься? – шиплю на нее.

– Лерусик, что творится? Павлика полиция забрала? А что за мужик с тобой? – засыпает меня вопросами.

– Времени мало, помоги, – подставляю ей прическу. Вместе вытаскиваем невидимки и шпильки, освобождая волосы, которые комком остаются на макушке.

Жуть! Никогда к тому парикмахеру больше не обращусь! Впрочем, с моими доходами и появившимися проблемами… мне и не светит подобная роскошь в ближайшее время.

– Подержи, – даю Стасе паспорт, чтобы не потерять и не забыть нигде.

Мою голову прямо над раковиной. Вонючим туалетным мылом, потому что без него лак не убрать. Вместо фена использую громыхающую сушку для рук. Хнычу, понимая, что убиваю свои волосы. Мне потом несколько недель их восстанавливать бабушкиными методами.

– Мама Света поехала Павлика вызволять. И заявила, что ты ш… – бесхитростно выдает подруга, а я включаю сушку на полную, чтобы заглушить ругательство.

Стася – двоюродная сестра Павлика. Она нас и познакомила. А мамой Светой зовет мою неудавшуюся свекровь.

– Это ошибка работников ЗАГСа, – остыв немного и протолкнув обиду как можно глубже, объясняю. – И я ее исправлю.

В паре слов описываю ситуацию, а сама не теряю ни секунды. Продолжаю колдовать над измученными волосами.

– Пиджак дай мне свой, – сквозь шум говорю Стасе. Взглядом показываю, чтобы поняла.

– Жаль, что твои мама и папа далеко, – причитает она. – Помогли бы тебе. Вот почему свадьбу не перенесли ради них? Может, вообще ничего бы этого не случилось тогда!

– Они были категорически против Павлика. Каждый разговор о свадьбе заканчивался скандалом. И он предложил мне сначала расписаться, а потом поехать к ним в соседний город за благословением, – выпаливаю как на духу то, что скрывала от подруги.

Для всех была озвучена версия, что мои родители на педагогическом форуме в самом дальнем уголке России и не успевают прилететь. Это тоже Павлик придумал. Он вообще был всегда рулевым в наших отношениях. А я слушалась и в рот ему заглядывала. Какая же дура!

– Зря я согласилась. Слепая и глухая от любви была. Вот судьба меня и наказала, – смотрю на свое отражение в зеркале.

Добиваюсь, чтобы на голове вместо сосулек показались привычные кудряшки – и выключаю адскую сушку. Оставляю волосы влажными, поправляю пышную копну руками.

– Павлик торопился, ему же за рубеж ехать, – напоминает Стася. – Жалко как.

– Да, теперь поездка откладывается. Или вовсе не состоится, – хмыкаю я.

И у меня ничего не будет! Ни красивой свадьбы, ни медового месяца, ни любимого человека рядом. Он превратился в предателя! Таких не прощают.

– Ну, ничего! Разведешься с этим вот… – взмахивает Стася рукой в сторону коридора и прищуривается. – И распишитесь с Павликом! Маме Свете мы все объясним, не волнуйся.

– Нет, – отрезаю коротко, без объяснения причин.

Умываюсь все тем же резко пахнущим бруском. Кожу стягивает, зато макияж убирается без проблем. Возвращаю себе образ обычной девчонки, бледной, непривлекательной, зато кудрявой. Правда, на голове будто шарик сейчас. Я на одуванчик стала похожей! Только черный. Но так даже лучше.

Неузнаваемо.

Не уверена до конца, сработает ли «маскировка».

– Что-то боязно мне. Они такие важные и опасные. Муж этот твой новый… вообще зверюга, – причитает Стася. Знала бы она, как я сама трясусь от страха. У меня единственная попытка, и я должна ее использовать!

Пусть даже она стоит таких жертв…

С тоской смотрю на свадебное платье. Я месяц выбирала фасон, листала журналы, искала выкройку, чтобы в ателье ничего не перепутали. Сама я не настолько профессионально шью. Так, любитель. Но в точности представляла, чего хочу. Несколько раз мне подгоняли платье по фигуре, доводя до идеала. И что в итоге?

– Хорошо хоть не напрокат взяла! Пришлось бы выкупать за полную стоимость, – вздыхаю я.

Нахожу в сумке Стаси маникюрные ножнички и под ошеломленный возглас подруги криво отрезаю верхние юбки от корсета. Оставляю одну сатиновую. Заворачиваю ее внутрь, креплю шпильками на поясе, превращая в укороченный «колокольчик».

Пиджак накидываю поверх корсета и плотно застегиваю. Удлиненный, он скрывает место разрыва, на котором одни лохмотья торчат.

– Занято? – дверь, которую Стася спиной подпирает, толкают снаружи. Лихорадочно бросаю остатки белоснежных юбок в дальнюю кабинку, закрываю и жестом разрешаю подруге впустить "посетителя".

В туалет заходит девчонка нашего возраста. Растерянно смотрит на нас и скрывается в одной из кабинок.

На цыпочках направляюсь к выходу, затаив дыхание, выглядываю в холл, где Туманов сейчас ругается со своим отцом. Оба руками размахивают, спорят. Видимо, обо мне говорят и нежеланном браке. Так заняты выяснением отношений, что не замечают ничего вокруг. Отличный момент для побега!

– Пора, – сообщаю, скорее, сама себе. Но эмоции подавить не могу. Безумно страшно.

Быстро инструктирую Стасю, и мы вместе вываливаемся из туалета. Смеемся намеренно звонко, по сторонам не оглядываемся.

Мельком все же замечаю, как Альберт косится на нас, проверяя, и возвращается к беседе с отцом. Мой расчет был правильный – он ориентируется на свадебное платье.

– Наши уже на улице, что ли? – пищит противно подруга. Выдает заранее подготовленные фразы. – Не могли подождать!

Стараюсь не лететь, а идти натурально и бодро. Я всего лишь слегка подвыпившая и очень радостная гостья. Но на улице не выдерживаю – хватаю подругу и пускаюсь со всех ног к машинам. Нахожу свадебную, арендованную до вечера, и распахиваю дверь.

– У нас инсценировка похищения невесты, – говорю водителю и хихикаю. Заталкиваю Стасю на заднее сиденье, устраиваюсь рядом. – Трогайте, шеф, – выдыхаю, удивляясь, как я в обморок не упала от паники.

Откидываюсь на спинку кресла. Улыбаюсь расслабленно: все-таки сбежала от старика. Но невольно касаюсь пальцами губ, которые пекут огнем и почему-то помнят его.

Загрузка...