Эркрофт Уилла Сладкий плен

Глава 1

— Ты не можешь продать свои конюшни, Элис! — Пораженная, Джейн с ужасом смотрела на свою подругу. — Ты потратила годы, создавая школу верховой езды. И теперь хочешь, чтобы вся твоя работа пропала даром! Да это преступление!

— У меня нет выбора, — мрачно ответила Элис. Она молча выруливала на стареньком «лендровере» с вокзальной площади по крутому изгибу узкой дороги. — Мы с Фрэдди хотели пожениться и управлять школой вместе. В мечтах мы рисовали себе бунгало с отдельным кабинетом для Фрэдди и крытый манеж, который приносил бы нам доходы в любую погоду. У меня есть список желающих стать учениками школы. Но совет отверг наше прошение на строительство, — горько закончила она.

— Ты можешь оспорить решение?

— Рассмотрение дела может затянуться на годы. А мы хотим заниматься любимым делом сейчас, а не тогда, когда оба будем слишком стары, чтобы чего-то желать!

Джейн скрыла легкую улыбку: Элис было двадцать с небольшим, а Фрэдди, ее жениху, около тридцати; но симпатия к подруге заставила Джейн промолчать.

Элис с трудом лавировала среди автомобилей, в беспорядке припаркованных на центральной деревенской улице.

— Бонд-хилз не слишком изменился, — заметила Джейн, когда они наконец-то выбрались из царства узких проселков, — он все так же напоминает одну большую транспортную пробку.

— Прошло уже почти два года с тех пор, как ты была здесь в последний раз. — Едва успев произнести эти слова, Элис тут же пожалела о них. Она бросила на подругу виноватый взгляд. — О, Джейн, прости меня, я не должна была жаловаться: у тебя и своих проблем хватает.

— Худшее для меня уже позади.

Голос Джейн был спокойным, и Элис быстро посмотрела на ее непроницаемое лицо, обрамленное золотисто-каштановыми локонами.

Джейн уже смирилась с тем, что нелепый несчастный случай отнял у нее самых дорогих людей — отца и Роба, но боль утраты время от времени пробуждалась в ней. Да еще недавняя кража и погром в ее квартире.

— Ты сумела спасти хоть что-нибудь из вещей? — спросила Элис.

Джейн показала на две дорожные сумки, лежащие у ног:

— Только это. К счастью, я относила кое-что в прачечную, так что у меня все же есть немного одежды. А благодаря тебе и крыша над головой! — Слабое подобие улыбки появилось у нее на лице.

— Комната над конюшней — не пятизвездочная гостиница. Хотя там очень мило и уютно, — ответила Элис, добавив уныло: — Но если мне придется расставаться с конюшнями, эта комната меня не прокормит.

На миг Джейн нахмурилась, но тут же на ее лице вновь появилась улыбка.

— Этот человек, который хочет заполучить конюшни, он мешал принятию твоего прошения? — спросила она, озаренная догадкой. — Он, наверное, надеется получить их по дешевке, если ты будешь вынуждена их продавать? Кстати, кто он? Ты так и не сказала.

— Владелец здешнего поместья.

— Что? — Ясные светло-карие глаза девушки выражали недоверие. — Какая выгода лорду Брутну от твоих конюшен? Да у него в имении хватит земли, чтобы построить конюшни для целого табуна лошадей! К тому же ему должно быть лет девяносто, раз он еще жив. Я-то была уверена, что он уже давно на небесах.

Элис покачала головой.

— Ты мотаешься по всему свету и снабжаешь ненасытных телевизионщиков своими документальными фильмами, но не знаешь о главном событии последних девяти дней в Бонд-хилзе, взбудоражившем всех.

— Ну давай, рассказывай! — Джейн оживилась.

Элис рассмеялась.

— В наших краях появился наследник лорда Брутна. Сам старик умер несколько месяцев назад.

— Я думала, что он был холостяком. Я имею в виду старика.

— Он и был. Его смерть прекратила существование одной ветви семьи Хилльярдов. Наследник — его дальний родственник.

— Так что его не очень хорошо здесь знают, — заключила Джейн.

— Его вообще не знают. По-видимому, он провел большую часть своей жизни за границей. Единственное, что удалось узнать нашим кумушкам, это то, что он не женат, хотя, конечно, не обделен женским вниманием, и что он — владелец сети отелей первого класса. По деревне ходят слухи, что он и поместье собирается превратить в гостиницу с конференц-залом.

— Нет, только не это прекрасное старое местечко! — воскликнула Джейн, до этого не слишком интересовавшаяся новым владельцем. — Какое преступное намерение!

Джейн была хорошо знакома с документальными телефильмами, которые сделали фамилию Брутнов нарицательной; кадры о старинных зданиях вызвали у нее живой интерес и заставили задуматься о необходимости сохранения этих прелестных памятников архитектуры.

— Этот человек — вандал. — Таков был ее приговор неизвестному наследнику.

— К сожалению, нет закона, чтобы препятствовать такому вандализму…

— Ему еще придется получить разрешение на использование здания под гостиницу. Это не так-то просто. Даже если он получит его, оно будет ему дорого стоить. Возможно, это остудит его пыл. — В голосе Джейн прозвучала несвойственная ей недоброжелательность. Элис пожала плечами.

— Кажется, проблемы денег для молодого лорда Брутна не существует. Конечно, у него уйдет много времени.

— И чем больше, тем лучше. У тебя будет возможность обсудить с ним свои проблемы.

— Тут нечего обсуждать. Он хочет получить ответ в течение месяца. Время, боюсь, не на моей стороне.

Девушки замолчали, каждая занятая своими мыслями, пока старый «лендровер» не остановился на конюшенном дворе, окруженном низкими зданиями, освещенными мягким золотистым светом сентябрьского солнца. Джейн восторженно огляделась вокруг.

— Я не знаю, зачем я таскаюсь по всему свету, делая эти фильмы, когда вот она, красота, совсем рядом! Я… Ой, Элис, смотри, воздушный шар. — Она сощурилась, глядя в небо. — И под ним корзина, там должен быть пилот. Там что-то написано.

— «Шелдон Отель Групп» — Голос Элис сделался мягким.

Джейн выглядела испуганно:

— У тебя зоркие глаза. Я не могу прочесть, что там написано. Он очень высоко в небе.

Невольно Джейн вздрогнула. Было что-то жуткое, почти сверхъестественное в этом бесшумном полете.

— Если он хочет превратить свой дом в гостиницу, пусть пускает свои деньги на воздух! — с вызовом произнесла она. — В конце концов не сдавайся без борьбы. Мы должны что-то придумать.

Джейн и Элис поднялась в сверкающую чистотой комнату, предназначавшуюся для Джейн.

— Мы еще об этом поговорим завтра, а ты пока располагайся здесь. Мне надо идти: наездники уже начинают вечерний объезд лошадей. — С этими словами Элис вышла из комнаты, оставив Джейн одну. Девушка осмотрелась. Комната показалась ей верхом роскоши, особенно по сравнению с тем жильем, где ей с отцом приходилось ночевать во время путешествий в отдаленные уголки планеты.

Удобная кровать под пушистым покрывалом; лоскутный коврик придавал домашний вид выскобленному дощатому полу. А еды, обнаруженной в маленьком буфете, в углу, Джейн хватило бы на неделю.

Спасибо небесам за такую подругу, как Элис! Что бы она делала без нее? На душе у Джейн стало легко и спокойно. Она разделась и легла в постель. Тонкий аромат сена доносился снизу. Этот запах сладко убаюкивал ее, переживания прошедшего дня отошли в сторону, и Джейн погрузилась в сон.

Приступ кашля разбудил ее несколькими часами позже. Вокруг была кромешная тьма. Она взглянула на светящиеся стрелки своих дорожных часов: два часа. Джейн чувствовала сильный запах, но не сладкий и опьяняющий, как у сена, а едкий и удушливый. Это был запах дыма.

Дым!

В одно мгновение Джейн соскочила с кровати. Нараставший шум и ржание внизу, в конюшнях, говорили, что и лошади учуяли этот запах и беспокойно метались.

Джейн стало страшно. Надо действовать, и быстро!

Стараясь сохранять спокойствие, она кое-как натянула на себя брюки и влезла в туфли, одновременно пытаясь просунуть голову в джемпер; через минуту она уже распахнула дверь.

Шум из конюшен становился громче. Джейн стремительно сбежала вниз по лестнице. Первым делом надо было спасать лошадей. У нее в голове вдруг стал четко вырисовываться план действий. Она кинулась к звонку пожарной тревоги, закрепленному на двери пристройки с улицы. На этот сигнал должна приехать пожарная команда. Почти машинально Джейн надавила кнопку звонка и выбежала во двор.

Вой сирены прорезал ночную мглу, смешиваясь с шумом, доносившимся из конюшен. Элис должна услышать его и прибежать на помощь, но Джейн не могла дожидаться ее, на счету была каждая минута.

Дым валил из сенного сарая, и ветер относил его зловещим облаком к конюшням. Скоро могли загореться и они…

Девушка добежала до первого стойла и нащупала верхний болт на его дверце; верхняя половина двери распахнулась. Через нее она пролезла внутрь и открыла нижнюю створку, чтобы вывести обезумевшую от ужаса, бьющую копытами лошадь. В отчаянии животное бросилось к двери. Джейн еле успела прижаться к стене: одичавший от страха скакун вихрем промчался мимо нее, чуть не сбив с ног.

Джейн побежала к следующему стойлу; дым быстро сгущался и застилал глаза. Но в следующую минуту огромные языки пламени со страшным ревом взметнулись над крышей сенника, посылая в воздух снопы искр и освещая двор пылающим заревом. Где-то пронзительно заржала лошадь. Джейн побежала на этот звук. Она дергала железные болты, распахивала тяжелые двери, которые были под силу разве что здоровому мужчине, выпуская напуганных животных.

Ей уже стало казаться, что этому кошмару не будет конца, когда до нее донеслись голоса. Элис. И еще какой-то голос, который Джейн не узнала.

Голос мужчины.

Одна лошадь заартачилась, отказываясь покинуть конюшню. Она беспокойно металась при виде огня на другой стороне двора. Если не поспешить, будет уже поздно, и спасти бедное животное не удастся.

— Ну, пошла же, — жалобно простонала Джейн, изо всех сил таща за хомут.

— Так вы ничего не добьетесь. Удержите ее на минуту! — крикнул ей мужчина.

— Она не слушается! — В голосе Джейн звенело отчаяние.

— Я сказал, придержите ее! Крепче, иначе она потащит вас за собой!

Джейн разозлилась. Она не привыкла подчиняться приказам, эта грубая команда уязвила ее самолюбие; но сейчас было не время для выяснения отношений.

Лошадь встала на дыбы. Джейн тщетно пыталась удержать ее, но сил явно не хватало.

— Помогите мне, я не могу с ней справиться!

Оставляя без внимания ее крик о помощи, незнакомец начал стягивать с себя свитер. Джейн застыла с открытым ртом. Вместо того чтобы помочь ей, он раздевается. Ему, видите ли, жарко! Она вспыхнула от возмущения и пронзительно закричала:

— Эй, вы что, не слышите? Я больше не могу ее удерживать.

Освободившись от свитера, незнакомец крепко схватил уздечку, не потому, что она его попросила, — как вдруг со злостью подумала Джейн, — а потому, что он сам намеревался это сделать, а затем свободной рукой накинул свитер на большую, судорожно бьющуюся голову коня. Этот прием подействовал мгновенно.

Свитер накрыл глаза лошади, так что она не могла больше видеть жуткого танца пламени; ее ноздри в едком дыме стали различать теплый, привычный запах человека, и животное быстро успокоилось.

Кто бы ни был этот человек, и что бы Джейн ни думала о его бесцеремонном поведении, но он умел обращаться с лошадьми, честно призналась себе она.

— Ну, пошли, — приказал незнакомец, и Джейн почувствовала, что приказ относится к ней так же, как и к лошади, и снова в ней поднялась волна гнева. Джейн с досадой отметила, что лошадь сопротивлялась всем ее попыткам заставить ее выйти из конюшни, а команде незнакомца подчинилась мгновенно. Лошадь тронулась с места, и Джейн волей-неволей пришлось идти вслед за ней. Незнакомец шагал по другую сторону, тихо разговаривая с потной, дрожащей лошадью.

Наконец-то они вышли из конюшен! Если бы огонь достиг последнего стойла, и лошадь отказалась бы выйти… Она встряхнула головой, отгоняя от себя картину, которую нарисовало ей воображение.

— Успокойся, не надо волноваться, — услышала она мягкий, как бархат, голос незнакомца. Он усмирял лошадь, пытавшуюся вырваться, когда они проходили мимо пепелища, бывшего когда-то сенным сараем. Жаркое, обжигающее дыхание недавнего пожара настигало их, и безмолвие вокруг было зловещим, но звук спокойного мужского голоса, энергия, исходившая от сильных рук, успокоили животное. — Ну, теперь беги! — Быстрым резким движением мужчина сорвал свитер с головы лошади и легко шлепнул ее сзади. Лошадь галопом поскакала по траве. Первая пожарная машина уже подъехала, и пожарные тушили из брандспойтов утихающий огонь. Последняя из спасенных лошадей стрелой мчалась в поле, чтобы присоединиться к табуну.

К мужчине, которого Джейн мысленно еще звала незнакомцем, подошел пожарный, держа в руке шланг.

— Есть еще кто-нибудь внутри?

— Нет, та лошадь была последней. Требуется помощь?

— Нет, оставьте это для нас.

Их участие в разыгравшемся событии было на этом закончено. Только сейчас Джейн поняла, как была напугана пожаром, и почувствовала невероятную усталость.

— Теперь мы пойдем в пристройку и отдохнем от всего этого, — сказал незнакомец.

Не вежливое «давайте пойдем», а приказ. Чаша терпения Джейн переполнилась. Она резко повернулась, чтобы сказать, что позаботится о себе сама, но тут перед ними вдруг появилась Элис, слышавшая последнюю реплику мужчины, и опередила Джейн:

— О, это хорошая идея! Мне нужно несколько минут, чтобы отдышаться и прийти в себя. — Элис повела их в комнату на первом этаже, в точности такую же, как и спальня Джейн, но забитую стройматериалами и пропитанную запахом мягкой кожи, смешанным с запахом лошадиного пота. У стены стояла скамья, и девушки устало опустились на нее, а мужчина расположился на одном из старых деревянных стульев напротив.

Вдруг Элис вздрогнула от громкого треска снаружи — это не выдержали балки крыши.

— Боюсь, что крыша сарая не продержится долго, мисс Дорси. — В проеме двери показалось почерневшее от дыма лицо пожарного. — Лучше снести ее сейчас. Балки прогорели. Не дай Бог, еще упадет кому-нибудь на голову.

— Сарай? О нет! — Голос Элис сорвался на крик. — Там же новая коляска! Для детей-инвалидов из спецшколы! Я разрешила поставить ее в сарае, потому что в школе не было места. Я в такой спешке выводила лошадей, что забыла про коляску.

Она вскочила на ноги и бросилась к двери.

— Элис, постой! Ты же погибнешь под обломками!

Джейн попыталась остановить ее, но Элис вырвалась из ее рук. К счастью, незнакомец оказался куда проворнее. Он схватил сумасшедшую владелицу конюшен и легонько встряхнул ее, не обращая внимания на протестующие возгласы. Все произошло так быстро, что Джейн не успела опомниться.

— Я должна спасти коляску! — продолжала причитать Элис. — Они столько работали, чтобы скопить деньги. Целых два года лотерей и дешевых распродаж!

— Коляска не стоит человеческой жизни, — сурово сказал незнакомец.

— Я… Я полагаю, нет. — Внезапно силы покинули Элис, и незнакомец поспешил обнять ее, чтобы не дать упасть. Слишком крепко и слишком долго держит он ее в объятиях, подумала Джейн. И, похоже, ему это нравится. Может быть, он местный? Может, ему симпатична Элис? Джейн изучала его, слегка прищурив глаза. Он выглядел лет на тридцать. Была в нем какая-то суровая сила; для некоторых женщин, возможно, она была бы весьма притягательна. Но не для нее!

Незнакомец осторожно посадил Элис на скамью рядом с Джейн. Пожарный мрачно предостерег:

— Вы не сможете войти в сарай, даже если попытаетесь, мисс Дорси. Там просто ад! Даже не пытайтесь выйти отсюда, пока огонь не потушат окончательно. Это небезопасно.

— Заверяю вас, она этого не сделает, — веско сказал незнакомец и встал рядом с Элис, как бы пресекая всякую попытку ринуться к двери.

Нет, Джейн определенно не нравился этот человек, хладнокровно раздающий приказания и самоуверенно настаивающий на своем. И как могла Элис так кротко подчиниться ему?!

— Я думаю, сюда скоро приедет полиция, чтобы снять с нас показания, — спокойно продолжал незнакомец.

— Надеюсь, вы не думаете, что это я подожгла конюшни? — язвительно бросила Джейн.

Незнакомец повернулся и посмотрел на нее, обдумывая ее слова.

— Они должны получить объективную картину. Вы были там единственной, когда начался пожар.

— А как вы оказались здесь? — разозлилась Джейн.

— Мне случилось проходить мимо.

— В два часа ночи? Красивая выдумка. И вообще, кто вы такой?

— Джейн! — ужаснулась Элис. — Это лорд Брутн, владелец поместья.

— Ну и что? — Почитание привилегий аристократов не входило в привычки Джейн. — Если человек владеет поместьем, это еще не гарантия того, что он не сможет совершить поджог.

— Зачем ему поджигать конюшни, которые он собирается купить?

— А если он хочет сбавить цену?

Здравый смысл подсказывал ей, что сейчас — не время и не место выдвигать такие обвинения, но Джейн уже не могла остановиться. Пережитые волнения лишили ее обычного самообладания, вывели чувства и мысли из-под контроля.

— Думаю, мы знаем, кто явился виновником пожара, мисс, — сказал вошедший незамеченным полицейский. — На одной из проселочных дорог недалеко отсюда задержан тип на велосипеде. После приказа остановиться он попытался скрыться. Думаю, ему будет трудно объяснить, почему в седельном кармашке его велосипеда оказался лоскут намоченной в бензине ткани и коробок спичек.

Джейн устало прислонилась к стене и сказала Элис:

— Никогда больше не приглашай меня к себе. Я приношу несчастье людям. Я здесь всего несколько часов, а ты уже потеряла сенник и все запасы сена на зиму, не говоря уже о сарае. Это чудо, что лошади спасены…

Лорд Брутн, стоявший рядом, хранил молчание, но Джейн чувствовала его взгляд, прикованный к ее лицу. Она невольно посмотрела в его сторону. Его карие, почти черные глаза под четко очерченными густыми бровями, казалось, пронизывали насквозь. Джейн постаралась отвести свой взгляд, но ей это плохо удалось.

— Ты говоришь ерунду, Джейн. — Элис попыталась успокоить подругу. — Если бы ты не спала в пристройке, я бы потеряла и конюшни, и лошадей, и сенник, и этот сарай.

В этот момент полицейский, с интересом всматривавшийся в лицо Джейн, воскликнул:

— Вы дочь Дугласа Грейса, мисс? Знаменитого Дугласа Грейса? И как я вас сразу не узнал? — Полицейский был вне себя от восторга. — Я видел каждый ваш фильм, они потрясающи, особенно тот, в котором рассказывается о разрушении памятников старины! Ваши работы вызвали широкий резонанс в обществе. Вандализм — это болезнь человечества.

— А может быть, вандалы оказывают человечеству любезность?!

Лорд Брутн заговорил так внезапно, что Джейн вздрогнула. Она, должно быть, ослышалась?

— Любезность? — эхом повторила она. Какое больное воображение могло предположить, что разрушение того, что принадлежит истории, может расцениваться как любезность?!

Его глаза спокойно встретились с ее пылающим взором.

— Любезность, — медленно повторил он. — Освободившись от груза прошлого, вы будете смотреть в будущее, а не жить вчерашним днем.

Загрузка...